Fertile 24/7

Стоило Сонхуну переступить порог квартиры друга, как его тут же затащили в ближайшую комнату. Если быть точным, Джей затащил его в свою спальню. Вопреки тому, что можно было подумать, он был просто до нелепости разозлен тем, во что был одет Сонхун. — Ты не можешь носить это в моей квартире, я тебе запрещаю, — заявил тот, что, по мнению Сонхуна, учитывая прошлые обстоятельства, звучало довольно лицемерно. — Да ладно тебе, это почти не отличается от того, во что ты одел меня на свой день рождения! — возразил он. Может, он и преувеличивал, но на свой день рождения альфа подарил ему джинсы и белую футболку с надписью, по содержанию схожей на проклятие. Сонхун не мог жаловаться, так как это, наконец, помогло ему сблизиться с Хисыном. И то, во что он был одет в данный момент, за вычетом надписи на футболке, ничем не отличалось. Он бы ни за что не надел «Плодовит и готов размножаться 24/7» снова. — Между тем и этим огромная разница, — Джей указал на его джинсы. — По крайней мере, надпись на футболке была подобрана со вкусом, а это просто тихий ужас, — настаивал он, Сонхун не видел смысла злиться на его одежду. — Хисын хён умрет, если увидит, ну почему ты такой? — Всё не так плохо, — отмахнулся он. — Это ведь никому не мешает. — Это мешает мне! — произнёс Джей, тыкая пальцем себе в грудь. — Эта штука неоново-зеленого цвета, это отвратительно. — Сонхун наслаждался разочарованием и раздражением на лице Чонсона, открыто над ним смеясь. — Что ж, либо это, либо ничего, и я не думаю, что Хисыну понравилось бы, стой я голый посреди вечеринки. Да и тебе, думаю, тоже, — беззаботно сказал он и быстро удалился из комнаты, спасаясь от потока недовольства старшего. Сквозь музыку и болтовню до него смутно доходили обрывки фраз Джея, вроде «что значит «ничего»?!» и «Я мог бы одолжить тебе штаны!», но предпочел их игнорировать. Большинство людей даже не заметят, если не будут смотреть на его задницу. Но если посмотрят, по крайней мере, будут знать, что его трогать нельзя, по мнению Сонхуна, это было большим плюсом. Естественно, он мог бы выбрать более изящный или мелкий шрифт, даже, может быть, более нежный цвет, но надпись должна быть заметна. По крайней мере, на этот раз он осознанно выбрал столь смелый посыл. Он хотел проверить, сколько времени потребуется Хисыну, чтобы её заметить. Видите ли, Хисын сказал, что они должны сходить на пару свиданий, прежде чем заняться сексом; немного старомодно, но если это то, чего хотел Хисын, Сонхун подождет. Кроме того, нельзя сказать, что время проведенное с Хисыном ему не нравилось. Совсем наоборот. Но партнер омеги был слишком привлекателен, ходило множество слухов о его размере, и Сонхуну не терпелось убедиться в этом самому. В прошлый раз Хисын, по всей видимости, заметил надпись на футболке только потому, что Джей сам обратил внимание старшего на неё. На этот же раз Сонхун ничего не говорил, и, как следствие, Хисын не был в курсе. Младший не знал, должен ли он радоваться или обижаться из-за того, что Хисын ни разу не взглянул на его задницу. Они хорошо провели время вместе, немного потанцевали и пропустили пару стаканчиков. Однако через некоторое время Хисыну позвонили друзья, Сонхун же решил найти и позлить Сону или Джейка, жертвой станет тот, кто первым попадается на глаза. Обычно он играл на нервах Джея, но сейчас его задачей было его избегать, чтобы он не затащил его обратно в свою комнату, заставив сменить штаны. В качестве меры предосторожности он старался избегать и Чонвона. Сонхун никогда не мог предугадать, на чьей стороне окажется другой омега, но что-то ему подсказывало, что в этом вопросе он будет солидарен с Чонсоном. — Звучит довольно смело. — рассмеялся Джейк, завидев Сонхуна. — Ну, и чего ты пялишься на мой зад? — шутливо дразня, спросил Сонхун. — Потому что он классный, — поддразнил его в ответ друг, но всё же не смог сдержать смеха. — Серьёзно, это действительно трудно не заметить, — в конце концов сказал он. И Сонхун знал, насколько надпись заметна. — И всё же, Хисын хён ничего не сказал, — пожаловался