Без тебя

Что-то сегодня было не так, что-то должно было случиться. И это волновало! Все меняется и типичный распорядок дня начал меняться. Казалось, что он уже привык ко всему. К вечно надоедающему со своей учебой Карлу. К малознакомому Чеду. К Брэндону, которому он завидовал, ведь из-за наличии водительских прав он мог поспать подольше... или прогулять. К по-своему странному и иногда пугающему Ло... Лололошке.. Дилан никогда не интересовался, где днями пропадает Лололошка. Даже если к вечеру он приходит потрепанный настолько, что иногда кажется, будто он весь день провел в лесу и паралелльно дрался с какими-нибудь медведями на палках. Обычно, он всегда появлялся в их комнате после пар — закинуть портфель куда подальше и уйти в неизвестном для кого-либо из их блока направлении. Вот только на этот раз он не вернулся в общежитие. — Что-то Лололошки долго нет.. Да и Брэндона.., — с неким волнением произнес Чед, ставя на столик в гостинной кружку чая. Кажется, что это странное утреннее "что-то не так" дошло до его сожителей. — Для Лололошки это норма, Чед. А вот Брэндон... Может быть они просто решили прогуляться после пар, в-вот и задержались так, — С привычным волнением и неуверенностью в голосе ответил Карл. Дилан молчал, как обычно не желая поддерживать разговор, да и в целом планировал вновь свалить в свою комнату. Он узнал об этом первым. Это было очевидно, учитывая, сколько времени он проводит в интернете. Все новостные паблики только и кричали: "Два студента разбились по дороге в университет!". Дилан всегда пролистывал такие новости, останавливаясь лишь посмотреть на кровавые картинки с мест проишествий. Сердце пропустило удар, когда он увидел до жути знакомую одежду на, казалось уже, трупах. Это правда? Он решил прочитать что-то большее, чем заголовок. Его мысли поделились на 2 стороны: Одной было плевать, ведь он наконец-то получил обещанный перерыв, да и они будто бы все время только и бесили его. А вторая просила сорваться обзванивать все больницы и искать подробности об аварии и состояние его..друзей? И пока что вторая сторона побеждала. Побеждала, потому что он ужасно боялся за Брэндона,и особенно за Лололошку. Боялся потерять его. Он слишком привязался к нему, его странностям, разным историям. Его навязчивость была менее раздражительна. Он менял его своим обществом. Не хотелось говорить что-либо Карлу и Чеду. В голове тут же возникла неприятная картинка — что случится, когда они обо всем услышат. Даже если не от него. А если не от него, то весь удар все равно придется принимать на себя. Потому что не рассказал. Потому что умолчал... А выйдет ли у него? Карл был очень надоедливым в последнее время, он точно заметит его изменения в поведении. И они ведь узнали. Не намного позже Дилана. Он не хотел вспоминать что тогда происходило. Карл винил себя за то, что позволил Ло поехать с Брэндоном, хотя мог настоять на том, чтобы тот пошел с ними. Ведь "Лололошка, ты просто пытаешься найти способ прогулять" можно было сказать всегда. Дилан считал это глупым. Он старался не позволять эмоциям захватить свое тело. Разве Карл мог бы так сказать утром? Сказал бы, только если бы знал, что случится. Да и если так, то спасло бы это только Ло. Ди не хотел как-то высказываться об этой ситуации, не хотел делать поспешных выводов. Пока на второй день не стало известно о коме Лололошки... и смерти Брэндона. Они уже много раз ходили в больницу, пытались достучаться до разрешения навестить своих друзей. Чед очень злился и начал кричать на медсестер, когда узнал о смерти Брэндона, винил их в том, что они не дали ему хотя бы увидеть своего друга, а теперь он мертв. Карл тихо плакал в стороне, в общаге его накроет истерика. Он был не готов к таким поворотам и изменениям. Винил себя во всем, хоть и был не виноват. Дилан молчал. Молчал, смотря в пол, не желая верить во все это. Что-то в этот момент сломалось. С каждым шагом идти становилось все сложнее, он не помнит, как добрался до общежития. Они все молчали. Слова были лишними. Разве он не мечтал о тишине все это время? Почему тогда сейчас он так желает услышать чьи-то разговоры. Нет. Совсем не то. Он желал слышать голос Лололошки. Голос этого чудика, слухи о котором распространились не только на всю общагу, но и на почти весь университет. Вот чего ему не хватало. Не важно, что он скажет — он хочет его услышать. Он был готов слушать его бред про все: мирохождение, пропажу людей, стирание памяти — лишь бы слушать и слышать. Нет, он не хотел принимать это. Не хотел принимать ни смерть Брэндона, ни кому Лололошки. Это ведь все просто неудачная шутка. Все это не могло случиться так рядом. Случиться с его друзьями. Он не верил, не верил, что когда-нибудь в новостных пабликах будут писать про его друзей. Дилан надеялся, что очнется хотя бы Ло. Второй день был самым долгим в его жизни. Самым ужасным и мерзким. Сил встать с кровати не было. Он и не хотел. До него больше никто не докапывался, никто не трогал. Дилан понял, как ценил свое окружение, хоть и внешне вел себя враждебно. Ценил ежедневные утренние разговоры с