(не)Изгой

       И Арсений бежал. Дыхание давно уже сбилось, а лёгкие горели от недостатка воздуха. Боль в ногах он уже не чувствовал. Но рукам, которые кровили, было не хорошо.        Чтобы добраться до этих злополучных мусорных баков, нужно не просто выйти на улицу и обогнуть весь колледж, оказавшись на задней стороне. Сначала нужно пройти мимо нычки, где обычно тусят все плохиши с сигаретами, а затем оббежать физкультурную площадку с левой стороны. Бежать к нему дальше всего, что для задир, которые там прячутся только на руку. Ведь никому и нахрен не сдалось врываться на их территорию.        Переулок ограждён бетонными стенами почти со всех сторон и выглядит как заброшенный участок, если не прислушиваться и не приглядываться к тому, что на самом там скрывается…        Ближе к кварталу нарастал шум из орущих и ахающих подростков. Глубоко вдохнув и зависнув на месте, словно решаясь стоит ли туда заходить, Арсений решился.        Перед ним предстала такая картина, что аж глаза разбегались куда смотреть и что делать. Выискав глазами Поза, которого обездвиженного оттаскивали в сторону Гудок и Лазарь, тот кинулся к своему другу. Сердце больно сжалось от вида побитого и местами кровавого Димы. Он опустился на землю, голову юноши на свои колени укладывая и легонько пошлёпал того по щекам, пытаясь привести в чувства.        Гудков ошалело глянул на Арсения и запнувшись спросил кажется не совсем то, что хотел:        — А где Малина?        — Не знаю я.        — То есть как?        — Я его не видел, точнее не слышал ещё после того, как ты его отправил искать ключ.        — То есть он тебя не открыл? — уточнил Гудок.        — Нет.        — Тогда как ты сюда пришёл?..        — Это важно? Сегодня день тупых вопросов? Лучше иди сам разыщи своего Алекса или помоги мне Димку привести в чувства.        Гудок осмысленно провёл по Арсению взглядом, будто что-то обдумывая и решая для себя. А затем брезгливо кинул беглый взгляд на Димку и сморщился.        — Вот ещё.        А вокруг целая бойня развязалась. Гудок бросился в сторону шпаны, пока те, что-то не поделив, ввязались в драку. И Кологривый то мотался в их сторону, то поглядывал на Димку в объятиях Арса. Взгляд его подразумевал, что их «дело» ещё не закончено. Но лежачих не бьют, а мёртвых тем более. Арсений конечно надеялся, что тот жив, пульс бегло нащупывая. Но тот выглядел действительно как мертвец. Бледный и измученный. Такой Дима Арсу не нравился ещё больше. Он знатно его пугал.