омега. — Думаешь, он не замечает, или не хочет об этом говорить? — В прошлый раз он так стрессовал, что разбил два бокала. Догадайся с трёх раз. — Джейк усмехнулся. Ответ был очевиден. Сонхун разочарованно вздохнул. — Почему мой парень буквально единственный альфа здесь, ни разу не взглянувший на мою задницу? — Не знаю, потерялся в твоих глазах или типа того, ты же знаешь Хисына, — пожал плечами. Джейк, казалось, действительно не видел в этом проблемы. — Просто подойди и потряси своей задницей перед его носом, он точно не будет против. –Идея была не плохая. Ладно, может, он и не мог просто сунуть свою задницу Хисыну в лицо, чтобы тот увидел надпись, но попытка не пытка. Это было не так сложно. То, что Хисын был сейчас со своими друзьями, даже упрощало ему работу, кто-нибудь из них обязательно заметит Сонхуна и укажет на это старшему. Так или иначе, он заставит Хисына посмотреть. Может быть, он даже уговорит альфу, наконец, трахнуть его, если всё пройдет гладко. К сожалению, его плану не было суждено осуществиться. Как только он поймал на себе взгляд Хисына, Джей, наконец, нашел его и оттащил в сторону. Он был настолько обескуражен, что смог отбиться от него только тогда, когда они снова оказались в комнате друга. Сонхуну следовало предвидеть, что рано или поздно это произойдет, ведь Джей был тем ещё упрямцем. Кроме того, это, по-видимому, разозлило друга гораздо больше, чем он изначально предполагал. Надпись на его заднице, если быть точнее. И он не знал, был он больше обеспокоен злым другом или тем, что Хисын до сих пор ничего не заметил, но не мог до конца сконцентрироваться на своих мыслях, пока отбивался от Джея. Тот был решительно настроен переодеть Сонхуна. — Эй, что это б- ? — Хисын приоткрыл дверь в тот самый момент, когда Джей повалил Сонхуна на пол, сражаясь с ним за молнию на джинсах. Все замерли. Рассуждая здраво, Хисын знал, что Джей никогда не проявлял интереса к Сонхуну. Рассуждая здраво, он знал, что Джей настолько влюблен в Чонвона, что даже не понимал, как их с Сонхуном позу можно интерпретировать интимно. Но в тот момент он не мог мыслить рационально, его мозг был полностью сосредоточен на том, как чужой альфа прикасается к его омеге. Возможно, позже он будет чувствовать себя ужасно глупо, но в тот момент Сонхун смотрел на него умоляющими глазами, прося о помощи, и Хисын действовал не думая. Он не причинил вреда Джею, нет, по крайней мере, так он думал. Хисын с силой схватился за Чонсона, отталкивая его от Сонхуна. — Какого черта? — Джей на секунду растерялся, пока до него не дошло. Вместо того, чтобы подняться с пола, он сел поудобнее, прислонившись к кровати. — Чувак, я не пытался увести твоего парня! — Ты пытался снять с меня штаны, — а Сонхун всё подливал масла в огонь. Он стоял на коленях на полу чуть поодаль от Джея, между ним и Хисыном. — И ты прекрасно знаешь почему! — снова завёлся Пак. — Это отвратительно, и ты ещё стыдился футболки, которую я заставил тебя надеть, — фыркнул он, скрестив руки на груди. Учитывая обстоятельства, оба сейчас звучали как настоящие лицемеры. — Что не так с его штанами? — Хисын казался озадаченным и сбитым с толку, но наиболее уравновешенным среди всех троих. — Ну конечно, он не видел, — Джей раздраженно потер переносицу. Сонхун посмотрел на него, глазами умоляя Джея разобраться в сложившейся ситуации. — Просто покажи ему свою задницу. — Что?! — Хисын ничего не понимал, но определенно не хотел, чтобы его парень выставлял себя напоказ перед Джеем. — Да не так, идиот, — Джей почувствовал, что от всего этого у него начинает болеть голова. — Мне всё равно, что ты скажешь, — он сокрушенно развел руками. — Но ты не выйдешь из этой комнаты в этих штанах, разбирайтесь с этим дерьмом вдвоём! — Он поднялся с пола и прошел мимо них, закрыв за собой дверь. — Что происходит? Почему ему не нравятся твои штаны? Почему мне нужно увидеть твой зад? — Хисын был сбит с толку, и после неожиданного приступа ревности ему просто хотелось хоть немного ясности. — Потому что Чонсон – это Чонсон, и он не хочет, чтобы ты