Клетка

Гермиона медленно открыла глаза. Она только привыкла просыпаться в доме родителей… а тут… Раздражённо вздохнув, Гермиона села, убирая волосы с лица. Она лениво огляделась, пока разум не проснулся полностью. Она находилась в какой-то неизвестной для неё спальне. Здесь всё было уставлено интереснее. Здесь был книжный стеллаж, который Гермиона вчера не смотрела: она просто легла спать, даже если было около восьми. Здесь уже не просто «нейтрально». Нет, эта комната была не в серых тонах, а в близких к тёмно-зелёному. Здесь висели картины, но не портреты, как во всём доме, а что-то отвлечённое, простое и замысловатое, в приглушённых тонах и нет. Здесь зеркала, а ещё красивый балдахин прямо над головой Гермионы. Кровать больше и выглядит по-особенному изыскано. Грейнджер старалась себе напомнить, что эта роскошь — ничто, но она не могла не наслаждаться этим. Всё было подобранно со вкусом, а столбики кровати хотелось рассматривать, пальцами касаясь красивого узора. Гермиона неторопливо встала. Вчера перед сном она услышала «свяжитесь со мной, когда проснётесь». Темпус подсказал, что сейчас восемь утра. Нарцисса встаёт рано. «Миссис Малфой?» — на пробу позвала она, направляясь к двери ванной комнаты, чтобы умыться и почистить зубы. «Доброе утро», — раздался ответ неторопливого голоса. «Доброе, — чуть смущённо ответила Гермиона. — Вы хотели поговорить?» «Да, мисс Грейнджер. Сейчас в доме… довольно незваные гости. Именно поэтому я хочу попросить Вас не выходить из комнаты. Если нужно, можете просить книги через эльфа или говорить мне. Еда Вам также будет доставляться через эльфа. Если возникнут проблемы, говорите мне» Гермиона нахмурилась. Незваные гости? О чёрт, побег Пожирателей… может, она о муже? Да, мистер Малфой уж точно должен жить здесь… чёрт, он был намного хуже Беллатрикс. Решив не обращать внимания на свою весьма нестандартную логику по отношению к безумной Пожирательнице смерти, Гермиона сказала, что поняла Нарциссу и сделает именно так, как та её попросила. И всё же ей было интересно. Если это и правда мистер Малфой, то что он ей сделает? Да, он наверняка сильный дуэлянт — как ещё он мог стать так близок к Волан-де-Морту? Но всё же Гермиона сомневалась, что этот мужчина может увидеть что-то даже с её несильными умениями в Дезиллюминационном заклинании. Гермиона напомнила себе, что нельзя недооценивать никакого противника, но всё же поняла, что здесь… она помнила его борьбу с Сириусом в Отделе Тайн. Сириус не справлялся только из-за того, что был больше сосредоточен на Гарри. Гермиона прикусила губу. Она сможет сделать всё в тайне от Нарциссы, уж это точно. Девушка размяла плечи. Но не сейчас. Пока что стоило посмотреть, что же было на книжных полках. А заодно придумать хоть какой-то план. Именно когда Гермиона встала перед книгами, она потерялась в своих мыслях. Она стёрла память родителям. Она… её больше нет в их воспоминаниях. Гермиона Грейнджер теперь… она теперь сирота? Нет, бред, просто… просто теперь родителям не грозит опасность: Пожиратели смерти никак не узнают, кто её родители. Они уедут в Австралию. Уедут в ту страну, в которую так долго не могли переехать из-за неё… Гермиона сглотнула ком в горле, сморгнув слёзы. На книжных полках не было ничего необычного. «Природная знать. Родословная волшебников» — книга, которую Гермиона вспомнила тут же. Значит, она есть у всех… Блэков? Или, может, у всех чистокровных? Здесь были также две книги о драконах, что заставило Гермиону недоумённо поднять бровь. Остальные — по тёмной магии и зельеварению. Гермиона хмыкнула, когда закрыла последнюю. Да, интересно. Но всё же… чья это комната? Не Нарциссы, не Беллатрикс и не Малфоя. Драко? Вряд ли. Что-то подсказывало, что Нарцисса не выделила бы ей его комнату. Гермиона