Холод в разгар весны

— Минхо.? — зовёт Джисон, поглаживая кота на своих коленях, находя в этом некое утешение.       В комнате морозно, но к сожалению не из-за открытого окна. Джи ужасно холодно и даже теплая толстовка совсем его не спасает. Холодом, коим пропиталась вся квартира, веет от парня, что в данный момент собирал сумку, чтобы снова пропасть в зале для тренировок. — Что? — голос звучит необычно колким, уставшим, сухим и Джисон лишь поджимает губы. — Ты надолго? — спрашивает он, пока Суни ластиться к его руке. — Не знаю. Скорее всего буду поздно. Не жди меня, — отзывается Ли, хотя прекрасно знает, что парень без него не ляжет. Он подхватывает сумку, даже не особо обратив внимание на Ханджи. — Хорошо, — Сон опускает голову, устремляя свой взгляд на рыжего котика. — Удачи! — Спасибо, — лишь произносит Минхо и уходит из комнаты.       Совсем скоро по квартире раздаётся грохот закрывающейся двери и Хан в очередной раз остается один на один с этим холодом. От этого льда, коим казалось, покрылись стены, Джисона бросало в неконтролируемую дрожь. Хотелось сбежать. Хотелось снова оказаться в ласковых руках его Минхо. Хотелось снова ощущать то приятное тепло, что всегда спасало и говорило, что он дома.       В очередной раз вздрогнув, Хан выпускает из рук кошку. Та недовольно машет хвостом и, потоптавшись по подушке, убегает прочь. Джисон поднимается следом, чувствуя неприятную боль в мышцах. Именно из-за нее он пропускает тренировки и такое нужное время провождение с Минхо. И Джисону очень стыдно за это. Постояв чуть на месте, он подходит к окну.       На улице скорее всего тепло, судя по яркому солнцу, которое уже собиралось скрыться за горизонтом. Люди прогуливались лишь в теплых кофтах и ветровках. Компании друзей, молодые и не очень парочки, работяги: все они почему-то в глазах Джисона были такими яркими, неестественно живыми, счастливыми. Особенно какая-то горечь пробиралась в него при виде парочек, что нежились в руках друг друга, смеялись дарили друг дружке теплые улыбки и полные любви взгляды.

***

       Время близилось к двенадцати. Джисон, расположившись на диване в гостиной, тупо смотрел на экран телефона, что транслировал их чат с Лино-хёном. «Мой Минхо-хён»

Хо ~ Как ты? ~* Я приготовил ужин. Ты скоро? 20:12

Не знаю Да, Хан-а 20:37

Хоша ~ Ты где? Уже поздно, чаги-я. Я переживаю 23:56

      Сообщения были не прочитаны, хотя время уже было двенадцать ночи. Ужин скорее всего остыл и его придется греть, но Хан об это переживал в последнюю очередь. Сейчас он волновался за Минхо.       Минут через тридцать в прихожей хлопнула дверь и Джисон сразу же поспешил туда. Ли вернулся уставший и, скорее всего без настроения. Хан, еще несколько минут молча смотрел на парня, прежде чем подойди и положить руку на такие любимые волосы, поправляя выбившиеся пряди. — Как ты, чаги-я? Как тренировка? Устал? — Нормально, — ведет плечами Ли, чуть прикрывая глаза, когда Джи касается его напряженной головы. — Тренировка так себе. Я недоволен. Да. — Я уверен, что все не так плохо, — говорит парень в привычной оптимистичной манере. — Голоден? Я разогрею ужин. — Наверное, — Ли ведет плечами, обходя Джисона. — Не нужно. Я перекусил йогуртом. Не хочу есть. Я в душ и спать. — Хорошо, — Джисон вздыхает и, кусая губу, уходит обратно в гостиную, слыша, как закрывается дверь в ванную комнату.       Стоит ему сесть на диван, как Суни начинает ластиться к его ноге, которой парень по привычке трясет, пока Дори и Дуни устроились рядом. Хан одаривает каждого частичкой своего тепла и ждет возможности, когда же сможет подарить это тепло любимому.