видел мою пятую точку, а я хочу, — вздохнул Сонхун, отказываясь от любых крупиц деликатности, которые у него еще оставались. Он даже не смутился, когда наклонился вперед, опираясь на руки, и повернулся так, чтобы надпись была у старшего прямо перед лицом. Если он не увидит так, Сонхун просто сдастся и наденет штаны Джея. — Шлюшка Хис- Сонхун, какого хрена? — Наконец, прочитал вслух Хисын. Его и без этого отвлекала поза, в которой находился Сонхун, но тот, опираясь на локти, прогнулся ещё больше. — Что? Мы не трахались, ты ни разу не запечатлелся на мне… Я хочу, чтобы все остальные знали, — Сонхун оглянулся через плечо, не поднимаясь. Он точно знал, что это возымеет эффект над Хисыном. — Они знают, поэтому тебе не нужно было… и, кроме того, это даже не… Сонхун, ты н- ты не шлюха, — Хисын был в смятении и не мог нормально соображать с таким видом перед собой. Ему хотелось потрогать и почувствовать текстуру вышивки. Нужно было сосредоточиться; Сонхун ходил с подобной надписью. Неудивительно, что все на него пялились. Сонхуну надоело положение, в котором он находился, а Хисын, похоже, не собирался ничего предпринимать, поэтому он со вздохом лег на пол. Почему было так трудно заставить этого парня просто отыметь его? — Это не имеет значения, — пожал он плечами. — Никто ведь не приставал ко мне за всю вечеринку, так что всё сработало, как задумано, — по крайней мере частично. — Скажи честно, тебе не нравится моя попа? Я знаю, она не такая уж большая, но… — Что? — Я имею в виду, я ходил так несколько часов, а ты даже не заметил надписи, ты даже не взглянул. — На самом деле Сонхун просто размышлял вслух, ни в чём не обвиняя Хисына. Возможно, у него и в правду не было задницы. — Я… надпись на штанах не так заметна… — Попытался оправдаться старший. — Джей буквально дрался со мной, чтобы я снял их, потому что она настолько бросалась в глаза, — невозмутимо ответил Сонхун. — Ничего страшного в том, что тебе не нравится моя попа… — Мне нравится твоя попа, окей? Она мне определенно нравится, — настоял Хисын так, что назвать это ложью не повернулся бы язык. — Хорошо, я тебе верю, — усмехнулся Сонхун. — Тогда почему ты её не заметил? — Я- я просто смотрел на твоё лицо? Это плохо? — Хисын смущенно фыркнул. — Ты очень привлекательный и красивый, и… Трудно смотреть на что-то другое… — Восхитительно, — неосознанно сказал Сонхун. — Но я все равно хотел бы, чтобы ты хоть иногда смотрел на мою попу, и, может, иногда трогал её, — добавил он. — Ты можешь не…? — Ты обещал секс после пары свиданий, хён, — напомнил ему Сонхун. — Если ты не хочешь, это нормально, но я бы хотел, чтобы ты был честен – я не собираюсь с тобой расставаться, если ты не хочешь трахаться. — Уточнил он на всякий случай; мысли Хисына всё ещё были для него непроходимыми дебрями. — Дело не в том, что я не хочу… — Начал тот. Сонхун дал ему время собраться с мыслями, изо всех сил стараясь не рассмеяться, лежа на полу, пока Хисын неловко стоял у двери. — Я нервничаю… — признался он, что показалось Сонхуну очень милым. Не только потому, что он всегда находил взволнованного Хисына очаровательным, но и из-за того, как он об этом говорил. Он мог поклясться, что Хисын был самым застенчивым альфой из всех, кого он когда-либо встречал. — Я уже не могу, — заявил Сонхун. — Давай, пошли уже… — Нет, — твердо ответил старший, что сильно удивило Сонхуна. — Нам не обязательно делать это прямо сейчас, не парься, я просто хочу уже выйти из комнаты Джея, — объяснил Сонхун на случай, если Хисын что-то не так понял. — Я понял, я хочу сказать, что ты не пойдешь на улицу в этих штанах, — пояснил Хисын. — Все будут смотреть… — так он ревновал… От этой мысли у Сонхуна закружилась голова. Но другого выбора не было. — Хён, на самом деле на мне нет нижнего белья, и я не думаю, что тебе понравится, если я надену штаны Джея наголо, так что у нас нет другого выхода. — Сонхун последовательно изложил Хисыну все факты, на удивление получив в ответ гулкое рычание. — Ты… Джей чуть не снял с тебя штаны! — Хисын сильно покраснел, но не от гнева. — Ну… я