моя необычная страсть.

«Бывают разные зависимости… Бывает зависимость от каких-то вредных привычек, бывает от человека… Я хочу, чтобы вы максимально оградили себя от этого». Антону херово от этих слов. Он закусывает нижнюю губу и по привычке поправляет свою чёлку, которая упала на лоб и мешает смотреть на объект своего обожания. Столько вопросов и столько нерешенных дел, в голове Шастуна все путается. Как там пелось? Все переплетено. Так вот у парня сейчас там оголенные провода, которые запутались и если обрезать не тот, голова взорвется, вспыхнет и Антон погаснет. Моя зависимость. Антоше двадцать восемь, когда он понимает, что залипает на друга, который старше его почти на десять лет и черт подери, идеальный. Идеальный, красивый и необычный человек. Арсений понимает Антона как никто другой и от этого где-то в груди щемит. По больному щемит, потому что у него семья. Жена и дочь, которые каждый раз ждут его в Омске и единожды Шастун стал свидетелем разговора Поповского и его семьи. Пиздец больно. Но с этим ничего не сделаешь. Арсений не его, никогда не будет и смысла бегать за ним просто нет. Антон же не тринадцатилетняя девочка, чтобы лелеять надежды. Ведь так? Надо снять розовые очки и понять. Попов не его. Больно? Да. Хочется его? Безумно. Зарыться в эти темные длинные волосы пальцами, перебирать пряди и слышать недовольное шипение, о том, что они путаются в многочисленных кольцах. Сейчас Антону почти тридцать. Ему все так же хочется Попова. Эротические сны покоя не дают, он все представляет как тот берет его где только можно. Вплоть от его собственного стола в доме до гримерки где-то в каком-то городе, в туре. Хотя последнее, что-то невообразимое, но мечтать никто не запрещает. Он только мечтает. Только и делает, что думает и мечтает. «А что если бы мы были вместе?» и в следующую секунду к нему Ира подходит, со спины обнимает, обвивает его тонкими руками и целует куда-то в шею. Сердце бешено стучит и девушка думает, что вот так Антон выражает свою любовь, но… Это не так. Ирина хорошая. Она не заслужила такой лжи со стороны парня и тот начинает намекать ей, мол. Не надо, я не тот кто тебе нужён, но девушка или слепая или наивная. Не видит, не слышит, не понимает. Тогда Антон чуть ли не с ума сходит и доводит девушку, что та аж на крик срывается. — Это не тот Антон, которого я полюбила, — кричит Кузнецова и отводит взгляд от парня и тише добавляет. — Это он да? Это все Арсений? Ты его любишь? А Шастун молчит, понимает. Не сможет соврать, чтобы девушка осталась, не сможет сказать ей «люблю», как делал это года два назад. Как дышал ей, как целовал и правда любил. Так искренне, так по-детски, так… Необычно. Сейчас он зависим. От голубых омутов, от заразительного смеха и он ловит каждый вздох, каждый взгляд. З а в и с и м Антон сухо извиняется и девушка уходит. Не появляется около недели, а потом возвращается в квартиру. Все комнаты пропахли одиночеством и болью. Будто все что было здесь некоторое время назад, исчезло и как будто не собиралось возвращаться. Ирина находит своего бывшего на кухне. Вокруг бутылки пива стоят, коньяк и водка. Последнее медленно поглощается хозяином квартиры. Внутри что-то сжимается. Хочется прижать этого парня к себе, погладить как кота, чтобы не видеть ту боль в зелёных глазах. Антон влип и по полной. Импровизатор медленно переводит свой затуманенный взгляд на девушку, а она на месте застывает. Столько эмоций она не видела. Причём там только боль. Она плещется в этих глазах и кажется останется там навсегда. — Я… Так больше, не могу. Гхм… — заплетается Шастун и пытается встать с места, но девушка препятствует ему и надавив на плечи, оставляет его на стуле. — Я… Не могу без него, а у него Але-ееее-на, — пьяно усмехается он, специально тянет гласные. — Прости, я не должен делать больно тебе, но сейчас мне так хуево. Влюбился в коллегу. Пиздец. А потом отрубается, чуть ли не падает на паркет. Вот эта туша сто девяносто семи сантиметровая, чуть ли не навернулась и девушка, хрупкая такая, кое как, перетащив того на диван, который находился там же. Кузнецова понимает, она не хочет находится здесь и укрывает Шастуна пледом, собирает самое необходимое и уходит, хлопнув дверью. Ей больно, так же как и неспокойно спящему Антону. Стук в дверь, заставляет открыть глаза и башка болеть начинает, он чуть ли не воет от звуков и орет на всю квартиру, лишь бы это дерьмо прекратилось. Входная открывается и на пороге стоит… Арсений? Что он тут забыл блять. — Привет, я… — мужчина глаза поднимает и видит внешний вид своего коллеги, удивлённо таращится на него. — Тох, что с тобой? — старший отодвигает длинное тело и проходит вглубь квартиры. Что-то тут не так. Арс доходит до кухни и видит, сколько там стоит бутылок, понимает. Парень влип и конечно же не расскажет из-за чего и почему. Стал таким же как ты. — Что у тебя слу… — Забей, я так понимаю тебе жить у Сереги наскучило и ты решил перебраться ко мне? — кряхтит парень и перебирая ногами добирается до дивана, падает на него, уткнувшись лицом в подушку. — Вообще я… — Попов даже фразу договорить не успевает, как слышит храп со стороны младшего. Тот лишь улыбается, накрывает Шастуна и понимает, что убираться придётся ему. *** С того момента проходит около месяца. Скоро тур и им надо как-то налаживать контакт. Потому что Попов не понимает, что происходит с Шастуном. Он стал его сторониться, избегать взглядов и самое странное, что они перестали оставаться один на один. Неужели Антон его боится? Но почему? Столько вопросов и так мало ответов. Арсений даже не знает к кому обратиться. Пытался поговорить с Димой, но тот лишь плечами пожал, сказал что попытается поговорить с ним, но все тщетно. Теперь Арс понимает, что не может без зелёных глаз, заразительного смеха, его мимики (и как только Антон может так лицо кривить?) и глупых шуток. Ему даже на секунду показалось, что…влюблён? Нет, какие-то глупости. Я и Шаст? Мы же друзья, коллеги. Не более. Но с каждым Новым днём Попов понимал, слишком долго держал все в себе, слишком долго прятал свои чувства. Боялся? Может быть. Влюблён. Или нет? Он ему нужЁн. Или нахуй не… А Антон? Ну что Антон? Кидал редкие взгляды, плакал по ночам в подушку и умирал от того, насколько хочет коснуться. Не может больше терпеть эту боль и решил отпустить. Только херово это получается. Каждая гребенная секунда. Арсений думает об Антоне, а Антон об Арсение. И так по кругу. Это как прыжок с парашютом, вроде страшно, но хочется. Хочется нырнуть в этот омут, окунуться и не вылезать. Прочувствовать каждой клеточкой тела прикосновения, касаться губами, шептать о любви оставить засос на шее, намекая. Он — мой. Арсению же, хочется разобраться и понять, что творится у его некогда близкого друга. Почему, тогда месяц назад, Антон был полуживой с тусклыми глазами и полного стол, выпитого алкоголя. Почему он его избегает? Что он сделал не так? Жаль, что это всего лишь мечты Жаль, что найти ответы на вопросы так и не получается