mafia boy

Хан Джисон примерный студент и хороший мальчик. Пока в рот не берёт. У Хан Джисона всё могло быть хорошо, если бы он не пошёл на вечеринку, а остался дома. Но он пошёл. У Хана в голове какой-то пунктик на подобную фигню. А всё потому, что его мать раньше запрещала ему даже с друзьями гулять. Контролировала единственного сына. Следила, чтобы он хорошо учился и не ввязался в плохую компанию. И он ввязался. Точнее… Точнее Джисон просто не смог отказать Хёнджину пойти в клуб вместе и подцепить кого-нибудь, если силы останутся. У Хвана в планах нажраться как последняя свинья и очнуться хотя бы в квартире. Неважно, где именно. Главное, чтобы была его однушка. И сейчас Хёнджин радуется и чуть ли не прыгает на месте от восторга. Они приехали на десять минут позже того времени, когда можно было пройти без очереди, поэтому стоят на входе. — Давай повеселимся сегодня, Джисон, — Хёнджин улыбается, облизывает нижнюю губу, стреляя глазками в какую-то девушку. Джисон напьётся. Он уверен в этом на миллион… на миллиард процентов. Потому что иначе быть не может. У него каждый поход в клуб такой. Приезжает, пьёт и уезжает в состоянии амёбы. Но сегодня как будто что-то не так должно быть. Хан будто чувствует, что что-то пойдёт не по плану, и он в лучшем случае уедет домой пораньше. В клубе атмосфера полной вакханалии. Единственное, что люди друг с друга дорожки не снюхивают. Громкая музыка, неоновый свет, кто-то даже на барной стойке танцует, обливает себя алкоголем и весело смеётся. Хёнджину буквально вот-вот снесёт крышу. Он хватает Хана за руку и тащит через толпу прямиком к бару. У Хёнджина талант выбирать хорошие уёбищные места для тусовок. Как-то раз Хёнджин позвал Джисона и Сынмина в какую-то кафешку, чтобы поесть втроём рамена и выпить соджу. Всё началось мирно, а закончилось дракой. Охуенный клуб, похожий на притон в подвале, оставил незабываемые впечатления. Когда Хёнджин выбегал из него, споткнулся о какой-то бордюр и в полёте наблевал на джинсы Хана. Поправочка! Любимые джинсы Хана. А сегодня они попёрлись в место, о котором легенды ходят. Некие братья Ли открыли данное заведение год назад и накрутили себе не только постоянных клиентов, но и репутацию похуже, чем у мафиози. И сейчас весь мафиозный клан должен обернуться и послать одним взглядом всех нас нахуй, но так получилось, что этого не произойдёт. Ходит слух, что старший сын семьи Ли настолько опасный и скрытный, что его редко видят в подобных заведениях. Но тогда возникает вопрос… КАКОГО ХУЯ ОН КАЖДЫЕ ВЫХОДНЫЕ НАХОДИТСЯ В ЭТОМ КЛУБЕ? Даже если подумать, то на первый взгляд Минхо не кажется машиной для убийств. Возможно высокомерен, молчалив и общается в редких случаях с кем-то кроме своего младшего брата. Шутки у него ёбнутые, но что поделать... У каждого есть свои плюсы и минусы. Только вот Джисон о нём только минусы слышал, а из плюсов — деньги. Про таких людей вроде говорят «выглядит как убийца, но на самом деле булочка с корицей». А вот Феликс… Он может улыбаться тебе в лицо, а потом задушить тебя за углом или под лестницей. Хёнджин не раз видел, как Феликс кого-нибудь зажимал. Сначала парень думал, что Ли Феликс так развлекается, флиртует, пока не увидел, как какого-то парня увозят на скорой после очередного «флирта». У Ли Феликса странный характер. Он на первый взгляд милый и улыбчивый парнишка с россыпью веснушек на красивом лице. Ну подумаешь одевается как ептвоёгосподибожьюмать. Кожаные штаны, кожанки, массивные ботинки, полупрозрачные рубашки, дохуя колец и цепочек. У Феликса проколов в ушах больше, чем у Хёнджина пар в один день. Булочка с корицей, которая может сломать вам