бы не позволил ему, — защищался Сонхун, сидя на полу. — Ах, почему ты такой? — Вымученно простонал Хисын и начал расстегивать ремень и брюки. Сонхуну это определенно нравилось, но он все ещё сомневался в намерениях старшего. — Что ты, по твоему, делаешь? — Спросил Сонхун. Полсекунды он раздумывал: спрашивать, или нет? ведь ему вовсе не хотелось, чтобы Хисын останавливался. — Ты наденешь мои штаны, а я возьму какие-нибудь у Джея, — объяснил Хисын. В общем-то, достаточно логичное решение. Сонхун думал целых две секунды, прежде чем решил раздразнить Хисына и вывести его из себя. На нем уже не было нижнего белья, Хисыну придется уступить в его маленькой игре. Сонхун откинулся на кровать и начал медленно расстегивать штаны. Хисын, усердно делавший вид, что не смотрит на омегу, на секунду перестал двигаться. Он стоял, держа в одной руке свои штаны, и искал другую пару, находившуюся в огромной куче одежды. Те, которые он мог бы надеть, не опасаясь, что другой альфа разозлится. — Хён, — простонал Сонхун. — Поможешь мне? — С чем? — Задал Хисын самый глупый, по мнению младшего, вопрос. — Я не могу снять джинсы, — продолжил свое выступление Сонхун. Хисын, казалось, не купился на это, но в конце концов сдался и подошел к нему. — Они даже не в обтяжку, Хун, — вздохнул Хисын. Как только он положил руки по обе стороны от бедер Сонхуна, намереваясь помочь ему, младший схватил его за рубашку и притянул к себе. Сонхун прислонился к кровати Джея, а Хисын, упираясь коленями в пол, устроился между его ног. Прежде чем альфа успел возразить или о чем-либо подумать, Сонхун спешно прильнул к губам старшего. Поначалу все было беспорядочно и быстро, но Хисын совсем не сопротивлялся, и вскоре они нашли свой собственный темп. Хисын всегда начинал с нежных поцелуев, но Сонхуну надоело ждать. Он хотел, чтобы Хисын понял его намеки, понял, чего он хочет. Дело в том, что обычно Хисын начинает поцелуи медленно и мягко, ему так нравилось кусать губы Сонхуна в процессе. Он всегда делал это, когда был по-настоящему увлечен, что возбуждало Сонхуна ещё больше. Хисын слегка покусывал нижнюю губу Сонхуна в перерывах между неторопливыми поцелуями. Сонхуну было недостаточно. Он осторожно провел рукой по груди Хисына, играя с пуговицами. Омеге не хотелось спугнуть старшего, напирая на него, даже если он чувствовал, что Хисыну нравится. Альфа всё ещё держался за бедра Сонхуна, руки были напряжены. Воспользовавшись возможностью, Сонхун углубил поцелуй, скользя языком меж губ Хисына. Старший позволил делать всё, что ему только заблагорассудится. — Хён, ты должен снять с меня штаны, помнишь? — прошептал он прямо в губы Хисыну. В таком положении Хисын должен был понять, о чём он просит, понять, чего от него хотят. — Да, да, я… — Хисын попытался отстраниться, но Сонхун остановил его, сжав руку, которая всё ещё цеплялась за его рубашку. — Не так, хён, ты серьезно? — нерешительность старшего уже начинала раздражать Сонхуна. Он думал, что выразился предельно ясно. — Мы можем заняться сексом? Пожалуйста? — О… о, подожди, я… — заикаясь, пробормотал Хисын, и на этот раз Сонхун не препятствовал, чтобы старший слегка отстранился. Хисын оказался сидящим на коленях, но все еще зажатым между ног Сонхуна. — Я же говорил тебе, я не хочу трахаться в постели другого альфы, — напрягся он. — Ну, ты не оставляешь особого выбора, — проворчал Сонхун. — Мы всегда останавливаемся на поцелуях… — Продолжал он, скрестив руки на груди. — И я все ещё хочу отомстить Джею за футболку. — И ты будешь говорить это после того, как надел эти штаны? — Хисын указал на полурасстегнутую ширинку Сонхуна. — Да. — Ответ был прост и, по мнению Сонхуна, очевиден. — Мы можем поехать к тебе… или ко мне. Куда захочешь… Я просто хочу тебя, — Сонхун начал перебирать разные варианты, любые, чтобы получить то, что он хотел. — Мы могли бы заняться этим даже на полу, мне правда всё равно, главное, чтобы это было с тобой. — Это… не на полу. Определённо, не на полу. — лицо Хисына горело и было сродни помидору. Да и Сонхун выглядел не лучше. — Хорошо, не