Королевский бал

Бал идёт, и мчится Толп важных вереница. В руках сжимаю острый Ответ на все вопросы. Короны скину бремя. Часы считают время. По лестнице из правил. Кто здесь сегодня правит? Тебя встречаю взглядом В пёстрой тьме нарядов. Ты всем улыбку даришь. Но власть в златой тиаре. Свет яркий очень слепит, Но, жаль, я ввязла в цепи. Трон будет в ночь свободен. Лишь разум в вальс уходит. Давай сойдёмся в танце, Пока не бьёт двенадцать. Блеск серебра. Веселье. Ложь вновь надежду вселит. Ведёт всех вечер длинный, Где смех, бокалы, ви́на. Закружит платьев ворох. Я пахну точно порох. Так тянет сладким ядом От изумруда взгляда. Минут осталось девять, Пора бы что-то сделать. Лишь шаг под ритм вальса. Внутри кричит всё: «Сжалься!» И на последней ноте Клинок блестит напротив Того, кто так беспечно, Подходит к первым встречным. Часы стучат двенадцать. Конец плохой у танца. И пульсом бьётся веха. — Милорд, мне нужно ехать... Теряется вдруг в лицах. Виновница. Убийца. Вот зал покинут. Всполох. Кровь с рукава — лишь порох. По лестнице без света До призрачной кареты. Ворвётся голос в темень: «Играешься не с теми». Падёт клинок под ноги. Тот трон — мечта у многих. Снимаю сотни красок, Со всем прощаясь разом. На лестнице той в злате Слетела брошь не кстати. Вдруг голос шепчет мрачный: «Ты помнишь ведь задачу». Боль бьёт по телу градом «Ждёт всех своя награда». И пальцы вдруг ослабли, А кровь сорвётся каплей. Карета мчится в город Как от чумы, от мора. Мешает тело скрыться. Но, вижу, вереница. И вот выходит свита, Несёт мне прах от битвы. Народ льёт столько лести, Но я стою на месте. Все говорят и шепчут. Сулят в посмертье встречу. Выходит цель парада В сияние наряда. Он всех обводит строго. «Не убивай. Не трогай!». Хоть нет с собой железа, К нему лишь пальцы лезут. С холодным замер видом. — Здесь Ваша брошка, видно? И сводит хмуро брови. Пульс застучал в миг вровень. Запахло сладким ядом. Вновь час убийства рядом. Ждёт. Приближает долю. Рассудок кроет болью. — Моя. Гул бьёт ударом. Кто смог бы свергнуть кару? Ведь ты теперь на троне, И был за мной в погоне. Убийца, что пропала Ещё во время бала. Берёшь, целуешь руку, Зовя свою прислугу. Те губы словно бархат. Веди же хоть на плаху. Вот маска в цвете блеклом, Что ждёт дорогу в пекло. И манят в сети пальцы, Нет сил, чтоб вновь бояться. Взгляд, что не виден в блеске, Стал приговором веским. — Нас бал тянул всех нитью В безумной лжи обитель, Ложь скрыта в каждом ярде Как свечи в канделябре. Одно лишь было явью, Клинка в руках сиянье. Но лик тот смог укрыться, Покинув зал с убийцей. Взгляд полон жуткой грусти. Не держит. Надо — пустит. За ним ступлю к карете. Судьбу нельзя не встретить. Дворец, стоящий в хладе И цель, что руку гладит. Вдруг заиграет в зале Тот вальс, что в сердце замер. Взовьётся гари ворох. Всё кончится так скоро... Лишь шаг. Что может статься? Но вновь забьёт двенадцать. Железа тяжкий скрежет Ладони сталью режет. И брошь висит на платье. «Всё счастье есть проклятье». Удар пронзит одежду. Шанс умер на надежду. Впервые тело в дрожи. Он был мне всех дороже. В тени лишь голос злобно: «Ты справилась. Свободна». Боль тянет следом в ящик. Тот танец настоящий! Тьма в сердце скрыта брошью. Навеки скину. Сброшу. И вот достав до плоти, Она падёт напротив. Слились на камне пятна, Путь вёл на бал обратно. Вот всё, что было в сказке, — Лишь боль от снятой маски. И догорела вечность Путей, что шли навстречу.