Эрл Грей с де Клером

      Плотно задёрнутые шторы создавали в комнате полумрак и сохраняли иллюзию прохлады. Палящее солнце клонилось всё ближе к горизонту. За окном шелестел сухой ветер. В носу щекотало от аромата бархатцев, которые молодые служанки заботливо выхаживали в такую жару. Скромный букетик огненных цветов красовался на рабочем столе. Дивия Шарма потянулась и с тоской подумала, как ей хочется пригласить Сару и Радху, чтобы вместе лежать в тени под навесом, пить прохладный чай и разговаривать о пустяках. Но развлечения закончились, когда на плечи лёг тяжёлый груз ответственности под названием «долг». У неё было всё, чего можно только пожелать, но Деви всё равно оставалась должницей: дюжине, семье, которой больше нет, своим слугам и работникам, всей Индии и её благополучию. Но где в этом всём она сама?       Дни слились в бесконечную цепочку из одного слова — дела. Когда одни дела заканчивались, за ними следом возникали новые: важные, неотложные, не терпящие передышки и отвлечения на глупости. Хотелось вернуться в юность, чтобы вновь ощутить, как льётся вместе с кровью в жилах свобода. Деви растёрла покрасневшие от усталости глаза, вдохнула запах лета, пряных благовоний, пыльных ковров и окунулась в мир цифр. Если долг взвалили ей на плечи, то будущая свадьба упиралась в грудь остриём, словно пуддха. Всё чаще, лёжа ночью без сна, она представляла, что рядом, на второй половине кровати, спит он — её супруг. Тело мгновенно цепенело и такая смелая и решительная Дивия Шарма до самого утра пыталась совладать с приступами паники. А бывало, что она подолгу сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы, и не узнавала своё отражение: чужачка смотрела на неё по ту сторону такими дикими и загнанными глазами, что становилось жутко. Поэтому, быть всё время занятой и не иметь свободного часа, она считала благом.       Лорд де Клер не давал о себе знать со дня приёма. Первую неделю Деви переживала, что их союзу грозит расторжение. Она порывалась написать ему короткое послание, но всякий раз одёргивала себя, когда садилась за стол. Что она ему напишет? Он — человек слова. Или Дивия убеждала себя в этом? Англичанам доверять нельзя, но и он не простой их представитель. Каким был план дюжины дальше этой свадьбы — ещё один вопрос, мучивший её. Видии Басу она доверяла не больше. Вместе с Дубеями она наверняка уже всё решила, но Деви не собиралась играть по их правилам. Интуитивно, она знала, что им всё равно, что с ней будет дальше. Нужен результат, а она всего лишь инструмент: удобный и надёжный. Но в умелых руках опытных игроков, инструмент может ранить. Смертельно.       После предложения Кристиана де Клера, Дивия решила бороться за себя. Оставалось надеяться, что он не откажется помочь ей в этом. Она не была глупой и наивной девчонкой и понимала, что у всего есть своя цена и лорд попросит плату вперёд. Она бы попросила. Действовать осторожно и не раскрывать перед ним все карты сразу — вот её стратегия на ближайшее время. Они могли бы стать отличной командой.       «Только англичанам доверять нельзя».       Это знали все, как самую важную в жизни мантру и повторяли несколько раз в день перед и после еды.       В комнату вбежала запыхавшаяся грузная служанка и, упёршись руками в колени, выпалила:       — Госпожа, скорее, он здесь и ждёт внизу. Я вышла в гостиную, а он сидит с вашим тиграй.       — Во-первых, успокойся. — Деви смотрела укоризненно и строго. — Во-вторых с тигрОм! А в-третьих, кто он?       — Так лорд. — Служанка потупила взгляд и опустила глаза. — Из Англии.       — Меня не уведомляли о его визите. Деви моргала в недоумении.       — Мне сказать, что вы заняты?       — Нет. — Нервные пальцы перебирали страницы самодельного календаря, и она пыталась найти в нём упущенное событие, о котором могла забыть. — Это невежливо. Скажи, что я скоро спущусь. И пусть нам накроют в саду.       Служанка скрылась за дверью, и Деви взялась руками за голову. К вечеру боли усиливались: пульсировало в висках и затылке, а если она подолгу задерживалась за работой, то начинала пылать. Не лучшие пилюли, не сложные рецепты микстур, не уксусные растирки не давали долговременного эффекта. Все ответы были в Калигхате, но Дивия медлила. Ей нужно умыть лицо розовой водой, надеть что-то симпатичное и прицепить к лицу милую улыбку. Время показать, кто такая госпожа Шарма.       