вздохнула. Хорошо, а где она вообще? В другом коридоре второго этажа? Только туда Грейнджер ещё не заходила. Если так, то Гермиона легко может идти проверить: весь второй этаж в полумраке, даже самые слабые Дезиллюминационные чары её скроют. Грейнджер спрятала палочку в рукаве рубашки. Теперь она взяла с собой свои вещи, но всё же с огромным удовольствием надела свежую белую рубашку, оставленную в шкафу. Так было и с той спальней: каждый день в шкафу был новый комплект одежды. Гермиона подошла к двери, прислушавшись. Тишина. Либо тут глушащие чары, либо всё в порядке. Грейнджер тихо открыла дверь. Она была не в коридоре второго этажа… Это оказался довольно просторный округлый зал. Здесь люстра, окна на противоположной стене. На полу по центру, прямо под люстрой, узор, похожий на змею, свернувшуюся кольцом. Тут дверей меньше: всего шесть, включая ту, из которой вышла Гермиона. Здесь свечи, которые не гаснут, вазы и с двух сторон от каждого окна выступающие колонны в стене. Всё здесь в полумраке и оттенках серого и серебряного. Гермиона сглотнула, понимая, что ей лучше вернуться. Тут её взгляд нашёл открытый проход между окнами, прямо напротив неё. Глаза расширились, когда она поняла, что это был вид на площадку лестницы на втором этаже. Гермиона нахмурилась, чуть наклоняя голову набок. Это что-то вроде магловской камеры? Или это иллюзия? Гермиона медленно направилась туда. Любопытство в ней победило, и она аккуратно протянула руку. Её пальцы прошли сквозь, словно это была вода. Брови Грейнджер поднялись вверх. Она аккуратно достала палочку и медленно провела ей по этому чуду. Картина плыла, как гладь воды. Гермиона хмыкнула, прежде чем медленно пройти вперёд. Она оказалась на неизвестной узкой лестнице. Грейнджер обернулась: позади дверь… девушка нахмурилась, снова устремляя взгляд вперёд. Лестница вела её… в темноту… лампа, освещающая пространство, прекрасно демонстрировала, что лестница буквально вела в тупик. Гермиона поняла, что это иллюзия. Если весь этот проход — обман… Она медленно стала спускаться, глядя себе под ноги, словно там могло быть что-то вроде обвала. Её рука опустилась туда, где возвышалась предполагаемая стена и… Гермиона снова увидела, как её пальцы исчезли, проходя сквозь. Пробормотав что-то о том, как мудрёно всё у чистокровных, Гермиона смело шагнула вперёд. Она с шоком обнаружила себя именно там, куда показывал проход: у стены второго этажа. Справа и слева коридоры, впереди небольшая площадка перед лестницами. Гермиона покачала головой. Да, удивительно. Она задумчиво осмотрела место, прежде чем резко напрячься: внизу раздались голоса. И это даже не женские голоса Лестрейндж или миссис Малфой. Нет, это мужские голоса, в одном из которых Гермиона узнала Люциуса Малфоя. Грейнджер прикусила губу. Мужчин было двое. И она понятия не имела, кто его компаньон. Тут лучше уйти. Гермиона обернулась и протянула руку, но… холод пробежал по спине, когда она коснулась обычной стены. Гермиона панически принялась оглядывать коридоры. Значит, туда. Она уже собиралась броситься к знакомому левому коридору, как почувствовала руку, резко схватившую её за воротник рубашки, чтобы дёрнуть в… в стену. Гермиона почти вскрикнула, но другая рука быстро зажала ей рот. Её прижали к стене лестницы-прохода. Перед ней стояла разгневанная Беллатрикс Лестрейндж, почти дышащая огнём. Её безумные глаза в полутьме казались устрашающими и жуткими. — Совсем с ума сошла?! — рявкнула Беллатрикс, крепко вжимая ладонь в губы Гермионы, словно желая вдавить её таким образом в стену. Гермиона обхватила её предплечье руками, пытаясь оторвать руку от своего рта. Беллатрикс всё же отпустила её, тут же хватая за ворот и начиная тащить за собой наверх. — Безмозглая девчонка, — прорычала Лестрейндж, свободно