Колёса бывают разные.

Что в этом мире самое хрупкое? Стекло, которое от падения разлетается на тысячу осколков? Весенний лёд, который только тронь-уже трещит, а надави сильнее, так сразу проваливается, тает в мутной воде? Как оказалось, самым хрупким на этом свете является представление о человеке. *** Киса таращился на фотографию уже минут пятнадцать. Это не могла быть Марго. Точнее, могла, но какая-то другая. Он знал Скляровскую, которая плакала от слов и фраз про её болезнь. Он знал Скляровскую, которая общалась с Мелом, явно пытаясь спасти его от Анжелкиной френдзоны. А эту Марго он видел впервые. У новой Марго коляски не было и в помине. Зато были розовые кружева на шёлковом белье, а так же белые гольфы, которые обычно носят послушные девочки. Сама собой напрашивалась цитата из какого-то дурацкого паблика. "Принцессочка. Спать в десять. Самый крепкий напиток - чай из двух пакетиков. Такая правильная, аж скучно." А теперь принцессочка стала королевой. Королевой разврата. Не стоило дальше листать фотографии, но Киса это сделал. Стало только хуже: топлес, чокер с бубенчиком и кошачьи ушки буквально выбили из головы последние мысли. Пришлось выключить телефон и лечь, чтобы остатки здравого смысла окончательно не надели белые тапочки. Нужно было уснуть. Желательно, отрубиться. Чтоб даже сны не снились, потому что во сне она точно может прийти именно в таком наряде. *** —И с последней фотосессии когда примерно фото ожидать? Неделю? Да, хорошо. - Марго сбросила вызов и вернулась к зеркалу. Сегодня снова предстояло видеться с этим Кисловым. День не заладился с самого начала. Ныли старые шрамы от швов, солнце то светило в глаза, то уходило, лишая хоть какого-то света. Ещё и подъёмник заел, когда Марго пыталась спуститься с лестницы. К позднему завтраку Марго спустилась сонной и злой. На кухне хлопотала домработница. Увидев девушку, она улыбнулась и широким жестом пригласила её к столу. —Доброе утро, Маргош. Долго ты сегодня, родители уже по делам уехали. Скляровская что-то недовольно буркнула в ответ и подъехала к столу. Перед ней поставили тарелку с завтраком. —Не забудь таблетки выпить, пожалуйста. Если что, уже всё подготовили - женщина всё так же улыбалась, явно желая разрядить обстановку и поднять настроение Марго. Попытка особым успехом не увенчалась. Девушка лишь кивнула и принялась за еду. Включила себе на фон какой-то дурацкий подкаст про моду и полностью отрезала себя от мира и разговоров в пределах столовой. Ко встрече с Кисой надо было готовиться, как к войне. Завтрак проходил в полной тишине. Последний кусок исчез с тарелки, следом за ним последовало несколько таблеток сразу. Сначала колёса, которые выписал психиатр. Затем кальций и витамин D для укрепления костей. Следом Омега-3 для тех же целей. Марго уже давно не испытывала отвращения к горькому вкусу лекарств. За два года привыкла. До прихода Кислова оставалось два часа. *** Скутер не тормозил у дома. Охранник пропустил почти сразу, чтобы лишний раз не возиться. Сегодня Киса пришёл пешком и даже не с пустыми руками. Хватило мозгов порыться в том привате и найти старый пост с "вопрос-ответ", чтобы узнать много нового. Оказывается, Марго любит белый шоколад и розовые пионы. Средства позволяли - вчера Киса сбыл очередную партию. Ради денег пришлось немного поморозить жопу, чтобы разнести всё, но заработанная десятка того стоила. Прибыльный бизнес, ничего не скажешь. Кислов смотрел себе под ноги и вслух рассуждал о предстоящей беседе: —Ну для начала я скажу ей "привет". Нет...