челюсть, просто щёлкнув по ней пальцами. — Блять! Хёнджин шлепает Джисона по спине с такой силы, что у Хана глаза чуть не вываливаются из орбит, а коктейль чуть ли не носом наружу выходит. — Сука! Ты чего так хлещешь? — Смотри! — Хёнджин обхватывает лицо друга руками и поворачивает его голову в сторону VIP столиков. — Они приехали! — И? У Джисона лицо такое, будто ему не на людей показали, а на собачье говно. Его перекосило. От выпитого у него и так перед глазами плыть начинает, а тут ещё и красавчик Ли Минхо перед глазами мельтешит. — Да похуй. Джисон клянется, что если он ещё раз возьмет в рот что-то крепче голубой лагуны, то будет настоящая задница вселенского масштаба, из которой он не вынырнет. Время идёт, а процент алкоголя в крови Хёнджина и Джисона растёт в геометрической прогрессии. Джисон даже несколько раз чуть не завалился на каких-то парней. Наорал на них, обвинив в домогательстве, а потом воспоминания в его голове были отрывками. Вот он находит Хёнджина, они пьют коньяк, потом водка, потом снова какой-то коктейль. Идут в туалет, толкают какого-то блондинчика, а потом Хёнджин виснет на нём, что-то шепча на ухо и облизывая щёку. А вот кто-то хватает Джисона за шкирку, дёргает назад с такой силы, что Хан чуть ли не падает на пол. Нет, он реально падает задницей на холодный кафель, рычит, мычит, трёт ягодицу и дует губы, потому что больно. — Эй! Слышь, дерьма кусок! Ты, ты… — Джисон с трудом поднимается на ноги, машет руками, мычит что-то несвязное. — Иди сюда! А потом Джисона кто-то целует. Или он кого-то целует. Он не помнит.

***

Джисон стонет от боли в голове, когда просыпается. И просыпается он не в своей квартире. Какая-то ванная. Он лежит в ванне, раздетый наполовину, но его это не волнует так, как то, где он сейчас. — Твою… Блять. Джисон берёт себя в руки спустя десять минут после пробуждения. Он приподнимается на локтях, а потом и вовсе вылазит из ванны. Джисон помнит ровно ничего после того, как плюхнулся на жопу. Видимо это был контрольный плюх, который выбил из его головушки мозги. Джисон осматривает ванную комнату, пытаясь сгенерировать в своей голове хотя бы что-то, что может ему помочь вспомнить события ночи и сообразить, в чьей квартире он находится. Джисона подташнивает, качает, когда он поворачивается, и жопа болит. Парень тянется к ней рукой, чтобы проверить не порвал ли он её, но… — Какого хуя? — Ты чего? — дверь приоткрывается и в проёме появляется макушка Хёнджина. — Классный хуй! — Эй! Джисон прикрывает своё достоинство руками и недовольно морщится, убийственно стреляя глазами в Хвана. — Почему я без трусов, но в толстовке? — Ну… Ты мыться пошёл, а потом я не помню. Я уснул. Пойдём, — Хёнджин зевает. — Я сварил нам суп от похмелья. Джисон с горем пополам находит свои трусы с Губкой Бобом, натягивает их на свою задницу, а потом умывается. Во рту как-будто кошки всем приютом насрали. Голова раскалывается. Хан выползает из ванной, медленно плетётся на кухню, где Хёнджин уже усадил свою задницу на стул и принялся за еду. У Хвана голова не так сильно болела. У него и задница не болит так-то… — Что вчера было? — Мы напились. Ты с кем-то решил подраться. — Я? — Ну да… Возле туалета. Ты столкнулся с Ли Феликсом, а подраться хотел с кем-то другим. Я не помню. — Ты облизывал Феликса. Наверное, поэтому не помнишь этого. — Эй! А ты с тем чуваком сосался! — завопил Хёнджин, а Джисон схватился за голову. — Ты сказал, что он в твоём вкусе и ты ему дал, если бы соображал чуточку получше. — Чего… Блять! — Забей! Давай жрать! Джисон возможно мог бы и не думать о произошедшем в клубе, не будь он Хан Джисоном. А так он думает об