***

      Минхо выходит из ванной только через час. Хан вылавливает его в коридоре, у двери в их спальню, и улыбается, чувствуя тепло после душа, что исходило от тела Ли и наблюдая, как с его еще влажных волос капают мелкие капельки. — Ты не спишь? — спрашивает Минхо, чувствуя объятия. — Нет. Хотел дождаться тебя, — Джисон трет сонные глаза, но улыбка не сползает с его лица. — Дурак, — Ли приобнимает Хана одной рукой, прежде чем отстраниться и пройти в комнату.       Джисон лишь улыбается ярче, проходя следом за Минхо и устраиваясь на кровати. — Расскажешь, как прошел день, может хочешь высказаться? Мы редко видимся. Я соскучился, Хо, — говорит Джисон, видя как Минхо отворачивается. — Я очень устал, Хан, — произносит Ли, укладываясь поудобнее. Голос его звучит сухо и ощущается для Сона сухим снегом. — Да, извини. Сладких снов, чаги-я, — улыбка меркнет, пока Джисон поджимает губы и укладывает голову на подушку, замолкая. — Спокойной ночи, Хан-и.       На этом их диалог, как и день, кончился. Точнее, день должен был кончиться на этом, но Джисон, слушая спокойное дыхание Минхо, уснуть не мог. Он прекрасно понимал, как сильно устает Ли и так же он прекрасно понимал, что танцору сейчас нужна поддержка, опора рядом. Но отчего-то легче парню не делалось. — Лино? — тихо зовет он парня, но тот не реагирует. — Я тебя очень сильно люблю, — выдыхает совсем тихо он, не желая беспокоить уставшего партнера.       В носу неприятно защипало, пока он влюбленно изучал его спину затуманенным взглядом, не решаясь коснуться. Чтобы не нарушить покой своего хëна, Хан аккуратно поднимается с кровати и тихо покидает комнату, направляясь на кухню.       К сожалению его тихий поход нарушает мяуканье Дори, что до прихода Хана тихонько лакала воду. Джисон, погладив котика между треугольными ушками, дотянулся до стакана и налил в него холодную воду, удивленно стирая с щеки пробежавшую слезу. Видимо усталость Лино передалась и Хану, потому что тот, оставшись в темноте кухни, буквально рассыпался, растирая ненавистные слезы по щекам. Обида накрыла его с головой. А если Лино и вовсе не нужно его тепло? Эта мысль повлекла за собой ещё один порыв эмоций. Постучав себе по щекам, за такие мысли, Хан вытер соленую влагу и, осушив стакан, поспешил вернуться в постель. Ему точно нужен сон.

***

      Утром он по привычке проснулся раньше. Лино все также мирно спал и Джисон, потянувшись, оставил на щеке парня поцелуй, снова падая на подушки. Видимо во сне Минхо ворочался, потому что утром Хан обнаружил, что тот лежит к нему лицом, обнимая руку. Полежав еще некоторое время с парнем, по которому он так ужасно скучал, даже находясь сейчас рядом, Джисон все же поднимается и идет на кухню под мяуканье голодных котиков. — Потерпите чуть-чуть, тихо, — просит Сон, открывая пакетики с кормом.        Открыв три, он забирает именные миски и делит корм на равные порции, после чего составляя их на место, наблюдая за тем, как котики начинают поглощать пищу. Долго любоваться любимцами ему не дают, ведь из комнаты слышится мелодия будильника, от которой репер ведет плечами. Под недовольные звуки из комнаты он ставит в микроволновку тарелку с завтраком. Через несколько минут в кухню заходит Минхо, что с утра выглядит лучше, нежели вчера ночью и Хан улыбается, оставляя тарелку на столе и, подойдя ближе, обнимает парня. — Доброе утро, Хо. Как спалось? -Доброе утро, Хан-и. Спалось чудесно, а тебе? — Минхо обнимает парня в ответ и даже улыбается, от чего внутри Хана все трепещет от этой улыбки и появляется надежда, что этому холоду пришел конец. — И мне. Ты сегодня надолго? — он трется носом о плечо Ли, наслаждая прекрасным утром.       А утро и правда было прекрасным. Солнце светило ярко, даря свое тепло земле, а земля же, еще холодная, грелась. За окном были слышны птицы и рев автомобилей, но главное было слышно весну. — Не знаю. Нужно еще подготовить хореографию, — Минхо пожимает плечами. — Хорошо, — Хан понимающе кивает. — Садись завтракать.       Минхо кивает и, разрывая объятия, садиться за стол, начиная уплетать свой завтрак. — А ты? -спрашивает танцор, наблюдая за тем, как Хан садиться за стол с чашкой чая. — Я поем чуть позже, — отвечает Джисон, с улыбкой смотря в окно. — Погода такая чудесная. Думаю сегодня сходить прогуляться, — уведомляет парня Сон. — Сходи. Погода правда хорошая, — отзывается Минхо.

***

      Хан, находясь на седьмом небе спокойствия, улыбается, но тут же падает, когда из-за пролитого чая настроение Лино портится и квартира снова заполняется морозной свежестью, а сам Ли становится «ежиком», как называл его Хан во время таких периодов.       Провожает Минхо Хан уже чуть пошатнувшись и заметно помрачнев. Стоило двери закрыться, как Джисон снова остается один в холоде, в котором, сам того не замечая, сгорает, а тепло в нем, подобно огню на сильном ветру, трепещется в разные стороны, грозясь померкнуть. Но Хан мотает головой, не позволяя ему этого сделать. Его Лино просто устал. На него много свалилось. — «Это скоро пройдет», — успокаивал себя он.       Но, простояв в коридоре, он все же решается сегодня вечером поговорить с Лино, а пока Ханджи возвращается в комнату и спешит переодеться, совсем не желая оставаться одному в холодной квартире.       Гулять один он не очень любил и чаще всего делал это с Минхо или кем-то из мемберов, но сейчас все они заняты и ему ничего не остается, как отправиться на прогулку в одиночестве.

