Солнышко.

       Саша учится в медицинском университете, второй курс уже. Вообще, у него было достаточно много вариантов куда пойти, но решил пойти на медицинский, людям помогать, да и они вроде всегда и везде нужны. Ну и, конечно, платят нормально в каких-нибудь частных клиниках.        Вот уже была осень, начало нового учебного года, суровый понедельник, с которого вновь придётся просыпаться в шесть, а то и раньше. Парадеев встретился со своими друзьями, и вместе они пошли в университет. Илья и Саня, с которыми он познакомился на первом курсе и с которыми повезло. Они прошлись по всем последним новостям, будто это не они гуляли вместе всё лето напролёт. Найти свою группу не было проблемой, и вскоре они присоединились к ним, где там же всем представили нескольких новых ребят, которые только перешли к ним. Там было две девушки и... парень. С тёмными волосами и такими же тёмными мешками под глазами. Но вполне себе симпатичный.        В аудитории им выбрали старосту. Саша выдвинул свою кандидатуру во второй год подряд, а никто и не был против, привыкли. Да и Парадеев был не против лишний раз прикрыть чей-то пропуск. Своим помощником он сделал своего друга Илью, а Ермолаев не согласился. Ему и без этого забот хватает, особенно после того, как он проносил эту должность весь прошлый год.        Пока преподаватель озвучивал примерное расписание на ближайший день, Саша пошёл к новеньким девушкам, узнать их и добавить в группу. Узнал, почему только сейчас перевелись, да и их интересы, и под конец вдобавок записал ещё пару номеров.        Напоследок оставил того парня. Сидит с краю и с виду мрачный, может социофоб какой-то? Самое время узнать. Да и переживать заранее не стоит, с Саней же сдружился, хоть и на вид он был серьёзным, а сейчас вон, счастливый какой, главное, чтобы со стула не упал от смеха. Осталось надеяться, что Илья успеет его словить.        Парадеев подошёл ближе и положил руки на край стола, немного наклонившись возле новенького, чтобы тот сразу заметил.        - Привет, чего только сейчас перешёл к нам? - решил с этого начать Саша как и с другими новенькими. Тот сразу оторвался от телефона и окинул его взглядом, оценивая.        - Меня выгнали с прошлого универа, прогуливал частенько. Им надоело и вот я тут, - парень демонстративно раздвинул руками, указывая на себя, слегка улыбаясь. - Я Лёша, если что, а как тебя зовут я уже знаю, милый. Можешь уже пиздовать к своим друзьям, я скоро уйду. Не хочу ни тебя, ни себя задерживать.        - Если знаешь как меня зовут, то так и называй. Нет, это не всё, дай свой номер... - не успел договорить Саша, как его перебили.        - Что, понравился? Я свободен после пар, - Алексей встал и вышел из-за стола. Взяв Сашу за подбородок, повернул к себе, чмокнув его в щёку. Резко стало неловко от такого. Это он сейчас серьёзно? - Ну давай вечером в часов шесть встретимся, сладкий, можем там просто поебаться или, если хочешь, можем что и поинтереснее придумать. А сейчас я курить пошёл, не теряй.        Лёша ушёл, оставляя Парадеева всё ещё надвисать над партой. А с самого начала казался нормальным. Красивый, но такой еблан, ещё и педик. Стоп. Он ему поебаться предложил? Саша помотал головой, оглядываясь, никто же не видел? Вздохнув, он всё же решил вернуться к друзьям. Те над чем-то смеялись как и до этого, а когда увидели Сашу, то сразу начали собираться.        - Ну что, мы уже можем уйти? - им больше и нечего было делать, так что, кивнув головой, парни начали уходить.        - Да, идти можем, а с новенькими пиздец один. С девушками было полегче. А этот парень не дал мне ни номера, ничего, а потом и вовсе съебался. Спасибо, что хоть имя сказал, - про поцелуй, наверное, стоит умолчать. Выходя из здания, Саша увидел Алексея, как тот и сказал, он пошёл курить. - А вот и он, подождите, я схожу к нему, - он оставил друзей в стороне и подошёл к Лёше.        - Что? До шести подождать не можешь? Я, конечно...        - Заткнись, я не хочу и не буду с тобой ебаться. Номер дай, чтобы я тебя в нашу группу добавил, иначе ничего знать не будешь, прогуляешь, а потом и отсюда выгонят. Так что не выёбывайся, - Лёша на секунду замер и, улыбнувшись, выкинул сигарету, доставая телефон, чтобы Саша записал его номер. Рассматривал Парадеева поближе под лучами солнца. Солнышко ему подходит больше, чем что-либо другое. - Так бы сразу... Алексей Деревяшкин. Теперь я лучше уйду, а то вдруг правда в себя поверишь и в постель затащишь.        - Так ты хочешь, чтобы я тебя затащил? Или ты может хочешь для начала познакомиться? - Деревяшкин издевательски посмеялся, пока Саша просто развернулся и пошёл в сторону друзей. Лёша уже покурил, а значит, делать тут ему больше нечего. Он ещё постоял и пошёл в их сторону. Не то, что он хотел идти за ними, но повыёбываться захотелось. И выебать этого кудрявого желательно.        - Ну что, раздобыл его номер? - спросил Саня, пока Парадеев уже добавлял Алексея в группу. - Нам, кстати, ещё бы еду купить, после вас обычно нихуя не остаётся.        - Да, узнал. Хоть этот уебан упёрся... На своём, так сказать, но хорошо, что хоть номер дал.        - Это я уебан? - крикнул ему Деревяшкин, находясь в нескольких метрах от его компании. Парни тут же остановились, разворачиваясь к новому одногруппнику.        - А ты видишь тут ещё кого-то? - заступился за друга Ермолаев, скорее провоцируя того. А Лёше нравится, заводит до лёгкой дрожи пальцев.        - Я не с тобой разговариваю, а с кудрявым, - несколькими шагами Деревяшкин дошёл до компании, вцепившись рукой в плечо Парадеева, отворачивая его от друзей и отводя немного назад. Чуть не прислонившись губами к уху Саши, тихо шептал. - Что такое, Сашенька? Сразу не дал и уебан теперь? А ведь если не твои друзья, ты бы уже на земле лежал. А ведь если не твоё упрямство, мог бы в моей постели.        - Блять, больной, отпусти! - Лёша тут же отпустил, специально задевая плечом, проходя дальше, от чего Саша чуть не упал. Уебан. Вслух он теперь, конечно, не скажет, не нужны ему новые проблемы.        - Ладно, Сашенька, жду тебя к шести, как ты и обещал, - сказал Деревяшкин это громко, уходя в сторону знакомых дворов. Он совсем свихнётся, если скажет что ему понравилось? Нет, бред.        - Вот есть же реально уебаны. Что он тебе сказал? - сразу же спросил Илья, когда Парадеев встал ровно на ноги. - И что будет в шесть?        - Да пошёл он нахуй, он сам себе там придумал что-то. Не переживайте, всё нормально, обычный быдлан, - просто посмеялся с друзьями и они пошли дальше, пока Саша пытался точнее разглядеть, куда ушёл Алексей, не видя ничего, кроме слепящего солнца.              ***               Парни уже были дома у Ермолаева, почти не смотря фильм, который шёл по телевизору, ведь они разговаривали о своём. Про одногруппника больше и не вспоминали, пока на телефон Саши не пришло сообщение. От этого Алексея. Конченного Алексея, раз решился ему написать.              "Жду тебя одного в 124 квартире, дом 26/1, улица та же, что и у универа"               - Ну всё, пиздец. Этот ёбнутый уже и адрес скинул, - Яцкевич уже подсмеивался над новеньким, тут же подшучивая над ним, пока Саня понимал, что это квартира в том же доме, что и он сейчас.        - Саш, он педик походу, а ты у нас тут самый красивый такой, вот и он клюнул, - Илья уже не сдерживал себя и смеялся, пока ответные шутки Сани добивали его.        - По его каре не видно, что он пидрила?        - Сань, у тебя у самого каре! - в ответ уже прилетело ответное "сам ты пидор" где-то на фоне. Парадеев не вникал, снова и снова перечитывая сообщение.        - Нахуй он мне нужен, не пойду я к нему, что я там у него не видел? Как ебланы живут? - но на телефон пришло новое сообщение.              "Только попробуй не прийти, иначе завтра точно будешь с разбитым ебалом"               А это уже звучит как угроза. И аргумент, в каком-то смысле, чтобы пойти. Он на несколько минут, не более.        - Хотя ладно, раз тут недалеко, то можно сходить на десять минут, - Саша пошёл обуваться, пока Ермолаев и Яцкевич продолжали обсуждать и осуждать новенького за всё, что только вздумается. Могут себе позволить.        - Походу "твой" музыку себе включил, - сказал Ермолаев, слыша где-то музыку, открывая входную дверь Парадееву в подъезд.        - Надеюсь, что не он. На долго я у него не буду, так что ждите, - Саша послал им воздушный поцелуйчик и свалил с квартиры, уходя на лестничную клетку, поднимаясь на один этаж, всё равно на лифте нет смысла ехать. Под вечер на улице было прохладно и это отдавало в подъезд. Ну ничего, квартира близко, и кофты хватит.        Вот и эта 124 квартира. Саша постучался туда, тут же понимая, что музыка идёт оттуда. Дверь открыл какой-то левый парень. Кто это вообще...        - А где Лёша? - парень тут же обернулся и уже через секунду указал на Деревяшкина, который стоял в углу с кем-то. И народу правда было много. Он в целом не думал, что здесь будет кто-то кроме их двоих. Как только Алексей заметил Сашу, то переключился на него, резко заканчивая диалог с какой-то девушкой, и буквально втягивая его за руку в квартиру, захлопнув дверь. - Это кто вообще был? Я думал мы чисто вдвоём будем, какого хуя?        - Это? Хозяин квартиры, Влад... вроде Куертов? Точно не знаю, настоящая ли это фамилия, но кому не похуй, вообще второй раз в жизни вижу его, как и его квартиру, - на ходу объяснил Деревяшкин, тут же продолжая тянуть его в глубь коридора, где теперь было видно зал. Хоть квартира и была размером, как у Сани, но тут было намного больше места, хоть людей и больше. Видимо, какую-то комнату убавили или даже просто убрали. Людей и вправду было слишком много. Из света было всего ничего, лишь разноцветные тухлые лампочки, поэтому они остались в коридоре, таком же тёмном, но тут уже было поменьше людей. Лёша оперся спиной на стену, держа что-то в руках, перебирая. - Ты так сильно не переживай, тут никто не обидит, как минимум, пока ты со мной.        И тут музыка заметно стихла, а где-то начали доноситься громкие стоны, и, возможно, не одной девушки. Большинство находящихся захлопали в ладоши, "подбадривая" парочек или парочку, которую они даже не видели. Саша тут же повернулся на Лёшу, желая получить хоть какое-то объяснение и не желая смотреть куда-то, чтобы увидеть чего лишнего. Деревяшкин повернул голову и увидел смущённое лицо Парадеева, тут же расплываясь в улыбке сильнее.        - Ты не переживай, тут всё добровольно, большая часть девушек пришли за этим, а некоторые и вовсе со своими парнями приходят. Мы, кстати, тоже можем сходить развеяться, как они, - он подмигнул Саше, пока тот потирал лицо руками, скорее даже не из-за смысла его слов, а из-за стонов девушек. - Ой, да не выёбывайся. Вот, возьми. Выпьешь и полегчает.        Деревяшкин протянул стакан, видимо, с алкоголем и отдал, скрестив руки на груди, всё ещё упираясь на стену, но уже плечом, повернувшись всем телом к нему и смотрев за всеми его действиями. Будто и нет никакого подвоха, если бы не этот Алексей. Хотелось попробовать, что тот пил, да и он же немного. Ничего же не будет? Саша отхлебнул сразу большой глоток и чуть не выплюнул это назад.        - Что такое, солнышко? Не вкусно? - Лёша наиграно надул губу, поглаживая одной рукой его щёку. Сашу как током пробило. Или от напитка или в целом от действий Деревяшкина, который себе слишком много позволяет.        - Что это вообще? Я пробовал многое, но это — полнейшая хуйня. Как ты вообще это пил? - Парадеев отдал стакан Лёше, ведь пить это он точно больше не собирался. А с этим движением почувствовал сильную слабость. И эта слабость дурила, что в ту же секунду сразу не поймёшь.        - Вообще, это смесь. Ну, тут вроде всего понемногу. Я и не пил, для тебя оставил. Но раз тебе не понравилось, то я тогда тоже не буду, - Лёша поставил стакан на ближайшую поверхность и вернулся к Саше, встав напротив него и, немного наклонившись головой к его шее, говорил прямо в неё, еле касаясь губами по ней. - Ну солнышко, ну не дуйся. Я всё ещё предлагаю сходить в спальню и отъебать тебя там. Чисто как одногруппники. Узнаем друг друга получше...        - Ты ебанулся? Или ты под чем-то? - Лёша приподнял руки, поглаживая плечи Парадеева, носом проходясь по всей длине шеи, будто не слыша его. А Саша и не мог ничего делать, он не чувствовал своё тело, его как припечатали к стенке. И Парадеев видит взгляды, то справа, то слева, не видя конкретных людей, но зная, что на него смотрят. Но никто ничего не говорит. Все знают о чём-то, а он нет. Все знают, что его ждёт, а он нет. - Блять, что со мной, какого хуя ты натворил?        - Я ещё не под чем, солнце, ещё рано, а вот под чем ты — лучше не знать, - Деревяшкин договорил это и вцепился в шею Парадеева, оставляя мокрый засос. Саша хотел оттолкнуть Лёшу, но руки, которые вроде ещё секунду назад поглаживали его, прижали его к стене, не давая сдвинуться даже на миллиметр. Да и не факт, что Саша смог стоять, если бы его не держали. Деревяшкин, наконец, отпустил кожу, поцеловав туда же и принялся делать ещё засосы, кусая и двигаясь немного левее, немного... ниже? Пока Саша пытался хоть что-то сделать, тот прижал своё колено к его паху. Тревога подступила к горлу большим комом, а с этим пришёл жар. Жар, от которого всё расплывалось и ломило кости. Ощущение, что Саша не здесь и не сейчас, но паника была везде, где он. Но поставив ещё засос, Лёша, наконец-то, увидел и прекратил, тут же щёлкая пальцами перед лицом. Но никакой реакции не было, лишь глаза сами по себе закрывались, а тело уже падало в сторону Деревяшкина. - Какой же ты нежный, блять. Тебе повезло, что я сжалился. Давай я провожу тебя отсюда, куда идти?        - Ты ёбнутый мудак... - но Алексея, видимо, такой вариант не устраивает.        - Я сказал: куда тебя вести. Просто адрес. Хоть что-то.        - 118 квартира, - это Саша скорее промямлил, пока Лёша уже взял его руку себе на плечо и понёс его из шумной квартиры подальше.        - Это же под нами, ну пошли, отведу. Не хватало, чтобы ты ещё на лестнице грохнулся, - вызвал лифт, понимая, что точно не дотащит даже один этаж по лестнице. Парадеев почти полностью опирался на него, ведь ног, как и всё остальное, он почти не чувствовал. Лишь жар и страх. Горячее тело Лёши и необъяснимая боязнь его же. Деревяшкин постучался в квартиру, а ему открыли одногруппники. Их он тут точно не ждал. Секунда молчания, после которого он смог хоть что-то проговорить, уже зная, что о нём думают. - Вот, жив и даже немного функционирует, но это не на долго, как я думаю. Хорошей вам ночи.        Деревяшкин приспустил Сашу на пол уже в квартире и тут же ушёл, пока его не остановили. Парадеев видел всё полностью размыто и засыпал на ходу. Не может это быть только от одного глотка хуй пойми чего. Саша приподнял голову, видя в зеркале напротив красочную дорожку из засосов, которая была слишком заметна на его светлой коже. Посмотреть на друзей не хватило сил.              ***               Саша проснулся посреди ночи, чувствуя себя слишком мерзко и отвратительно. Голову сдавливало от того, что ему всё ещё было жарко, а ко рту подходил комок рвоты. Он встал, чуть ли не падая назад, ведь не мог теперь даже открыть глаза от более сильной боли. Держась за что попало, дошёл до туалета, где из него вышло всё, что попало в его желудок в ближайший вечер. Его ещё и ещё тянуло блевать, поэтому он кашлял и пытаясь избавиться от этого чувства. Но не помогало. Тянуло блевать, а он не мог. Болело тело, то отпуская, то снова прижимая к полу. Пытался дышать, но всё равно больно. Больно. Болело во всём теле, а мышцы сводило. На секунду отпускает, надеется, что всё закончится, но тут же скручивало до слёз. Когда хоть на минуту отпустило, он пошёл умываться, пока ему включили свет в ванну. От резкого света больно. Из-за громких звуков проснулся Илья, застав друга, который корчился на полу.        - Саш, может разбудить Саню? Он может в своей аптечке найдёт хоть что-то, - всё ещё сонно сказал Яцкевич, стоя в проходе, сочувственно смотря на друга.        - Да блять, зови его, иначе скоро реально буду блевать органами, - Илья сразу развернулся и пошёл будить Ермолаева, прося у него таблетки.        Вскоре они втроём были в ванной, ведь сначала таблетки не помогли и Саша выблевал и их. Вроде стало полегче, но всё ещё тянуло вниз, руки дрожали, а во рту было отвратительно от всей этой тяжести. Спустя мучительных двадцать минут Парадеев снова выпил таблетку, и она даже не была тут же спущена в унитаз, поэтому, подождав ещё минут пять, он закинул в себя ещё две штуки. Лишь бы от них хуже не стало. Теперь Саша ещё больше ощущал себя овощем, ведь как только ослабла тошнота, то организм напомнил и о другом. Ему по прежнему было жарко, тело ломило и хотелось пить. Поэтому он просил Илью ходить и набирать каждый раз новый стакан воды, потому что сам даже боялся отходить от туалета.        - Что у вас с ним было? По честному только, - спросил Ермолаев, пока Илья ушёл набирать воду и шумел где-то на кухне.        - Ты про кого? - Саша возможно совсем потерял рассудок, но он не понимал про кого идёт речь.        - Я про Алексея твоего. Он буквально на руках тебя принёс, после чего ещё мне пришлось тебя на диван тащить, потому что ты вырубился. А до этого мы слышали чьи-то стоны. Не факт, что это он делал и с тобой, но всё же, а сейчас... это, - Ермолаев покрутил пальцем по своей шее, намекая. Илья принёс воды, но Саша подорвался к зеркалу, насколько это было в его силах. На шее была целая красная дорожка, что он удивился, что вообще не видел их. - Что у вас там было? Ты хоть что-то помнишь?        - Вообще ничего, я даже не помню что пил, да и пил ли я вообще, - Саше полегчало, боль стала терпимее, и они решили оставить это до утра.        Но не прошло и двух часов, как зазвонил будильник у Ильи. Когда они сидели в ванной, было уже больше четырёх часов утра, так что это не удивительно. Яцкевич разбудил Саш, и они встретились на кухне.        - Ты пойдёшь в универ? Сейчас ты вроде выглядишь получше, - спросил Ермолаев, пока готовил кофе и отдельно чай Парадееву на всякий случай. Саша лишь пытался прийти в себя, слегка ударяя себя по голове, лишь бы ебучая тяжесть прошла.        - Да, пойду. Не факт, что все пары отсижу, но я просто разобраться хочу, я просто реально же вообще нихуя не помню. А вы, кстати... вместе спали? - посмеялся Парадеев в ладонь, пока Илья кинул мимо него вилку.        - А где ещё, с тобой даже рядом спать было страшно, вдруг посреди ночи блеванул бы. Так и случилось бы, кстати, - с другой стороны кухни пытался разнять их Ермолаев.        Вместе они собрались, Саня, как хороший друг, нашёл Парадееву водолазку в своём гардеробе и кофту, не будет же он светить своими засосами на всю шею на всю аудиторию.        Чтобы собраться потребовалось слишком много усилий, время так и тянулось, пока Саша нехотя умывался. Кости ломило, что было больно даже поднять руки, чтобы почистить зубы. Так и хотелось сломать себе все руки и ноги, лишь бы боль утихла, а ладонью перестал тереть лицо. Идти в университет тоже было тяжело, будто он разом тащил на себе Илью и Саню. Но Парадеев наоборот шёл cзади них, слегка не успевая и опустив голову вниз. Вот моргнул, а уже стоит в аудитории и высматривает тёмные длинные волосы.        Когда они пришли, то Алексей уже был там, даже раньше пришёл. Саша потянул Илью за плечо и всучил ему свои вещи в руки, уходя разбираться с Алексеем. Как только Деревяшкин увидел Сашу, то сразу заулыбался и освободил место, чтобы тот присел. Но Парадеев лишь встал напротив него, смотря сверху вниз, хоть эту улыбку он мог спокойно увидеть даже за километр.        - Тебе так идут водолазки, надеюсь, засосы ещё долго не будут проходить. Ты же это пришёл спрашивать, да? - знает всё, но молчит. Издевается, не говоря лишнего, но зная явно больше нужного. - Я даже был не уверен, что ты появишься тут. Тебя что-ли не тошнило даже?        - Это было ужасно, я так много ещё никогда не блевал. И ты знаешь всему этому причину, так что давай выйдем отсюда и там ты мне хоть что-то объяснишь.        - Пошёл нахуй, солнышко, вот что я тебе скажу. Я и так тебя считай спас, а то бы сейчас не смог сидеть на своей жопе ровно, а возможно даже с кровати и не встал бы, ты же у нас такой не-ежный, - Лёша привстал, протянув руку, и взял, пиздец какую красную от стыда, щёку Саши и притянул к себе ближе, заставляя того наклониться. - Я бы, конечно, посмотрел как ты рыдал, прося большего, а потом получил самый яркий оргазм в жизни... если он у тебя был вообще.        Саша, едва заметив на себе взгляд одногруппника, сразу ударил Лёшу по руке, выравниваясь.        - Давай выйдем. Ты может и пидор, но я не хочу себе такой же славы. Просто давай выйдем и твори что хочешь, - Деревяшкин улыбнулся, в целом, он получил ту реакцию и эмоции, что хотел, поэтому тоже встал, и они удалились из аудитории, а после и вовсе вышли на улицу. Там Саша выдохнул, никого. На всякий он ещё раз осмотрелся. - Скажи, что вчера было. Мои друзья ещё и стоны слышали.        - Ну, тебя точно не ебали, как я сказал. Я, конечно, был рад, если бы вчера мне отсосал такой чудесный мальчик. А если бы я ещё мог тебя поиметь, как и планировал... М-м, мечта прямо, ты, кстати, что об этом думаешь? - Деревяшкин встал справа и обхватил Сашу рукой, которая теперь оказалась на бедре, но Лёша вообще не обращал на это внимание, словно обычное явление, наоборот, лишь пристально смотрел. Такого же не скажешь о краснеющем Парадееве, который лишь пытался увести взгляд от бесстыжего лицо и от руки, надеясь, что ему расскажут и после он сможет избавиться от лишних прикосновений. Блять, только не это, только не рядом с таким человеком. - Солнышко, ну ты чего? Ты так хочешь, чтобы какой-то уебан грубо выебал тебя? Ты же так вчера назвал меня? Ну ты не переживай, я не держу зла. Пиздец, тебя так легко смутить, не поверю, что с такой внешностью к тебе никто не подкатывал. Ты бы знал, с каким удовольствием я буду пользоваться таким. А сейчас мы можем отойти в более укромное место, и я помогу тебе. Дважды. Пока ты будешь стонать, я буду понемногу рассказывать вчерашнюю ночь, пойдёт?        - Может ты просто расскажешь? Я не ебусь с первыми встречными, особенно теперь это будет касаться тебя, - тяжело дышать и спокойно говорить, когда только от взгляда и слов уже хотелось провалиться под землю, развернуться и уйти, но его так и тянуло лишь ближе. А сейчас при каждом слове так и хотелось прикрыть лицо и уши, лишь бы эти слова не были для него. Он уже не был уверен, что не хочет этого совсем. Просто хотелось, чтобы было всё не так резко. А Лёша лишь пользуется этим, явно испытывая удовольствие от всей ситуации: Саша уйдёт, не узнав вчерашнее и будет вновь и вновь уговаривать его рассказать или сдаться сейчас, узнав всё, но явно переступив свои принципы и гордость ради Деревяшкина. И никакой из вариантов не нравится Парадееву, но оба нравятся Алексею.        - Ох, солнышко, ты стесняешься? А сам то по-любому готов раком встать передо мной. Нет, по другому не пойдёт, да и я тебе просто подрочу, чего тут такого. Я слишком зол на тебя, чтобы ебать, - сука, это всё равно для него неправильно и непривычно. Рука с бедра опустилась к паху, медленно спускаясь пальцами вниз. Говорит Лёша куда-то в шею, не касаясь её, но всё равно кажется, что слишком мокро и сладко тянет, от чего мурашек становилось ещё больше. От такого главное не задохнуться в добавок, ведь с каждой секундой уверенность в том, что он не пойдёт с этим Деревяшкиным куда-то всё уменьшалась. Тот уламывал. И слишком хорошо это делает. - Блять, солнце ёбанное, соглашайся быстрее, пока я тебя реально раком не поставил и не выебал из тебя эту дурь, ведь выёбываешься ты слишком много для такого милого личика. Или я могу уйти, оставив такого хорошего и сладкого мальчика одного, и тогда вчерашнюю ночь буду помнить только я и твоё тело.        - Сука, я не хочу уже ничего знать, чего ты приебался? - наглый пиздёж, но Деревяшкин отпустил его, отходя и поджигая сигарету. - Ты правда оставишь меня? Так легко?        - Ну да, ты разве не этого хотел? Сам же сказал. Или ты хочешь, чтобы я тут стоял и добивался тебя? Я же не какой-то насильник, чтобы взять тебя без твоей воли. Ну ладно, я тогда пойду. Наверное, скоро пара начнётся или уже началась... - Лёша пошёл в сторону входа, оставляя его одного. Блять. Нет, он не побежит за ним. Нет. Ну пиздец.        - Да блять, остановись, - побежал.        - Так и знал, что ты хочешь, чтобы тебя силой брали, шлюха ёбанная, пошли. Нет бы сразу согласиться, надо эту хуйню гнуть. Молись, чтобы я тебя реально не выебал во все щели за твои эти провокации ебучие, - Лёша схватил Сашу за локоть и, выкинув сигарету на землю и остановившись на мгновение, чтобы потушить её ногой, потащил его к ближайшему мужскому туалету. Одиночные и просторные, будто созданные для таких целей. Там Деревяшкин закрыл дверь на замок и осмотрел Парадеева. - Снимай верх полностью.        - Ты же сказал, что ты просто...        - Да не нагну я тебя, иначе попросил не верх снять, а низ. Да сделай как я тебя попросил, так проще будет, - скоро Лёша держал в руке кофту и водолазку. Он повесил это всё на крючок возле двери и приступил к Саше, обходя его и становясь сзади, пальцами уже проходясь по ширине и пуговице, растёгивая всё и забираясь под штаны и, слегка приспустив их, взял член и начал слегка проводить по нему, другой рукой трогая голый торс, губами касаясь плеч. Из лёгких сразу выбили весь воздух. Как-то непривычно даже, но в то же время слишком приятно. - Если бы ты знал, как я на тебя зол и как тебе вообще повезло. Я сжалился над тобой и из-за этого вчера был с мыслями только о тебе и только о твоём теле, поэтому даже не смог выпить и выбрать кого-то другого. А ведь мы могли проснуться в одной кровати и, желательно, под чем-то, как я и планировал. Я бы тебя ещё раз трахнул с утра, и может мы бы забыли об этом, разойдясь без чего-то лишнего. Но нет, тебе надо было ёбнуться из-за одного глотка. Всего одного!        - А потом я. Да, именно я лично! Сука, я поставил тебе эти засосы на твоей шее. Пока ты там пытался что-то сделать и сопротивлялся, - рука с торса поднялась к этой же шее, слегка надавливая пальцами на неё, придушивая, но тут же прекращая. И теперь это было больше похоже на сон, который едва имел связь с реальностью. Парадеев лишь закрыл глаза, приоткрывая рот, чтобы дышать. Он не чувствовал этот момент, лишь сильнее делал его "ненастоящим", ведь это не может быть именно с ним и его явно стоит забыть. Но рассказ Алексея всё равно отдавался в голове эхом, словно напоминая ужасное самочувствие ночью, что голова снова раскалывалась, гранича с сплошным удовольствием от каждого настойчивого движения Деревяшкина рукой на шее и на члене. - А потом ты почти вырубился там, и мне пришлось тащить тебя до квартиры твоих дружков. Они тоже были, мягко говоря, в ахуе. А блевал ты, потому что в том напитке были наркотики, про которые я тебе не сказал. Тебе не показалось, что он был слишком горьким? Хотя хуй, что ты хоть что-то помнишь. Ни себе, ни людям! Я потом так и не нашёл тот стакан, хотя я уже готов был выпить полностью его, чтобы нахуй забыть даже, что ты существуешь. Но как видишь, не забыл.        Саша задыхался, опуская голову вниз, тут же натыкаясь на ладонь Лёши. Деревяшкин придушил его, губами касаясь плеч, оставляя лёгкие покраснения, теперь зная, что он смог забраться под чужие штаны. Парадеев кончил, чуть поддавшись бёдрами вперёд. Пару секунд на отдышку, пока поцелуи немного заходили на лопатки. Саша перехватил руку у шеи, освобождая себя. Тут же согнулся, вновь и вновь пытаясь отдышаться и прийти в себя. Но тяжесть в голове не уходила, а в глазах лишь темнело, пока Деревяшкин уже отошёл в сторону раковины.        - Доволен? - Лёша стоял у зеркала, смотря то на себя, то на Сашу, который лишь приходил в себя, до сих пор чувствуя удушье.        - Ага, - прошептал Парадеев, рассчитывая, что это услышит кто-то кроме него. Лёша умывал руки, а Саша посмотрел в зеркало, упираясь на стену позади Деревяшкина. Чуть прищурясь, посмотрел на себя, тут же вертясь, смотря на плечи, лопатки, пока взгляд цеплялся за красные пятна, которые были поставлены за то время, пока он был в трансе. Если Илья и Саня увидят, то по-любому будут вопросы. Да и у него были бы. Точнее есть. К самому себе в первую очередь, а потом к Лёше. Такой странный. Ничего не знает о нём, но полез в трусы, зная, что они ещё будут видеться каждый день на парах. - Зачем тебе именно я? Это как-то странно. И грязно будто.        - Ты себя грязным чувствуешь? Я же тебя не нагнул даже, смеёшься что-ли? - Деревяшкин кинул в него водолазку, подождав, пока он её наденет, рассматривая тело. - А если тебя поматросят и бросят, ты вообще взахлёб рыдать будешь?        - Да нет, да и откуда вообще такой ситуации взяться? Я же не совсем слепой и тупой, чтобы очевидного не видеть?        Лёша хмыкнул, кидая кофту. На пару они уже опоздали, минут так на двадцать, поэтому они решили вместе не пойти. Рядом был советский двор, и они пошли в ту сторону, лишь кидаясь друг в друга парой фраз. Саше было слегка скучно, ведь даже того же телефона не было. Он лежал где-то в рюкзаке, который он не думая всучил Илье. Друзья теперь даже дозвониться до него не могли. А вдруг переживают? Деревяшкин и Парадеев остановились возле какого-то подъезда, возле которого была лавочка.        - Может поговорим тогда, я как раз ничего о тебе не знаю, Алексей Деревяшкин, - повернулся на одногруппника Саша. Тот сидел в телефоне, но тут же прервался, выключая его.        - Ты думаешь, что после такого мы стали друзьями?        - А нахуй мне тут сидеть? Смотреть как ты в телефон рубишься? Я могу и один прогуляться.        - Ну давай поговорим, чтобы ты точно не ушёл. В какой тебя позе лучше ебать? Вдруг предпочтения есть, вроде тебе понравилось, когда я тебя придушил. Я, конечно, ещё со вчера планировал вдалбливать тебя в кровать, пока ты там плачешь в подушечку, но дам тебе право выбора, раз мы теперь "друзья".        - Блять, ты конченный, - Саша тут же толкнул Деревяшкина, которой тянулся к его паху. - У тебя есть темы, которые никак не касаются секса или ты озабоченый? Я вчера просто хотел прийти к тебе на десять минут, а сейчас и вовсе узнаю, что ты подмешал мне наркотики, а потом и вовсе планировал трахнуть. Нахуя ты вообще мне что-то подмешивал? Ты не мог найти любого другого человека, который тебе даст без всего этого? Или что с тобой не так?        - Почему сразу конченный? Если ты стыдливый девственник, то мне хоть не мешай веселиться. Да и я думаю, что на улице и в туалете ты был не против вообще всего, что я с тобой делал. Да и наркотики я тебе дал, чтобы ты меньше мешкался. Чисто ради этого. Кто же знал, что ты у нас такой слабый и даже от глотка откинешься. Ты вообще хоть раз пил? - Саша положительно кивнул головой. - Но всё равно, в следующий раз поменьше дам.        - Я к тебе больше не пойду, хуй знает, что ты там мне ещё подмешаешь.        - Пойдёшь, солнышко. Ты сам будешь просить это. Но могу облегчить тебе жизнь и предложить прямо сейчас поехать ко мне, твои дружки не узнают, я тебе обещаю.        - Пошёл нахуй, пидор с недотрахом, - Лёша рассмеялся, чувствуя, как его ударяли с каждым разом всё сильнее, но всё ещё не по серьёзному.        - Я тебе помог, дважды причём, согласился именно на твои условия, а теперь я пидор? Ещё и с недотрахом, но с этим согласен, ты вчера мне сам всё испортил. Странный ты, солнышко. Но не бойся, я всё тебе прощу лишь за одну ответную услугу... - взгляд с зелёных глаз тут же опустился ниже. Ему определённо нужно именно это тело. Теперь уже просто, чтобы добиться своего.        - Фу блять, прекрати, это мерзко выглядит.        - Саш, хватит вести себя так, я сам лично убедился ещё полчаса назад, что достаточно наговорить тебе пошлостей в ушко, и ты станешь послушным мальчиком. Неужели, мне надо говорить каждый раз, как я бы тебя выебал в подробностях, чтобы ты просто успокоился? Ты с этого кайф ловишь или тебе нравится, как я тебя "насильно" заставляю это делать? Если нет, то отлично, и мы можем, наконец-то, поговорить о чём-то, кроме секса, как ты и хотел, - Лёша приблизился к лицу Парадеева, заставляя его тут же отстраниться. - А если да, то ты начинаешь меня провоцировать.        Лёша резко поцеловал его в щёку, так же отстраняясь. Саша тут же потёр щёку, лишь надеясь, что никто не видел, а тем более из его знакомых. Никогда не хотел, чтобы его так легко целовал почти совсем незнакомый парень. Ещё и наркоман. Ещё и помешанный на сексе. Деревяшкин поджёг сигарету, заставляя тоже дышать этим.        - Ладно, давай поговорим. Только обещай, что без пошлостей и не будешь лезть хотя бы сейчас.        - Обещаю, солнышко.        Когда до конца первой пары оставалось пять минут, то они пошли ближе к университету, чтобы не пропустить хоть эту пару. Ждали звонка, стоя рядом с кабинетом. В коридоре никого, и Лёша воспользовался этим.        - Если что, то я вчера не уследил за тобой, ты напился, и пока я не видел, тебе эти засосы наделали левые люди. Но можешь напиздеть про девушек, если они ещё не поняли что ты педик.        - Я не педик. А что насчёт новых засосов говорить? "Да так, с одногруппником в один туалет сходили"? Они видели, как мы вдвоём выходили.        - А ты не раздевайся перед ними, и всё нормально будет, - Лёша на всякий случай натянул водолазку повыше, подправляя. Не сдержался, чмокнув Сашу в щёку. Уже перестали так бесить эти чмоки, лишь тут же окинул взглядом Деревяшкина.        Звонок прозвенел, все начали переходить в другие аудитории, освободился их кабинет. Зашли отдельно от всей группы, усаживаясь на привычные места. Вот их группа. Когда Ермолаев с Яцкевичем только зашли, то увидели только этих двоих: Саша был готов испариться от стыда, поэтому не смотрел, а Лёша просто сидел, улыбаясь им. Подошли к Саше, ставя его рюкзак перед ним.        - Ну что, узнал? Почему вы не вернулись на пару? - вопросов было слишком много, да и оправдано много.        - Узнал. Он вчера просто не уследил за мной и я напился, а засосы девушки наделали левые, которых он даже не увидел, - он нагло врал. Вообще про всё. Друзья спрашивали о многом, но он ответил только на это. Не скажет же почему они не пришли на пару вовремя. Сам ещё как-то.. не отошёл что-ли.        - Какой-то ты горе-любовник. Ладно, с кем не бывает, - сказал Илья и они сели рядом. Саша повернул голову в сторону Деревяшкина. Сука. Он наблюдал за этим всем, а плюсом ещё и ухмылялся. На какой пиздец он согласился..              ***               Пары закончились, и теперь все расходились по домам. Сегодня Парадеев снова решил пойти к Ермолаеву. Всё равно у себя одному скучно.        Только теперь было неловко. Сидел, пока было слегка жарко. А будто на ухо вновь и вновь шептал голос Деревяшкина, который снова и снова твердил "ты не раздевайся перед ними, и всё нормально будет". Спать он тоже в водолазке будет? Странно со стороны выглядеть будет. Только времени на подумать оставалось всё меньше, ведь уже темнело, уже был вечер. Как-то подозрительно молчал, даже не включаясь в разговор друзей. Неужели он правда позволил этому случиться? Лучше бы не узнавал вообще, чем так. Да и лучше не знал, что было тем вечером. Тогда тоже позволил. Не должен был. Не чувствовал бы себя паршиво ночью, утром, сейчас. Сейчас осталось лишь нежелание есть, но стало уже от того, что творил утром. Сидел с остывшим чаем, пока на него иногда поглядывал Илья.        - Пошли? - Яцкевич подошёл к нему, когда Ермолаев уже ушёл с кухни. Приподнял голову, собираясь снова соврать.        - Идите, я чай допью и присоединюсь, - Илья лишь потрепал его кудри и тоже вышел из комнаты.        Достал телефон, видя аккаунт Деревяшкина. Написал что-то. А это единственное, что вывело его из транса, хоть неприятный осадок всё ещё остался.       "Может завтра ещё прогуляемся вдвоём?"        Улыбнулся, тут же выключая телефон и отпивая наполовину чай. Вернулся к друзьям, садясь рядом, откидывая голову на спинку дивана.        - С тобой всё нормально? - повернулся Ермолаев, спрашивая у Саши. Вроде и интересно было слушать их разговоры, но так не хотелось подключаться к ним.        - Видимо после вчерашнего ещё не отошёл, но вы продолжайте, мне интересно слушать, как вы новеньких обсуждаете.        - Может тебе жарко? У нас и так окна закрыты, а ты ещё и в водолазке, - Ермолаев говорил про свою водолазку, но Саша отрицательно кивнул, пока друзья развернулись к нему, продолжая вдвоём обсуждать всех. Дошла очередь до Алексея. - Саш, может ты чего о нём узнал? Нам интересно. Вы же вместе где-то провели полтора часа.        - Да обычный он. Живёт где-то ближе к центру, но я отказался туда ехать. Не планирует идти работать по профессии, поэтому хуйнёй мается, а родители продолжают его пропихивать именно в мед, поэтому и платят за его обучение, квартиру ему купили... - говорил бы и говорил, но Илья засмеялся, прервав.        - Саш, прости. Ты только не променяй нас на него, а то вон что уже знаешь.        - Я вам тут информацию для сплетен даю, а вы вот как меня благодарите?        - Зато ты хоть к разговору присоединился. Правда, мы уже собирались пойти спать, а то из-за кое-кого ночью почти не спали, - после этого Саня вышел из комнаты, возвращаясь с новой одеждой, кидая сначала в Илью, а потом в Сашу. - Вы скоро у меня всю одежду заберёте со своими ночёвками.        Стоит перед зеркалом, видя, как майка Сани свисает на нём, оголяя шею. И ему ещё нужно выйти так? Это ещё плечи прикрыты. Но новые розоватые пятна были заметны даже на фоне тёмно-красной дорожки. Собрался и вышел, направляясь в зал, но за руку перехватил Илья, блять.               Вопросы, снова о Лёше, о том, что они делали вместе, откуда новые пятна... Саша всё ещё настаивал на той истории, которую ему сочинил Лёша на ходу. А на вопрос, откуда у него тогда новые засосы, лишь молчал. Он правда не мог придумать хоть какую-нибудь отговорку, а правду он ни за что не скажет.        - Саш, ну скажи уже правду. Мы же не укусим, в отличии от Алексея твоего, - спросил Яцкевич, продолжая настаивать, но шутя, но Саша всё равно молчал. Это слишком... слишком неправильно, когда на первый же день знакомства тебя хотят выебать под наркотиками, а на второй уже дрочат в туалете университета. Он сам не понял нахуя он согласился, а потом и вовсе побежал за ним. Видимо пидор с недотрахом не Лёша, а он. Как он докатился до такого? - Что мы там не слышали, просто скажи, что вы там делали.        - Я же сказал, что это не он.        - Да ты пиздишь, как дышишь. Хорошо, если не он, то кто тогда? Не думаю, что тебя магическим образом обсыпало просто пока вы с ним прогуливали пары. Ладно, звони ему. Обычный разговор: привет, как дела. Тогда мы точно убедимся и отстанем от тебя, - Илья перебил его и протянул ему телефон. Ермолаев тут же его перехватил, спрашивая, не перегибает ли он. Яцкевич лишь отмахнулся. - На громкой связи, естественно, а мы с Сашей помолчим.         - Хорошо, - на удивление Сани, Парадеев согласился. Лёша сам придумал эту отмазку, так что дело за малым: набрать его номер, намекнуть ему как-то на это, поговорить пару минут, сбросить, и друзья отстанут от него. Саша нашёл его номер и прибавил звук. И, к счастью, Деревяшкин довольно быстро принял вызов. - Привет, Лёш...         - Ой, кого слышу, ну привет, солнышко. Всё же решился ответить мне? - молчал, не понимая как намекнуть, тут же жалея, что вообще согласился на такую выходку Ильи. - Я, конечно, знал, что ты не терпеливый, но не чтобы настолько.         - Блять, - шёпотом проговорил Саша, и как его остановить? Может намекнуть... Он же хуй поймёт. Но ждать, пока он сам всё расскажет, не было желания. - Я не понимаю о чём ты.         - О, тогда я тебе напомню, если ты снова "забыл"...         - Пошёл нахуй, - он сбросил звонок, понимая, что такие подробности явно не нужны друзьям, ведь теперь он знает, что их будет ждать. - Это ещё ничего не значит. Он по-дружески, - зазвонил телефон, сука, да что ему нужно.        - Тогда давай возьмём телефон и лично у него это переспросим? - Саша не дал ответа, но телефон уже перехватил Илья.         - Ты ахуел меня сбрасывать? Что я уже не так сделал? - сразу же крикнул Лёша в трубку.         - Можешь сказать, чьи это засосы на Саше? - да блять, почему их всех так волнует его тело. Его окружают одни ебланы, от которых чувствовал именно себя мерзким. Стыдно.         - А ты кто? Передай трубку Саше, пожалуйста, - спасибо, хоть капелька адекватности присутствует в этой ситуации. Илья и Саня явно не обрадовались этому, ну всё, хоть отъебутся. Он и так был на громкой связи, так что смысла передавать не было. - А теперь серьёзно, Саш, ради чего ты мне звонил?         - Пошёл нахуй, - Парадеев выхватил телефон у Ильи, сбрасывая вызов. - Довольны?        - Какой ты жестокий, Саш. Мы же просто хотели узнать правду, которую ты не говоришь нам, - Ермолаев, встал, а следом за ним Яцкевич, с которым они пошли к спальне. - Не знаю как ты, а мы спать, доброй ночи.        - А чего вы в одной кровати спите, я уже не блевану, вообще-то, - крикнул им Саша, но они уже прикрыли дверь. Ебланы, ещё что-то про его личную жизнь говорят. Телефон снова зазвонил. Блять, походу это реально была всего лишь одна капля адекватности, но раз теперь он один в комнате, то можно брать, ничего не боясь? - Чего тебе?        - Объясняйся. Что это было? Какого хуя ты вообще звонишь мне посреди ночи со своими дружками!? Посмеяться захотелось или что? Давай я тебя к кровати прижму, тогда и посмеёмся, - теперь ещё и перед ним оправдаться. Хотя это и правда не очень выглядело со стороны. Но кто виноват в этих допросах?        - А о чём ты думал, когда ставил мне все эти засосы? Думал они реально слепые и вообще не заметят этого? Сам же и виноват, так что теперь вся ответственность на тебе.        - Какая же ты шлюха, Саш, - Парадеев чуть не подавился воздухом от такого, но Лёша уже сбросил вызов. Теперь уже он звонил, но Деревяшкин не отвечал ему. Это он шлюха? Снова и снова звонил ему, количество звонков уже перевалило за десятку, пока тот в итоге не принял вызов. - Саш, ты нарываешься. Ты ёбнулся?! Давно по ебальнику не получал или что? Думаешь у меня совсем личной жизни нет? - на том конце послышался стон. Ещё и ещё. Слегка завис, осознавая. Глаза расширились, а он тут же промямлил пару слов.        - Сам ты шлюха.        - Ты там совсем аху... - Саша сбросил звонок. Тот принял его вызов, пока ебался? Смущает. Выключил звук на телефоне, видя, как теперь до него пытаются дозвониться. Не возьмёт. Не хочет это слышать снова. С кем Деревяшкин? И почему он поставил Сашу выше, чем того, кого ебал? Вроде сразу взял трубку, а он занят был. Вроде и интересно, кто с ним. Лёг на кровать, стараясь не думать о другом человеке, о котором ничего не знал. Но хотелось узнать, кто это, почему Лёша с ним. Фу, мерзко.              ***               Сашу разбудил Илья. Тот без раздумий включил телефон, просыпаясь окончательно. Пропущенных было больше десяти, а сообщений, как показывал менеджер, и вовсе перевалило за тридцатку. И все были посвящены тому, как вскоре он в больнице будет лежать с разбитым лицом. Ну уж нет, такого добра ему не надо. Так что оставил все сообщения без ответа. Снова надел водолазку Ермолаева, проходя на кухню, где его уже ждали.        Снова университет, снова ежегодная сборка учеников. В довольно большом кабинете располагались первые и вторые курсы. Народу было много, все стояли небольшими кусками со своими группами рядом. Первокурсникам рассказывали про то, чего нет в школе, что изменилось за лето в здании, и как изменилась система. Всё это было нудно, да и Парадеев слышал почти всё тоже самое в прошлом году, поэтому уже зевнул пару раз, так и не найдя взглядом Лёшу вблизи. Но он чуть не подавился воздухом, пока зевал. Кто-то просто взял сзади и обхватил рукой его бёдра. Вариант всего один и, обернувшись, Саша увидел сзади Деревяшкина. А кого ещё блять. Лёша смотрел на директора, как будто ничего не было.        - Ты ахуел? - но Деревяшкин даже не реагировал на его слова, начиная слегка поглаживать его. - Ты что делаешь? Скажи уже хоть что-то.        - Думаю тебе не понравится, если я буду говорить. Особенно тут. Но если тебя это и в правду так волнует, то слушай. Ты блядина. Мало того, что ты вчера мне...        - Заткнись. Стой молча, как стоял. И руки не распускай, - вес руки с бёдер ушёл, и вскоре их всех отпустили. Медленно шли по коридорам из-за толпы людей, почти доходя до своих кабинетов. Парадеев лишь слегка отстал от Ильи и Сани, как к нему сзади протиснулся Лёша. Он взял Парадеева за локоть, вытаскивая из толпы. - Чего тебе?        - Пошли, объясняться будешь. Только надо как-то сквозь их всех пройти на лестницу, так что не теряйся, - они повернули на лестницу и поднялись на второй этаж. Лёша потянул его к туалету. Блять, опять туда. Было свободно, поэтому он втолкнул Парадеева туда со всей силой, закрывая за собой дверь.        - Про вчерашнее захотел поговорить?        - В прошлый раз ты не понял, да? Или может ты специально это снова делаешь, чтобы я опять зажимал тебя? Тебе так нравится быть прижатым в университетском туалете или что?        - Чего блять? - Лёша подошёл ближе, приспуская горло его водолазки, снова смотря на шею. Видно вчерашние случайные засосы. Делал на эмоциях, но зато как это прекрасно выглядит сейчас. - Лёня, блять, отпусти, у меня ещё прошлые не прошли. А ещё я нихуя не понял, что ты мне пытаешься сказать.        - Лёня? Почему именно так? Ладно, солнышко, сегодня твоя шея и плечи не пострадают. Возможно, - он залез ему под водолазку своими руками. И всегда у него такие холодные руки? Или ему так жарко? Жарко, жарко, жарко, рядом с ним. Нравится, когда тот смущает, что жарко. - А сейчас не я буду объясняться, а ты. Ты блять, за всё ответишь, что было ночью.        Как только до него дошёл смысл сказанного, его за шиворот потащили к зеркалу и нагнули над раковиной. Схватил за бёдра не как при всех, а намного грубей. Он прикрыл рот рукой, с лёгким испугом смотря в зеркало на Деревяшкина.        - Ты ахуел?! Я откуда знал, что ты там ебёшься! Меня никто не предупреждал, ты мог вообще не принимать мой звонок, обоим лучше было бы.        - Но чтобы я тебя выебал ты хочешь, да? - Саша закатил глаза. Его тут же взяли за волосы, качнув головой вверх-вниз. - Хочешь, даже не пробуй пиздеть мне. Заткнись и смотри в зеркало, шлюха.        Парадеев посмотрел в зеркало. Лёша лишь пару секунд покопался в рюкзаке и откинул его в угол. Убедился, что Саша смотрит и приподнял руку. Достал смазку. Сашу сразу привстал, как его вернули в прошлое положение, надавливая на спину.        - Ты понимаешь, что ты делаешь?! Лёня, блять! Я не хочу опять прогулять пару из-за твоих зажимов по туалетам. Я ебучий староста, это только тебе нахуй эта учёба не всралась, - а Лёше похуй, он уже пододвинулся ближе, полез трогать его сквозь одежду, начиная от талии, заканчивая пахом. - Сука, чтобы я ещё раз пошёл с тобой куда-то во время пар.        - Не бойся, следующая сходка у меня на кровати ближе к ночи. Я тоже не горю желанием ебать тебя так, - пока трогал пах, расстегнул пуговицу джинс, а за ней молнию этих же ёбанных джинс. - Если ты дойдёшь, то я не против буду вернуться на пару, ты же у нас такой правильный, да?        - У тебя как-то слишком мало людей для сходок, - джинсы вместе с боксерами резко полетели вниз, и теперь Саша в зеркале видел на себе только водолазку.        - А ты хочешь, чтобы все тебя слышали? Лично я не хочу. Если ты будешь достаточно громким, то тебя и сейчас услышат, а я, опять же, этого не сильно хочу, ещё узнают чем мы занимаемся. Это же касается только нас, верно? Ты вообще был с парнем? - Саша отрицательно покачал головой, пока Лёша открывал тюбик и вылил себе часть на пальцы. Закрыл крышку и откинул к рюкзаку, а сам чистой рукой закрыл рот Парадееву. - Вот и славно, солнышко, буду первым и последним.        Деревяшкин протолкнул палец в Сашу, пока тот промычал в его ладонь. Парадееву оставалось лишь хвататься за раковину, в надежде что это хоть как-то поможет привыкнуть. Понемногу привыкая, Лёша двигал палец глубже, всё ещё, сука, холодный. Но, добавив второй палец, он выбивал все мысли из головы. Блять, никогда не думал, что придётся такое испытать. Не думал, что будет ради этого прогуливать пары, что это будет с одногруппником, которого знает... два дня? Не может посчитать, сбиваясь. Понедельник... Вторник... Да блять. Парадеев прогнулся ниже, от чего раковина стала на уровне его глаз. А руки всё ещё были на этой же раковине, иногда пытаясь хоть как-то захватиться за неё, но она была слишком гладкой, из-за чего пальцы лишь соскальзывали и тут же приходилось подтягивать их. Медленный темп сводил с ума, глаза в пол, стыдясь смотреть на себя. Но посмотрев чуть выше себя, увидел, как этот ёбанный Деревяшкин смотрел за каждым его движением.        Поняв, что его заметили, Лёша сделал грубый толчок внутри него. Убрал руку с рта Саши, которая была слегка влажной, он подтянул Парадеева, делая из него почти прямой угол. Теперь приходилось облокачиваться локтями, держа пальцы на краях раковины. В зеркало он чётко видел себя, Лёшу и всё, что с ним делают. Смотрел на Деревяшкина через зеркало, смотрел в тёмные глаза, которые смотрели лишь на самого себя, иногда поглядывая на парня снизу, улыбаясь каждый раз, как видел на себе чужой взгляд. Рука снова вернулась ко рту, не давая вдохнуть полной грудью.        - Ты вчера что устроил? Нахуя мне звонить со своими дружками? Ещё и с какими вопросами. Посмеяться захотел? И как, весело? Посмейся, - движения внутри него стали грубее, набирая скорость, от чего, когда рука приоткрыла его рот, он издал лишь несколько полустонов, а в конце и вовсе простонал от резких движений, сгорая со стыда, тут же прикрыв свой рот уже своей ладонью. - Ну ты чего, весело же, я прям вижу, как ты смех сдерживаешь. А потом и вовсе звонить начал, потому что я, видите ли, тебя назвал шлюхой. А что ты сейчас делаешь? Вот именно, стонешь подо мной лучше любой проститутки с центра. Так что я имею право тебя так назвать. И блять, ты мне позвонил дохуя раз, чтобы просто сказать, что я сам шлюха? А потом и вовсе выключил телефон. Я хотел поехать к тебе, чтобы бить тебе ебало, но ты, сучка, будешь по-другому извиняться, так, как умеют такие шлюхи, как ты. Объясняй теперь.        - Лёнь, - Деревяшкин продолжал делать всё быстро и грубо, от чего изо рта у него выходили только стоны, которые от тут же заглушал сам. Шлепок по заднице, который заставил стыдиться такого громкого звука. - Не сейчас.        - Сейчас, - Лёша вытащил пальцы и смотрел на задыхавшегося Сашу. Отошёл всего на шаг, вновь и вновь смотря на тело. Не такое, как у всех. Более пиздатое. Оно его провоцирует не как другие, своим сопротивлением и поддатостью, чистотой и грязью, отказом и скрытыми желаниями, своей стеснительностью и готовностью прогулять пары, если предложит. Казалось, что ещё пару секунд молчания Саши и он растегнёт ширинку, наплевав, будет их кто слышать или нет. Но шёпот Парадеева прервал его от от таких мыслей.        - Блять, продолжи, я объясню, - пальцы вернулись в Парадеева с прошлым темпом, заставляя сглотнуть свой стон, и с трудом пытаться формулировать мысли. - Я... Блять, мне сказали звонить тебе. Лёнь, медленнее. чтобы убедиться что это не твои засосы. Они не поверили в твою версию.        - А потом мне нахуя звонить тысячу раз, чтобы просто сказать, что сам я шлюха?        - Потому что я не шлюха, - пальцы внутри вновь и вновь продолжали выбиваться в него. Ноги побаливали от такого положения, так и хотелось полностью опереться на раковину, но не мог. Смотреть в зеркало уже не было сил, и он опустил голову. Не хватало смотреть на себя же в этом положении. - Блять, Лёнь, помедленнее.        - Ты не шлюха, Саш? - Лёша приподнял голову Парадеева, чтобы он смотрел ровно на себя в зеркало. Хотел отвернуться, но его крепко держали, что приходилось уводить взгляд в сторону, лишь бы не на себя, лишь бы не на ебучего Деревяшкина. А Алексей смотрел, были бы у него свободные руки, он бы ещё и пощёчину ему влепил, чтобы сучья натура не выёбывалась. К сожалению, все его руки были заняты немного другим. А может и не к сожалению. Нравиться и эта сучья сторона. - Ну же, повтори, что ты не шлюха. Повтори, смотря на себя в зеркало, не стесняйся.        - Я... - перевёл на себя взгляд, смотря на свои, слегка красные, глаза, на губу, которую он кусает, лишь бы их никто не услышал, никто не подумал про то, что является правдой, на эту ебучую водолазку, которая скрывает слишком дохуя, на то, как он поддаётся вперёд после каждого толчка чужих пальцев. Саша кончил, прикрыв глаза, не желая снова смотреть на себя... Вот в таком положении.        Лёша убрал руку с шеи, целуя куда-то в спину. Поглаживает бока, лишь на немного задумываясь, что хочет продолжить прямо тут. Но тут же убрал руки, не надумавая лишнего. Саша приподнялся, натягивая низ назад, смотря, как Лёша уже включил воду, смывая лишнее.        - Блять, солнце моё, я скоро заебусь убирать за тобой, - Парадеев оперелся на стену позади него, улыбнулся и наблюдал, как Деревяшкин вытирает всё, пытаясь по максимуму скрыть всё, что происходило тут ближайшие пятнадцать или двадцать минут. - Шлюха нахуй, - Лёша выключил воду, подходя к Саше ближе, приобнимая за талию, тут же пару раз поцеловав в губы, начиная лезть с языком. Парадеев принял язык, доверяя. Смазанный поцелуй, за которым следует ещё один чмок в губы, быстрое подмигивание и пустота. Деревяшкин отошёл, собирая рюкзак.        - Что мы сейчас будем делать?        - А ты хочешь продолжить или повторить?        - Да блять, не пойдём же мы на пару.        - С чего ты решил? Я тебе сразу сказал, что пойдём. Мы на немного опоздали, пойдёт, - Парадеева как током пробило. Его же точно друзья убьют. - Всё, пошли.        - Но... - Деревяшкин подошёл к нему и снова поцеловал в губы. - А Илья? А Саша? Они меня убьют, особенно если снова увидят нас вместе.        - Как начнут убивать, позвони, сначала выебу, а там хоть умирай. А если серьёзно, то это не их дело, ебись с кем хочешь, ты не обязан перед ними отчитываться, - Лёша схватил его за локоть и повёл к двери. Они пошли к их аудитории, где уже шла пара. Открыв дверь, первым делом он увидел недоумение друзей, которые и так его потеряли. Ну да, не каждый же день их друг случайно не появляется на парах, а после прогула почти в двадцать минут, приходит как ни в чем не бывало с новым одногруппником. Хотя нет, Саше было стыдно. Преподаватель лишь попросил их больше не опаздывать и разрешил войти. Лёша шагнул вперёд, Саша тоже решил не выделяться и пошёл к своему месте, садясь рядом с Саней и Ильёй.        - Ты хоть водолазку расправь... - Ермолаев, блять. Он начал щупать горло и понял, что как Лёша опустил воротник, так он и был. Ему точно пизда. Он вернул водолазку в нормальное состояние и прикрыл лицо ладонями. Ну пиздец.        - Чего молчишь, Саш? Голос потерял? Интересно даже как, - именно таких подколов можно было ожидать от них. Ну всё, Яцкевич ему точно не даст спокойно жить. Саня ещё отстанет скоро, может даже Илью притормозит.        - Да нормально у меня всё с голосом. Да и нас меньше тридцати минут не было, чего вы начинаете.        - А ведь в прошлый раз вас всю пару не было, - Парадеев поднял голову и повернулся на Илью. И это говорит человек, который вчера спал с Саней в одной кровати, закрывшись за дверью. - А ведь ещё пару дней назад говорил, что он конченный. Что же поменялось, Саш?        - Да хуй его знает, отстань, Илья.        - А я знаю кто точно знает, например, тот, кто смотрит на тебя сейчас, - Саша повернулся на Лёшу, да нет, вроде не смотрит. Блять, Илья точно поплатиться за это. - А чего ты сразу на него посмотрел, Сашенька?        - Да ладно, Саш, это твоё дело, мы просто шутим. Так ведь, Илья? Единственное, что я не понимаю, как можно... "зажиматься" с человеком которого ты знаешь меньше недели, но это твоё дело, - Илья кивнул. Спасибо Сане, что он существует. На этом вопросы про его любовные похождения прекратились и он рад этому.              ***               Пара закончилась, а вместе с этим быстро пролетели и пару других. Деревяшкин съебался ещё на второй, поэтому на следующей паре он мог хотя бы дышать спокойно. Или не совсем спокойно.        Единственное, что его по настоящему волновало, так это его привязанность к ебучему Деревяшкину. Деревяшкин. Алексей. Лёша. Лёня. Ермолаев прав, в какой-то степени, это странно выглядит со стороны, тот вправе так думать.        Деревяшкин возник из ниоткуда, прошептал несколько пошлостей, пару раз зажал в туалете... и всё. Лёша понравился ему за пошлость? Саша до этого в целом и не целовался, а уж до чего ниже никогда не доходило, так что эти "желания" явно кажутся странными. И страшными. И вообще какими-то липкими, противными и неестественным и. Тогда почему именно с ним готов пропускать пары по таким причинам, когда не прошло и недели? А про то, что он его накачал наркотиком, его вообще не волновало? Он хотел его трахнуть без его согласия. Но не трахнул же? Это, вроде, даже и оправдать никак нельзя. Ему ещё и рассказывали это всё со спокойной душой. А может он лишнего надумывает? Неделя. Сука, ёбанная неделя даже не прошла, лишь три дня. Неужели через несколько дней он реально готов быть с парнем, про которого он даже толком ничего не знает? А хочет ли этого Лёша?        Всё слишком давило на голову. Парадеев прилёг на парту, всё равно с самого начала не вникал в происходящее. Он староста, а сам из всех дней нормально побывал лишь на двух-трёх парах. Его так и отчислить могут или отработку дать. Но это волновало меньше всего. Будто лишь фоновый шум, на фоне остальных проблем. Деревяшкин — сплошная проблема. Проблема, которая заводит. Проблема, которая заставляет чувствовать себя противно за свои желания, ведь они грязные, ведь он так не думал о ком-то другом. И в этом главная проблема. Не хочет чувствовать грязь и опустошение сразу после того, как кончил. Так же явно не должно быть.        Голова кружилась, а перед глазами начало всё расплываться. Неужели этот наркоман опять что-то сделал? Или просто устал, хотя от чего? Он закрыл глаза, но не уснул. "Этот наркоман". Глупо звучит. Смешно и ущербно. Бесит, что приходится думать "а таким ли я его считаю?". Приходится думать о чём-то, о чём Саша не хотел. Было желание кинуть всё на самотёк. Но не пожалеет ли он об этом? Пожалеет. Ведь даже не попытался продумать дальнейшие последствия. Потому что если подумает об одном, а Деревяшкин скажет о другом, то он явно выберет второе.        Немного тошнило, а в ушах звенело. По голове будто ударяли чем-то тяжёлым и тупым. Было хуёво, пока в мыслях осуждал сам себя. Осуждал, осуждал, осуждал. Потому что друзья считают это неправильным. Чувствовал себя мерзко. Мерзко, мерзко, мерзко. Потому что так не должно быть, ведь он прогнулся под парнем, о котором ничего почти не знает. А в голове была тяжесть. Устал, устал, устал. Потому что хочет уйти с пар и уснуть у себя в квартире, где он будет один. А хотелось бы вдвоём. Но взглянул бы он на Лёшу, если бы помнил, что было в их первый вечер? Взглянул бы с грустью, будто бы его предали. Так вообще не должно было быть, ладно если бы согласился, а потом дал бы выпить, но так... Уснуть всё таки смог. Просто в какой то момент вырубился.        Пара закончилась. Илья дотронулся до плеча, разбудив его, пока они уже начали собираться домой.        - Саш, прости, мне правда стоит меньше лезть к тебе, - Саша кивнул, оглядываясь. Голова всё ещё кружилась, а руки тряслись. На автомате собрал все свои вещи в кучу и закинул в рюкзак, зевая. Дверь, коридор, выход, улица. Уже было слегка прохладно. Сегодня он точно пойдёт к себе домой. Притормозил, останавливая друзей. - Ты с нами?        - Я? Я домой, как-то нехорошо себя чувствую. Завтра встретимся, - Саша попрощался с друзьями и пошёл в сторону дома. Хоть на улице ему и стало лучше, но всё равно было паршивое настроение. Как только он вошёл в квартиру, то пошёл в спальню, упав на кровать. Снова уснул, не желая вновь и вновь вспоминать о Лёше.              ***               Проснулся, когда уже снова было светло, от очередного звонка друзей. Саша сел на кровать и принял вызов Ильи.        - Привет, - он всё же решил снять водолазку и переодеть джинсы, ведь в них было жарко. Найдя у себя в шкафу шорты с майкой, надел их. Вроде теперь прохладнее.        - Саш, какой привет? Ты где вообще? Ты чего не отвечал? - зачем же так громко. Парадеев убавил звук звонка.        - Я дома, видимо тупо просто проспал. Правда голова болит, наверное, вообще не приду, - вот бы ещё поспать. Было бы славно. - Если это всё, то я снова спать, не теряйте.        Саша отключил вызов. Вроде бы надо поесть, а так не хочется. Вроде стоит проснуться, начать хоть что-то делать. Да сил нет. Так что назад лёг на кровать и уснул. Даже во сне его преследовало плохое самочувствие, прямо во сне болело всё тело, а шум в голове будто перебивал весь сюжет сна. Спал, видимо, не долго, ведь тут же проснулся, когда в дверь позвонили. Хорошо, что его разбудили от такого сна. Правда теперь придётся вставать и идти к двери, а возможно и вовсе разговаривать с кем-то. Возможно Илья и Саня решили заглянуть к нему после пар или просто посмотреть насколько ему плохо. Еле как дошёл, пока по двери продолжали стучать после каждых пяти секунд. Да блять, заебали. Посмотрел в глазок, тут же отходя от двери. Он не проснулся что-ли? Открыл дверь. Не показалось. Сука, Лёша.        - Что ты тут...        - И тебе доброе утро, солнышко, - Стоял в ступоре, не веря, что Лёша сам сюда пришёл. Взади виднелся небольшой пакет, который тут же протянули ему. Взял его, всё ещё проходясь взглядом от головы до ног. Не верит. Это больше на сон в бреду похоже. - Дай пройду хоть.        - Зачем ты тут? И откуда у тебя мой адрес?        - Ты же плохо себя чувствуешь? Вот я и пришёл "позаботиться" о тебе, - заглянул в пакет, где лежала пачка таблеток от головы и бутылка воды. Заботиться? Ему не всё равно на него? - Впустишь?        Саша отошёл, пропуская гостя во внутрь. Лёша слегка покачивался, после чего оперся на стену и разувался. Отошёл на кухню, доставая из пакета пачку, а из неё одну пластину таблеток. Может что подмешал? Это правда выглядит... странно? В руках с неуверенностью дрожали эти белые таблетки. Выдавил одну себе на руку, смотря поближе.        - Ты чего замер?        - Когда ты купил эти таблетки?        - Только что. У тебя тут аптека через два дома, туда и зашёл, - Деревяшкин подошёл ближе, тоже смотря на белый плоский кружок. - А что-то не так?        - Это точно не наркотики?        - А, ты об этом. Нет, не переживай, таблетки новые, да и мне нет смысла тебе что-то подмешивать, честно. Если хочешь, то я могу тебе дать деньги, и ты сам сходишь в аптеку.        - Это будет на твоей совести. Надеюсь, она у тебя есть, - закинул в себя таблетку, тут же открывая бутылку воды, запивая.        - Ты хоть ел? - Парадеев отрицательно покачал головой. Да и у него вроде есть нечего, как ушёл к Ермолаеву, так и не покупал ничего. Лёша приоткрыл холодильник, а там почти ничего, не считая пропавшего молока и, возможно, тоже уже протухших яиц, пары соусов, недельный салат, который "обязательно доем завтра". - Хочешь... приготовлю тебе поесть? Или схожу купить что-нибудь.        - Делай что хочешь. Я пока Илье отвечу, - Саша отошёл в комнату, закрывая дверь. Но Яцкевичу никто не собирался звонить. Голова не болела, но она так и раскалывалась от мыслей. Хотелось из раза в раз ударять себя по голове, лишь бы это помогло прийти в себя. Это ещё сон? Лучше бы был именно ебучий сон, а не заботящийся Деревяшкин. Заботится о нём. Да не может быть так, даже в мечтах, даже в самых приятных снах. Лишь в кошмарах. Потому что от этого рушится представление Саши о них, как о людях, которые просто пару раз зажались где-то. Будто этим самым Лёша переходит эту границу, тупо придя в его квартиру. Границу в пользу чего-то ближе. Но тот сам его споил, может и сейчас? Ждёт, пока подействуют таблетки и сможет перестать притворяться. Но хуже не становилось. Не чувствовал в себе ничего плохого. Лишь то, что боится говорить вслух. Боится, так и оставшись стоять у двери. Оперелся на неё, перебирая в голове множество других вариантов. Которые не пересекают глупую влюблённость. Не в Деревяшкина. Не в Алексея. Ебучего Алексея, который всё это время говорил лишь о сексе и двусмысленно смотрел. Но если тот делал лишь это, то почему позволял? Сам позволил. Сам впустил в квартиру. Но он бы просто закрыл перед ним дверь? Казалось, что нужно было, но он бы так никогда не сделал.        И казалось, что Лёша никак не может быть заботливым. И может ему этого не хватало? Не только пошлость, но и другая сторона. Другая, которая приятнее той, стабильная. Хотелось сказать "спасибо" этому Деревяшкину, но и было так страшно выходить к нему. Страшно смотреть в глаза, явно теперь не как обычно. С желанием, чтобы тот был всегда таким... спокойным?        Саша прошёл на кухню, где Лёша мешал что-то в кастрюле, одновременно смотря что-то в телефоне. Подошёл к нему со спины поближе и обнял. Так приятно. Телефон отложили, одной рукой касаясь его руки на груди. Правда будто подменили.        - Что готовишь?        - Не бойся, не отравишься. А ты чего прилип, совсем плохо стало? - Деревяшкин повернулся к нему и потрогал лоб. Нет, не заболел. Саша снова хотел обнять его, но тот сразу отодвинулся.        - Ты чего?        - Тут скорее к тебе вопросы. Не нужны мне твои нежности, - Саша принял всё и сел на стул рядом, наблюдая за Лёшей, пока тот не заметил на себе лишнее внимание. - Чего тебе? Ты реально странно себя ведёшь.        - Я просто думаю, зачем ты всё это делаешь.        - Чтобы ты не сдох раньше времени. Где у тебя тут тарелки? - Парадеев кивнул на шкафчик слева от Лёши.        - Я точно не умру от того, что не поем день. Говори, что ты хочешь от меня?        - Да ничего я не хочу, что ты заладил. Мне вообще к тебе прийти нельзя?        - Хорошо, но почему ты тогда выполняешь "лишнюю" работу? - Лёша наложил еду в тарелки и сам сел за стол.        - Мне тебе помочь нельзя? Ты считаешь мою заботу лишней? Сначала жалуешься, что я говорю только о сексе, а сам даже нормально воспринять то, что я может помочь тебе хочу. Хорошо, могу сейчас уйти, чтобы точно не мешать тебе.        Они сидели параллельно друг другу. С одной стороны так приятно видеть Лёшу где-то вне университета, есть с ним, его же приготовленную, еду, ощущать хоть какое-то не безразличие, но с другой стороны что-то как будто не так. Он не видел его таким, без пошлых шуток и подобных контекстов. Да, Деревяшкин всё ещё слегка груб, но не в обычном смысле. Как бы приятно не было, это всё было как будто не по-настоящему. Будто пару дней назад, когда не верил, что именно с ним всё это происходит. Настолько не верил, но после всего этого так и идут последствия, которые вроде и не плохи, но и вроде Деревяшкин ненастоящий.        - Нет. Не уходи.        - Вот и решили, не заёбывай с этим. Ешь и не воспринимай всё так серьёзно.        - Что с тобой?        - А что не так, Саш?        - Ты не как обычно, ты себя никогда так не вёл.        - Зная меня всего несколько дней, тебе виднее, да, Сашенька? Пойми, после довольно интересной ночи и не такое состояние будет, - раз, два, три, четыре. Всё таки смог посчитать это количество дней. И ему кажется, что он один еблан среди остальных людей из-за этой бесячей четвёрки.        - Ты нанюхался чего-то?        - Возможно, - значит точно. Нарик он и есть нарик. И, возможно, он даже слегка разочаровался. Не хотелось бы больше знать ничего о наркотиках.        - Останешься со мной на подольше?        - Меня не было меньше дня, солнышко. Да и я же пришёл к тебе.        - Я не знаю, можешь просто побыть со мной? - ему так необходимо его присутствие. Почему? Вот бы самому знать. Ведь сам не заговорит о таком, значит промолчит. Но так будто станет легче.        Аппетита не было. Он не мог просто запихивать еду в себя дальше. Было стыдно перед Лёшей, который готовил ему это, но есть правда не хотелось. Он встал из-за стола и вышел из кухни.        - Ты куда?        - Сейчас вернусь, - он пошёл в ванную. Если умыться, то должно же полегчать? Может просто не до конца проснулся? Есть не хотелось, Деревяшкина подводить тоже. Не нужна ему еда, ему хватило и того, что Лёша в целом пришёл. Он включил воду и как только пошла ледяная, то умыл лицо. Саша посмотрел в зеркало, ему видимо не помогло. К двери подошёл Лёша. - Ты чего тут стоишь?        - Я так понимаю, что ты есть не будешь? Жаль, - Деревяшкин подошёл ближе и закрыл кран. - Я останусь подольше, только я надеюсь, что ты потом поешь.        - Спасибо, - глаза находились на одном уровне, теперь можно было вдоволь посмотреть в эти карие глаза. Зрачки выделялись, занимая большую часть, что тут же резануло по груди. Будто воздух перекрыли. Это пугало, было так неприятно. Лёша взял Сашу за щёки и притянул к себе, целуя в губы, тут же прерывая эти мысли. Губами сжимал его. И сейчас хотелось просто понимать Лёшу, а не страдать в догадках. Чутка отстранившись, Деревяшкин отпустил его. - Почему мне даже обнять себя не дал, а сам целуешь?        - Мне просто захотелось, жду тебя в спальне, - Лёша вышел из ванны и закрыл дверь. Саша снова посмотрел в зеркало, вытер лицо и подправил свои волосы, хоть это и не сильно помогло, лучше бы вообще голову помыть, но хотя бы так. Он вышел из ванны и пошёл к Деревяшкину, который уже лежал на его кровати. Парадеев подсел к нему. - Чего ты боишься, ложись.        Парадеев лёг на кровать и пододвинулся к Лёше. Было приятно, что все странности Деревяшкина сразу же обнулились. Он сразу расслабился в его руках, будто ничего и не было. Ничего и никогда. Так было всегда, а вся грубость Лёши это всего лишь отходняк от наркотиков, а не наоборот. Так ведь?        Глаза давно были закрыты, а дыхание было глубоким. Деревяшкин что-то сказал, но не услышал его, пока его теперь приобнимали. Так он и уснул в руках Лёни, пока тот смотрел на белые кудри, думая о своём. Волосы такие приятные, что пододвинулся к его лицу ближе. Прикрыл глаза, не отпуская Сашу ни на секунду.              ***               За окном было темно, сколько было времени не известно. Но было так без разницы, пока всё ещё лежал с закрытыми глазами, чувствуя ладони на спине и плече, чувствуя чужое дыхание у его виска. Проснулся в обнимку с Лёшей, который тоже спал. Даже не ушёл, хотя как бы он мог оставить его с открытой дверью? Саша обнял его крепче, но тот сразу же проснулся. Видимо, он сам не заметил как заснул.        - Может переночуешь у меня?, - сказал Парадеев, когда убедился на все сто, что Лёша больше не спит.        - Нет, мне надо идти. Сколько времени вообще? - тот включил телефон, чтобы посмотреть время. Было уже практически 8 часов. - Блять, мне уже надо идти. Ты же не маленький и поешь один? Может завтра снова приду к тебе, если ты в универ не пойдёшь, напишу короче.        - Да, поем, - как бы Парадеев не хотел, чтобы Деревяшкин уходил куда-то, но тот уже привстал с кровати. Тот в спешке надевал уличную одежду и обувь. - Я буду надеяться, что ты завтра придёшь.        - Ага, но ничего не обещаю, - Лёша вылетел из квартиры и Саша закрыл за ним дверь.        Снова один. Сходил на кухню, и так не набравшись желанием есть, убрал всё в холодильник. Он выпил чай, который так же нетронуто стоял на столе. И этого хватит. Таблетки пить не стал, и так нормально себя чувствует. Взяв телефон в руки, он позвонил Илье, про которого говорил ещё днём. Но теперь позвонит по-настоящему. Яцкевич взял телефон почти сразу же.        - Привет, как ты там? Ты нам ничего толком не объяснил днём.        - А чего вы вместе с Лёшей не пришли?        - Лёшей? Он даже в универ не пришёл, мы вообще его искали, чтобы спросить что с тобой, а что? Он приходил к тебе? - откуда у него его адрес? Откуда он в целом знает, что с Сашей что-то не то, если его и в университете не было?        - Он приходил. Вот только ушёл. Вы правда ему ничего не говорили?        - Нет, конечно, Саш. Я же не буду просто так давать ему твой адрес, тем более его в универе не было, - пока Саша обдумывал это всё, Илья продолжал о чём-то говорить, но слышал он его уже как под водой или какой-то плёнкой. Они не говорили? А кто тогда? Он староста, значит если бы кому-то нужен был бы чей-то адрес, то его спросили. Его Лёша не спрашивал. Может у преподавателя? Но Деревяшкина не было сегодня в университете. - Сегодня такое было, помнишь педика из параллели? Так вот, идём мы значит с Санечкой, а он стоит с женщиной чуть ли не старше его вдвое, и они...        Следующий час Яцкевич рассказывал всё интересное за день. На фоне иногда был слышен голос Ермолаева. Рассказывал, как они вдвоём его вещи перетащили к Сане сегодня, поэтому и не смогли к Парадееву зайти. Саша радовался, что те не зашли, что не мешали. Не мешали его мыслям.        Прослушав обо всём на свете, Парадеев всё же попрощался с Ильёй и сбросил звонок. Теперь и поспать можно. Опять. Он уже спал ночью, утром, днём, да и в целом он почти весь день спал, наверное, если бы не Лёша, то и вовсе не просыпался бы. Кровать была какой-то жёсткой. Или ему уже кажется? Или снова хотелось спать вдвоём. Не хочет снова думать. Нет, только не об этом. Хочется, чтобы решение пришло само, что ему не придётся думать об этом на постоянке, чтобы так и не прийти к решению. Чтобы не прийти к тупику.       ***               Была уже явно глубокая ночь, как вдруг громкий стук раздался по квартире. Парадеев тут же приподнялся с кровати, просыпаясь. Он пошёл к двери, чтобы посмотреть в глазок кто это был, но увидел лишь Деревяшкина, опирающегося на стену, и сразу же открыл дверь. Тот сразу зашёл в квартиру, падая лицом в плечо Саши, обнимая.        - Ты пьяный? Какого хуя, Лёш? - он попытался отлепить его от себя, но не получилось, пока чужие руки крепче закреплялись на бёдрах. Парадеев дотянулся до двери, закрывая её на замок. - От тебя воняет куревом. И на это ты опаздывал?        - Саш, ты всё равно не поймёшь.        - Какого ты вообще у меня, а не поехал к себе? Наркоман ёбанный. Я тебя ждал, но не пьяным же, - надеялся, что так не будет. Что сегодняшнего отходняка тому хватит. А он пошёл ещё дальше. - Ты ебанулся приходить ко мне домой так поздно? Ещё и в таком состоянии. Отпусти меня, я хоть окно открою, чтобы точно ничего не провоняло твоим... не знаю, что ты там употребляешь, - Лёша отпустил его, пока Саша уже открывал окно на кухне и пошел открывать балкон в спальне. Деревяшкин разулся и пошёл за ним, садясь к спинке кровати.        - Пиздец, какое у тебя пиздатое тело... Подойди ко мне.        - Я к тебе приближаться не хочу, ебучий наркоман, - Лёша приподнялся и притянул Сашу к себе за руку. Парадеев не сильно сопротивлялся, хоть и состояние Деревяшкина ему не нравилось. Но его уже уложили горизонтально, ложа голову на ноги, поворачивая лицом к себе, чтобы рассмотреть поближе. - Фу, блять, не смотри на меня так.        - Солнце, просто ничего не говори, - Лёша начал мять его волосы, проводя рукой по всей длине. Молчал, смотря на недовольство Саши. Знает, что простит. Уверен. - У тебя пиздатые волосы, были бы они длиннее, я бы тянул тебя за них и ебал.        - Всё таки на долго твоей адекватности не хватило? - как-то на выдохе сказал Саша, из-за чего его было еле слышно.        - Тебе уже говорили, что у тебя веснушки красивые? Да и весь ты красивый, Саш. Твоё ебало создано, чтобы на него любоваться и давать сосать. Ты слишком смазливый, но в твоём случае это плюс. У тебя правда никого не было? Ну не может быть, чтобы у такого сладкого мальчика не было ни девушки, ни парня.        - Ты спрашивал лишь девственник я или нет. Про остальное речи не было, - Саша прикрыл глаза и расслабился в руках Лёши, тут же получив поцелуй в нос. Приятно, хоть и странно. - Чего тебе?        - Просто захотелось. Давай что-то делать, мне от скуки тебя выебать легче, правда, - Парадееву всё же пришлось открыть глаза.        - Ты сам меня разбудил, сам накурился чем-то, а мне теперь ещё и разгребать?        - Ну почему "чем-то"? Тем же, от чего тебя сразу вырубило. Это было экстази, если вдруг тебе интересно.        - Нет, не интересно. Больше пробовать не буду, особенно с твоих рук.        - Ты же даже и не помнишь ничего, тебе то что, - Деревяшкин начал трогать его торс, понемногу приподнимая майку.        - Зато я помню, как мне плохо было. Убери руку, - Лёша улыбнулся и потянулся рукой к паху. Блять, просто не надо поддаваться ему. Как бы не хотелось. И не хочется, да? - Убери. Лёня, блять.        - Когда ты меня так называешь, я ещё сильнее хочу выбивать из тебя такую форму моего имени под стонами. Так что подумай несколько раз, стоит ли оно того, - он уже в наглую начал надавливать в область паха, зарываясь носом в кудри Саши. - Можешь рискнуть и назвать меня так ещё раз. Я бы хотел только этого сейчас.        - Нет, убери руку, уебан, - хоть Лёша и закатил глаза, но руку всё же назад приподнял к его торсу. - Мог бы сразу это сделать.        - Ты скучный, солнышко. Можно хоть у тебя покурить? Или ты святой и по воде ходить можешь? - спросил Деревяшкин, нащупывая в карманах пачку и зажигалку.        - Пиздуй на балкон, там можешь.        - Пошли со мной, - Саша пожал плечами, но всё же встал, и протянув руку Лёше, пошёл к открытому балкону. Окна уже открыты, к которым подошёл Деревяшкин. Положил пачку и зажигалку на подоконник, разворачиваясь к Парадееву. - Я, кстати, вот что подумал... Ты же у нас девственник? И тебе никто не отсасывал, да?        - Блять, что тебе ещё в голову придёт? - его тут же прижали к стене, одной рукой прижимая за плечо, а другой приподнял голову, открывая доступ к его шее. - Лёня, блять.        - Тебе повезло, что квартира на верхних этажах, нас точно никто не увидит, - губами он прошёлся по шее, нежно целуя, оставляя влажные следы от своих чмоков, переходя выше, к губам, к щекам и снова возвращаясь к губам. - Назови меня так ещё раз, Сашенька. Из твоих губ это звучит так сладко. Рискни, это же такой кайф — не знать, что может получиться из-за обычных слов.        - Лёнь, ты.. - Лёша вцепился в его губы. Руки опустились к его бокам, поглаживая. Деревяшкин разорвал поцелуй и, убрав руку с плеча, опустился на колени. Рука с бедра резко опустилась вниз, снимая с него разом шорты и бельё. - Лёнь, нахуя тебе вообще это?        - А тебе ещё есть чего стыдиться? Мне напомнить, чем ты со мной занимался в туалете, где легко можно было услышать лишь подойдя чуть ближе? А тут всего лишь балкон, где нас максимум услышат какие-то соседи, которые имени твоего не знают. Я бы продолжил, но боюсь рот будет занят, - свободной рукой Лёша взял весь член и провёл по нему для начала, Парадеев и без этого был смущён, а тут и вовсе такая ситуация. Лёша нажал на головку большим пальцем и чмокнул, расплываясь в улыбке, всё ещё смотря на лицо Саши, пока он отводил взгляд хоть куда, но не туда. - Солнышко, ну посмотри на меня. А то у меня и зубы есть.        - Я так не могу, - он опустил взгляд на глаза Деревяшкина, которые хотят, чтобы смотрели на него. Только на него. Чтобы внимание всегда было на нём, которое будет ему доставлять ответное удовольствие. Чтобы на него смотрели, смущаясь и любуясь одновременно. Из-за этих провокаций снова пришлось отвести взгляд. - Блять, ты ещё и так смотришь, можно я не буду смотреть? Мне хватает одного твоего взгля... блять, это ты так влияешь.        - Одного моего взгляда хватает, чтобы возбудиться, надеюсь? А мне хватает посмотреть на твоё тело для этого. Ну посмотри на меня, я могу даже отвести взгляд, если тебя это всё настолько смущает.        - Отведи, - помедлив пару секунд, чтобы точно не пересечься взглядом, Саша всё же опустил голову. И правда не смотрит. Лёша мельком кинул на него взгляд и, убедившись, что он смотрит, взял его член к себе в рот на половину. Ему резко перекрыли доступ к кислороду, не отрывая спину от стенки, он выпрямился, приподняв голову и прикрыв глаза. - Блять, Лёня.        Деревяшкин медленно взял во всю длину и начал так же медленно двигать ртом, вызывая у Саши сильную слабость в области ног, да и всего тела. Пытаясь хоть немного глотать воздух, он приоткрыл рот. Это вызывало мурашки и в то же время слабость, это была приятная слабость, которая выкидывала все мысли из головы и доводила до сладкой тяжести в голове. Парадеев полностью выгнулся в спине, отрываясь от стены, из-за чего Лёше пришлось освободить рот и прижать его рукой к стене, надавливая на грудь. От этого дышать стало ещё труднее.        - Продолжай смотреть на меня, солнышко. Не отворачивайся, иначе я перестану, - нехотя, Саша всё же опустил голову, после чего Лёша продолжил. Набирая скорость, он мельком следил за взглядом Парадеева, за его желанием прикрыть глаза, отвернуться, но тот всё равно взглядом возвращался именно на него. Дышал через рот, медленно и прерывисто, где после каждого выдоха вылетал полустон, который ласкал слух Деревяшкина. Так и хотелось дразнить именно этого мальчика, лишь бы тот фокусировал всё своё внимание на нём, готовясь подставить свои принципы, лишь бы снова смотреть на Лёшу, лишь бы именно Лёша стал его Лёней, лишь бы именно Лёня доставлял ему удовольствие. Всё тело слегка поддавалось вперёд, но чужая рука не позволяла, и это было даже приятно, ощущение звёзд перед глазами, всё словно расплывалось, но он продолжал смотрел на Лёшу. Он не мог больше никуда отвести взгляд и не мог деть руки, ведь рядом лишь стена, слишком ровная поверхность. Заметив это, Деревяшкин не замедляясь, взял руку Саши и положил к себе на голову. Как бы не было стыдно, он сжал его волосы в руке, продолжая следить за всеми его движениями вперёд-назад. Из-за всего этого приходило больше грязных представлений с Лёшей, но в голове он это держать не мог, слабина даёт о себе знать. Или просто он уже не мог врать самому себе? Или потому что теперь есть тот, с кем он мог всё это воплотить.        - Лёнь, я хочу, как ты и говорил тогда: вбивал меня в кровать, пока я плачу в подушку. Я хочу этого. Хоть под наркотиками. Так что, видимо, пидор с недотрахом тут только я? - хоть у Лёши и был занят рот, но тихую усмешку было легко услышать, всё таки смог испортить. От откровенных пожеланий Деревяшкин начал двигаться быстрее и интенсивнее, заставляя глаза Парадеева закатываться, а руку на волосах сжимать крепче.        Видимо всё же мазохист, но что может быть лучше? Видимо ничего. От одной мысли о том, как Лёша снова и снова рассказывает, что хочет сделать с ним, Саша был готов полностью отдаться Лёше, с головы до ног, доверить своё тело и душу полностью, ему лучше знать. Деревяшкин опустил руку с груди к бёдрам и, сжав в своей руке, толкнул их к себе на встречу, доводя Парадеева, заставляя кончить прямо в рот. Но Лёша толком и не был против. Саша отпустил волосы Лёши и оперелся всем телом на стену.        Лёша застыл на пару секунд в этом положении и, сглотнув, приоткрыл рот, освобождая его. Встал с колен, и пока Саша пытался отдышаться через рот, натянул на него низ и, еле касаясь его нижней губы, чмокнул.        - У тебя около губ грязно, - говорил Парадеев сквозь попытки вернуть дыхание в нормы. Он чуть не задохнулся. Звёзды не проходили, а смотрел на Лёшу он сквозь полуприкрытые глаза с желанием вновь обнять, прижать к этой ёбанной стене и целовать его, целовать, пока не устанет, пока дыхание вновь не собьётся.        - Так слижи же, солнышко, - Парадеев тут же посмотрел на него, словно Деревяшкин полный еблан. Издевается или да? Узнавать он не будет, поэтому подошёл ближе к окнам, смотря сквозь, высматривая, вдруг кто видел. - Солнце, ты не понял? Могу помочь.        Деревяшкин собрал большим пальцем с лица сперму и развернул Сашу, засунув палец ему в рот, проводя по языку, оставляя всё лишнее внутри Парадеева.        - Глотай, - деться он уже никуда не мог, поэтому через силу пришлось глотать. Проследив, чтобы он не выплюнул, Деревяшкин наконец-то взял пачку сигарет и, вытащив одну, положил назад на подоконник. Поджёг, тут же делая затяжку. Выдох. Взглянул на Сашу, который смотрел лишь на губы. Улыбнулся, облокачиваясь об подоконник. Но второй тяжки не последовало. Вместо сигареты были чужие губы, которые настойчиво целовали его, прижимаясь всем телом вплотную. Кто он, чтобы мешать своему мальчику получать кайф? Целая сигарета полетела в окно, а руками потянулся к Парадееву, толкая его за талию к себе ближе. Локти слегка саднили от напора, но это последнее, что его волновало. Важнее был Саша, который сам толкался языком в его рот, который прижимался с таким напором, что сам слегка подрагивал. Сам Парадеев держал Лёшу за бёдра, что вызывало лёгкий смешок. Целовал, так долго, как хотел, потому что Деревяшкин позволял. Позволял, ведь пускай запомнит именно его губы, хотел только его, возбуждался от его действий так, что адреналин бил по вискам, заставляя чувствовать приятную дрожь, которую так легко почувствовать. Саша разорвал поцелуй, начиная спускаться к шее. Его тут же оттянули одной рукой за кудри. - Солнышко, куда мы лезем?        - Нельзя? Но ты же сам мне всю шею засосами покрыл, - Деревяшкин помедлил. Не разрешает своим сукам так делать. Ещё кто подумает, что занят. Но смотря на чужую шею, казалось, что просто необходимо было позволить и Саше. Потому что только ему так досталось, потому что только его бледную шею хочет видеть полностью в пятнах. И не может отказать ему в такой просьбе. Взял воротник своей майки, приспуская и приподнимая голову, шумно выдохнул.        - Пониже делай. Один. Понял? - Саша кивнул, тут же утыкаясь лицом чуть ниже ключицы. Стало чуть больно, но Парадеев тут же отлип, облизывая это место и целуя туда, перенимая привычку Лёши. Улыбнуло, после чего пришлось глубоко вдохнуть, чувствуя, как Саша снова начал кусать его. За кудри резко потянули, доставляя дискомфорт обоим. - Я тебе говорил один. Я и так тебе слишком много позволяю, а ты даже не слушаешься.        