не "Привет". Так я бы ей сказал, если бы нахер её каждый раз не слал. Хорошо, скажу ей "Здравствуй". Вот, правильно. Потом спрошу, как у неё дела. Она скажет, что нормально. Я подарю ей цветы. Дальше...да хер эту Марго знает, по ситуации разберусь. Киса уверенно шагал прямо по газону, топча всходящую траву. Садовника не было и никто припечатать по голове метлой или секатором не грозился. Ваня быстро поднялся по лестнице на крыльцо и постучал в дверь. Ему открыла миловидная женщина и без лишних слов пропустила в дом. Ласково улыбнулась, забрала куртку и кроссовки. Киса даже почувствовал себя неловко на пару мгновений. —А...где? —Маргоша? У себя в комнате. Она сказала, что тебя ждёт как раз. "Маргоша" как-то особенно нежно прозвучало. Может быть, её так и стоит называть. Глядишь и улыбнулась бы от такого. А то всё Скляровская да Скляровская. Наверное, ей и самой уже это до чёртиков надоело. Дверь тихо скрипнула. Киса толкнул её, чтобы открыть. Он осторожно заглянул в комнату. Марго действительно была там: плела себе косички, что-то бурча под нос. —Марго...я не отвлекаю? Скляровская обернулась. При виде Кисы она как-то изменилась в лице, даже смущённо покраснела. Похоже, для цветов пока что ещё было рано. —Н-нет. Проходи. Марго указала на кровать, на свободное место рядом с собой. Киса боязливо присел. —А это кому?- Скляровская внимательно разглядывала букет пионов. Киса лишь молча пододвинул их ближе и отвёл взгляд. В глаза смотреть не получалось. Он помнил, каким может быть её взгляд. Слишком невинным, но что это была за невинность? Марго так же смотрела с тех фотографий, где из одежды были только кружева и ленточки. —Тип тебе, как благодарность, мол от папаши своего прикрываешь. А то сидишь тут дома круглыми сутками, киснешь. Грустно ж, наверно? —Ну почему же круглыми сутками? На кастинг вот недавно ездила...ты видел. - Марго осеклась. В подробностях в памяти всплыл тот день. *** —Попробуй соблазнить меня. Давай. - Роман вальяжно откинулся на спинку дивана. Он разглядывал Марго, как хищник разглядывает мясо. Такие взгляды в сторону девочек семнадцати лет надо скрывать, но под крышей бог не видит. Марго знала, что шанс у неё всего один. Что он мал, мал ничтожно. Что её не возьмут, если хоть что-то пойдёт не так. Надо было выложиться на максимум. В дело пошёл томный взгляд, а затем Марго потянулась к столу, взяла стакан с газировкой, кинула туда трубочку и обхватила её губами. Она где-то читала, что мужчин заводит, когда женщины держат во рту предметы продолговатой формы. Роман нервно дёрнулся, глядя в глаза Марго. Было видно, как он напрягся. Быстро закинул ногу и на ногу и резко отвёл взгляд в сторону, пытаясь найти что-то за окном. —П-прекрати. Мы увидели. Но понимаешь... Марго уже поняла, что последует дальше. Она уже знала, что ни в чём не виновата, что мордашка миленькая, но вот коляска... —Ты выглядишь, как ребёнок. Знания у тебя на свой возраст, разумеется, но личико детское. Я на восемь лет за раздетую тебя в рекламе не хочу. —Ну вы же понимаете, что детей в такую рекламу не берут? Если я в ней, то мне явно не пятнадцать. —А если зрители не поймут? Вдруг не у всех есть такие познания? Рекламу же не только разбирающиеся люди смотрят. Возразить было нечего. Марго нахмурилась, будто вот-вот собиралась заплакать, а после развернула коляску и направилась к выходу. В спину летели какие-то фразы о том, что не надо разводить сырость и шоу-бизнес бывает жесток. Только вот жестоким был вовсе не шоубиз. *** Марго вернули в реальность лёгким касанием. Её потрогали за плечо. —Всё норм? Виснешь, как пиратский Виндоус на