этом 24/7. У Джисона какое-то странное чувство, будто что-то должно произойти, но не происходит по каким-то причинам. Он, как обычно, топает в университет и надеется освободиться пораньше, но ему не хватает нескольких шагов, чтобы наконец наступить на ступени массивного каменного крыльца. Кто-то очень сильный хватает его за шкирку, а потом вырубает. Пиздец. У Джисона в голове что-то пульсирует и пищит. И Хан искренне благодарен тому, что его не связали и не кинули в канаву, но он всё равно пугается, когда открывает глаза, заставляя себя это сделать, и осматривается. Незнакомая комната. Это не квартира Хёнджина и не его собственная. Ещё Джисон благодарен тому, что его не раздели и не изнасиловали. Хотя про одежду он бы поспорил. Джисон увидел своё худи, аккуратно сложенное и оставленное на тумбочке возле кровати. Легче не стало. Хан заставил себя подняться с кровати и осмотреть комнату. Не то чтобы он в восторге проснуться здесь, он не в восторге от того, что он ХРЕН ЗНАЕТ ГДЕ. Напротив кровати на стене висела достаточно большая плазма, небольшое и на вид мягкое кресло разместилось в углу, а в одной из трёх дверей был вход в гардеробную. Вторая — в ванную. Джисон вошёл в просторную ванну и подошёл к раковине, чтобы умыться. Чёрт знает, что произошло, но валить отсюда нужно срочно. Хан вернулся в комнату, схватил своё худи и подошёл к третьей двери. Ручка поддалась нажатию, что несказанно порадовало парня, а потом он вышел из комнаты и попал в светлый коридор. — Вообще-то я старался! Джисон услышал смех и знакомый голос, а потом топот. Кто-то бежал в его сторону. — Ты проснулся! Хёнджин всем весом налетает на потерянного Хана и обнимает его, что-то несвязно бурча в шею друга. — Пока ты спал, мы стреляли из настоящих пистолетов! — глаза Хёнджина горели огнем детской радости. Или тупости. — У них так много охраны! Представляешь? Они настоящая мафия! А ещё мы с Феликсом целовались! — Хёнджин. — Что? — Ты долбоёб? — Почему? Хёнджин замолкает, удивлённо хлопает глазками и ничего не понимает. Что он такого сказал, что Джисон на него злится? А Джисон и сам не понимает, почему он на друга злится. Наверное, потому что этот уникум связался с братьями Ли и так воодушевлённо рассказывает о каком-то оружии и мафии. — Но… Они не такие злые. Хёнджин и понятия не имел, как пересрался Джисон, когда глаза открыл, а он веселился. Когда к Хёнджину подошёл Феликс и предложил присоединиться к нему и Минхо, чтобы провести вместе выходные, Хёнджин согласился. Он согласился раньше, чем его мозг обработал вопрос. Хёнджин охуел от самого Феликса, который с ним заговорил так, словно они давным-давно знакомы и дружат миллион лет. — Боже, — вдохнул Джисон и двинулся вперёд. Он знает, что у Хёнджина пунктик на Феликса, потому что Феликс пиздатый. Но самому Хану как-то не особо улыбается находиться здесь. Поэтому Хан шагает куда-то вперёд, надеясь, что там выход, а Хёнджин семенит за ним. — О, Джисон-и, — Минхо сразу же обратил внимание на парня, стоило ему появиться в просторной гостиной. — Выспался? Ли Минхо… Джисон закатывает глаза, сильнее сжимает в руке свой худи и едва держится, чтобы не напасть на парня. Который нагло улыбается и хитренько прищуривается. Феликс приветливо машет рукой, проходя мимо, а Хёнджин подталкивает Хана к дивану. — Присоединяйся к нам. — Давай, Джисон, усаживай задницу, — Хёнджин надавливает на плечи друга, заставляя его опуститься на диван, а потом плюхается рядом. — Это ты меня вырубил? — Нет, не я, но не делай вид, что согласился бы по-другому поехать со мной. — Придурок. На это Минхо лишь усмехнулся и взял стакан с каким-то напитком со