В семейном саду было тихо. Деви мягко ступала по пожелтевшей траве, которую нещадно выпалило солнце, и только успевала вдыхать ароматы. Ярко и удушливо пахло белыми цветами. Она не могла понять, почему ей до сих пор не пришла идея работать на свежем воздухе? Под роскошным навесом, за небольшим деревянным столиком на двоих, сидел лорд де Клер. Идеальная осанка выдавала в нём человека гордого, а вздёрнутый к верху подбородок — надменного. Он не расслаблялся даже наедине с собой. Его чёрные волосы, такие гладкие и консервативно причёсанные, ей хотелось растрепать. Она заметила, что в такую жару на нём длинные сапоги из кожи. Деви посмотрела вниз на свои лёгкие тканевые туфли и поморщилась, словно вдруг поняла, что чужестранная мода останется для неё чем-то диким и жутко неудобным. Дивии предстояла сложная задача — подступиться и удержать внимание.       — Добрый вечер, господин де Клер. — Обойдя его сзади, она встала у второго стула. — Вы слегка застали меня врасплох своим визитом. Я не ожидала, что буду принимать гостей.       — Госпожа Шарма. — Кристиан поднялся, взял её руку и формально поднёс к губам, касаясь теплым дыханием. — Добрый вечер и прошу прощения, если мой визит доставил вам неудобства.       — Если с любезностями покончено и добавить больше нечего, присядем?       Дивия хотела взять свой стул, но Кристиан де Клер оказался первым: он отодвинул его от стола и подставил ближе, когда девушка села. Он устроился напротив, откинулся на спинку, закинул ногу на ногу и стал внимательно рассматривать хозяйку. Нежный фиолетовый цвет её сари подчёркивал теплоту карих глаз, под которыми залегли тёмные круги. Свои заострившиеся ключицы и хрупкие плечи она давно скрывала под тяжёлым полотном распущенных, густых волос. Полные губы, что ещё совсем недавно были цвета спелых налившихся вишен, побледнели.       — Выглядите уставшей, — после затянувшейся паузы он констатировал то, что она и не пыталась скрыть.       — Вы пришли, чтобы сказать мне об этом? — Деви положила локти на стол и подпёрла ладонями подбородок. — Благодарю, но в моём доме есть зеркала и я вижу себя в отражении ежедневно.       — Вы привыкаете к себе такой и уже не замечаете перемен, — молчание длилось секунду: — Для меня же они слишком контрастные. Вы когда-нибудь наблюдали, как быстро увядают цветы?       «Ничего не привыкаю. И мне страшно на себя смотреть, лорд-умник. Я же не спрашиваю, что происходит с вашими ногами в сапогах? Вот и помалкивали бы. Тоже мне садовник-любитель», — но вслух Деви это не произнесла.       — Странно, нам рассказывали, что английские мужчины сдержаны и холодны я же вижу участие и заботу. Или это бестактность? Не знаю, что и думать.       — Английские мужчины умеют заботиться о своих жёнах. — Уголок его губ дёрнулся в улыбке.       — И о будущих?       — О них особенно.       — И какова цена вашей заботы? — Деви попыталась повторить его жест, но глаза оставались серьёзными.       — Она бесценна. — Лорд наблюдал, как лицо госпожи Шарма мрачнеет. — Вам не кажется, что пора обсудить наши личные дела? Время — наш самый ценный ресурс и враг. Его в достатке для вторых и так мало для самих себя и близких. Вы и сами это знаете.       — Могли написать. В Индии мужья — люди занятые и хорошие жёны всё понимают.       — Госпожа Шарма, обмениваться письмами — занятие романтичное. Прямо, как в любовных романах. Но нам пора учиться привыкать к обществу друг друга. Скоро мы будем жить под одной крышей и делить территорию. Вот я и подумал, что пора преодолеть неловкость в общении.       — Я вас смущаю? — Деви мысленно поблагодарила его за деликатность и тактичность, делить им придётся не только ответственность и территорию, но и постель.       — Нет, я — вас. Вижу, как рядом со мной вы вся зажимаетесь, такая настороженная, словно постоянно ждёте подвоха. Хотя, успеваете показать свои зубки.       — Вы подарили мне тигра и сказали, что мы похожи. Будьте бдительны, господин де Клер, хищники остаются собой, пусть и позволяют чесать их за ухом.       — Звучит, как обещание. — Лорд подался вперёд и его синие глаза потемнели. — Буду настороже.       Их беседу прервала служанка, которая ловко расставляла на столике чашки, маленький зеленый чайничек, на крышке которого красовался слон, и маленькую бумажную коробочку, обёрнутую блестящей лентой. Кристиан де Клер хотел разлить чай, но Деви пресекла его благородный порыв пальцем.       — Нет, господин лорд. — Она встала с ним рядом и стала наливать чай тонкой длинной струйкой. — Вам нужно начать привыкать к тому, что жена ухаживает за супругом.       Кристиана позабавило то, как быстро они стали выстраивать свои правила игры. Деви вернулась на своё место и вдохнула чайный аромат.       «Как необычно. Так терпко, что аж в горле першит. И ещё цитрусы. Знакомо и нет одновременно», — она отхлебнула и поморщилась.       — Вам не нравится? — Кристиан делал маленькие глотки.       — Нет. Не знаю. Необычно.       — Это «Эрл Грей» — знаменитый традиционный английский чай. Существует легенда, что лорду Грею прислал образцы сам китайский император за спасение своих моряков.       — Хм, — Деви дула на чашку и задумчиво смотрела на Кристиана. — Легенды на то и легенды, чтобы воображать о величии предков или их никчемности. В Китае не растёт бергамот, который оставляет свежий привкус цитрусов на языке. А такая терпкость свойственна сортам на Цейлоне. Так что, ваша байка развеивается, как этот дым. На самом деле, ваш лорд обыкновенный захватчик, который украл рецепт и выдал его за национальное достояние.        Рука Лорда де Клера дрогнула на полпути ко рту, он поставил свою чашку, нахмурился, а в следующий миг, его плечи задрожали и он громко расхохотался. Дивии пришлось впервые видеть его таким. Она знала только деловую сторону Кристиана, его выдержку, манеры, холодность в речах и некую отстранённость. Сейчас он выглядел совсем другим человеком, которого ей ещё предстояло узнать. Да и позволит он это? Деви смотрела, как собираются морщинки у его глаз, как разгладился залом на лбу, и лицо стало выглядеть по-мальчишески озорным. А он продолжал смеяться.       — Вы удивительная девушка, госпожа Шарма. — Кристиан достал белоснежный платок из внутреннего кармана и промокнул заслезившиеся глаза. — Если с вами всегда так весело, я готов жениться хоть завтра.       — Рада, что вы уже привыкаете, но прошу не торопите события. Кто знает, может вы так себе собеседник и кроме сказок вам больше нечего мне предложить.       — Вижу, что деловая хватка семьи Шарма — это не слухи. Жёстко и сразу в оборот.       — Интересно, кто же их распускает, господин де Клер?       — У нас будет ещё время обсудить наших общих доброжелателей.       — Есть темы важнее?       — Как ваш опекун отнесётся к тому, что вы здесь наедине с мужчиной?       — Вы же не просто мужчина с улицы, — смотря прямо в глаза, Деви произносила чётко каждое слово, — а самый ценный. Он будет не против. Не сразу, но ему придётся наступить на свой авторитет, придушить гнев и укротить мужское эго.       — Оцениваете меня, как камни в ваших шахтах. Что ж, я знал, когда выбирал настолько деловую девушку. А вашему опекуну я не завидую, настолько невысокого мнения вы о нём и его обязанностях, как ответственного за ваше благополучие лица.       Они замолчали. Оранжевая полоска заката отражалась в глазах Деви делая их цвет ярче, глубже, пленительнее. В цветах роились пчёлы. Головная боль снова подкрадывалась и пока гудела где-то далеко, но обещала ударить неожиданно и сильно.       — А дюжина? — Он первый нарушил тишину. — Вам важно, что скажут они?       — А вам? — Дивия не знала и решила отвечать вопросом на вопрос.       — Значит, не знаете. — Кристиан потёр подбородок. — И всё равно рискуете.       — Я ничем не рискую. Вы — мой будущий муж. Все были согласны. Да, соблюдать приличия важно, но и мы не делаем ничего страшного, что можно бы было осудить. Сидим, пьём чай, обсуждаем предстоящие свадебные хлопоты. Очень странно, что вы решили позаботиться о моей репутации, когда уже явились и хохочете, словно я рассказываю вам похабные истории. Уверена, завтра мои служанки уже будут судачить на рынке, как их молодая госпожа кокетничала со своим новоиспеченным женихом. Какой удар по моему честному имени.       — Насколько вы сами хотите этого? — Лорд не поддержал её сарказм. — Вы сказали, что согласны были все, но про себя не упомянули.       Дивия не ожидала, что он зайдёт с этой стороны. Она не хотела признаваться, давать ему козырь, делясь своими страхами и опасениями, поэтому опустила глаза на руки и твёрдо отчеканила:       — На приёме я сказала вам — да. У вас есть причины сомневаться?       