***

       Малиновский развернулся, закатив глаза на мысль, что сейчас ему придётся как-то вытаскивать парней. Он спустился на второй этаж, заглянул в учительскую осторожно, но встретился с глазами Илоны Максовны. Та скептически приподняла брови и приняла сидячую угрожающую позу, так и зависнув с ручкой над какими-то бумажками. Малина застыл, подумывая, как бы незаметно свинтить, чтобы женщина ничего не заподозрила, но та не выдержав заговорила.        — Чего это вы не на паре, господин Малиновский?        — А что, уже звонок был разве? — медлительно протянул парень. Умел он так разговаривать, что фиг проймёшь придуривается ли он или реально такой дебил.        Женщина вздохнула, явно недовольная тем, что её отвлекли на какую-то глупость. А она всего лишь хотела выполнить свою работу в спокойствии и тишине, а не тратить время на не очень-то одарённого мозгом ученика, который к тому же ещё и прогуливает занятие. Так ведь и знала, что нужно было идти в свой кабинет поскорее, а не задерживаться в учительской. Но с места преступления она его уже не отпустит. Докопается. А нечего было мешать.        — Уже как семь минут идёт занятие. У тебя какая сейчас пара?        — Эээ, — Малина почесал затылок и глянул на потолок, задумываясь, — Не знаю.        — Так ты пришёл глянуть расписание, да? — она надеялась, что он так или иначе поймёт намёк и подыграет ей, но…        — Какой расписание? — не понял студент и нахмурился.        Женщина покачала головой, сделав выводы, что тот реально тупой.        — Да вон висит, иди глянь, посмотри, — она махнула головой на стенку справа и сделала вид, что бумаги ей больше интересны, чем голова ученика, торчащая из-за двери.        Малина хотел было возмутиться и уйти, но вспомнил, что этот кабинет ему ещё нужен. Сложив руки на груди и делая вид, что изучает расписание, тот потихоньку подбирался к стенду с ключами. Женщина все это время за ним украдкой наблюдала из интереса. Парень обернулся глянуть не следят ли за ним, но женщина быстро опустила глаза и что-то чиркнула у себя в документах. Тогда наивный Малина схватил дай бог нужный ключ от закрытого кабинета и руки сунул в карман, якобы сменив позу. И так же непринуждённо попятился к выходу.        — Нашёл своё расписание?        — Что? — снова не вдуплил Малина, — А, да, нашёл.        И неловко улыбнувшись, задев боком шкаф, задом начал искать направление, чтобы выйти отсюда.        — Стоять, — рявкнула нервно Илона Максовна, испугавшись, что тот сейчас убежит, — Так и какая пара то у вас сейчас?        Алекс замолчал, прикусив язык и не знал что ответить. Хотя бы просто скользнуть по правде взглядом по расписанию он не додумался.        — Э, ну так, — выдумывал на ходу студент, — Стало быть, основы предприятия.        И тут у завуча кончилось терпение. Та поднялась и угрожающе шагнула в сторону отпрянувшего от страха Малины.        — Так у Миланы Николаевны сейчас группа ТК-4-2, — та подлетела к расписанию и нервно хохотнула, — Ты свою группу перепутал, ПК-4-2 сейчас вот тут, - она ткнула куда-то пальцем.        Алекс хлопнул в ладони, будто его озарило и начал действительно подыгрывать.        — Точно! Не туда глянул…        — А у тебя сейчас должно быть МДК. Новенькая преподавательница у вас, а ты пару у неё прогуливаешь.        — А не подскажите какой это кабинет?        — Я тебя туда отведу сейчас, идём.        Малина спохватился.        — Да нет, я как бы и сам могу дойти…        — Идём-идём. Вместе найдём твою группу. Там с расписание опять несостыковки были, пришлось менять полностью, — та подталкивала студента на выход, — Заблудишься ещё, да ненароком домой свалишь.        — Может быть они на третьем этаже в левом крыле? В кабинете триста… — Малина прикусил язык, не вовремя вспомнив шутку, — Каком-то там.        — Триста двадцать первом. Вполне возможно, — парочка стояла напротив закрытого кабинета. Женщина сжала сухие губы от досады. Всё-таки тяжело запомнить расписание всех групп разом, а уж тем более тогда, когда оно без конца меняется, хоть и под её руководством… — Проведу тебя и проверим.        И мальчишке ничего не оставалось, кроме как идти под острым щуром заместителя.        Подходя к кабинету, уже издалека было заметно, что тот закрыт. Илона Максовна развернулась, недовольно причитая, что зря поднимались. А Алекс пытался придумать как бы её спровадить отсюда, чтобы открыть кабинет парням. Благо хоть те не шумели, что и было странно. Та подозрительно прищурилась и позвала его ещё раз, мученически вздыхая после.        — Вы пока идите, а я догоню, — Алекс, плетясь за ней, не придумал ничего лучше, кроме как завернуть в мужской туалет.        Закрыв дверь и прижавшись к ней, тот пытался придумать что ему делать дальше. Но долго думать не пришлось: окно в туалете было приоткрыто и решеток на нём не было. След Алекса тут же простыл.        Илона Максовна сначала всерьёз решила его ждать, но в последний момент решила, что это уже какой-то маразм. Алекс хоть и глуповат, но на пару дойти сможет и без неё. Она уже и про ключ спизженный из учительской забыла, пока не уронила взгляд на пол у туалета.        Подняв выпавший из чужого кармана ключ, обнаружила почти стёртый номер от кабинета, в который они только что долбились. Но зачем ученику понадобилось его воровать? Ведь на пару туда он точно не торопился.        Илона воровато оглянулась на дверь, за которой исчез студент и торопливо отворила 321 кабинет. Оценив помещение взглядом, она обнаружила взломанное окно открытое на распашку.        Тем временем Малина сделав круг и забежав с улицы обратно в колледж, уже взбирался на третий этаж по лестнице, но с другой стороны на случай, если дотошная женщина ещё стояла и ждала его там.        Добежав до нужного кабинета и по инерции дёрнув на себя, та почему-то поддалась и открылась, а внутри стояла задумчивая Илона Максовна... Парней в кабинете не было.        — Твою мать… — прошипел парень ещё не успевшей ничего сказать женщине и захлопнул дверь. Ключ как кстати был в скважине. И он, закусив губу и мысленно перед ней извиняяся закрыл её там, пообещав себе, что обязательно её откроет, только позже. И побежал к своей родной «базе». По его догадкам, Гудок с Лазарем скорее всего находились уже там.        Парень рванул, надеясь, что Илона Максовна не разгромит там кабинет и не выпрыгнет в окошко. Ибо та слишком уж громко долбилась в дверь и звала Малину не ласковыми словами.