проходя сквозь дверь и втаскивая Гермиону за собой, даже если она отчаянно сопротивлялась. — Отпусти, — прошипела Гермиона, пытаясь хоть как-то затормозить Лестрейндж, но та вообще игнорировала её, рывком открывая дверь спальни, в которой до этого была девушка, и толкая Грейнджер туда. Гермиона упала, тут же оборачиваясь к Беллатрикс и торопливо вставая. Её палочка сразу взметнулась вверх, в направлении к Лестрейндж. Женщина захлопнула дверь, сразу же начиная наступать на Грейнджер. Когда палочка уткнулась в грудную клетку Беллатрикс, а Гермиона оказалась зажатой у стены, Грейнджер поняла, как бесполезна её палочка сейчас. — А если бы они увидели?! — почти взорвалась Лестрейндж. — Знаешь, что было бы, увидь они тебя, сука?! Гермиона стиснула зубы до боли. Она не могла побороть страха в глазах. Такой яростной она Беллатрикс ещё не видела. Ни капли обычного злорадства или безумного веселья. Ни капли. — Знаешь?! — Гермиона дёрнулась от этого крика, тут же поспешно качая головой. Её сердце металось всё быстрее. Беллатрикс громко дышала, но всё же медленно успокаивалась. Пламя в её глазах постепенно угасло до предупреждающего огонька. Она наклонилась ближе, и Гермиона автоматически подалась назад, вжавшись затылком в стену. — Убили бы не только тебя, глупая девчонка, но и мою сестру. Я бы достала тебя из самой преисподней и сделала из тебя живое чучело. Всю оставшуюся жизнь ты бы чувствовала, как иглы впиваются в твою кожу. Я бы не дала тебе умереть, щенок. Голос спустился с крика до низкого рокочущего предупреждения. Гермиона чувствовала, как становилось больно от того, с какой силой она вжималась в стену. — Достаточно, Белла. — Грейнджер содрогнулась от холода в голосе Нарциссы — её голос она точно везде узнает. Она не сомневалась, что никогда в жизни не слышала её такой. Беллатрикс сжала зубы, ещё некоторое время прожигая взглядом дыру в Гермионе. И всё-таки она отстранилась, оборачиваясь к Нарциссе. — Они увидели? — мрачно спросила она, пока Гермиона позади опустила палочку, пытаясь восстановить дыхание. — Нет. Беллатрикс чуть расслабилась и направилась к выходу. — Запри её здесь, — недовольно сказала Лестрейндж, уходя и прикрывая дверь. Нарцисса ничего не ответила, не оторвала взгляда от пола, стоя со скрещенными на груди руками, прислонившись к дверному косяку. — В этом доме почти все Пожиратели смерти и сам Волан-де-Морт. Нарцисса не поднимала взгляда, не повышала тона. Она говорила спокойно и расслабленно. Но этого хватило, чтобы Гермиона замерла. — Этот дом больше не безопасен. Вы ввязались в эту историю, но… уходите, если Вам есть куда. Гермиона не дышала. Она всё ещё вжималась в стену, словно от этого зависела её жизнь. Гермионе было некуда идти. Да даже не в этом было дело… она выбрала сторону. Она не позволит себе дважды уйти от стороны, сбежать. — Он не знает, что я в доме? — почти шёпотом спросила Грейнджер. — Считает, что Вы сбежали. — Нарцисса скучающе взглянула на книжные полки, неторопливо скользя по ним взглядом. Повисла тишина. Нарцисса и Беллатрикс защищают её, скрывая от врага под самым его носом. Защищают ценой жизни… — Простите, — прошептала Гермиона, опуская взгляд и чувствуя, как сердце начинает болеть. Нарцисса подняла на неё задумчивый взгляд. — Вам есть куда уйти? Гермиона покачала головой, чувствуя полное истощение. Слёзы сами потекли по щекам. — Нет, теперь некуда, — прошептала Грейнджер, не поднимая взгляда. Нарцисса кивнула, задумчиво глядя на неё. — Если вдруг найдёте, сразу же скажите. Здесь точно нельзя оставаться. Малфой ушла, тихо прикрыв за собой дверь. Гермиона всхлипнула, медленно опустив голову. Ей больше некуда идти. Ей нельзя оставаться здесь. У неё нет стороны. Все огоньки надежды оказались затушены и погребены глубоко-глубоко под землёй.