столика. Хван же вручил Джисону такой же стакан и сказал, что если тот не выпьет, то он выложит в интернет стрёмную фотку Хана. Джисон выпил. Парни разговаривали, играли в приставку, а потом Феликс засобирался в свою квартиру, а Хёнджин расстроился. Весь вечер Феликс позволял ему лежать на своём плече, чему Хёнджин был несказанно рад. А Минхо и Джисон пожирали друг друга взглядами. — Поехали, — Феликс кладёт джойстик на столик и хлопает Хёнджина по худому бедру. — Я? — Или тут останешься? Феликс не ждёт ответ, он молча уходит в коридор, чтобы обуться. Хёнджин на секунду зависает, а потом отмирает и подскакивает на ноги, шагает в коридор, догоняя Феликса и не забывая помахать клешнями Джисону и Минхо. Сука. При первой же возможности кинул Хана в лапищи демона Минхо. Джисон ему это припомнит потом, потому что как-то обидно, что друг выбрал не его, а какого-то мафиозного блондинчика. — Мне тоже уже пора, — пролепетал Джисон и хотел поднять задницу с дивана, но сильная рука Минхо припечатала его бедро обратно к кожаной обивке, а лицо Ли сразу же появилось возле ханова. — Ты ч-чего? — А ты? Разве не ты говорил, что готов дать мне, а? Джисон-и, — сладко тянет Минхо, ведя рукой вверх по бедру Хана. — Отвали от меня! — Не хочу. Ты же сам так лез ко мне, что пришлось поцеловать в надежде на то, что ты очнёшься, но нет… Стало только хуже, — понизив голос, сказал Минхо после чего сократил остаток расстояния и впился зубами в венку на шее Джисона, ощутимо прикусывая. Джисон сглотнул. Блять. Хан несдержанно простонал, почувствовав чужую руку очень близко к паху, а Минхо продолжил целовать его шею. Что творится в голове Джисона — ему самому не понятно, но приятно. Джисон выпускает свою толстовку из рук, почему-то позволяет Минхо целовать себя и… — Что такое? Ты боишься меня? — Н-нет, — Джисон отрицательно мотает головой. — Минхо! Джисон в очередной раз вздрогнул от ощущения чужой ладони на своём возбуждении, что постепенно становится всё ощутимее. У Джисона вот-вот тормоза слетят и он сам трахнет Минхо. — Блять. Твой голос, — прорычал Минхо, сильнее сжимая член Джисона сквозь ткань джинс. — Минхо, я… — Что такое? Джисон повернул голову к Минхо и посмотрел на старшего слегка поплывшим взглядом. Куда он попал? Кто-нибудь объяснит ему это или нет? У Джисона конкретные проблемы, потому что бежать он уже не хочет. Он хочет оседлать пиздатые бёдра Минхо и засосать его по самые гланды так, чтобы у старшего искры из глаз посыпались. Джисону мало прикосновений. — Я не врал, когда говорил, что хочу тебя, — прошептал Джисон, а потом уселся на бёдра Минхо и сложил руки на широких плечах. — Я это уже понял, — усмехнулся Ли и впился поцелуем. Джисон хотел показать, что он не мальчик-цветочек, которым можно управлять, но Минхо явно дал понять, что ведёт он. Минхо по-хозяйски положил ладони за задницу Хана и сжал упругие половинки. Джисон едва успевал отвечать на поцелуи, ибо Минхо был слишком быстрым. Он кусал чувствительные губы, толкался языком внутрь и буквально вытрахал всё внутри Джисона. А они только целуются. — Минхо… Ах! — В моей комнате будет удобнее, — Минхо подхватил Джисона под задницей, крепко прижимая к своему стояку, и понёс парня в свою спальню. — Тебе же понравилось там спать, малыш. Я хочу вытрахать из тебя всю дурь, чтобы ты кроме меня перед глазами никого не видел, — между поцелуями прорычал Минхо и повалил Хана на постель, нависая сверху. — Ты не встанешь завтра. Джисон захныкал. Минхо реально дикий. И мало кто мог догадаться именно о такой его дикости. У старшего волосы растрёпаны, во взгляде черти пляшут, а Джисон в отражении себя видит. Хан такой же