— Пар идёт из труб, крутятся турбины
Странный, внезапно огрубевший, голос человека раздавался будто бы по всему пространству мира.— Гидравлический молот гнёт металл
Но при этом никто не обращал внимания ни на музыку, ни на голос в головах.— Вращается гигантский коленвал
С другой стороны было бы странно, если бы все обращали на это внимание. В конце концов, если мир меняется — разумы живущих в нём существ должны как-то адаптироваться к этому. Игнорирование — один из способов адаптации.— Посреди лесов, обнесённый забором, возвышается самый секретный завод
Завод этот, хоть и считается самым обыкновенным, таковым не является. Конечно, на нём производят и болты, и корпуса, и фланцы, и многое прочее. Только вот всё это предприятие принадлежит организации «прелестная кровь» и изготавливают тут в первую очередь роботов. Да не просто роботов, а пыточных, убийц, охотников и всякое в этом роде в виде разных представителей малино. Но при этом изначальный концепт роботов предполагал использование этих искусственных малино в сферах развлечений и услуг. Но ведь пытки и убийства — тоже своего рода развлечения и услуги, верно?— По его бесконечным коридорам снуют инженеры и работа идёт
Несмотря на ночное время, или, наоборот, смотря на него, работа шла полным ходом. Печи, прессы, станки — всё оборудование работало, пусть и в спокойном, но всё же темпе. Человеческий ресурс тоже активно эксплуатировался. Среди рабочих так же было небольшое количество малино. Ну, это если не считать тех, кого записывают как «испытатели». Текучка кадров у этих работников подобна горной реке. При чём задержавшиеся на рабочем месте в течении месяцев завидуют «уволенным» в первый же день.— Но внезапно что-то пошло не так
Музыкант пропел эту строчку и мир будто бы дрогнул, проминаясь и подстраиваясь под голос человека.— Вырвался огонь из плавильной печи
В одном из цехов, где переплавляли стружку, бракованные детали и лишние заготовки, внезапно одна из печей вспыхнула огнём, обдав жаром нескольких человеческих работников.— Вспыхнул лежавший рядом аммиак
Огонь, будто живой, перебросился на несколько стоявших рядом герметичных бочек с аммиаком. Никто точно не был уверен, кто или зачем их здесь оставил, но это уже не так важно. Одна герметичная бочка оказалась не очень герметичной. Смешанный с воздухом аммиак взорвался, распространяя огонь и хаос всё дальше и дальше.— Вой пожарной сирены разносится в ночи
Шум тревоги был хорошо слышен в тихом лесу. Возможно, даже в городе можно было что-то услышать.— Разносится в ночи
Повторил музыкант и где-то в стороне завода послышался ещё один взрыв. И если подойти немного ближе, можно начать различать человеческие крики.— Пожар на заводе искусственных кошек (искусственных кошек)
Будто искаженное эхо, человек повторил свои же последние слова, резко изменив свой голос. Жаль никому не было до этого дела.— Повсюду кишки и горелая кожа (рваная кожа)
Взрывы и огонь ранили и убили многих людей, но далеко не всех. Можно даже смело сказать, что меньшую часть. Основной проблемой работников завода стали свихнувшиеся из-за множества сбоев систем роботы-малино. Именно эти роботы сейчас убивали всех, кого только могли.— Странный огонь, ни на что не похожий (ни на что не похожий)
Но и огонь никуда не делся. Можете представить себе ужас людей, когда их одного за одним убивали разными жестокими способами объятые огнём роботы?— Пожар на заводе искусственных кошек (искусственных кошек)
Роботы, покрытые обгоревшей синтетической шерстью, убивали. И убивали жестоко. Один из людей оказался засунут лицом в расплавленную бронзу. Другому отрубили руки и ноги куском стального листа, который робот-малино оторвал от двери. Ещё одному работнику просто отгрызли лицо, в то время как другому вывернули рёбра наружу и вырвали сердце.— Искусственных кошек (искусственных кошек)
Быстро убитые люди наверняка хотели бы сказать спасибо, что их не оставили в живых. Потому что изувеченные, но выжившие люди, и малино, кричали в агонии, когда их поглощал огонь. Некоторым везло больше: они задыхались в дыму, быстро прекращая собственные страдания.— Создания из самых страшных снов бредут по лесу в кромешной тьме
