От венчания до тризны.

- Мартин, сынок мой, - ласково укачивала его Алла, и малыш быстро засыпал на руках матери, чувствуя ее тепло, - маленький ты мой мальчик, - коснулась носом его щечки, поцеловала нежные крохотные ручки, - спи, мое солнышко, спи, мой хороший. Филипп тоже убаюкивал дочку, что-то нашептывая ей на ухо. Прислушавшись, Алла разобрала почти стихотворные строки: - Пусть тебе приснится золотая птица, крыльями накроет и счастье принесет. Спи, моя царица, и пусть Боженька тебе здоровье пошлет. - Филь, - шепотом окликнула его Алла так, чтобы не разбудить Мартина, который уже спал на ее нежных заботливых теплых руках, - чуть не в рифму! Но очень мило, - улыбнулась прима. - Ай, ля-ля, ой, лю-лю, - нашептывал Филипп, - А я Лизоньку люблю, - осторожно гладил по лбу, волосам маленькой дочки, поцеловал в щечку. Девочка, как и ее брат, быстро заснула, в руках сжав палец своего папы. У Пугачевой от такого тихого долгожданного счастья, от умиления едва слезы не потекли. Бережно положив сына в кроватку, она дала ему соску, которую он усердно стал сосать во сне, укутала маленьким теплым одеялком и подошла к мужу. С маленькой Лизетт пришлось повозиться чуть дольше - девочка проснулась, как только Фил положил ее в постель, и ему пришлось сидеть рядом, поглаживая ее нежную ладошку, пока она снова не заснет. Наконец, выйдя из комнаты, Киркоров притянул к себе жену за талию: - Иди сюда, - прошептал он, затягивая ее в продолжительный нежный поцелуй. Алла целовала его, руками поглаживая лицо, а затем обнимая. - Люблю тебя, мой хулиган, - прошептала она ему в ответ. - Твой хулиган понятия не имеет, что дарить нашему семейному доктору. Может, как в детском саду - рисунок или стихи? Может, прокатит? - Филя, тебе не стыдно? Она столько для нас сделала! - Ну а что дарить-то? - шепотом произнес Фил, - Она деньгами все равно не возьмет! Алла прикусила губу, раздумывая над идеей. Взглядом окинула комнату, но в голову ничего так и не шло.