растрёпанный и разгоряченный. Он помогает Минхо снять с себя футболку, в ответ раздевает старшего и не успевает и пикнуть. Его снова затыкают поцелуем и стягивают джинсы. Минхо целует в ключицу, выцеловывает кожу, прикусывает зубами, оставляя следы и стягивает с парня под собой бельё. Джисон в его глазах ещё желаннее становится. Покрасневший, на его лице слёзы от пережитых эмоций, в уголках губ слюна. Джисон ёрзает, кусая губы, а потом сам тянется за очередным поцелуем, прижимаясь промежностью к стоящему члену Минхо. — Такой нетерпеливый, — тихонько посмеивался Минхо между поцелуями, обнимая Джисона за тонкую талию и усаживая на свои бёдра. — М-Минхо… — Джисон оттянул голову старшего за волосы и облизал губы. — Ты бы себя видел, Джисон-и. Нужно было выебать тебя ещё в клубе. В глазах Минхо блеснул огонь, а Джисон уже представил, как его задницу вытрахают. Ли потянулся к тумбочке возле кровати, сильнее прижимая Джисона к своему телу, и достал из ящика тюбик со смазкой. Минхо выдавил на пальцы достаточно смазки и ввёл в Джисона один. — Господи… — прошептал Джисон, опускаясь ниже. — Минхо… — Я тебя слушаю, детка, — Минхо ввёл второй палец, чувствуя как упругие стенки растягиваются под давлением. Минхо медленно начал двигать пальцами, растягивая Джисона. — Блять, — Джисон упал головой на плечо старшего. Он готов заскулить от того, как ему хорошо. Джисон чувствует себя маленькой шлюшкой, которая добилась своего и осталось только язык высунуть… — Давай, малыш, покажи, как сильно ты этого хочешь, — прошептал Минхо и добавил ещё один палец, уже сильнее растягивая Джисона. Джисон немного привстал, чтобы опереться коленями в матрас и удобнее прогнуться в спине. Он ухватился за плечи старшего, опускаясь на пальцы ниже и принимая их ещё глубже. — Блять… Джисон захныкал. Он такой наивный, раз подумал, что Минхо так просто даст ему что-то сделать. Ли впился пальцами в тонкую талию и протолкнул пальцы ещё глубже, задевая простату. — Нравится? — спросил Минхо, повторив движение. — Сучке нравится? — Да-да! Минхо, пожалуйста… Джисон поднял на старшего молящий взгляд, хлопая большими глазками и дуя искусанные губы. Минхо нравится. Ли накрыл румяную щёку ладонью, большим пальцем поглаживая её. — Малыш хочет мой член? — большой палец надавил на опухшую от укусов и поцелуев губу. Джисон только кивнуть и смог, потому что Минхо вынул пальцы и заменил их своим членом, вырвав из груди Хана громкий вскрик. — Нравится? Джисон лихорадочно закивал, закатив глаза, а Минхо начал двигаться, растягивая своим толстым членом краснеющую дырочку. Джисон впился поцелуем в губы старшего, а Минхо уложил его на спину, продолжая двигаться размашисто, но глубоко. — Ебать, Минхо, — слезы скатились по щекам от перевозбуждения. — В тебе так охуенно, — Минхо толкнулся глубже, шлёпнувшись бёдрами о задницу Хана. — Блять! Рука впуталась в волосы парня, и Минхо оттянул их, заставляя Хана запрокинуть голову назад, открыв тонкую шею, которая на утро расцветёт багровыми бутонами. Так остервенело Минхо покрывал её поцелуями-укусами. Сделав несколько рваных толчков, Минхо вышел из Джисона, перевернул его и поставил на колени, раскрывая для себя парня во всей красе. Покрасневшее отверстие сжималось вокруг пустоты, пульсируя. Ли вновь запустил руку в волосы Хана на затылке и притянул его голову к себе, меняя угол и одновременно толкаясь внутрь. Джисон задрожал. Головка Минхо упиралась прямо в простату, а сильная рука оказалась снова на шее, несильно ее сжимая, но перекрывая доступ кислороду. — Минх… Минхо в прямом смысле натягивал Джисона на свой член, толкаясь каждый раз быстро и глубоко, задевая комочек