По лицу тут же прилетела пощёчина. Раскрыл глаза, явно не ожидая. Неприятно явно было. Не сделал ничего такого, а Деревяшкин никогда не применял физическую силу при нём. Да и Лёша притих, отводя взгляд. Поцеловал в ту же щёку, разворачиваясь к окну, поджигая новую сигарету.        - Прости, солнце, - Саша отвёл взгляд, отходя на шаг назад. - Не куришь случайно? Хотя, кого я спрашиваю, ты и пить не умеешь.        - Ты сам говорил, что это были наркотики. Или я должен был выпить залпом и даже не почувствовать? - Деревяшкин на это лишь выдохнул дым в открытое окно, разворачиваясь к Саше.        - Я уверен, что такие сахарные мальчики, которые таят от таких же сладких слов, не умеют нормально пить. Ты или вообще не пьёшь, или тебя выносит с одного бокала, или предела не знаешь. Так ведь?        - Предела не знаешь ты, только в наркотиках. Так что сначала о себе подумай, прежде чем обо мне что-то говорить, после того, как я тебя впустил даже в таком состоянии, торч хуев. Я хотя бы не налегаю на наркотики так, что каждый день хожу хуй пойми куда, - может и доведёт, хотя он и не против. Саша ещё сильнее будет рад, словно отомстив за пощёчину. Отомстив за это ебучую привязанность, за которую Деревяшкин вовсе не виноват. Сам отталкивает, не желая принимать, что Лёша и правда может ему понравится не в плане опыта в сексе. Нет. Не хочет принимать. Но сам боится ссор. Сам не лезет в конфликты. Но сейчас начал огрызаться первым.        - Это я предела не знаю? Может тебе ещё и научить меня как употреблять, солнце? Я, блять, вижу, что ты нарываешься, да? - Лёша схватил его за запястье, смотря прямо в глаза. Смотрит, словно куда-то глубже, заставляя тяжело дышать даже сейчас, когда груб с ним. Этого ему только не хватало, поэтому Саша попытался увести взгляд от тёмных глаз, которые лезут в самое сердце. На такую выходку его лишь сильнее дёрнули за руку. - На меня смотри. Ты меня учить вздумал? Я сука тебе всё: какой ты хороший, миленький мальчик, а я для него и пидор с недотрахом и наркоман без границ, да? А в итоге кто мне нашёптывает какой он педик, стоит мне только быть с тобой хоть капельку жёстким, у тебя встаёт на это или что?! Сука, ты меня доведёшь, только вот будешь ты лежать и стонать в кровати или лежать и кричать на земле, уже вопрос. Или ты меня так провоцируешь, я не пойму? Смазливый весь из себя такой, а сам хочет, чтобы я его грубо выебал, пока он хнычет, поэтому и доводит, да?        На секунду Деревяшкин притих, смотря прямо в веснушчатое лицо. Тоже перегнул. Лёша отпустил руку и потянулся губами к сигарете. Он отвернулся от Саши в окно, смотря на улицу, где уже давным давно никого не было.        - Никого я не провоцирую, - кому он пиздит? Не знает. Простояв ещё минуту в такой тишине, он всё же не выдержал, рукой еле касаясь чужого плеча. - Лёнь, я не специально. Как докуришь можем пойти назад.        - Мне похуй, иди.        - Да всё видно, что не просто похуй. Не притворяйся.        - Да блять, пиздуй уже, а я как-нибудь сам справлюсь. Давай-давай, пока я "случайно" не въебал тебе с ноги, - Саше всё же пришлось пойти в спальню одному, прикрыв дверь на балкон. Оставалось лишь сесть на край кровати и ждать Лёшу.        А ведь он сам не понял, как ему понравился Деревяшкин. Правда понравился. Нравится когда он под чем-то, когда спокойный, когда смущает или даже груб с ним. Соврёт, если скажет, что считает это обычной влюблённостью. Неправильная она. Саша лёг на кровать и прикрыл глаза. Так темно. И поток мыслей уже не остановить. А что о нём думает Лёша? А если думает о нём только в одном плане? Лишь приходит, когда самому плохо или скучно. Парадеев согнул колени, положил одну руку поперёк живота, отворачиваясь от балкона. Просто надо меньше думать о таком, не любить того, кто думает лишь о пьянстве и сексе. Кто становится лишь более провоцируемым под наркотой. Его доля вины в этом тоже есть.        С балкона вышел Лёша и первое, что он увидел, то, как Саша лежит. Парадеев даже не заметил, как Деревяшкин уже подошёл ближе. Заметил, когда кровать прогнулась от чужого веса и Лёша сел на колени, устраиваясь между его ног и, приподняв их, закинул к себе на плечи.        - Блять, я когда сказал, что тебя это заводит, говорил это не всерьёз, - Саша всё же повернулся, тут же приподнимаясь за счёт локтей. Посмотрел в глаза, тут же отворачиваясь. Даже такое нравится. И продолжает нравится, хотя только что разобрался с тем, что Лёша не пара ему. Деревяшкин взял его за лицо, сам уже начиная тянуться, но Парадеев его лишь оттолкнул. - Какого хуя?        - Да потому что я нихуя не понимаю. Ни в себе, ни в тебе. Нужен я тебе или нет, хочешь ты меня просто выебать или что тогда? Если хочешь просто выебать, то почему лезешь с поцелуями? Я просто хочу, чтобы я был нужен тебе так же, как ты нужен мне, понимаешь?        - Я тебе так сильно нужен? - кивок, после которого Лёша скинул с себя чужие ноги. - Солнце, я тебя не брошу. Никогда. Обещаю. Запомни это уже.        - Запомню, - приподнялся и потянулся к лицу Лёши, целуя в губы сам. Это лишь льстило Деревяшкину, поэтому конечно же принимал каждый поцелуй, улыбаясь и глазами следя за чужими губами, которые целовали лишь его, потому что только он нужен, сам признался в этом.       ***               За окном уже ясный день, лучи солнца освещали комнату, так же ярко проходясь по кровати, где был Парадеев. Он нехотя разлепил глаза, всё равно жмурясь из-за яркого света. В кровати был один. Поняв, что кое-кого не хватает, он всё же привстал с кровати. По полу ощутимо дул прохладный ветер. Приподняв голову, он всё таки заметил этому причину: балкон был открыт, а на нём стоял полуголый Лёша и курил.        - Лёнь? - спросил Саша, тихо дойдя до балкона и пугая Деревяшкина. От этого Лёша отпустил телефон, роняя его на пол. На секунду мелькнула фотка Саши, которая, видимо, была сделана недавно, ведь на ней он ещё спал. Но это волновало его меньше всего на фоне чего другого. - Это мои шорты?        - Блять, нахуя так пугать, - Деревяшкин схватил свой телефон с пола, пока Парадеев прошёл на балкон, убеждаясь, что это его шорты. - Да, твои. Я ушёл мыться, пока ты спал, а они мне подошли. Или тебе хотелось бы увидеть меня полностью голым?        - Я и так вижу достаточно, - Саша провёл пальцами по двум тёмненьким засосам на шее, улыбаясь, на что тут же получил подзатыльник.        - Пидорас, только попробуй ещё раз такое сделать, - Лёша отвернулся к окну, отряхивая пепел с сигареты, жмурясь от яркого солнца, опуская взгляд на телефон.        - А это ты меня сфоткал, да?        - Блять, всё, иди нахуй, - окурок полетел вниз, а Деревяшкин вышел с балкона. За ним вышел Саша, идя на кухню. Выпил воды и посмотрел в холодильник. Только вчерашняя еда Лёши, хотя тоже неплохо        - Будешь свой вчерашний шедевр?        - Я не завтракаю. Но могу с тобой посидеть, - Деревяшкин уже стоял в дверном проёме. Как над душой прямо.        - Давай, - Разогрев еду себе, он начал есть. Завтраком не назовёшь, да и время уже за обед. Ел в тишине, пока Лёша не начал говорить первым.        - Ты завтра свободен? - суббота? В университет не нужно. Значит свободен? Получается, да.        - Свободен. Хотел что-то? - Лёша лишь улыбнулся, смотря на новое сообщение в телефоне.        - К себе хотел пригласить. Устал тебя в туалетах зажимать, надо же по-человечески всё устроить. Или у тебя резко дела сейчас появятся?        - Не появятся. Я всё ещё свободен для тебя.        - Значит, завтра ты идёшь ко мне, - в дверь постучали. Переглянулись, и Саша пошёл открывать её. Раскрыв дверь, в его квартиру тут же зашли Илья и Саня.        - Давно не виделись, Саш. Мы тебе тут еды всякой купили, да и в целом проведать решили. У нас только пары закончились, твоего ёбнутого не было сегодня, да и вчера. Надеюсь, не сдох. А то кто с тобой, таким красивым, будет прогуливать пары неизвестно где, если не он? - Илья не раздевшись приобнял Сашу, пока Ермолаев протянул ему в руку пакет с магазина. Из кухни вышел Лёша, который, в целом, всё слышал. Парадеев всё же отлепил от себя Яцкевича, и только тогда тот заметил Деревяшкина, который стоял слева от него. - Мы вам не сильно мешаем?        - Да нет, мы сами только недавно проснулись, - Лёша ответил за обоих. Саше не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что тот вышел.        - Вы посидите здесь или просто на пару минут зашли? - Парадеев отодвинул Деревяшкина от себя рукой, а тот развернулся и ушёл в спальню. - Могу чай предложить.        - Пошли, всё равно дома нечего делать, - сказал Саня, снимая обувь, пока Саша ушёл ставить чайник.              ***               Они спокойно пили чай, хоть и смущение присутствовало, но они его игнорировали, разговаривая на нейтральные темы, которые не касаются того, кто тоже присутствует в этой квартире. В коридоре промелькнул Деревяшкин, даже одетый, а через секунду он зашёл на кухню и легонько положил руки на плечи Парадеева сзади, склоняясь перед его лицом, шепча. Смысла в этом нет. Но хотелось лишний раз смутить Сашу своим шёпотом, не ставить в известность своих разговоров его друзей, на которых ему глубоко похуй.        - Закроешь дверь? - Саша кивнул головой и оставил друзей одних на кухне. Но с кухни коридор всё ещё было слегка видно, хоть и не слышно ничего. - Сегодня я уже не приду, но завтра жду тебя.        Последнее он сказал тихо, после чего притянул Парадеева к себе ближе, зная, что будут смотреть. А так не видно, ведь стена скрывает их. Поцеловал в губы, сжимая их с такой силой, будто последний раз видятся. И Саша тоже не отличался, руками притягивая чужое лицо ближе. Ближе. А после пришлось отпустить, Лёша вышел из квартиры. Закрыв дверь, Парадеев присоединился к друзьям.        - Ахуеть, Саш, я всё время думал, что ты тот ещё тормоз, а тут вот как... Скажи честно, ты не болел, а ты просто личную жизнь настраивал? Я всё понимаю, но мог бы нас предупредить, - сказал Ермолаев, пока у Ильи лился чай из носа от смеха. Оба стебут, а пока Лёша был, даже слова про него боялись сказать. Придурки. - Чего смешного то? Твой друг больничный взял ради этого Алексея, страшно подумать что тут было. Ещё и у Алексея твоего видно засосы. Или тоже не уследил за ним и кто-то другой наделал?        - Да блять, какие вы ебанутые оба. И вообще, он сам вчера пришёл, я даже не ожидал.        - Блять, тогда ты всё же тормоз, Саш. У вас только один газ видимо в паре, бедный Лёша. Жаль его. Ни себе, ни людям, Саш, - сказал Илья, вытирая последствия своего смеха, пока Парадеев был готов сгореть от стыда и прибить обоих.        - Он заслужил, - Саша закатил глаза, ничего они не понимают, в особенности Илья. Ему лишь повод дай за что придраться, бесит.        Эту тему они всё же решили не продолжать, да и не было смысла спрашивать, если Парадеев специально умалчивал всё. Не хотел, чтобы продолжали говорить о нём. Неудобно. Проговорив обо всём, кроме этого, Илья и Саня всё же решили уйти домой. Поздно, да и вдруг Лёша так же неожиданно придёт, хоть он и говорил, что сегодня уже не придёт.        Дверь закрыта, в квартире Парадеев один. Прилёг на кровать, прикрыв глаза, пока мысли крутились в голове, одна перебивая другую. И единственное, что перебивало сильнее других, это любовь к Лёше. И он вчера тоже признался. По-своему. Значит любит. Он притянул к себе подушку и просто вырубился, и не важно, что сейчас не было даже девяти вечера. Да и мысли вертятся, а смысла нет, они уже не отстанут, может хоть пока он спит, они не будут его трогать.              ***               За окном снова светло, чувствовал он себя хорошо. Это даже к лучшему. Он пошёл в ванную, разделся и открыл прохладную воду. Так даже приятнее, от этого он ещё больше просыпался, понимая, что это больше не исчезнет, такое не привидится, такое не может придумать мозг, насколько больным он не был бы. Волосы намокли, струйки воды начали литься на лицо, иногда попадая в глаза. Он лишь прикрыл их. Сам себя не узнал бы, встретив себя неделю назад.        Уже спустя десять минут он вышел из ванной. В квартире было немного душно и он открыл окна, заходя на балкон, чтобы там тоже открыть. Ветер тут же приятно подул на лицо, не тёплый и не ледяной, приятный. Так приятно, что до полного счастья не хватало лишь ещё одного человека. Саша потянулся к телефону, где уже было сообщение от этого самого человека. Лёша скинул адрес квартиры и написал, что ждёт к восьми, ведь его не будет до этого времени в квартире. Ну ничего, дождётся.              ***               Такси остановилось у нужного дома, Саша начал звонить в домофон, но никто так и не ответил, значит придётся подождать. Начинало темнеть, а светил лишь фонарь у подъезда, который не очень справлялся со своей задачей. Саша присел на скамейку, открывая чат с Лёшей, но уже через несколько минут он еле заметил до боли знакомый силуэт, это точно он. Парадеев встал, чтобы Деревяшкин точно его заметил, а тот заметил. Видимо чуть ли не сразу, ведь его улыбка широко расплылась по лицу, а Парадеев не отличался и сам был готов смеяться, до сих пор не понимая, как он оказался в такой ситуации. Но прекрасно понимая, что его ждёт, считай контракт подписал в один конец, раз по собственной воле сюда пришёл. Как только Деревяшкин дошёл достаточно близко, тот сразу его обнял, проходясь губами по его щеке.        - Ты чего, соскучился уже? Давай хоть в квартиру зайдём, тут люди ходят, - отпустил, заходя с Лёшей в подъезд, а после и в квартиру. Закрыв дверь, Саша сразу же вцепился в его губы, прижимаясь сильнее. Тот не оттолкнул, уже хорошо, но всё же пришлось разорвать поцелуй из-за неудобного положения. - Чего-то ты слишком ласковый, солнышко, так ждал что ли? Не переживай, выебу в любом случае.        Лёша притянул его одной рукой за талию, другой слегка притянул его за голову ближе. Ухмыльнулся и поцеловал Сашу, проталкивая ему в рот таблетку. Не ожидая такого, Парадеев хотел отстраниться, да только руки, которые его держали, не дали ему это сделать. Всё таки принял круглую таблетку вместе с языком Деревяшкина. Пройдясь языком по языку, Лёша оторвался от Саши, в конце немного оттягивая зубами его губу.        - Просто проглоти, - помедлив, Парадеев сглотнул. Слегка горчило, но это было терпимо. Было страшнее только вновь потерять сознание. - Молодец, солнышко, теперь мы можем... пройти чуть дальше, приглашаю.        Взяв Сашу за плечи, Лёша повёл его к спальне, снимая с него верхнюю одежду и бросая куда-то на пол, толком не парясь из-за этого. В спальне было темно, в целом, как и на улице, единственное, свет дополнительно переграждали плотные шторы. Так же держа его за плечи, Лёша надавил на него, усаживая Сашу на кровать, не давая вдоволь рассмотреть комнату.        - Если что, можешь потом взять когда захочешь, - достав из кармана худи конвертик, завернутый в скотч, он переложил его в карман джинс Саши, продолжая улыбаться, переходя к самому телу Парадеева, надавливая на его плечи, толкая на кровать. Начал прикусывать, ещё не до конца зажившие, прошлые засосы, которые отдавали лёгкой болью. - Ты, блять, меня так взбесил в прошлый раз со своим первым горе-опытом, так что в этот раз я прослежу, чтобы ты не вырубился, всё прекрасно чувствовал и запомнил, а на утро всё помнил в деталях, чтобы дословно мне всё пересказать. Ты ещё на балконе меня выбесил, сначала был не против, чтобы я тебе отсосал, а потом решил меня позлить, да? Ты ещё сука так лёг, я был готов тебя прямо там выебать. Тебе лишь повезло, что я сразу догнал, что ты не специально. Так что ты меня понял, солнце? Или ты понимаешь только когда я злюсь на тебя и говорю какой ты плохой мальчик? Но ты же хороший и послушный мальчик и ныть будешь только когда я ебу тебя?        А Саша лишь улыбался, у него как будто в жизни было целью довести его. Улыбался, еле слышно мыча от нового засоса, который Лёша делал с особой силой, он поднял руки, обхватывая его спину, прижимая ближе к себе. Деревяшкин приподнял голову, смотря в глаза Саши, чмокнул в щёку и выбрался из его замка на спине, чтобы снять худи с майкой. В голове тяжелело, даже приятно как-то, следя за этими смазанными движениями Лёши.        - Продвинься дальше, - на локтях Саша приподнялся, отодвигаясь от края кровати, после чего упал головой на подушку. Лёша тоже наконец-то смог забраться на кровать. Одним движением рук раздвинул Парадееву ноги и согнул их в коленях, протискиваясь между ними. По щеке прошёлся удар. Этот жест был игривым, указывающий на его место сегодняшней ночи, подпитывающий азарт. Посмеялся с этого, вновь получая хлопок по щеке. - Блять, я тебя так выебу, что ты только от пальцев растаешь. Если бы это произошло в первый же день, в квартире над твоими друзьями, я бы может и пощадил, но это тоже не точно.        Но он его щадит даже сейчас или это только на время? Понемногу уже привык к темноте, и легко мог увидеть чьи руки и куда полезли. А если быть точнее, то к его ширинке. Сразу же послышался характерный звук молнии, а после и вовсе почувствовать прикосновения к паху. Деревяшкин провёл вверх-вниз ладонью, особенно нажимая ниже, ниже, ниже. От стона Саша, конечно, сдержался, но шумный вдох всё равно его выдал. Сейчас прикосновения как будто были чувствительнее в несколько раз. А чувства ниже постепенно давали о себе знать.        