***

       Но всё было в порядке. Он слабо дышал, а сердце стучало раз за разом, растекаясь пульсами по всему телу. Арсений осмотрелся. Оставаться в этом месте было бы не безопасно. Но тащить на себе Диму он не собирался. Да и осмотреть его не мешало бы. И показать врачу или хотя бы медсестре тоже. Но ни одного, ни другого здесь нету. Поэтому Арсений аккуратно сминал ткань и осматривал Диму на наличие серьёзных травм. Царапины, ушибы, синяки. Их было довольно много. Лицо особо не пострадало. Переломов возможно не было, но Арсений не медик, он за это не ручается.        Когда рука потянулась, чтоб нащупать зачем-то лоб, чужая перехватила его запястье. И Дима открыл глаза. Забавно так промаргиваясь, ещё не пришедший в себя совсем, но живой.        «Конечно живой, дурень. На это указывают естественные признаки».        И почти здоровый. Тело у мальчишки ломило конечно и он дал понять это сморщившись, с усилием присев с лежачего состояния. Арсений его заобнимал, затискал. На более времени и не хватило. Видимо Лазарю Гудок подал сигнал уносить ноги.        — И этих двух опездолов с собой утаракань, — послышалось от него где-то сбоку. Но Арсений даже внимания не обратил на брошенный фразу. Это было не к месту.        Пара высоких и широкоплечих парней облепили Кологривого. Они были не знакомы Арсению. А в центре стоял Гудок. Он упёрся ладонями в свои колени и навис над младшекурсником, который жалобно на него смотрел и отрицательно мотал головой. Кучка подростков, которые до этого прибегали его поддержать куда-то исчезли. Видать сбежали. Серёжа помог подняться Диме с одной стороны, а Арсений с другой, и начал подталкивать их на выход из этого места.        Воздух снаружи был будто чище и свежее, не такой разгоряченный как до этого.        — Ты как? — наконец спросил Арсений и посмотрел на своего друга.        Тот сначала долго молчал, может быть прикидывая, и пытался сосредоточиться на внутренних ощущениях, а затем кивнул и в такт кивку добавил.        — Нормально.        — Ну вот и хорошо… — больше и нечего было добавить, — А делать то что будем?        Дима безразлично пожал плечами и пошёл было уже вперёд, но в него врезался Малина, что-то вереща. Тот оттолкнул и без того травмированного Димку и схватив за локоть ничего не понимающего Лазаря, потащил его       прямиком к Гудку.        Тот сначала от него отмахивался не понимая его бубнёж, а потом замер.        — Что ты сделал?        — Я запер Илону Максовну… — поймав охуевший взгляд Гудка, тот даже ключ от кабинета достал для убедительности, - Вот.        — Ты зачем её запер? — включился в диалог Лазарь.        — Ну она там стояла, я и закрыл…        — Где стояла?        Кологривый воспользовался замешкой и быстро вынурнул из «обьятий» двух амбалов с третьего курса. Те погнались за ним, исчезая вдали.        Гудок дал подзатыльник Малине и отправил его открывать бедную женщину. Но развернувшись все втроём они наткнулись на Илону Максовну… Которая уже удерживала Арсения и Диму за шкирку.        — Я жду объяснений, — та окинула взглядом всей пятерых, — Не дадите вы мне покоя… — она перевела взгляд на Диму и продолжила, — А тебя сначала нужно осмотреть и, если потребуется вылечить.