нервов. Джисон начал теряться из-за переизбытка ощущений. Он впился ногтями в бицепс, скуля и стараясь подстроиться под толчки старшего. Минхо буквально взбивал внутренности, выбивая из головы Джисона мозги и всякую херню, которая засела в ней. Минхо держит своё слово. Ли наклонился к шее Джисона, провёл языком по ней и прикусил место за ухом. Угол сменился, теперь член упирается в простату, каждый раз попадая по ней головкой. Джисона ведёт от того, как ему охуенно. Его голос охрип — так сильно он стонал, принимая Минхо. Джисон вот-вот захлебнётся в собственных стонах и слюнях, которые он не успевает сглатывать. Минхо толкнулся особенно глубоко, пальцами впиваясь в кожу на ягодицах. Член Джисона пульсирует сильнее, трётся головкой о простынь, а Минхо добивает толчками. Он целует шею Джисона, ускоряя толчки и каждый раз попадая по простате, что служит для Джисона чем-то запредельным. Джисон стонет особенно громко и падает лицом на постель, а Минхо продолжает двигаться быстро. Старший чувствует, как стенки внутри сжимают его член, рычит, толкаясь еще глубже, а потом замирает, опускаясь на локти. Джисон, кажется, под ним не дышит вовсе. — Джисон-и, — ласково позвал парня Минхо и провёл пальцами по влажной щеке. Реакции нет. — Блять. Минхо достает член из пульсирующей дырочки, смотрит как его сперма вытекает из Джисона, а потом уходит в ванную.

***

Минхо помыл, мало что соображающего, Джисона и уложил в кровать, перед этим сменив постельное. А утром он получил пяткой по рёбрам и слетел с кровати. — Ты охуел? — А ты? Джисон стоял по середине кровати, держа в руках одеяло, которое скомкал, пока спал. Минхо поднялся на ноги, недовольно косясь на Хана. — А что я? — Мы-мы… — И? — Минхо вскинул брови, забрался обратно на постель. — Ты что-то против имеешь? — Я отключился в конце… — Джисон опустился на колени, прикрыл ноги одеялом и поднял на Минхо виноватый взгляд. — Подумаешь. Это лишь подтвердило то, что я трахаю до потери сознания, — Минхо расплылся в довольной ухмылке. — А теперь ложись и давай дальше спать! — уже строго добавил парень. Джисон поджал губы и медленно опустился обратно на подушку. У Хана вся шея в засосах, которые уже багровые, дырочка опухла и немного неприятно ноет, но он об этом старается не думать в негативном ключе. А виновник всего этого лежит с довольной лыбой на ебле. Джисон укрылся одеялом и отвернулся от Минхо в надежде, что его не будут трогать хотя бы несколько часов, но Ли собственнически притянул его ближе и прижался оголенной грудью к спине. — Минхо… А ты правда… — Правда. И все слухи обо мне — правда. И о Феликсе, — Минхо хмыкнул и уткнулся носом в шею Хана. — Поэтому я тебя держать не буду только потому, что ты мне нравишься. Если хочешь, то можешь уйти. Но только потом, когда поспим. — Я тебе что… Минхо! — Господи, Хан Джисон! Мать Джисона прикончит своего сына, если узнает, что он связался с настоящей мафией. — Я ведь не скрываю того, чем я занимаюсь и кто я, верно? — Верно, — буркнул Джисон и закусил нижнюю губу. — А из пистолета пострелять дашь? — Дам. Если ты мне дашь, — не удержался, чтобы не пошутить Минхо. — У меня жопа болит. Минхо вздохнул и скользнул ладонью по бедру Джисона, а потом начал поглаживать задницу, якобы успокаивая боль. Джисон улыбнулся. Придурок. — Минхо. — Что? — А я правда тебе нравлюсь? — Хан Джисон, если ты ещё хоть звук издашь… — начал Ли, но потом остановился и поцеловал Джисона в плечо. — Правда. Но давай обсудим это позже. — Хорошо. Мать убьёт Джисона, если когда-нибудь узнает о том, что Хан связался с Минхо, который спокойно сопит ему в шею и обнимает. Не Минхо. Кажется, его парень.