***

Нарцисса пришла вечером. Гермиона сидела на кровати, глядя куда-то сквозь всё возможное, и заметила её не сразу. — Завтра сюда приедет Драко, — тихо произнесла Малфой, вырвав девушку из мыслей. Та потерянно взглянула по сторонам, прежде чем обнаружить Нарциссу на краю кровати, смотрящую в окно. — Ненадолго. Я не дам ему здесь задержаться. Тут она повернула голову к Гермионе. — Вы сможете отправиться с ним. Полагаю, к кому-то из его друзей. Знаю, Вы не особо дружны, но это единственный вариант, который я могу предложить. Гермиона покачала головой. Да, любой вариант был лучше сложившегося, но Грейнджер провела весь этот день в размышлениях. Она поняла, что нет никого, к кому она может отправиться. Было что-то глубоко внутри, что оттягивало её назад, как будто говоря о том, что она что-то упускает. Но это «что-то» было далеко, поэтому теряло значимость. — Я хочу быть на Вашей стороне, миссис Малфой, — тихо сказала Гермиона. — Я хочу оставаться с Вами на одной стороне. Эта война… она уже коснулась меня. Я больше не могу просто остаться вне. Не могу… Нарцисса кивнула. Война нашла её в четырнадцать. Малфой прекрасно всё понимала, даже если не знала, что именно разрушилось в Гермионе и что же произошло. Они молчали некоторое время. — Миссис Малфой, — тихо сказала Гермиона, углубившись в свои мысли, — а Вы… Вы когда-нибудь думали встать на сторону Ордена? Всё же поначалу там было безопаснее. — Гермиона задумчиво смотрела на Нарциссу. Легче было тему перевести, чем говорить о том, почему она осталась. — Мисс Грейнджер, Вы забываете, что я остаюсь на этой стороне из-за Беллатрикс, — Нарцисса чуть улыбнулась. Гермиона кивнула. Точно. — И всё же каковы Ваши взгляды? — Грейнджер старалась говорить непринуждённо. — Я лишь считаю, что людям стоит продвигаться дальше ненависти. — Ненависти, в общем? — Да. Ненависти к Пожирателям, ненависти к маглорождённым. Ко всем существам, за или против которых борются. Гермиона хмыкнула, глядя на свои руки. — То есть, всё равно, что творили и… будут творить Пожиратели? — Не всё равно, но, убивая их, люди становятся лицемерами, когда после говорят о недопустимости лишения жизни. Гермиона хмыкнула, кивнув. Она всё же не была так доброжелательно настроена к тем, кто убивает людей и, в том числе, продвигает идеи расизма против таких, как она. — Щиты, мисс Грейнджер, — вздохнула Нарцисса, прикрыв глаза. — Да, расизм уж точно не лучшее проявление Пожирателей, но Вам стоит понять другое. Гермиона не стала ничего говорить про эту случайную мысль, за которой она не проследила. Не было смысла скрывать что-то от Нарциссы. Женщина, тем временем, повернулась к ней, взглянув задумчиво и устало. — Пожиратели идут за Волан-де-Мортом. Уверяю, части из них плевать на маглорождённых и прочих. Так же, как и половина Ордена Феникса следует за лидером — Дамблдором. — Весь Орден Феникса против Его идей, — покачала головой Гермиона, нахмурившись. — Вы не знаете наверняка, — усмехнулась Нарцисса. — Иногда люди преследуют свои цели. Безопасность, гарантии. Некоторым может быть всё равно. Но они