Карлом, редкое общение с Чедом, что ограничивалось темой их домашних питомцев, подколы от Брэндона, странные штуки от Ло, игры Лисы и Абилки. Абилки.. И это правда все, что останется после Лололошки? Эта милая кошка появилась у Ло так же неожиданно, как и сам Лошка в общаге. А еще ужасно напоминала ему о нем. Сколько же этому иностранному студенту спускали с рук. После случаев с выбиванием окон.. Разве ему могли разрешить оставить кошку? Как его вообще не выгнали из общежития после стольких проблем? Невозможный человек. Дилан почти не выпускал Абилку из своих рук. Ведь это все, что осталось после Лололошки. А осталось ли? Разве Лололошка мертв? Когда он успел похоронить его.. Или это уже не важно... Разве есть шанс выжить с такими травмами и не остаться при этом овощем на всю жизнь. У Брэндона организм был куда крепче и сильнее, и даже он не выбрался... Сейчас он как никогда раньше хотел поверить в слова Ло про стирание памяти. А в голове всплывало лишь то злосчастное утро: "—Просто отдохнуть. Ты можешь не доставать меня хотя бы несколько дней?", — и ведь он перестал. Перестал искать его в универе, перестал доставать его своими разговорами, перестал появляться в общаге... И зачем он это вообще сказал? Дилан ужасно корил себя за эти слова. За то, что мысли могут быть материальны. За все, за каждый раз, когда он слал этих двоих куда подальше. Интересно, ощущают ли его сожители то же самое? На третий день Карл не пришел будить его. Было ли ему страшно заходить в комнату Ло или он просто понял, что Дилану плохо? Пошел третий день. Сколько еще Ло проведет в коме? Когда он проснется и проснется ли вообще? Был ли смысл пытаться? Он молча смотрел в потолок. Коты ведь знают, где болит у людей? Почему Абилка не слазила с его груди. Он осторожно гладил ее, все еще пытаясь принять и осознать случившееся. И он принял. И когда это случилось, его захватила невероятная грусть, казалось, что слез в его глазах могло не хватить, чтобы показать всю его тоску, вымыть эти мерзкие чувства из него. Что с ним? Разве кто-то из его друзей заслужил такой конец? А если совсем скоро им сообщат и о смерти Лололошки? Разве он может потерять двух своих друзей, даже не попрощавшись? Дилан не хотел оставлять все это. Эта мысль стала единственным мотиватором встать с кровати, отпустить такую же уставшую Абилку. Плевать, он прождет в больнице столько, сколько нужно. Он хотел надеяться, что Лололошка проснется. Хотелось, чтобы сегодня. Но он не дурак, понимал, что его идея бредовая, а от таких ранений за 3 дня не отходят. В руках Дилана были цветы. Зачем и для чего? Он не знал. Кто вообще будет думать о таком? Сейчас ничего не имело смысла. Сможет ли он продолжать жить в своей комнате или окончательно переберется в гостинную? Утро прошло незаметно. Он успел поскандалить со всеми медсестрами и врачами в больнице, пока не сдался. Сдался и продолжил сидеть на кресле рядом с регистратурой. Дилан, казалось, почти уснул, пока не услышал знакомые голоса, которые были не менее взволнованы. Его разбудили голоса Карла и Чеда, что тоже пытались навестить Ло. Пары уже закончились. Он все это время сидел здесь? Они сели рядом с Диланом, слова рядом с ним всегда становились не нужными. Стоило только увидеть его подавленное состояние сейчас, такого с ним не было никогда. Да и таких ситуаций с ним происходили явно не каждый день. Он перестал понимать происходящее, погрузившись в свои мысли. — Ваш Лололошка очнулся... и на удивление чувствует себя хорошо.. Его врач разрешил вам навестить его. Но только не долго! У него постельный режим! — прозвучал где-то уже противный голос медсестры.. Стоп, что? Пил бы Дилан сейчас чай — он бы обязательно подавился им, как это показывают в детских мультиках. Его друзья были в таком же шоке. Путь до палаты Ло казался очень долгим... волнительным. Разве человек может отойти от такой аварии за 3 дня и чувствовать себя хорошо так, чтобы ему разрешили увидиться с друзьями, даже не с родственниками? Дилан был готов поверить в любых Богов, в любые случайности и суеверия. Не важно, главное, что Лололошка очнулся.. Хотя бы он. В глаза ему смотреть было стыдно. Карл опять плакал, не в силах что-то сказать, пока Чед, все еще сохраняя хоть какое-то самообладание пытался объяснить Лошке хоть что-то. А тот, видимо, ничего не помнил. Хотел бы Дилан на это надеяться. — Ребята..? Что случилось? А где Брэндон..? — послышался родной, столь желанный голос за которым он успел заскучать. Карл начал плакать еще сильнее, Чед замолчал и опустил голову. Они не хотели ему говорить. Дилан бросился в объятия Ло, прижимаясь к нему так, будто он мог исчезнуть так же, как и Брэндон. Пропасть без следа и прощаний. Даже если Лололошка говорил, что чувствует себя хорошо, даже если прямо сейчас он обнимал его в ответ. Дилан не верил, но очень хотел. Хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Слезы сами потекли с его глаз, когда его непонимающе обняли в ответ. Сейчас он чувствовал лишь вину за то, что когда-то сказал ему отстать от него, сейчас он радовался, что все закончилось. — Прости меня.