Убив всех кто был внутри горящего здания, искусственные малино выбрались на свежий воздух, пытаясь найти новых жертв. В этом лесу почти никакое зверьё не водилось, зато роботы увидели свет свет города. Неудивительно, что механические монстры не сговариваясь побрели в сторону новых уже что-то подозревающих жертв. В конце концов, кто-то на заводе успел предупредить руководство об этом происшествии.— Хищный оскал титановых зубов. Перегрелись микросхемы, в их голове
Роботы издавали странные звуки, больше похожие на зажёванную плёнку, нежели на какую бы ни было речь, а их челюсти постоянно клацали, будто бы они пытаясь укусить что-то невидимое.— Стальные когти плоть разрывают. Ярко светятся диоды у них вместо глаз
Вскоре робо-малино добрались до города. Разумеется, ночью люди сидят по домам, как в частных, так и в многоквартирных. Но роботы это понимали. Поэтому они выламывали двери и окна, проникая в человеческие жилища. Очень скоро улицы наполнились криками жертв, большинство из которых не сделали в своей жизни никакого зла. Но разве это волнует роботов-убийц?— Всё живое они убивают. Из ноздрей выходит ядовитый газ
Вламываясь в жилища людей, искусственные малино убивали хозяев этих жилищ. Одной женщине сняли скальп и затолкали ей же в горло. Другого мужчину буквально вмяли в духовку, переломав в процессе половину костей, так что включённый огонь его уже не сильно беспокоил. Один из роботов утопил небольшую собаку в аквариуме, в то время как другой душил хозяина подушкой. Многие роботы не брезговали использовать и ножи с иглами. Так одному бедолаге в лицо воткнули по меньшей мере шестьдесят игл, после чего вспороли живот и задушили его собственными кишками.— Топот армейских сапог, рёв бронемашин. Мотострелковые части, гусеничный транспорт
Но пока роботы следовали сбою в своей программе и убивали всё, что могли, люди собрали военную силу. Ну, по крайней мере ту, которая была поблизости. Вооружённые люди быстро привлекли внимание искусственных малино, хотя бы потому что не вооружённые почти кончились. Военные попытались встретить роботов в лоб одновременным огнём, но механические тела оказались на удивление прочными.— В танки льют солярку, в ракеты — керосин
Пожалуй, на робо-зверей оказали влияние только танковые снаряды, да ручные гранатомёты, которые почти стопроцентно выводили из строя обезумевшие машины. Но роботы оказались очень быстрыми и ловкими, отчего три четверти, если не больше, снарядов проходили мимо. А роботы уже кромсали военных, проламывая керамические пластины и разрывая кевларовую ткань бронежилетов, выпуская людские кровь и внутренности на свет Божий, сминали стальные шлемы вместе с черепами, выковыривали глаза стальными когтями, отрывали головы, выворачивали руки и ноги и просто убивали. Один робот даже засунул руку в глоту человека и вспорол желудок изнутри, разлив кислоту по брюшной полости.— Генерал передаёт президенту рапорт: армия несёт огромные потери
Руководство как правительства, так и «прелестной крови» запрашивало подкрепление из всех возможных на данный момент времени источников. Эти роботы оказались чересчур мощными. Никто никогда не рассчитывал на подобное. Никто не был готов к такому. И никто даже не думал, что этого всего в принципе не должно было быть. Но вот мы здесь, смотрим на то, как робо-малино убивают людей, большинство из которых никогда даже не слышали о «прелестной крови». Роботы убивали их просто потому что могли. Просто потому что они были людьми. Просто потому что они были здесь. Просто… потому что…— Гражданские бегут куда глаза глядят
Выжившие люди в панике и в чём спали бежали прочь от механических монстров. Некоторое военные тоже решили спасаться бегством. Нервы людей, залитых кровью собственных друзей и товарищей, не выдержали. Никто бы не стал их осуждать за трусость.— Устроили резню механические звери
Кровь. Повсюду кровь. Кровь, куски тел, органы и трупы. Кровь и рвота. Кровь. Кровь. Кровь. Повсюду.— В минуту убивает кошка сто солдат
Быстро собранное войско было превращено в крупно рваный фарш. Выжившие, но изувеченные люди захлёбывались кровью и слезами. Кто-то читал молитвы, кто-то кого-то проклинал, а кто-то молил о пощаде. Никто из них не выживет.— Но внезапно что-то пошло не так
Голос музыканта раздавался отовсюду и ниоткуда. Казалось, сейчас его наконец начали замечать. По крайней мере те, кто истекал кровью и был на грани смерти.— Вырвался огонь из плавильной печи. Вспыхнул лежавший рядом аммиак