будут продолжать оставаться рядом. И Волан-де-Морт, и Дамблдор дают людям то, что те хотят, исходя из собственных расчётов. Гермиона задумчиво смотрела на Нарциссу. — Что Он предлагает своим людям? — Свободу, — тут же сказала Малфой. Она взяла паузу, давая Грейнджер осмыслить. — Он даёт свободу, власть над людьми. Он… — Нарцисса отвела взгляд, вздохнув. — Он потрясающий психолог, если так посмотреть. Я прекрасно вижу, какие приёмы он использует и как они срабатывают на чистокровных, которые страдают от собственных взглядов. Гермиона опустила глаза. — И всё же. Если меня встретит любой Пожиратель смерти, он не будет дружелюбен. Каких бы взглядов ни придерживался. Нарцисса пожала плечами. — В их глазах Вы всё ещё близкий к Ордену человек. Они хотят признания Тёмного Лорда и, захватив Вас, они получат его. Гермиона поджала губы. Всё это звучало не особо утешительно. — Что будет, если меня всё же… схватят? — её ладони сжались в кулаки. Она нервничала. — Я не знаю, — честно ответила Нарцисса. — Возможно, будут пытаться достать информацию. Возможно, что похуже. Здесь в основном убийцы, насильники и садисты, мисс Грейнджер. Дрожь пробежала по позвоночнику. — Но… они ведь не… — ком встал посреди горла, и Гермиона не смогла вымолвить и слова более. — Мисс Грейнджер, именно поэтому лучше оставить свои принципы. Лучше оказаться в безопасности и восстановиться, чем оказаться здесь. В опасности и я, и Белла. Я уже не говорю о Вас. Гермиона впилась взглядом в кровать, пока сердце бешено стучало в груди. Она понимала, что Нарцисса права. — Я не могу, — прошептала Грейнджер, медленно прикрывая веки. — Не могу… Нарцисса смотрела. Долго, внимательно и по-особенному устало. Так смотрят люди, которые чувствуют всю боль, но не могут её вынести и показать своё сочувствие. Так смотрят люди, которые знают, что такое страх. — Есть человек, которому можно довериться в нужный момент? — спросила Малфой. Гермиона старалась вспомнить хоть кого-нибудь. Нет… она не могла представить никого. Все они были на стороне Ордена. Она покачала головой. Гарри и Рон не смогут помочь ей. — Безопасный выход всё же нужен, — сказала Нарцисса, закрывая глаза. — Я могу договорится с Северусом. Какими бы плохими ваши отношения ни были, вы оба разумные люди и оставите ненависть, я уверена. Гермиона прикусила губу, неуверенная, что она согласна с этим утверждением. Хотя теперь… теперь стало чуть проще смотреть на положение профессора Снейпа. — Сделаем порт-ключ — вздохнув, начала объяснять Малфой. — Как только Вы коснётесь его и сосредоточитесь, Вы окажетесь в квартире Северуса. Думаю, он согласится сделать его. Гермиона кивнула. Это звучало очень удобно и более безопасно, чем бросаться в дуэль. — И всё же каковы последствия для Вас? Нарцисса открыла глаза, выгнув бровь. — С чего Вы так беспокоитесь о моей безопасности, мисс Грейнджер? — вздохнула Малфой, глядя на девушку. Та отвела взгляд, поджав губы. — Знаете, не важно, — Гермиона повела челюстью, выпрямляясь. Не важно. Совсем не важно, почему Грейнджер вообще решила сказать эту фразу. Не важно.