***

       В училищном лазарете было прохладно. Медсестра его хорошенько осмотрела под тщательным присмотром Илоны. В кабинет остальным заходить она запретила. Правда за дверью остался лишь один Арсений, дожидаясь момента, когда сможет увидеть друга. Дверь тихонько хлопнула и снаружи оказалась черноволосая. Она устало присела рядом со студентом. Говорить ничего не хотелось. Арсению казалось, что она сейчас начнёт расспрашивать и неудобно мялся на месте. И в конец расслабился, когда понял, что пытать его не собираются.        — Зайди, если хочешь.        Он вздрогнул, когда она заговорила. Глянул на неё немного виновато и зашёл.        — Теперь, надеюсь, с тобой точно всё в порядке? — Арс присел на край кровати и погладил Димину ногу, — Ничего не сломано?        Тот уже остыл и на Арсения смотрел спокойным взглядом. Даже улыбался краем губ, но и та быстро исчезла, когда его взгляд упал на чужие руки. Он схватил ладонь Арса и вопросительно на него глянул. Тот пожал плечами.        — Так к тебе спешил… — он аккуратно убрал руку, — Ничего страшного.        Дима не стал ничего комментировать, вместо этого он поймал взгляд медсестры, которая мельтешила рядом и указал пальцем на друга.        — А его можете осмотреть?        Арсений не сопротивлялся, когда та аккуратно притянула его ладони к себе лицом и чем-то обработав, обмотала их бинтами.        В медицинский кабинет зашла завуч, по совместительству она же и являлась классным руководителем этой парочки. Переговорив с медсестрой по поводу самочувствия обоих, Илона Максовна сообщила ребятам, что те отправляются домой. Диме то дали больничный на три денька, дома отлежаться, а вот Арсению завтра снова на учёбу…        По домам они шли вместе молча, деля один бычок сигареты на двоих, каждый о своём думая. А потом Дима свернул, на прощание рукой махнув, а Арсений его остановил.        — Ты чего?        — С тобой пойду.        — Зачем? — докуривая сигарету и кидая её куда-то в ноги, спросил Дима.        Арс пожал плечами.        — Маманьку твою успокаивать будем. Она ж твой вид побитый не выдержит. Побежит разбираться.        Когда они подходили к дому, Дима немного замялся, явно переживая. Арс похлопал его по плечу ободряюще и первый зашёл, здороваясь с Ангелиной Викторовной — мамой его лучшего друга.        — Здравствуй-здравствуй, Арсений, давно ты к нам не заглядывал. Проходи давай, Дима то где?        И тот заходит сгорбившись. Он хочет спрятать лицо, руки. А женщина наоборот примкнула к сыну, взяла его лицо в чашу ладоней и всё рассматривала охая и ахая.        — Что случилось, Димочка? — у той глаза уже были на мокром месте, испуганные и большие, — Маленький мой, что с тобой сделали?        И Арсений вступился, перебирая ногами на одном месте. Врать кому-то было некомфортно, а уж тем более маме друга.        — Да мы тут подрались слегка, — и выпятил свои забинтованные ладони. Женщина облегчённо выдохнула и хохотнула.        — Чего ж вы так? Поссорились что ли, а? Мальчики…        — Девчонку не поделили… — подхватил Дима, неловко приглаживая свой затылок.        Та заметно успокоилась, приобнимая ласково своего сына и целуя его в висок.        — Я то уж испугалась, подумала его хулиганы какие побили, — и рукой подозвала ребят за стол, ещё пока что не накрытый, — А девочка то хоть красивая?        — Очень, — ответил от чего-то смущённый Поз.        И немного погодя, наевшись и поблагодарив Ангелину Викторовну, Арсений заговорил.        — Вы уж меня простите, — та глаза свои подняла на парнишку вопросительные, — Что я вашего сына побил… — тот бегло бросил взгляд на Димку и продолжил душераздирающую историю, — Он ведь и мой лучший друг тоже. Мне так стыдно… — и отпустил глаза стыдливо, еле сдерживаясь, чтоб не заржать.        Ситуация с избиением конечно в целом не очень-то смешная, но ему вдруг показалось смешным, что именно он оправдывается за это. Просто ему не хотелось лишних проблем своему другу. Мама у него очень ранимая и впечатлительная…        Арсений посидел у Димы ещё немного, и когда свечерело они стояли на крыльце и прощались.        — Ты это, зла не держи, дружище, — Поз приобнял Арсения, прогуливаясь с ним вот так на его плече по тропинке к воротам, — И спасибо тебе, — уже шептал Позов и жмурил глаза одобряюще, словно довольный кот.        — Да… — отмахнулся Попов и откинул голову назад, рассматривая звёздное почти ночное небо и наслаждаясь свежим воздухом, — Ты только не скрывай от меня ничего, — глянул тот на друга из-под полуопущенных ресниц, а на вопросительный взгляд объяснился, прикрыв глаза, — Не понимаю тебя совсем.        — Я тоже, — Поз пнул камень под ногами, расслабленно шатаясь из стороны в сторону, — Себя не понимаю, — а потом повернулся к Арсу, — Но я обещаю, — протягивает мизинец, — Что больше не буду тебя так пугать и скрывать ничего тоже не буду. Мы же команда, — и когда Арсений сцепил с его мизинцем свой, искренне улыбнулся.