В некоторых квартирах и домах прозвучали взрывы и разгорелся огонь. Клубы дыма поднимались к небу, подобно множеству человеческих душ. Но почему они двигались к небу, если должны были отправиться в Ад? Потому что он невинно убиенные? Да бросьте, нет невинных людей. Будь среди них невинные, они бы не допустили создания такой организации, как «прелестная кровь». Да и все эти вечные войны тоже…— Вой пожарной сирены разносится в ночи. Разносится в ночи
Конечно, жестокие убийцы и маньяки есть и среди малино, но каково соотношение? Пропорции всегда самое важное. Впрочем, пока малино не встретились с людьми, они не проявляли подобной жестокости. По большей части.— Пожар на заводе искусственных кошек (искусственных кошек)
Говорят, жестокость порождает ещё большую жестокость.— Повсюду кишки и горелая кожа (рваная кожа)
Это утверждение, безусловно, верно. Сколько подвергшихся жестокости сами становились жестокими? Из выживших — многие. При чём забавно, что частенько жертва перенимает какие-нибудь привычки от своего мучителя. Например, счёт оторванных пальцев. Ну или жуткая улыбка.— Странный огонь, ни на что не похожий (ни на что не похожий)
Бывают и такие случаи, когда жертва становится худшей версией своего палача. Интересно, а почему так происходит? Может у такого явления даже есть своё научное название? Может это даже где-то изучалось? Возможно, даже «прелестная кровь» проводила какие-нибудь такие опыты. Какого-нибудь малино подвергали пыткам, а потом давали возможность пытать своего мучителя. Ну или кого-нибудь ещё.— Пожар на заводе искусственных кошек (искусственных кошек)
Такими вопросами в данный момент, напевая песню, задавался безымянный музыкант. Не то чтобы ему было это интересно, но ведь он стал жестоким именно после того, как сам подвергся жестокости. И у него был вопрос, который интересовал его гораздо больше.— Искусственных кошек (искусственных кошек)
А можно ли… исправиться? Стать вновь нормальным живым существом, которому не нужно убивать, чтобы насытить свою жажду насилия. Можно ли прервать этот цикл жестокости, перевоспитав всех жестоких? Можно ли найти такой исход событий, при котором все будут счастливы?— Создания из самых страшных снов бредут по лесу в кромешной тьме
Конечно же нет! Как вы собираетесь перевоспитать маньяка?— Хищный оскал титановых зубов. Перегрелись микросхемы в их голове
Это всё равно, что пытаться сделать нормальное яблоко из сгнившего. Бред, не находите?— Стальные когти плоть разрывают. Ярко светятся диоды у них в
место глаз Остаётся только искоренить жестокость большей жестокостью. Как бы парадоксально это ни звучало, но это так. Жестокость порождает жестокость, но и жестокость жестокостью бьётся. Главное действовать наверняка. Как сейчас.— Всё живое они убивают. Из ноздрей выходит ядовитый газ
И пока музыкант пел и придавался размышлениям, механические малино устроили полноценный погром по всему городу. А скоро сюда прибудет уже серьёзная военная сила в виде каких-нибудь бомбардировщиков. Так что пора заканчивать. — Самый страшный хищник уже у твоей двери, — распевал человек грубым голосом, который раздавался эхом в головах ещё живых людей. — Укрытия не отыщешь: сквозь стены видят механические звери! На последних словах музыкант сорвался на тихий кашель и прекратил играть на гитаре. Он часто задышал, обжигая лёгкие холодным воздухом, хотя при этом он казался очень даже горячим. После этого человек сжал руку и поднёс её к лицу так, будто он держал микрофон. — Благодарю вас, дорогие слушатели! — заговорил он мелодичным и мягким, очень смахивающим сейчас на женский, голосом. — Я — музыкант без имени, а это был мой кавер на песню группы БАУ под названием «пожар на заводе искусственных кошек». Я очень признателен всем вам. Спасибо, что пришли на мой концерт! Да-да, спасибо за аплодисменты, я это очень ценю, — человек поклонился перед воображаемой публикой. — Ну а теперь мы отправляемся в Петербург устраивать праздничный салют. Кто со мной? Все за мной! И помните: музыка меняет мир. После этих слов музыкант без имени собрал свой немногочисленный инвентарь, нацепил на лицо глуповатую усталую улыбку и побрёл куда-то прочь, оставив за собой город, наполненный огнём и кровью.