на полу, — согласился Сонхун. — Но на кровати можно? — Снова спросил он и, наконец, Хисын кивнул. — Да, хорошо, — согласился он и помог Сонхуну подняться с пола. — На кровати Джея? — С надеждой спросил он. Но на Хисына это не произвело никакого впечатления. — На моей. — отрезал Хисын. — Ты что, не можешь подождать десять минут, пока мы не доедем до меня? Сонхун сделал притворно задумчивый вид, но рассмеялся, когда Хисын ударил его своими штанами. Нужно было снова их надевать. Пока Хисын надевал брюки, Сонхун поправлял свои. Джей определенно неправильно истолковал бы то, как долго они пробыли в его комнате, включая их внешний вид, поэтому он решил, что маленькая месть удалась. К тому же, Джей, казалось, уже был по-настоящему раздражен всей этой ситуацией. А Хисын, по всей видимости, сменил тактику. Вместо того чтобы упрашивать Сонхуна переодеться, он обнял его сзади и заставил идти вперед. Это было неудобно и неуклюже, они споткнулись больше раз, чем Сонхун мог сосчитать, но было так приятно находиться со старшим столь близко. Сонхун надеялся, что они смогут уйти, ни с кем не столкнувшись, однако удача была не на их стороне. — Я же говорил тебе не выходить в этих штанах, — снова начал жаловаться Джей, а затем обратил внимание на внешний вид Сонхуна. И то, как Хисын держал его. — Что вы делали в моей комнате? — Ты ничего не докажешь, — ответил Сонхун, просто чтобы позлить его. — Мы всё равно уходим, ты больше не увидишь моих штанов, — Сонхун прошел мимо него, Хисын пошел следом. — Прости! — вдогонку извинялся он, ловя вслед бормотания и жалобы друга. Им потребовалось ровно тринадцать минут, чтобы добраться от дома Джея до квартиры Хисына, на что Сонхун позже нарочито обиженно пожаловался. Он пытался поцеловать старшего ещё в лифте, но Хисын не позволял ему повернуться. Он прижимал его к себе так долго, как только мог. На пути из лифта ему пришлось ненадолго отпустить Сонхуна. Позже он возился с ключами, пытаясь открыть дверь, все ещё крепко держа Сонхуна и прижимая его к себе одним боком. Оказавшись внутри и услышав последний поворот ключей в скважине, Сонхун, наконец, позволил себе повернуться и поцеловать Хисына так, как ему хотелось. Грязно и отчаянно. Сонхун хотел Хисына в течение нескольких месяцев, еще до того, как они начали встречаться, а после его желание только росло. Он любил Хисына, любил проводить с ним время и ходить на милые свидания. Но в то же время ему хотелось, чтобы он, насколько бы грязно это ни звучало, трахнул и повязал его. Так что, сказать, что Сонхун был взволнован, было бы большим преуменьшением. Ему Хотелось Хисына рядом как можно скорее. И тот, к счастью, разделял его желание. Бесконечные минуты Сонхун прижимал Хисына к двери. Но затем, слишком быстро, пока Сонхун не успел что-либо предпринять, старший подхватил его на руки и отнес в комнату. Оу, Хисыну действительно хотелось, чтобы их первый раз был в его постели. Сонхуна устроит все, что угодно, лишь бы получить то, что он так хотел. Прижавшись спиной спинке кровати, Сонхун притянул Хисына к себе для еще одного поцелуя. Он продолжал покрывать поцелуями подбородок и шею альфы. Старался кусать не так сильно, чтобы не оставить на нем видных отметин, но Хисыну этого было достаточно, чтобы почувствовать и понять, что следы точно останутся на ближайшую пару дней. Особенно острые клыки Сонхуна. Альфа скользнул рукой под рубашку Сонхуна, пальцы у него были теплые, слегка дрожали. Он говорил, что нервничает, поэтому Сонхун не придал этому внимания. Сонхуну потребовалось всего несколько секунд, чтобы оказаться без рубашки, вскоре без неё оказался и старший. Для них это было в новинку, то, что они делали раньше с другими, и никогда друг с другом. Сонхуну нравился темп, который приняли их отношения, и он был рад, что они наконец-то сдвинулись с мёртвой точки. Ему было бы стыдно за то, насколько твердым и влажным он сейчас был, если бы он не чувствовал, что Хисын находится в точно таком же состоянии. Он осторожно прижался к старшему, наслаждаясь тихими стонами, которые тот издавал. Чтобы