«Schatten der Selbsterkenntnis»

«Schatten der Selbsterkenntnis»

„ Deine Größe macht mich klein

du darfst mein Bestrafer sein

deine Größe macht ihn klein

du wirst meine Strafe sein

der Herrgott nimmt

der Herrgott gibt

doch gibt er nur dem

den er auch liebt

bestrafe mich „

Затхлая дверь со скрипом приоткрывается, открывая полупьяному металлисту взор на комнату, в которой, на его удивление, горел свет. Покрытые пеленой алкоголя глаза сразу же наметили ярко-красное пятно, а уста автоматически раскрываются после того, как дверь захлопнулась. — Ты чё не спишь? — выдавливает из себя Рэймонд, — у меня глаза болят. Стоящий у зеркала Шамиль неловко замялся, покрывая виноградным блеском персиковые губы, потирая их друг о друга. — У меня появились дела. Я оставил тебе таблетки, ведро… на всякий случай приклеил несколько записок-пояснений в какой последовательности пить лекарства, чтобы похмелья не было. — кратко инструктирует Рамилевский, закрывая блеск крышкой и прохаживаясь по грудной клетке, подчёркнутой вырезанным декольте. — В чё ты бля… чё ты на себя надел? — неуклюжие шаги музыканта глухо донеслись до уха русского, на что тот изрядно насторожился, — куда ты намылился в такую темень-то? — Да я… Рэй, ты пьян и, судя по всему, чувствуешь себя не очень. Не беспокойся обо мне, я пойду к знакомым. — смотря в зеркало, блондин прекрасно видел, как брюнет небрежно скидывает с себя кожаную куртку, похоже фокусируя взгляд на неординарном наряде своего любимого… сие действие выдавал лёгкий румянец, колющий чужие скулы, и, конечно, заинтересованно-сфокусированный взгляд то ли на спину младшего, то ли… зеленоглазый отмахнулся, вильнув бёдрами. — Сучка. Что это за дерьмо? Ты реально какой-то извращенец? Тебе типа ДЕЙСТВИТЕЛЬНО в кайф? — скользкий язык смачивает корку на нижней губе. Немец улыбается, в конце концов прижимаясь к родному телу, оглаживая упругие ягодицы. — Это не то, что ты подумал. Я… прекрати… — отнекивается Рамилевский, но препятствовал не стал: только сжал пальцы в кулаки, смещая коленки вместе и притупляя взгляд в край зеркала. — Я так понял ты без меня вообще какой-то хуйнёй занимаешься? — «хотя, это выглядит больше, как фантазия больного извращенца», — ты куда, блять, пойти хотел в ТАКОМ виде? Кому ты собрался себя показывать? Ты же помнишь, что я говорил по поводу-… Кёлер не успевает договорить, как вдруг почувствовал: чужие бёдра прошлись по выпирающему стояку. Его взгляд обходит личико своего мальчика в зеркале, подмечая, насколько глупо он скрылся от стыда, подобно ребёнку. Его пальцы, крепко прижатые друг к другу, прикрыли смущённый взгляд зелёных глаз, а также половину лица. — Я ждал тебя… и не рассчитал время. Извини, — вскользь проговаривает Шамиль, вожделенно воздыхая, когда руки Рэя в процессе оглаживания его ягодиц задирают пышную юбку сдержанно-бордового цвета, а по возвращению ногти желанно царапают каждый полумесяц, отчего на бледной коже возникают красные полосы, — прости… я адекватный. — Ты такой интересный, Шамиль, — самостоятельно потираясь меж бёдер Рамилевского, брюнет опускает взгляд, наблюдая за чудесной картиной. Приятный дурман дымкой приходит в голову вместе с нездоровой похотью, — ты реально как баба, бля… если бы не твой член я бы точно думал, как вхожу в твою мокрую дырочку. Какой же ты припизднутый, — без толики злобы молвит белокожий, вздыхая, — у кого ты всё это спиздил? — Одолжил… И нижнее бельё тоже. У меня… ноги подкашиваются. Заткни свой рот, пожалуйста… — видимо, несмотря на крайне нестандартные мысли в целом на сексуальную тематику, стыд у русского всё-таки есть, раз он так зажался, когда его застукали за кроссдрессингом. Рэю это скорее доставляло… к тому же металлист изрядно выпил и возбуждение – вполне тривиальная вещь, учитывая, как открыто Шамиль, не стесняясь, нагинался у зеркала. Красноглазый впервые поблагодарил Сатану за создание таких неудобных, а главное низких зеркал. Иначе его взор бы так и не зацепился.