***

Нарцисса чувствовала, как сильно напряжение держит её в своих руках. Она вышла из комнаты. Здесь никого не было, но Нарцисса всё же шла с прямой спиной и бесстрастным выражением лица. Прошла уже пара дней с тех пор, как она заглядывала к Гермионе. В основном, они общались с помощью легилименции. Это были диалоги о том, что девушка читала. Оказалось, что Гермионе очень важно рассказать кому-то о прочитанном ею. Нарцисса и не представляла, как тяжело ей было до сих пор: дети и подростки редко тянутся к знаниям и редко обладают готовностью выслушать кого-то. Нарцисса же могла слушать её часами. Это было своего рода успокоением: Гермиона говорила довольно много, но с той мягкой подачей, что делало её рассказы колыбельной. Нарцисса один раз слушала её перед сном, оторвавшись от дремоты, когда Гермиона уточнила, не много ли она говорит. И Гермиона волновалась. Что-то, с чем Нарцисса просто не могла ужиться. Она каждый день спрашивала о том, что происходит, акцентируя внимание на том, как чувствует себя Нарцисса и как влияет на неё то или иное событие. Гермиона каждый раз уточняла, не занята ли она, хочет ли сегодня что-то послушать, точно ли не устала от вечного голоса в голове. Да, от него было возможно устать, Нарцисса была уверена, но этого пока не происходило, поэтому она каждый раз говорила: «я Вас слушаю», замолкая и вслушиваясь в голос девушки. Нарцисса понимала: Гермиона уже знает, что Малфой нравится это «общение». И верно. Нарцисса была из тех, кто обрывает дискомфорт или без проблем приказывает заткнуться и не мешать. Прошла ещё пара дней, а может, и целая неделя. Нарцисса немного запуталась, но ей уже было всё равно: сегодня был день, когда жизнь немного оживилась, став большим, чем напряжёнными попытками прислушаться к звукам в собственной комнате. Приехал Северус. И сделал это сразу из-за нескольких вещей: он привёз порт-ключ для Гермионы, привёз Драко и приехал сам для собрания. Волан-де-Морт дал всем им отдохнуть, лишь приказав узнавать новости и события магического Лондона и, в частности, Ордена Феникса. Нарцисса вышла из комнаты и направилась в сторону двери. Гермиона узнала о проходе на второй этаж после своей ошибки, но она не знала о ещё одном проходе: он был более скрытым. Это была обычная дверь, которая не отличалась от прочих. Но стоило Нарциссе открыть её, как она оказывалась перед лестницей, ведущей вниз. Этот проход продумывала сама Нарцисса, создавая его с помощью своих сил и сил эльфов уже после первой магической войны. Спустилась Малфой довольно быстро. В тишине был слышен лишь стук её каблуков и стук сердца. Нарцисса уже сомневалась в том, что слышит его только она. Она толкнула дверь и вышла в левый коридор второго этажа. Это была самая дальняя комната гостевых спален. На неё и не подумаешь. Но здесь было удобнее: тут же был спуск сразу на первый этаж, также скрытый. Однако Нарциссе лучше пройти таким способом. Она это и сделала направившись вперёд. Полумрак был ей на руку. Одна из дверей спален открылась, заставив Малфой замедлить шаг. Из комнаты вышел мужчина. Сначала она подумала, что это Рудольфус, тут же не на шутку напрягшись, но мужчина обернулся. Это был Рабастан. Нарцисса расслабилась, подойдя к нему. Рабастан улыбнулся спокойно и кивнул ей. Рабастан был мягче. Рудольфус — острые углы сплошь и рядом, пока его брат — такой же отточенный профиль, но более смягчённый. У него взгляд острее, волосы чуть короче, но Рабастан всё ещё мягче. Он спокоен, непоколебим — Рудольфус нахален и легко воспламеняем. Нарцисса всегда предпочитала младшего из братьев. Они даже почти заключили брак, но вмешался отец. Тогда и стало ясно, что, как бы ни была сильна Друэлла, она не могла идти против мужа во всём. Особенно в таких официальных вещах, которые