Спасибо, что ты рядом. Мне так намного спокойнее.

Больно? В принципе, отвечая честно - да. От слов, брошенных в сторону, или от косых взглядов, осуждений и порицаний? Нет, это всё пустяк. Он привык к этому, совсем не испытывая какой-либо тяжести на душе. Так от чего тогда было так тяжко в груди? От отсутствия определенного человека? И на этот вопрос, как бы он не пытался - ответа сам себе дать не мог уже долгое время. Покинув гору Луаньцзан, оставив всё на Вэнь Цин и Вэнь Нина, в кои-то веки "злодей" решил прогуляться при сумерках, уделить время самому себе и собраться с мыслями. Далеко, правда, не отходил - всё равно оставался неподалеку от горы, и пришёл к ближайшему замёрзшему озеру. К тому же, особо далекая дорога не имела смысла, поскольку идти ему не к кому, обсуждать что-либо, сплетничать, шутить - не с кем, а узнать новое - не у кого. Несомненно, там, на горе есть люди, но не те. Они были по своему родны, в каком-то смысле "любимы" и близки, но это не те, в ком он нуждался. Он горит желанием защищать их, оберегать и давать всё, что в его силах, но... Не те, кто проливал достаточное количество света на его жизнь. С тем, по кому тосковало сердце не встречался давно. Мужчина не заглядывал сюда... Пару месяцев так точно, если не больше. Старейшина Илин не рассчитывал, что ему удастся встретиться с ним в день, когда вот так ненароком вышел из своего "логова", потому мысль о чем-то радостном его не посещала. Присев на небольшой отступ, поправив при этом ханьфу, кончики ног коснулись тонкого слоя льда, не опираясь всей силой. Всё, что он видел перед собой - голые деревья по краям озера, ветки которых были покрыты снегом, землю, которая была также укрыта, словно ковёр. всё тем же снегом. Возможность разглядывать здешнюю природу давала луна, что, на удивление, была достаточно яркой сегодня, да и, в целом, как и сами сумерки. Какое-то время, сидя на том же месте, он вглядывался в луну, думая... А о чем ему думать? О счастливом будущем, которому не суждено случиться? О кончине, которая неминуемо произойдет, и не через десять или двадцать лет, а намного раньше? Сведя брови к переносице, парень потянулся к флейте, аккурат достав ее и приставив к своим губам. Мелодия, что он напевал, была легка словно лист, опадающий в ноябре с дерева. Трели расслабляли, дурманя собственный разум, словно опьяняя - это позволяло забыться и не думать ни о чем, о чем думать и не хотелось. Некоторое время он продолжал, прикрыв глаза. Даже когда по телу пробежался холодок, вызвавший мурашки, Старейшина не останавливался, продолжая собственную игру. Пока... Пока не ощутил тяжесть на плечах, а шеи не коснулся будто-бы мех, слегка раздражающий кожу. Молниеносно обернувшись назад и сжав Чэньцин крепче, перед ним стоял тот, кого он желал видеть больше всего - Лань Ванцзи. — Лань Чжань, ты... — Играй. Мужчина присел рядом, позволяя себе нарушить личные границы - коснулся плеча друга своим, при этом смотря вдаль, не смущая своими пристальными наблюдениями. Вэй Ин, ощутивший резкую боль в сердце и слыша, как то ускоренно билось - расслабил хватку музыкального инструмента. Переведя удивленный взгляд с него, он посмотрел на свои плечи - на них лежала зимняя накидка, согревающая парня... И это была накидка второго молодого господина. Не проронив ни слова на внезапное появление и проявление заботы, тяжело вдохнул, набрав побольше воздуха в лёгкие. Сев обратно, как сидел - вновь приложил флейту к губам, заиграл прежнюю мелодию. —... Мужчина узнал её сразу, ведь именно он придумал ее, когда они находились в пещере Черепахи-Губительницы. Потому и кинул холодный взгляд в сторону тёмного заклинателя, но быстро отвёл обратно. Запомнил... Вэй У Сянь ее запомнил, и прямо сейчас играет для него. Когда всё подошло к концу, минуты-две они сидели молча, пока тишину не прервал Старейшина. — Откуда ты узнал, что я здесь? Вполоборота обернулся к нему. — Вэнь Юань сказал. — Ах... — Улыбнувшись уголками губ, что стремительно поползли наверх, прикрыл глаза, опустив взгляд. — Я понял. Но, следом за опущенным взглядом была опущена и голова. Лань Ванцзи, заметивший это, посмотрел на него. — Что тебя тревожит, Вэй Ин? Улыбка с немного помрачневшего лица парня так и не сходила, а после вопроса - он неожиданно прильнул к нему, обняв за предплечье, а голову положив на само плече, глядя на лёд. — Ничего. Рядом с тобой, Лань Чжань, ничего абсолютно не тревожит меня.