***

      Вечером все было точно также. Хан один, в гостиной, дожидается Минхо. На фоне звучит какой-то фильм, на который Джисон всеми силами пытается отвлечься, чтобы снова не погрязнуть в собственных мыслях. «Мой Минхо-хён»

Минхо~ А ты скоро? 22:31

Да~ Сегодня буду чуть раньше 22:56       Новость несказанно радовала. Но вот, часовая стрелка уже близилась к 12, а Минхо все еще. Сверля часы взглядом еще минут пять, Хан было уже потянулся за телефон, но в прихожей послышался звук открывающейся двери и родной голос: — Я дома.       Голос Лино звучал устало и Хан поджал губы, теряя уверенность в своем решении. Выйдя в прихожую он улыбнулся Минхо. — Привет, как ты? Как день прошел? — интересуется он, потирая локть. — Я такое. День прошел продуктивно и я так устал, — Минхо проходит в гостиную, где его ждали коты, что соскучились не меньше Хана.       Джисон следует за ним тенью, чувствуя легкий морозный воздух. От чего-то Ли был так далеко и так рядом одновременно, что Хан снова почувствовал, как щиплет в носу. Устроившись на диване, недалеко от Минхо, он поджимает ноги. — Я могу как-то помочь? Все будет хорошо, Хо, это просто период, — Джисон поджимает губы в своеобразной улыбке. — Не знаю. Ты не можешь этого знать. Нет ничего хорошего, — отзывается Хо, на что Хан лишь вздыхает. — Ты пессимист, чаги-я. Не может быть ничего хорошего — Я реалист, — отрезает Минхо. — Если «реалист» в твоем понимании — не видеть ничего хорошего, то ты пессимист, — бурчит Хан опуская голову. — угу, хорошо, — лишь отвечает ему Минхо и Хан сдерживается, чтобы не встряхнуть его.       Джисон замолкает, закусывая щеки изнутри: — Прости пожалуйста, я не хотел грубить, — Хан опускает голову. — Это просто выступление. Мир не рухнет, если что-то пойдет не так. Да все просто: ничего не может пойти не так! Ты очень стараешься и я уверен, все будет чудесно. Просто не будь ежиком и поверь в это! — Возможно. У меня сейчас нет настроения спорить с тобой, — голос снова звучит отстранено и сердце снова сжимается. — Я просто соскучился, Хо, — говорит Хан и Минхо все же обращает на него внимание, поворачивая голову с немым вопросом. — Я очень соскучился по тебе. Я не хотел сейчас портить тебе настроение и чтобы ты снова становился ежиком, — Хан чувствует, как горят глаза и спешит протереть их. — Прости. — Я тоже соскучился, чаги, — Минхо придвигается ближе, убирая руки Хана от его лица. — Прости, я совсем не свой в последнее время. — Я знаю, — кивает Хан, поджимая губы. — Ты как, Хан-и? — Минхо греет руки Сон-а в своих, перебирая пальцы, иногда опуская на них взгляд, когда Джисон сплетал их пальцы, подобно дождевым червям. — Хо, холодно, — отзывается он. — Ты устаешь, я понимаю, но легче не становится. Ты становишься ежиком, — Хан, желая спрятаться, обнимет Минхо, чувствуя как тот обнимает его в ответ. — Прости меня, — Ли целует висок Хана, поглаживая его спину. — Я не хотел тебя морозить. Даже если я устаю, я не должен так поступать, прости. — Не извиняйся, пожалуйста, — просит Джисон, поглаживая его волосы. — Просто… Ты можешь так не делать? Или хотя бы предупреждай, что можешь сорваться. — Хорошо, — Минхо кивает, крепче обнимая парня, — Я постараюсь, Джисон-и, правда.       Джисон, зная любовь своего парня к самобичеванию, берет его лицо в свои руки, оставляя теплый поцелуй на губах. — Все хорошо, чаги-я. Веришь мне? — Хан смотрит в его глаза, всеми силами стараясь убедить в этой правде парня.       Тот изучает глаза напротив, пытаясь найти в них подвох, но так ничего и не найдя кроме нот усталости, тепла и безграничной любви, кивает, укладывая голову на плечо парня, продолжая гладить его спину. А Хан улыбается, прикрывая глаза. Он снова чувствует тепло и ласку рук своего любимого и больше не ощущает того холода, лишь согревающую душу любовь, которая царила и будет царить в их доме.