касались не только их семьи. — Что-то случилось? — Рабастан сразу понял, что Нарциссе уж точно не нравится присутствие в доме стольких Пожирателей. Вряд ли бы она вышла просто так. — Северус прибыл, — тихо сказала Нарцисса, пока они свернули к лестницам. Внизу был Антонин… Малфой сжала зубы, но даже не взглянула на него, неторопливо спускаясь. Рабастан бросил на него задумчивый взгляд, прежде чем вновь сосредоточиться на Нарциссе. — Тогда не буду тебе мешать. — Он кивнул, получив тот же ответ. Они разошлись в разные стороны. Рабастан был немногословен в обычное время. Это Нарцисса ценила в нём. Она зашла в гостиную, тут же застав картину, которая заставила её напрячься и почувствовать сильнейшее счастье одновременно. Помимо её дорогих Северуса и Драко в комнате был Люциус. Его рука тяжело лежала на плече сына, пока он беседовал со Снейпом. Нарцисса поджала губы. — Здравствуй, Северус, — спокойно и немного отстранённо поприветствовала она. Северус тут же обернулся к ней, кивнув. — Увидимся позже, Люциус? — выгнул он бровь. Лицо того закаменело: Люциус прекрасно понимал, что его пытаются прогнать. Он кивнул Северусу и взглянул на сына. — Мы ещё поговорим, Драко, — железным тоном сказал он, прежде чем уйти, не бросив на Нарциссу ни взгляда. Женщина выглядела почти агрессивно, но всё это угасло, когда Драко шагнул к ней, чуть сомневаясь: он старался не вмешиваться в моменты раздора между родителями. Нарцисса тут же взглянула на него, торопливо подойдя, чтобы обнять. Парень положил голову на её плечо, прикрыв глаза. Он даже не виделся с ней в июне и мае, в целях безопасности сразу отправился к Северусу. Нарцисса крепко прижимала к себе сына, чувствуя, как успокаивается её томящая тревога за него. Северус смотрел на это мягко и с лёгким теплом. — Мам, всё в порядке здесь? — тихо спросил Драко, отстраняясь и с беспокойством вглядываясь в глаза, покрытые теплом. Нарцисса помедлила с ответом. — Боюсь, сейчас будет всё сложнее назвать происходящее «порядком». Но это не стоит обсуждать здесь. Нарцисса бросила взгляд на Северуса, пока её пальцы поглаживали рубашку на плече Драко. — Ты задержишься? — уточнила она. — Думаю, мне стоит, — кивнул Северус. — Значит, наверх, — кивнула Нарцисса, направляясь прочь из гостиной. Она более не доверяла этому дому. Они поднялись на третий этаж и без вопросов пошли в комнату Нарциссы: в свою спальню Драко сможет отправиться позже. «Я слышу шаги на этаже, — раздался встревоженный голос Гермионы, — это… это Вы?» «Да, мисс Грейнджер, не волнуйтесь. Всё под контролем», — Нарцисса подумала о том, что это даже хорошо: Гермиона слышит чужие шаги заранее. Малфой закрыла за ними дверь, быстро наложив заглушающие чары поверх тех, что были в барьерах дома. Недоверие. — Ты не останешься здесь надолго, Драко, ни за что, — вздохнула Нарцисса, только закрыв дверь. — Мам, что происходит? — с тревогой спросил Драко, когда Нарцисса прошла мимо него, направляясь к окну. Женщина поставила руки на подоконник, стараясь успокоиться. Она чувствовала себя параноиком. — Здесь небезопасно, Драко, — сказал Северус, прекрасно понимая переживания Нарциссы. — Но… а как же вы? — его взгляд непонимающе метался от Северуса к матери и обратно. — Мы уже в этом замешаны, — покачала головой Нарцисса, не оборачиваясь. — Но вы подвергнете себя опасности! А я что? Буду сидеть в стороне и смотреть на это? — Драко не возмущался. Он уже умел успокаивать свой гнев и включать холодный разум. Сейчас он, скорее, нервничал. — Драко, — устало вздохнула Нарцисса, опуская голову, отчего её волосы спали по обе стороны от лица, — ты будешь в безопасности. Он… он может обратить на тебя внимание. — Нарцисса знала, что сын вздрагивает при имени Волан-де-Морта. Она готова была подстроиться, ради этого маленького