отвлечь омегу, Хисын скользнул руками по животу Сонхуна, выше по ребрам, добираясь до сосков, пощипывая и дразня. Реакция Сонхуна не заставила себя долго ждать, Хисын наклонился, медленно кусал и облизывал тонкую кожу на ребрах. Двинулся вниз, оставляя красные следы на бледной коже. — Хён, — проскулил, прося, сам не зная о чём. — Буду сосать тебе, пока ты не заплачешь, — прозвучало одновременно как вопрос и обещание. Сонхун не мог дождаться. — Да, пожалуйста, — настойчиво закивал младший. Он так хотел почувствовать Хисына, хотел его ближе. Альфа не заставил себя долго ждать, быстро расправившись с брюками Сонхуна, и избавился от своих за доли секунд. Сонхун подумал, что, кажется, больше никогда не увидит эти штаны, но мысль быстро улетучилась в потоке чувств. Просунув руки между ног омеги, Хисын медленно раздвинул их в стороны. Осторожно положил ладони на внутреннюю поверхность бедер, легко поглаживая мягкую кожу большими пальцами. Он не торопился, медленно целовал и покусывал выпирающие тазовые косточки. Сонхун чувствовал, как на его теле расцветают следы укусов. Сонхун был таким чувствительным, легкие стоны срывались с губ только от того, что дыхание Хисына скользило по его члену. Долго он не протянет. Эта мысль вновь пронеслась в его голове, когда Хисын мягкими поцелуями спустился по всей длине члена до самого основания, и широко мазнул языком снизу вверх, прежде чем взять головку в рот. Он опустил голову, вбирая член полностью, затем выпустил изо рта и вновь прижался к горячей плоти губами. Хисын совсем не дразнился, нет, но Сонхун все равно был на пределе. Не дожидаясь просьб, Хисын снова наклонился, загоняя плоть глубоко в глотку, убеждаясь, что он целиком поместился у него во рту. Сонхун не продержится долго, у него не было и шанса. Он донёс эту мысль до Хисына, потянув того за волосы, слова его подводили. Пальцы путались в мягких волосах, Сонхун впился ногтями в кожу головы старшего, но тот всё не выпускал его. В его движениях чувствовалось желание, будто он хотел, чтобы Сонхун кончил как можно быстрее. Он хотел, чтобы Сонхуну было так хорошо, что он забудет о всяком самоконтроле. Он сосал, целовал и размазывал слюну по всему члену, и чувствовал, каким мокрым стал младший и как невероятно близок он был к оргазму. То, что Сонхун потянул альфу за волосы, еще больше раззадорило его. — Хён… — бездумно повторял Сонхун. Если на него так действовал простой отсос, он понятия не имел, как переживет полноценный секс с Хисыном. В данный момент он не мог думать, поэтому над решением этой проблемы он поработает позже. — Я сейчас кончу… — пробормотал он, хныкая и плача. Хисын доставлял ему неописуемое удовольствие, и он не знал, было ли это потому, что Хисын ему так сильно нравился, или потому, что он был столь умел. Альфа активно двигал головой вверх-вниз, успевая гладить дрожащие бедра, очерчивал ладонями круги мягких ягодиц. Коснулся влажного входа, не погружая пальцы внутрь, слегка надавливая и дразня. Дырочка Сонхуна раскрывалась каждый раз, когда пальцы Хисына приближались к ней, предвкушая момент проникновения. Он был настолько возбужденным и влажным, таким готовым для Хисына, что первый палец вошел беспрепятственно. Единственное, что мог чувствовать Сонхун — это наслаждение. В момент, когда второй палец проскользнул в него, а язык Хисына всё продолжал водить по члену, Сонхун растерял все остатки самоконтроля. Он с силой кончил в рот Хисыну, неожиданно и неконтролируемо. Он бы обязательно извинился за это, но Хисыну, казалось, было абсолютно всё равно, даже если плотный поток спермы заставил его поперхнуться. Он раздвигал пальцы внутри Сонхуна, продолжая посасывать его член. — Чер- черт возьми, хён, я не могу… я… это слишком… — закричал Сонхун, но был прерван на полуслове, Хисын поднял свободную руку и проник двумя пальцами меж губ омеги, слегка давя на язык. Единственным утешением для Сонхуна было то, что Хисын, наконец, отпустил его член и сосредоточился на том, чтобы ласкать его пальцами. Легче не стало, после оргазма Сонхун все ещё был слишком