компе. Киса попытался усмехнуться, но шутка вышла настолько хреновой, что даже самому было понятно, насколько всё плохо с чувством юмора. —Да так... режиссёр на кастинге редкостный тип попался. Знаешь, иногда же сразу говорят, что ты на коляске и в общество не вписываешься. Тогда тебе легче принять, что не возьмут никуда. А если человек начинает всячески уходить от этой темы, то кажется, что шанс есть. И ты веришь, даже когда перед тобой захлопнули дверь. В этом проблема. Марго не плакала, как могло показаться. Плакать надо лет в пять, когда коленку в первый раз разбил. Или когда жалко кого-то. А по тому, что ты исправить не можешь, слёзы лить не надо. —Чё говорил? —Что мордашка детская. Что сесть в тюрьму из-за меня не хочет. Кис...у меня правда мордашка детская? Кислов присмотрелся. Всё же режиссёр был прав. Милое личико, большие голубые глаза, длинные светлые ресницы. Куколка, сука, а не девочка. И тут же вспомнился тот взгляд. Кису будто током ударило. Он же ради этого пришёл. Поговорить хотел. —Да ну... нормальная мордашка. Пиво не продадут, но и в детском садике за свою не примут. Не кисни. Нормальная ты. Он похлопал её по плечу и пошёл к выходу. Цветы остались лежать на нежном розовом пледе. Марго смотрела ему вслед и даже улыбалась. Кажется, жизнь в этом месте начинает налаживаться. *** Холодный ветер дул с моря и трепал пряди серого парика. Анжела ерзала, пытаясь устроиться удобнее. Был двадцать шестой дубль, вся команда порядком замёрзла. Роман злился за режиссёрским пультом. Киса прислонился спиной к камню, оглядывая площадку. На съёмки ему было по большому счёту плевать, просто надо было сбыть товар. А вся эта рекламная дрянь ему особо не была интересна. Он нехотя разглядывал костюм Анжелы, саму Анжелу и актёра рядом с ней. Интересно, почему не подобрали какого-нибудь ровесника? Почему именно какой-то мужик? Впрочем, это Мелу надо было переживать. А ведь Марго тоже пыталась пройти кастинг. Ей бы больше пошло это платье, а макияж с блёстками было бы прекрасно видно на бледной коже. Тогда бы Киса точно попробовался на роль и прошёл бы. Такие фактурные им нравятся. У Кисы было всё, что могло бы обеспечить успешное получение роли: смазливая мордашка, запоминающаяся внешность, приятный голос. Ваня одернул себя от этих мыслей. Разве не Марго бесила до невозможности? Разве не она была бесячей обузой, с которой требовало сидеть школьное руководство? В конце концов, она - неприятный этап перед свободной жизнью. И этап этот нужно было перетерпеть. А этап сидел в родительской машине и смотрел на это всё из опущенного окна. Снова оторвана от жизни, от движения. Только и остаётся, что любоваться на ходячих ровесниц. Оглядев съёмочную площадку, Марго вдруг остановила взгляд на конкретном человеке. Полосатый пуховик, свитер с огонёчками, копна каштановых кудрявых волос - было весьма легко угадать этого человека. Он был слишком знакомым. —Дядь Вова, увезите меня отсюда. Скучно. Но водителя в машине не оказалось. Видимо, Марго упустила момент, когда он вышел покурить. Оставалось только ждать, снова понимая, что ты в стороне от общества. Что этот кудрявый никогда на тебя не посмотрит, как на девушку. Что никто не посмотрит на тебя, как на девушку, просто потому что ты для здешних-второй сорт. "Моя слабость - кудрявые мальчики. Но им нравятся лживые девочки". Алёна Швец не врала, когда об этом пела. Иначе Киса бы так не таращился на эту со съёмочной площадки. Таращился он на кого угодно, но не на Марго. В общей суматохе никто не заметил, как черная тонированная иномарка уехала прочь.