Лёша снял с него штаны полностью, а затем и боксеры следом. Одна несчастная майка была на нём, но полностью поддавшись Лёше, он помог ему снять с самого же себя майку. Тут же почувствовал руки, которые трогали везде, везде, стараясь задеть сильнее, спровоцировать. И без этого получалось, а это лишь сильнее сводило с ума. Не может ждать, перехватив руку Деревяшкина, потянув его ближе к себе, обхватив руками его голую спину, губами вновь и вновь целовал, ведь насытиться так и не получалось. Хотелось ещё. Ещё. Ещё. Хотелось не только губ, хотелось целовать всего, пока чужие холодные руки так и гладили его по бокам, заставляя шумно дышать и продолжать целовать, уже не стесняясь с языком, получая дополнительные ласки. А Деревяшкин лишь спокойно давал ему всё это делать, лишний раз улыбаясь такому и прикрывая глаза, ловя кайф с чужого тела. Было бы это неделю назад, он бы так не радовался и не наслаждался ситуацией, просто бы выебал, а тут добиваться пришлось. Зато стоило того. Стоит этих прикосновений, которые так и хотели трогать его всего. Пока Парадеев уже начал откровенно лапать его, прижимая ближе к себе, касаясь телами друг друга, Лёша начал поглаживать его бёдра, иногда с силой сжимая их. Пускай он трогает его всего, хотелось лишь этого, чтобы сжимал до боли, чтобы мог чувствовать эти прикосновения полностью. Движения ещё так тянулись, чувственно. Отстранил чужое лицо, придерживая чужие щёки своими ладонями, смотря в тёмные глаза. Знает, что карие, но в темноте этого не видно. Глянул ниже, назад поднимая взгляд.        - Почему ты опять одет, когда я полностью голый?        - Солнце, лежи смирно и не выёбывайся, - Лёша отодвинул руки со своих щёк, выпрямляясь. Устроился у чужих ног, сильнее раздвигая их. Смущало, что отводил взгляд, неосознанно возвращаясь снова и снова к чужим глазам. А Лёша смотрел, впитывая каждую реакцию на чужом лице и теле, поглаживая бёдра с внутренней стороны, снова и снова провоцируя, сжимая их руками. Одной рукой достал из заднего кармана джинс смазку и открыл. Пока жидкость уже лилась на его пальцы, Саша приподнялся на локти, продолжая смотреть за всем, пока продолжало быть жарко до духоты. Но приятной духоты, которая так приятно давила на грудь, что уже тяжелее было дышать. Достаточно вылив на пальцы, что холодная жидкость каплями стекла на живот Парадеева, положил смазку рядом, чистой рукой уже придерживал ногу. Один палец на немного проник в Сашу, образуя слышимый звук хлюпанья. Парадеев откинул голову назад, выдыхая через рот, пока Лёша, не скрывая радости, проталкивал палец глубже, заставляя Сашу простонать. Глаза немного прикрыл, всё таки немного стыдясь положения. Рука на ноге не давала сомкнуть ноги, чтобы видеть всё, смущать сильнее, разглядывать как Саша неосознанно слегка толкался вперёд, словно повторяя движение пальцев внутри себя.        - Лёнь... - Саша даже не мог до конца вдохнуть и выдохнуть, немного задыхаясь. Протолкнув разом палец до конца, Лёша не остановился, второй и третий палец уже зашли грубее и сразу до конца, вызывая стон у парня под ним. Пальцы входили и выходили быстро, что его тело даже подрагивало на кровати. К глазам подступили слёзы, которые были от чего-то до боли приятного, ведь Лёша был слишком идеальным, даже когда просто ухмылялся, смотря, как чужое тело подрагивает. Другой рукой Лёша обхватил член Парадеева, начиная вести в такт с другой рукой, доводя чувства до задыхания. Стонал, не в состоянии заглушить себя или скрыть чувства. Долго он так держаться не мог, поэтому со всей силой сжимал простынь под руками. Лишь на мгновение приоткрыл глаза, смотря как пальцы входили в него и снова, не до конца, выходили. Снова смутился, поднимая взгляд на глаза Деревяшкина. Тот тоже смотрел на него, улыбаясь. Бля-ять. Простонал, не в силах отвести взгляд, снова и снова позволяя чужим тёмным глазам с издёвкой смотреть на него. - Блять, Лёня, не смотри на меня. Лёнь...        - А ты смотри выше, - Деревяшкин потянулся к губам Саши и поцеловал, толкнув в него пальцы более резко, заставляя глаза закатываться, а стон приглушить поцелуем, который был влажным и испачкал все губы слюнями. Приглушённый звук чмока, с которым Лёша отстранился от него, продолжая покусывать и целовать его нижнюю губу, снова и снова приглушая стоны до шумных вздохов, которые давались с трудом. Вблизи наблюдал за каждой его слабостью, за тем, как глаза прикрывались, лишь бы Лёша не видел. - Зато ты больше не видишь мой "не такой" взгляд, - пальцы снова толкнулись, набирая обороты заодно с кистью руки. Саша приподнял носочки стоп и сжал пальцы как на ногах, так и на руках с одной силой.        - Стой, блять, помедленнее!        - Солнышко, я не понимаю, прости. Ты наверное говоришь "быстрее, Лёня, я хочу быстрее"? - Деревяшкин перестал надвисать перед Сашей, снова толкнувшись пальцами, слегка надавливая наверх, задевая как будто что-то изнутри, заставляя Парадеева выгнуться в спине, а рот оставить открытым в немом стоне, приоткрыв глаза. Лёша провёл снова и снова, делая всё более резко, не давая даже закончить Саше стон, ведь из губ уже срывался новый. Но от этого было хорошо, хотелось снова. Хотелось от Лёши. - Ты же так сказал?        - Да, Лёнь... - произнёс протяжно, а под стонами можно было даже подумать, что он хныкнул. Дыхание сбилось, так что сейчас ему оставалось дышать прерывисто.        - Нет, ты же по другому сказал, повтори как я, - в комнате было душно, а перед глазами уже размазывался силуэт Деревяшкина.        - Быстрее, я хочу быстрее, Лёнь... - ноги дрожали, от чего было неудобно. Саша немного развёл ноги ниже колена, приспуская, но легче не стало, а даже сложнее. Парадеев приподнял голову, но наверх у него теперь с трудом получалось смотреть, потому что, по ощущениям, даже ебучий потолок таял прямо на него.        - Солнце, кончай, - услышав эти слова, неосознанно послушался Деревяшкина, кончая на выдохе. Даже как-то тихо стало. Пальцы тут же вышли из него, вытираясь об простынь.        Рот был приоткрыт, ведь через него пытался дышать. Лёша слегка придерживал нижнюю губу пальцами, закидывая ему в рот ещё таблетку, тут же сжимая подбородок. Парадеев вертел головой из-за горького вкуса или из-за нежелания глотать новую таблетку.        - Глотай. Солнце, блять, глотай, - а Саша не слушал, поэтому лишь мотал головой. Деревяшкин подался вперёд, протягивая уже и вторую руку к его лицу. Парадеев перестал сопротивляться, остановив взгляд на этом тёмном силуэте. Чётких границ не было, а привычные черты тела затуплялись. Лёша крепко держал его одной рукой за лицо, ударяя ладонью по щекам, снова и снова, пока пощёчины не начали приносить дискомфорт. - Глотай, пока я тебя не начал пиздить.        Саша расплылся в улыбке, хихикая. Он всё же проглотил и, когда ослаб напор на челюсть, приоткрыл рот, чтобы хоть что-то сказать. Но его опередили, засовывая два пальца в рот, проводя везде для проверки. Ничего не нащупав, Лёша немного толкнул пальцы глубже, после чего, наконец, вытащил их, заставляя Сашу приподняться и откашляться. Чувство не из приятных.        - Нахуй ты это сделал, - приглушённо проговорил Саша, пока щёки жгло.        - А нехуй было брыкаться. Только попробуй ещё подобную хуйню сотворить.        Саша улыбнулся, наваливаясь на Лёшу, целуя. Деревяшкин позволял чужому языку проникнуть ему в рот, позволял Парадееву с силой сжимать его плечи, опираясь на них, позволял всё, поглаживая его за талию. Но всё же поцелуй разорвал, толкая Сашу спиной на кровать.        - Надеюсь ты восстановился, - Парадеев пожал плечами, уже снова пытаясь прикоснуться к Деревяшкину. - Будем считать, что да.        Лёша, наконец-то, потянулся к своим джинсам, неспешно расслабляя ремень. Слегка провозившись и вовсе вытащил его. Хлестанул Сашу по бедру ремнём, от чего звонкий шлепок тут же раздался по комнате. Парадеев ахнул, пока Деревяшкин лишь смеялся. Улыбался, продвигаясь ближе.        - Протяни ручки, - Саша приподнял руки, а Лёша уже схватил их одной рукой, другой обматывая запястья ремнём, затягивая туже. Вроде свободного места не было, поэтому Деревяшкин откинул их повыше, чтобы те были над головой Саши. - Перевернись на живот, солнце. Или в данной позе будет лучше называть тебя послушным мальчиком?        Саша развернулся, вставая на четвереньки. Деревяшкин тут же громко засмеялся, заставляя Парадеева оглянуться на него с лёгким румянцем на щеках. Лёша приглушил свой смех рукой, издевательски смотря в его сторону, но по прежнему ничего не говорил.        - Отвернись, - Саша резко отвернул голову, пока Лёша с чем-то повозился. Немного подождав, Деревяшкин окончательно снял джинсы и бельё и откинул всё к остальным вещам на пол. Смазка уже не впивалась в локти, на которых Парадеев всё равно пошатывался. Стараясь не испачкать Сашу липкими руками, Лёша взял бока Парадеева, немного притягивая к себе. Сразу же волна мурашек пробежалась по телу, а от чужих прикосновений чувствовалась приятная прохлада. - Я, конечно, сомневаюсь, что ты долго протянешь так, но кто я, чтобы мешать тебе делать так, как ты хочешь? Блять, пиздатое у тебя тело, не задумывался о вебкаме или чтобы продажным стать? Денег будет куча. Или могу предложить что получше, например, стать моей личной шлюхой, только боюсь тебе не понравится мой график. Твоё тело было создано, чтобы доводить, а потом принимать, принимать, принимать, пока ты прогибаешься. Вот прогнись даже сейчас, я хоть посмотрю.        Саша прогнул спину, опуская голову, как в него уже вошёл Деревяшкин, заставляя замереть от неожиданности. Ноги задрожали, а руки не могли ни за что ухватиться из-за ремня. Прикрыл глаза, чувствуя белый шум перед ним. Старался отдавать себя полностью лишь чувствам, что слишком легко получалось. Попытался развести ноги чуть сильнее, чтобы ровнее держаться, но его тут же подтянули за бедра назад, поглаживая. Было жарко, что каждое холодное прикосновение лишь слегка тушило этой жары. Но вскоре руки Деревяшкина тоже начали теплеть из-за чужого тела. Вошёл глубже, пока рукой уже надавливал на лопатки Саши, дабы тот чуть приспустился. Парадеев не сильно сопротивлялся, ведь так держаться и правда было неудобно с каждой секундой всё сильнее. Даже было ощущение, что кровать сама проваливалась под ним.        - Я тебе сразу сказал, что не протянешь, жопу только не опускай, - Лёша надавливал на спину, опуская ниже. Носом уже касался простыни, теперь он точно не упадёт, наверное. Как только Саша нормально устроился, то рука со спины вернулась снова к бедру. Новый толчок, только теперь до конца, притягивая к себе его бёдра. Саша простонал, уже чувствуя, как ягодицы оттягивали, вливая ещё смазки. - Я тебя растяну, не переживай. Зато ты теперь не пидор с недотрахом, да, солнце? Хотя хуй тебя знает, не удивлюсь, если ты снова завтра будешь творить хуйню ради моего внимания, а когда я тебя нагну над кухонным столом, то ты только и рад будешь. Ты же сам хочешь этого, так ведь, солнышко?        Новый толчок, а из губ даже не могло выйти обычное "да" или "нет", ведь слова смешивались со стоном. Движения приобрели темп, а Парадеева размазывало по простыни от толчков, от того, как Лёша крепко сжимал его бёдра. Рукой сжимал другую, пытаясь хоть как-то помочь самому себе, но после нового толчка это перестало приносить хоть какую-то пользу.        - Хочу, не переживай.        - Вот видишь, солнышко, я всегда прав. Правда, надо как-то помочь тебе с твоим желанием быть выебанным. Хотя, я даже знаю как, - толчок, толчок, слишком резкие и шли друг за другом, не дав Парадееву сдержать себя, как уже последовал протяжный стон, который приглушала лишь кровать. Повернул голову в бок, переставая пытаться хоть как-то сдерживать самого себя при каждом движении, пока каждый стон делал приятно Деревяшкину, заставляя брать грубее, быстрее, со всей силой, лишь бы слушать его снова и снова. Лучше любой платной шлюхи. - Солнце, просто знай, если бы я тогда знал, какая ты шлюха, то меня бы не остановило твоё состояние. Может ты вырубился в какой-то момент, но я бы даже не обратил внимания и продолжил. А сейчас ты не потеряешь сознание из-за несчастного глотка, сейчас ты в состоянии стонать подо мной и прогинаться, пока я слежу, чтобы ты не вырубился как тогда. Да, солнышко?        Лёша толкнулся, останавливаясь в нём, давя на голову тишиной, а на чувства внутри собой. Слишком тихо, слишком тяжело. Лучше бы дальше двигался, а не ждал от него каких то слов. Он сводил этим с ума. И он об этом знал. И он этим пользовался, вытягивая нужные для него слова. Слова, которые так неудобно говорить.        - Да, способен лишь стонать под тобой, а теперь продолжи, чтобы я и дальше мог срывать свой голос. Такой ответ тебе пойдёт? - он приподнял голову, поворачивая на Деревяшкина. Видел он его плохо, но был уверен, что тот улыбается, пока он мучался, желая продолжить.        - Значит ты признаёшь, что ты шлюха? Скажи напрямую, не понимаю твоих намёков.        - Нет, не шлюха. Продолжи уже. Лёш, продолжи. Лёша, - в конце он даже простонал на выдохе, от своего положения и пытаясь вызвать хоть каплю жалости. Не помогло.        - А я тебе теперь не Лёня? Я бы хотел, чтобы ты и.. - Саша толкнулся бёдрами назад до конца, чувствуя пах Лёши. Простонал от своей же резкости, сразу отворачивая голову от смущения. По ягодицам ударили. - Так, мы играем по моим правилам, за нарушением следует наказание, ты знал? Так что, блять, даже не пытайся сделать что-то, пока я тебе припоминаю твои же слова, которыми ты меня бесил. Ты меня понял? Блять, я бы тебя ударил, ты меня бесишь. Но руки заняты, тебе везёт прямо.        Руки с бёдер спустились к талии. Уже сильнее держал, сжимая кожу пальцами. Вышел из него наполовину и резко притянул к себе, дальше двигаясь не сам, а входя и выходя за счёт движений рук, притягивающие и отталкивающие тело Парадеева, которое не могло ослушаться его. В целом, он и не против, хотя теперь его размазывает по кровати. Лицо тёрлось об простынь, а внутри всё сжималось от всего. Тянуло в животе, чуть глубже и даже в спине. Не самая удобная поза, но так можно чувствовать всё: как Лёша притягивал его за талию, назад оттягивал, как снова натягивал на себя и чувствовал лёгкие, еле ощутимые, поглаживания по спине большими пальцами. Даже так чувствовалось, что не хотел по-настоящему ударить. Хотел, чтобы доводил. Нравится, как доводит. И нравится срываться за дело. Спина прогибалась всё ниже и ниже, хоть было и неприятно от этого. С краю глаз собирались слёзы, а стоны становились лишь громче. И, возможно, соседи уже начали их слышать, возможно, кто-то смущается из-за таких звуков, но кому-то явно нравятся эти выкрыки. Кому-то, кому не мог посмотреть прямо сейчас в глаза и увидеть, как взгляд проходился по его телу с улыбкой. Слеза стекла, смешиваясь со слюнями, и, как бы Саша не пытался откашляться, не получалось, его в очередной раз перебивали собственные стоны.        - Раз ты сам захотел двигаться, то не могу же я тебе запретить? Но я так и не услышал ответ, ты понял меня? Ну давай, может головой покрути. Или не можешь? - снова посмеялся, снова натягивая Сашу, снова ловя кайф со всего этого. А Парадеев даже простонать нормально не мог, начиная хрипло и подряд вскрикивать. Но соврёт, если скажет, что не нравится. Если скажет, что не хотел всё довести до такого. - Давай же, скажи хоть что-то, хочу снова услышать как ты возмущаешься на меня, не принимая никакую заботу, а потом стонешь и говоришь, как тебе хорошо, забыв, как в первый же день назвал меня уебаном, который выёбывается. А я тебе напомню. Как ты меня и пидором с недотрахом назвал и как со своими дружками обсуждал. И это только в первый и второй день. А вчера они пришли к тебе и назвали меня "твоим". Неужели они знают больше, чем я? Или ты хочешь, чтобы я и был твоим? А ты моим? - Лёша всё же убрал одну руку с талии и взял Сашу за волосы, поднимая его голову выше, не переставая двигаться уже сам.        - Да ничего они не... Лёня! - предложения не формулировались, а от стыда лишь сильнее запинался.        - Что "Лёня"? Говори. Могу остановиться, если тебе так это мешает, - толкнулся глубже и остановился. Сашу пробило дрожью, и, протяжно простонав, он кончил на постель. А Лёша не двинулся, всё ещё придерживая его за талию и волосы.        - Они не знают ничего, просто ты сам проебался, - он шумно вдыхал и выдыхал воздух, пытаясь отдышаться, что в такой тишине было легко услышать.        - Это я проебался? Нехуй было оставаться у них, у тебя и своя квартира есть.        - Да если бы ты остановился на двух засосах, то ничего бы и не было.        - Так он правы? Будешь моим солнышком?        - Да, - Лёша отпустил его волосы, а Саша упал лицом в слегка влажную, от его слюней, простынь. Деревяшкин снова толкнулся, заставляя Парадеева резко приподняться. - Нет, Лёня, блять! Еблан, остановись!        - Солнце, ты уверен, что сможешь мне что-то запретить? - снова лёгкий толчок, от которого была тянущая боль.        - Остановись. Пожалуйста, - по ту сторону можно было услышать цоканье. Лёша вышел из него, отпуская его талию, после чего Парадеев, наконец-то, полностью лёг на кровать, вытягивая тело и спину. Всё неприятно затекло. А в животе до сих пор тянуло. Потому что Лёша ещё рядом. И другого состояния рядом с ним не могло быть. - Сука, ты же знаешь, что это неприятно.        - Что ты сказал? Тебе показать или рассказать, что я хочу и могу сейчас с тобой сделать? Ты слишком заёбанный, чтобы хоть что-то сделать мне, а я, уж поверь, смогу таким воспользоваться, - Деревяшкин выкинул ненужный презерватив и обошёл его, подсаживаясь к голове Парадеева, опираясь на спинку кровати. Поглаживал Сашу по коротким волосам, а потом и вовсе оттянул назад, чтобы он снова смотрел на него. Только на него. Даже если мутно видит и плохо начинает соображать. Ничего, его тоже потихоньку накрывает. И Парадеев должен отвлекать его от этого собой. - Придётся тогда тебе поработать ручками. Я был бы не против, если бы ты это сделал ртом, но боюсь, что ты точно задохнёшься. Только не говори, что никогда не дрочил, я тебе в жизни не поверю.        - А руки? - Лёша взял их за край ремня, положив их себе на член, другой рукой помогая ему взяться.        - Вот, теперь точно сможешь, - Саша начал понемногу двигать руками, настраивая ритм. А Деревяшкин лишь смотрел на чужое лицо, наслаждаясь, что это делает именно этот мальчик. - Ну какой же ты всё таки красивый, солнце. А ещё красивее ты становишься, когда голый, когда начинаешь быть таким развратным, что тебя просто невозможно не заметить.        - Пошёл в жопу, Деревяшкин. Ещё в первый день ты просто взял и напичкал меня наркотиком, а потом даже не извинился. А во второй что? Сначала чуть не трахнул на улице, а потом, спасибо, что хоть в туалет повёл, - Лёша убрал свои руки с его, давая двигаться самому, а тот двигал, причём сразу быстро.        - И в чём тут моя вина, что ты любишь прогибаться под парнями, солнышко? Или только подо мной? А ещё скажи, что это я тебя заставил сначала кончить в туалете от моих рук, потом прогнуться перед зеркалом, кончить на своём балконе, а сейчас ты лежишь у меня дома, у меня на кровати только по моей вине, а ты этого не хочешь и окажется, что ты вообще натурал? Могу сейчас взять и вышвырнуть тебя отсюда нахуй, хочешь?        - Нет, не хочу, - он посмотрел на него, поднимая лишь взгляд. Улыбается. Улыбается, блять. Уебан. Ну ничего, он тоже не отстаёт, поэтому начал водить своими руками по его члену более интенсивно. Хотя это для него скорее будет плюсом. - Еблан.        - Тише, солнышко, не злись. Просто продолжай двигать своими ручками, пока я не передумал и не начал ебать тебя в рот. А я только и хочу, чтобы ты накосячил и я мог спокойно это сделать. А ты не уйдёшь, потому что ты сам хочешь, чтобы я ебал тебя, пока ты имени своего не забудешь. Да, солнышко? - Лёша приподнял его голову за подбородок, поглаживая от носа до щеки и назад. - Давай же, снова обзови меня, при этом продолжая называть меня Лёней, а потом скажи мне как ты хочешь, чтобы я снова и снова ебал тебя. Я буду рад кончить под эти слова.        - Раз ты так хочешь, то слушай, уебан. Я с самого начала недели хотел, чтобы ты меня выебал, я, блять, каждый раз надеялся, что после любых твоих выходок мы поебёмся. У меня, сука, вставал лишь от твоих касаний, не важно где бы они не были, - Лёша держал за подбородок, сжимая сильнее и поднимая, чтобы видеть, что это говорит именно его солнце, пока Саша в наглую улыбался, глядя прямо в глаза. Пощёчина. Не смог сдержать своё желание ударить его. Сильнее ударил, чем до этого, из-за чего даже голову отвернул. Но Парадеев всё равно повернулся к нему, улыбаясь. - Лёня, выеби меня. Я обозвал тебя, рассказал всё, что я думал о тебе всю неделю, а сейчас сказал чтобы ты выебал меня, я же всё по твоему плану сделал, любимый?        - Ты, блять... сука, - Деревяшкин проговорил это сквозь зубы, скорее даже шепча. Снова больно хватая его за челюсть. Он отвернул голову в бок, немного приподнимая. На выдохе Лёша всё же расслабил хватку, кончая на руки и лицо Саши, которое он мгновением назад сам же приподнял. Взглядом тут же зацепился за лицо Парадеева: красивое, смазливое.. и грязное. Не только в прямом смысле, но и таким, каким хотел сделать его Лёша. Хотел всю неделю. Хотел с того момента, как увидел его. Саше лишь оставалось смотреть снизу вверх. Он больше не улыбался, может просто ждал дальнейших слов или действий уже от Деревяшкина. - Слижи.        Саша, не отводя взгляда от Лёши, приподнял руки и слизывал с них, пока лицо всё ещё приподнимали. Лёша потянулся руками к его лицу, пальцами собирая жидкость, а после с них же давал слизывать Парадееву. Всё же отведя взгляд, потянулся к паху Деревяшкина и снова взял его член, сначала облизав его, а потом и вовсе взяв его в рот примерно на половину, тут же вынимая, подавившись чувством тошноты.        - Блять, солнце, нет у тебя инстинкта самосохранения. Но ты хотя бы попытался. Вкусно? - Лёша усмехнулся и привстал, отходя от Парадеева, возвращаясь к своей сумке. Саша сразу же положил на простынь голову, прикрывая глаза и сразу расслабляясь. Его тут же шлёпнули, не дав даже хоть что-то осознать, перевернули на спину двумя руками, тут же надвисая над ним, Саша тут же посмотрел на него, взглядом спускаясь лишь ниже. И сам стыдился этого, но лишь улыбался, когда его голову приподняли одним пальцем, спалив за этим. - Вижу, что ты больно расслабился после того, как я дал тебе передышку? Не переживай, больше не дам, это тебе было за красивое личико.        - А развяжешь тогда ручки, за красивое личико? - Парадеев тут же подтянул руки к груди, надеясь что их скоро освободят.        - Зачем? Чтобы ты меня царапал? Или тоже мог ударить? Я как то не очень хочу разделять твою боль, уж прости, - Лёша взял чужие запястья, прижимая к груди Саши, пока сам уже устраивался между его ног. - Блять, ты выглядишь как сладкий и невинный мальчик, а как откроешь рот, так тебя только ебать и сдерживаться, чтобы не въебать тебе в лицо. Скажи, ты и при первой нашей встречи был такой грязный?        - Нет, это твоя заслуга, - для Парадеева лишь обычные слова, которые он сказал без обдумывания, а для Деревяшкина... а для него такие слова были лучше похвалы, лучше возбуждения. Когда за короткий период испортил какого-то, на первый взгляд, до заёбывания правильного мальчика, который в жизни бы не лёг под парня, а сейчас вон, лежит и улыбается, смеётся, когда ударяешь и делаешь больнее. Может бы и лёг, может кто-то другой бы испортил, но именно его испортил именно он. Соблазнил? Именно. Он добился того, что он лежит под ним и ждёт, когда его снова выебут. Может, если бы не он, Саша бы и никогда не захотел лечь под парня, позволяя пихать ему в рот, сам не зная что, или бы просто не признался сам себе, а жил себе своей обычной жизнью. Лежит полностью голый и извивается, потому что не может дождаться его. А Лёша залип на его связанные руки, вспоминая как в первый день он смутился от лёгкого поцелуя в щёку. - Лёнь, развяжи мне руки или начни делать что-то сам.        Лёша отлип и посмотрел на Сашу, спуская взгляд от его глаз ниже, ниже, ниже. Ладно, заслужил. Ремень с его рук ослаб, освобождая. Сразу же Парадеев начал разминать их, как никак затекли. Как настоящее солнце. Только жаль что не в те руки попал. И от этого хорошо. Уголки губ поднялись от своих же мыслей: он ещё не знает. Сдерживая смех, потянулся выше, а после прильнул к его губам, проталкивая ещё таблетку, целуя так, чтобы точно не забыл, чтобы искал именно его губы, а потом жалел, просто потому что он грязный, пошлый и не с тем человеком.        - Ладно, можешь царапать мою спину, только если достанешь, - а он не достанет. А если достанет, то будет не против смотреть на красные полоски, зная, что только солнышку разрешил его царапать. Лёша снова надел презерватив, пока Парадеев продолжал смотреть за ним снизу вверх. Деревяшкин приподнял его за бёдра, пока Саша обхватил его ногами сзади спины. - У тебя даже есть силы, чтобы поднять их, солнце?        - Нет, конечно, сейчас упаду, - Парадеев хмыкнул с улыбкой. А Лёша вместе с ним, опуская руки и хватая за его ягодицы, немного разводя их. Тут же почувствовалось дрожание у спины. А может не протянет даже до начала.        - Боюсь, так и будет. Ты, кстати, сначала думай о чём говоришь, я же заставлю тебя повторить это, только немного позже, - Лёша провёл членом по этим же разведённым ягодицам.        - Кого ты больше мучаешь тем, что тянешь: меня или себя? Думаю, что уже себя.        - С чего такая уверенность, солнце? Если бы я так хотел, ты бы уж точно не лежал и выёбывался. Я бы такого не допустил, - допустил бы, но в свою пользу. Быть единственным зрителем, который смотрит в вип месте, как его солнце выёбывается, а потом не проходит и минуты, как улыбка пропадает с его губ, прикрывая то, что наслаждается тем, что довёл. Это слишком легко увидеть. Легко понять, как тот тоже ловит кайф, когда говорит одно, но доводит, чтобы было по-другому. И ни за что не признает, что хочет как раз это "по-другому". Но снова сыграет с ним в эту ложь, ведь самому нравится.        - Да кому ты пиздишь? Только что так и было. Или уже забыл?        - Раз так хочешь, то давись, шлюха ненасытная, - толчок, ёбанная дрожь пробежалась по всему телу. Ну не мог же он отвыкнуть за несколько минут. А по ощущениям так и было. Опять сглатывает стоны. Даже если считать, что стоны от того, что ему до пизды хорошо. Саша выгнулся в спине, поднимая голову выше, так хотя бы не будет видно этого взгляда, который вдоль и поперек хочет его тело во всех позах. Блять, в животе тянуло, а выгнув спину, ещё сильнее ощущается. - Солнце, ты у меня такой грязный и пиздатый.        - Пошёл нахуй, - Деревяшкин начал двигаться с пока адекватным ритмом, хоть иногда и проскальзывали глубокие толчки, но хотя бы не как до этого. На живот снова и снова что-то капало. Тут же повернув голову на Деревяшкина, а после на живот. Кровь. Капли крови. Дорожка крови выглядела на чужом лице красиво, хоть и пугало. - У тебя кровь идёт.        - Чего? - он провёл рукой по носу, размазывая её. И правду идёт. Но не собирался останавливать её, только приопустил чужое тело, надвисая над Сашей, целуя его, пока чувствовался этот металлически-солёный привкус во рту. А после толчки. Уже не в нейтральном, а в привычном для Лёши темпе. Сглатывал чужие стоны, снова и снова, ведь ему так нравятся все эти выкрики и хрипы. Парадеев потянулся руками к спине Лёши, хватаясь хотя бы за неё. Деревяшкин тут же разорвал поцелуй, слушая вблизи стоны. Стоны, за которые готов был простить. Но не сегодня. - Солнышко, нельзя.        Лёша приопустился, касаясь зубами шеи, немного покусывая, а потом и вовсе провёл носом, оставляя дорожку от его крови. Приподнял голову, касаясь своей щекой щёку Саши, пока вздохи были прям у его уха. Тут же резко двинулся бёдрами до упора, не поворачиваясь на Сашу, но с усмешкой поцеловал его в эту же щёку, еле касаясь. А Саша мычит, успевая прикусить руку, которая уже была у рта. Другой рукой слегка сжимал волосы Лёши, раз не мог спину.        - А у тебя фетиш на всяких "послушных" мальчиков или тебе просто присунуть некому больше? - Саша усмехнулся, а Лёша тоже. Видимо шутка понравилась. Или нет. Одна рука уже оказалась у него на шее. Выбесил значит. А Деревяшкин только начал, начал прижимать толчками в кровать так, что прошлый раз казался уже не таким грубым, а скорее даже разминочным. Движения были резкие, выбивающие воздух и громкие стоны. Прямо возле его уха.        - Не переживай, не ты первый, не ты последний. Да и ебал послушных не только мальчиков, вас "таких" довольно много. Но ты прямо поразил, в тебе от слова послушный только пустое место, стоило мне хоть немного надавить на тебя... а ты что? А ты прогнулся. Прогнулся, как самая пиздатая шлюшка. Хотя, не могу винить тебя, иначе я бы не ебал тебя сейчас, да, Саш? Хотя прости, заговорился, ты же у нас солнышко, - от этого ебучего прозвища вновь и вновьвспоминалось, в каком он положении. Об этом не очень хотелось вспоминать сейчас, об этом хотелось вспоминать утром. Сейчас хотелось только этого еблана, благодаря которому он тут. А тот чуть ли не светится от счастья, слушая его. Такие громкие, иногда даже хриплые, но сразу переходящие в продолжительные и тягучие стоны, что Парадееву легче просто прикрыть рот двумя руками вплотную, положив одну на другую. Но эти руки вскоре смахнули, продолжая наслаждаться. Вскоре в самое ухо начали шептать. - Солнышко, не затыкай себя. Продолжай стонать, ведь это ты делаешь пиздато.        - Ты у меня такое грязное солнце, которых свет не видел. И не увидит. Чего стоит только твоё лицо, и как ты пытаешься держаться правильным до конца, но видимо у самого терпения не хватило, да? Намного же легче просто прогнуться под меня и стонать, закатывая свои глазки, например, как сейчас, - а глаза и вправду закатывались. Не от его же желания. И виноват вовсе не он, а Деревяшкин, который такими размашистыми движениями вбивает его в кровать. Только вот согласился на это он сам. Только кайфуют с этого они вдвоём. - Правда, я бы тебе посоветовал меньше выёбываться, а то вдруг попадётся тот, кто не поймёт этого и прижмёт тебя так, что не разогнёшься. Да, точно, я же это прямо сейчас и делаю. Значит будет тебе уроком, я же не мог знать, что это ты просто хочешь, чтобы я из тебя выебал всё, а не просто ты ёбнутый на всю голову, раз играешь с огнём.        Лёша приподнялся, оставляя на Саше кровь. Пиздато выглядит. Нравится собственное творение. Одной рукой потянулся к животу Парадеева. Сначала он просто положил её туда, а потом и вовсе надавил. И тут всё становится ещё ощутимее, словно давят на все эмоции, хотя его и так без этого разорвать готово было от чувств. Казалось, будто и вправду можно так прощупать все движения внутри него. Хотя хуй его знает, может Деревяшкин и чувствует, надавливая сильнее, когда входит до конца.        - Не делай так, - Лёша взял Сашу за руку, положив её к нему на живот в это же место. Теперь уже накрыл его ладонь и надавил, снова продолжая с прежней скоростью. Парадеев понял, что Лёша явно чувствовал в нём свой член, с двух сторон считай. Надавил сильнее, делая грубый толчок внутри, на что Саша, более хрипло простонав, кончил. Деревяшкин не вышел, просто перестал надавливать, взял его руку и притянул к своему рту, целуя ладонь и запястье, спускаясь ниже. Ближе к шее поцелуи перешли на укусы. - Мне, кажется, или и так много засосов, не думаешь?        - А мне кажется, что тебе надо хоть раз заткнуться.        - Тебе кажется, - Деревяшкин пожал плечами и отпустил его руку, выпрямляя спину.        - Тогда тебе придётся отрабатывать за все свои слова снова, - толчок, тот и в целом не выходил из него, но всё равно его пробило приятным током снизу. Сколько бы времени не прошло, он не сможет привыкнуть к этому чувству наполненности и резкости движений. А Лёша как специально берёт своё грубо и быстро. А ему приходится принимать то, что сам же и захотел, задыхаясь уже всхлипами и стонами, пока его желание утоляют, ускоряя темп. - Солнышко, как ты думаешь, добился чего хотел? Ты же этого хотел?        - Я... сука, - рука потянулась ниже, накрывая свой член, помогая и разогревая азарт. А кто теперь этот "я"? На ум приходит только это ёбанное солнышко. Он сейчас тот, кем сейчас управляет всё что угодно, но далеко не разум. Может это он и осознает, но не сейчас. - Я люблю тебя.        - Я уже говорил тебе, что лучше просто заткнуться?        - Я люблю тебя, - по щеке ударили. - Люблю тебя.        - Ты ёбнулся? Завались уже, - вновь пощёчина, которая даже не смущала.        - Я люблю тебя. Люблю.        - Я понял, хватит, - ответ был каким-то не очень, но не сильно важен, он всё равно его толком не услышал, то ли от своих же стонов, а может просто он тихо говорил. Да только шлепки и хлюпанья он слышал прекрасно. Начинал хуже понимать реальность. Он тихо матерился между стонами, не зная зачем, но вроде пытался хоть как то не потерять связь с внешним миром. Хотя это уже скорее не стоны, а хрипы, иногда запинающиеся и до боли жалобные, как ему же казалось. Да только боли и не было, может ему совсем плохо, да только он этого не чувствует. В этот раз по щеке ударили, чтобы привести в чувство. И получилось. Шлепки теперь были не только слышны, но ещё и как ощутимы, как будто поддерживая этим сознание. Глаза не вниз смотрели, а закатывались под самый потолок. А Лёша за ним наблюдал сквозь полуприкрытые глаза, но только держался не только сам, а ещё и тело под собой пытался не сильно вжимать в кровать. Но плохо получалось, от каждого его стона, хотелось нового и более громкого, который точно сорвёт голос. - Солнышко... Блять, какой же ты всё таки пиздец.        На выдохе Деревяшкин глубже толкнулся, кончая, пока его солнце под ним, протяжно прохрипев, тоже кончил.        - Сука, Лёнь, - сразу же глаза закрылись, а всё тело как будто кружилось, падая хуй знает куда. Да только не зря. Полежал минуту, пока Деревяшкин продолжал возиться уже рядом. Вскоре ничего не слышал, скорее всего вырубившись через минуту.        - Блять, хули мне всё одному убирать. Надеюсь, что тебе приснится, как я тебя в рот ебал, солнце ёбанное.