чувствительным, а постоянная стимуляция от Хисына не приносила никакого облегчения. Но нельзя было отрицать, что пальцы Хисына, прижимающиеся к его языку, чувствовались восхитительно. Сонхун был уверен, что умрет от переизбытка чувств. Хисын, двигая пальцами во рту Сонхуна, поворачивал его голову из стороны в сторону, крепко прижимая большой палец к подбородку, целовал изящную шею. Сонхун плакал, слёзы текли по его лицу и смешивались со слюной, стекавшей с уголков его губ. Вид омеги возбуждал старшего все больше, а Сонхун наслаждался каждой секундой. — Ты ведь хотел, чтобы я тебя трахнул. Так что потерпи ещё немного, я дам тебе то, что ты хочешь, — прошептал Хисын, водя губами по его коже, отчего Сонхун задрожал и застонал в его руках. Ему так хотелось, он бы пошёл на всё, лишь бы приблизить долгожданный момент. Разум Сонхуна был полностью захвачен Хисыном, в нём не осталось ни единой мысли о чём-либо другом. Он ничего не мог поделать, Хисын завладел всеми органами его чувств. Его глаза были прикованы к альфе, он видел только его, его губы, его руки. Он хотел слышать только его сладкие слова и заманчивые обещания. Уши улавливали лишь вздохи и стоны, которые издавал старший. По коже шли мурашки от прикосновений Хисына, казалось, что она горела в тех местах, где старший его трогал. Язык Сонхуна обвивался вокруг пальцев стершего. Вкус его пота не должен был доставлять Сонхуну такого удовольствия, но сейчас для него этот вкус был лучшим на свете. Густой запах феромонов альфы вводил Сонхуна в состояние экстаза и острого удовольствия, в транс, из которого он не хотел выходить. Всё это ощущалось невероятно, казалось, будто Хисын был единственным, кто существовал на свете. Такая сильная стимуляция и возбуждение заставляли его открываться пальцам Хисына инстинктивно. Уже четыре пальца с легкостью входили и выходили из Сонхуна. Если бы омега не был настолько отвлечен, он бы смутился от того, каким податливым и принимающим было его тело. Того, как он себя вёл и как звучал. Сонхун больше не мог выносить ни секунды столь ярких ощущений. Он умолял с самого начала и был не прочь попросить ещё. — Хё- альфа, пожалуйста… — начал он невнятно и едва слышно. При попытке заговорить из уголка его рта потянулась тонкая полоска слюны, но ему было все равно. — П-пожалуйста, мне нужно ещё… — поперхнулся. — Ты нужен мне… — он попытался проглотить накопившуюся во рту слюну, что сделало только хуже. И, наконец, Хисын сжалился над ним. — Хорошо, детка, — в голосе звучала насмешка, он ждал этого. Сонхун понятия не имел, что именно он пробудит в Хисыне, когда они дойдут до секса, но ни капельки не жалел об этом. Сонхун был слишком ошеломлён, чтобы понимать, что происходит, и не поспевал за движениями старшего. Единственное, что он помнил, как Хисын навис над ним, а в следующую секунду на нём уже был презерватив, спустя ещё одно мгновение он был в Сонхуне. Член Хисына вошел без особых усилий, заставив омегу громко застонать и выгнуться. Его мышцы напряглись вокруг Хисына, но не было никакой боли. Тело было настолько расслаблено, что Сонхун испытывал лишь легкий дискомфорт, быстро рассеявшийся от нежных ласк Хисына по его бедрам. — Пожалуйста… — Сонхун едва успел закончил свою мольбу, как Хисын начал двигаться. Боже, Сонхун был настолько чувствительным. Он знал, что единственная причина, по которой он вообще продержался так долго после того, как Хисын вошел в него, заключалась в том, что он уже единожды кончил. Это, естественно, не означало, что он надеялся продержаться дольше, когда он, наконец, дорвался до того, чего так сильно желал месяцами. Он никогда бы не подумал, что это может быть так, так горячо и в то же время нежно. Он чувствовал себя наполненным физически и эмоционально, Хисын старался, чтобы каждое его прикосновение и поцелуй доставляли омеге нечто большее, чем просто физическое удовольствие. Сонхун отчаянно вцепился в Хисына, лишь бы сохранить хоть крупицу рассудка и не потерять голову окончательно. Он мог поклясться, что взорвётся от того, как много всего он ощущал в данный