спокойствия. — Поэтому стоит обезопасить тебя. — То есть отослать? — сжав кулаки, бросил Драко, уже более враждебно глядя на спину матери. Северус отвёл взгляд, чувствуя, как сам напрягается. — Это дело не должно касаться подростков и детей, — сохраняя ровный тон, объяснил Северус, снова взглянув на парня. Тот нахмурился, выглядя упрямым. — Но Поттер? Он-то подвергает себя опасности, он противостоит. И он, и его друзья. Нарцисса напряглась. Ей лишь предстояло рассказать сыну о том, что случилось с одним из друзей Поттера. — Драко, — оборвал Северус. Тот сжал зубы, взглянув на Снейпа. — Что? Я ведь прав. И он, и вся семейка Уизли с Грейнджер запросто участвуют во всём этом. В том числе, против Пожирателей. Северус собирался сказать ему о том, что сравнивать, чёрт возьми, вообще неуместно, но Нарцисса обернулась к ним, взглянув на сына строго. — Драко, что именно ты хочешь? Участвовать в этом конфликте? Быть в одном доме со взрослыми? Что именно? Драко чуть опешил. Его запал утих, пока он лишь немного вздёрнул плечами. Глаза опустились в пол. Тишина успокоила всех троих, потушив возможный конфликт сразу же. — Слизеринцев и так считают просто трусливыми и подлыми. На курсе считают, что мы лишь выродки Пожирателей смерти, — признался парень, крепко сжав кулаки. Северус бросил взгляд на Нарциссу, тут же насторожившись. Женщина выглядела подобно ледяной королеве, которая была явно разгневана. О да. Если её сына оскорбляют, тем самым подталкивая к эпицентру землетрясения? Нарцисса уж точно такого не прощала. — Драко. — Голос её был холоден. Парень не поднял головы, всё ещё стискивая кулаки до боли. Нарцисса медленно подошла к нему, аккуратно подняла его голову за подбородок, даже если сын уже был выше неё. Драко избегал её взгляда. В уголках его глаз были слёзы. Если парень считал это унизительным — чувствовать такую боль от обычных слов, — то Нарцисса очень хорошо видела, как сильно был нагружен Драко и как сильно он устал. — Драко, — прошептала она, её взгляд смягчился. Парень всё же поднял глаза. — Ты должен сейчас услышать меня, хорошо? Драко твёрдо кивнул, собираясь с силами и набирая в грудь воздуха. — То, что говорят другие, всегда далеко от правды. Они не знают, как чувствуешь ты. Ты сам не знаешь, что чувствуют мистер Поттер и остальные. И это нормально. Именно поэтому стоит понять, что всегда есть скрытая сторона. Драко молчал. Было тяжело принять это. Тяжело осознать. — Сейчас дом опасен. Я хочу не отослать тебя, а защитить. — Как? — сглотнув ком в горле, прошептал Драко. Нарцисса чуть отстранилась, её плечи расслабленно опустились, когда она поняла, что сын готов её выслушать. — До конца лета тебе стоит остаться у кого-то из твоих друзей. Если ты ещё дружен с Блейзом, то будет прекрасно, если останешься у него. — Нарцисса отошла и присела на край кровати. — Ближе к сентябрю я полностью продумаю план. Драко думал. Да, это звучало неплохо… с Блейзом они и правда дружны. — А если опасность будет грозить вам здесь? — с тревогой спросил он. — Мы справимся, — покачал головой Северус. Драко с сомнением смотрел в пол. Он хотел остаться. Хотел, но его доверие к матери было слишком сильно. Она всегда была сторонницей компромиссов с ним. Всегда находила идеальную середину и для его интересов, и для изначальных целей. Она всегда слушала его мнение и всегда считала его за живого человека; не за куклу, какой он приходился отцу. И сейчас Драко был готов отступить. Даже если это казалось неправильным. — Завтра. Просто ответь завтра, — тихо сказала Нарцисса, глядя в пол. Парень кивнул и вышел из комнаты. Он хотел бы вернуться в свои девять, когда уговаривал маму переехать во Францию, потому что там драконы. Может, ему бы удалось довести дело до конца и оказаться далеко от этого места.