Мужчина задумчиво смотрел на вмиг переменившуюся девушку. Деви хотела закончить разговор и уйти, но между ними оставалась недосказанность, которая не отпускала. А ещё правила приличия и статус хорошей хозяйки.       «Чего он хочет? Вынюхивает про Камала и дюжину. Но зачем? То, что нужно, ему и так известно, а остальное — не его ума дело. Он чужак, им должен и остаться. Хочет сыграть на моих чувствах? Так я не дам этого сделать».       — Вы не открыли подарок.       — Что? — Деви удивлённо оглянулась по сторонам. — Какой ещё подарок? Слон в моём саду?       — Нет, но намёк я понял. — Кристиан пытался разрядить возникшее между ними напряжение. — Он в коробке, откройте.       Дивия и не заметила, что всё время бумажная коробочка стояла между ними. Она подтянула её к себе и развязала ленту. Внутри лежали две трубочки из теста, покрытые сверху блестящим шоколадом.       — Что это? — Она взяла одну и стала внимательно рассматривать.       — Эклер. — Кристиан с любопытством наблюдал за её попыткой подступиться лакомству.       — Как? — Деви думала, что ослышалась и решила переспросить.       — Эклер, — Кристиан повторил на французский манер, — десерт из Франции.       — А мне послышалось, что он назван в честь вашей семьи.       — Нет, госпожа Шарма. — Лорд усмехнулся. — Наш род не беден, но не настолько знаменит, чтоб называть в его честь пирожные. Это рецепт для французских королей. Хотя, с английским Королём Георгом IV им поделился сам Наполеон.       — Вы, англичане, завоёвываете, разоряете, присваиваете себе чужое и называете своими именами. — Деви уже откусула кусочек и довольно улыбнулась. — Откуда мне было знать, что эклир не равно де Клер. А вы не потомок французских королей? Было бы славно.       — Я узнаю. — Кристин улыбался уже шире. — Надеюсь, ваша теория подтвердится, и новая фамилия добавит вам ещё больше статуса.       — Нет ничего важнее статуса у замужней женщины. — Она облизывала пальцы, на которых остался крем, и потянулась за вторым.       Нежное тесто таяло во рту, лёгкий крем со вкусом сливок оставался приятной сладостью на языке, а после в рот врывалась горечь чёрного шоколада, смешивая воедино такие разные ощущения в блаженство. Деви закрыла глаза от удовольствия. Кристиан де Клер наслаждался лёгкостью, непосредственностью и очарованием девушки. Смотрел на неё взглядом не взрослого, которого умиляет выходка ребёнка, а как заинтересованный мужчина смотрт на женщину.       — Э́к-лир. — Деви отправила последний кусочек в рот. — Даже звучит вкусно.       Кристиан потянулся вперёд через стол и аккуратно коснулся краешка губ Деви. Она не отпрянула, не ударила его по руке, не укорила за непозволительную дерзость, а застыла не месте, густо покраснела и опустила глаза. Но из-под опущенных ресниц продолжала наблюдать, как он поднёс палец ко рту и слизал капельку крема.       — Эк-ле́р, — лорд мягко поправил. — И язык к нёбу на звуке р.       — Я запомню. — Расправив плечи, Деви уже гордо смотрела ему в лицо.       — Румянец вам к лицу.       Он поднялся. Это означало лишь одно — время прощаться. Солнце давно уплыло за горизонт. Как сложно с ним оказалось: сначала ей не хотелось его принимать, в один момент она порывалась уйти и хлопнуть условной дверью, а сейчас не против, если он найдёт повод остаться. Её предательские щёки продолжали пылать, но она не собиралась больше давать себя смущать, поднялась следом и они не сговариваясь двинулись прочь из сада, который окутывали сумерки. Дойдя до входной двери, мужчина остановился и взял Деви за руку.       — Госпожа Шарма, спасибо за гостеприимство и прекрасную компанию. — Лёгкий поцелуй его тёплых губ оставил ожёг. — Я не намерен завоёвывать, разорять и красть. Я хочу, чтобы со мной делились. Всем и без остатка.       Дивия хотела ответить, но не стала. Его откровение показалось двусмысленным, и она намерена хорошенько обдумать, чем крыть. Он непременно придёт получить её ответ.       — У нас ещё будет время узнать друг друга, я обещаю. — Он не отпускал её руку и нежно поглаживал костяшки пальцев. — А пока, тренируйтесь произносить вашу будущую фамилию де Клер на французский манер. В следующий раз я хочу, чтобы вы попробовали на языке моё имя, Дивия.       С этими словами лорд оставил её стоять и смотреть на его удаляющуюся фигуру. Он не дал ей попрощаться с ним. Деви шёпотом произнесла имя Кристиан и почувствовала во рту сладость эклера.