момент. Когда он запрокинул голову, давая альфе полный доступ к своей шее, тот немедленно этим воспользовался, приникая к горячей влажной коже губами. Он, в некотором роде, ненавидел Хисына за то, что тот заставил его так долго ждать этого момента, но это абсолютно точно того стоило, Сонхун решил оставить эту жалобу при себе. До того момента, как сможет вымолвить хоть что-то связное, конечно. Сейчас же он представлял из себя беспорядочную мешанину стонов, имени Хисына и мольб. — Черт, — выругался старший. Он прерывисто дышал и стонал так, что иногда заглушал Сонхуна, продолжая покрывать шею младшего поцелуями и оставляя красные следы. Он грубо поцеловал Сонхуна в губы, его движения внезапно стали неровными. — Блядь, я уже близко, — Хисын с силой сжал зубами нижнюю губу младшего. Губы обоих покраснели и опухли, каждый их поцелуй размазывал слюну все больше, но ни одному из них не было до этого дела. — Твою мать, — выдохнул Сонхун, почувствовав особенно сильный толчок Хисына. Он больше не знал, за что ухватиться, его руки метались по простыням, то хватаясь за руки старшего, то за его плечи и спину. — Альфа- не могу… — Я… все в порядке… ещё чуть-чуть, — пробормотал Хисын, крепко целуя Сонхуна. Сонхун не был уверен, сколько продлилось это «ещё немного», минуты или секунды. Он бесповоротно потерял голову, как только пальцы Хисына обхватили его член, двигаясь беспорядочно и быстро. Сонхун почувствовал, что вот-вот растает в руках Хисына. Не в силах больше сдерживаться, Сонхун выгнулся на матрасе, и намертво сжал в кулаке простыни, кончая. Второй оргазм охватил все его тело и вырывал из него такие стоны, что на задворках разума пронеслась мысль, что на Хисына точно пожалуются за шум. Ноги пробивала дрожь, он почувствовал, как Хисын с силой схватил его и вошел так глубоко, как только мог, кончая в презерватив. Ощущения от последнего оргазма ещё не отпустили омегу. В голове было пусто, взгляд расфокусирован; кажется, Хисын что-то говорит, о чём-то просит, но единственное, что мог сделать затуманенный мозг Сонхуна — это умолять. В его состоянии ему потребовалась пара минут, чтобы осознать, что Хисын его повязал. Он ахнул, почувствовав, как растягиваются его стенки вокруг узла, и, что удивительно, было совсем не больно и не было никакого дискомфорта. Для него это было столь необычно, ведь он предполагал, что удовольствие и удовлетворение от вязки будут сопровождаться болью. Что он почувствует что-то ещё. Технически, так оно и было; он чувствовал тепло и любовь, был слегка разочарован, что Хисын надел презерватив, и чувствовал большую усталость. Но дело было не в этом, всё это не имело отношения к узлу. Хисын тяжело дышал, лежа на нём, пытаясь прийти в себя после изматывающей нагрузки. Сонхун чуть не рассмеялся от вида старшего, но понял, что это была бы ужасная идея… плюсом ко всему, ему не хватало воздуха для этого. Томным движением Хисын наклонился вниз, и Сонхун подался навстречу, сливаясь с ним в нежном поцелуе. Глубокий и медленный поцелуй, полный чувств, переполнявших их. Сонхун закрыл глаза и сосредоточился на нежных ласках Хисына, на его опьяняющем аромате. Минуты спустя Сонхун прервал поцелуй, уронив голову на подушку и простонав. — Ты должен был предупредить меня о своём узле, — пожаловался он. — Но я предупредил?... — Хисын был сбит с толку, но, увидев, как Сонхун смотрел на него, сдался. — Прости, тебе больно? — Мне нужно в туалет, — помотав головой, ответил Сонхун. Ему совсем не было больно, просто нужно было срочно облегчиться. — Оу… т-ты можешь подождать немного? — Хисын закашлялся, чтобы сдержать смех. Сонхун пристально посмотрел на него. — Твой член давит на мой мочевой пузырь, сам как думаешь? — Буквально пару минут… — Хисын улыбнулся, чувствуя легкую вину. — Обещаю не двигаться, — быстро поцеловал Сонхуна. — Тебе повезло, что я люблю тебя, — Сонхун продолжал притворно дуться. — Повезло больше всех на свете, — сказал Хисын. — Я тоже тебя люблю, но те штаны мы выбрасываем, — напомнил ему Хисын. Сонхун рассмеялся, на самом деле в них уже не было нужды.