На грани смерти...

      Музыка на колонке оборвалась:” Наверное, снова глючит интернет”-подумалось Нэтани. На кухне повисла неуютная тишина, только стоящая новогодняя ёлка агрессивно мигала своими огнями. Дома больше никого нет, так что на тёмную кухню проникает только свет тускло-оранжевого фонаря на улице. Через замёрзшие балконные стёкла виднелись квадратики жёлтых окон, которые в каком-то неуловимом порядке медленно гасли. В поздний час люди ложились спать, кто-то укладывал детей и садился за просмотр фильмов, кто-то уходил или уезжал, а кто-то, возможно, как и сама Нэтани любил темноту. В темноте, с музыкой растворялось гнетущее чувство пустоты, сейчас музыка затихла и никакие слова не могли её вернуть. Чувство пустоты вырвалось из самых глубоких уголков души, куда её удалось запихнуть лишь недавно. Мысли овладевали мозгом и, чтобы сбежать Нэтани использовала единственный, знакомый ей способ. Сосчитав до 15 на русском, немецком, английском и французском она остановилась. От горла отступил ком слёз, которые даже при желании не могли потечь из глаз. Медленно дыша Нэтани открыла дверь, подошла к роутеру и осмотрелась. В квартире никого не было, иначе бы она услышала открывающуюся входную дверь или звон битого стекла, но от непонятно откуда взятой привычки отделаться не получалось. Нажав на кнопку включения Нэтани непроизвольно повернула голову в сторону звука - из колонки заиграла громкая рок-музыка. Повернуть голову было ошибкой, девушка встретилась глазами со своим отражением. Этот взгляд пугал и одновременно притягивал, притягивала его пустота. Днём Нэтани улыбалась и от этой улыбки её взгляд был искрящимся и радостным, именно такой она видела у счастливых людей, и некогда видела у себя. Она уже забыла какого это, быть действительно счастливым. Нэтани ухмыльнулась своему отражению, проверила замок и пошла на кухню. Музыка не давала возможности полностью отдаться мыслям. Под шипящее кипение чайника Нэтани вернулась у прерванному занятию. На улице по стадиону ещё ходили люди. Свет в окнах школы уже погас, завтра в 7 утра снова загорятся лампы и туда, ближе к 8 хлынет поток людей. Где-то в нём будет и она, улыбчивая и счастливая. Она привыкла к этой схеме, изо дня в день всё повторялось и к счастью, пока никто ничего не заметил. Ей не требовалась жалость, напротив она её ненавидела, она не хотела хоть что-то принимать от любых людей, кроме себя... Колонка пела что-то про Питер, музыка нагоняла тоску, но это пусть неприятное, но всё же хоть какое-то слабое чувство. Из лёгких как будто выжгли весь кислород, голова закружилась. Нэтани повернула голову, шея хрустнула, наверное, надо меньше сидеть, чтобы шея не затекала, но вариантов было не так много. Выходить на улицу, а тем более гулять не хотелось совершенно. Промозглый ветер сбивал с ног на перекрёстках и углах домов, холодный ветер с замёрзшего поля обжигал лицо, а высокая влажность воздуха давала о себе знать. Эта зима, несмотря на тёплый декабрь, то со снегом, то с грязным месивом на дорогах, в которое превращался мокрый снег после бесконечных колёс проезжающих по нему машин, Январь выдался холодным. На следующий день после Нового года ударили тридцатиградусные морозы, пошёл снег, а мокрый асфальт и грязное месиво превратилось в сплошной каток, на котором немудрено было упасть, даже зная об этом. При выходе на улицу на светлых волосах Нэтани сразу же образовывалась корка белого инея, а мокрые ресницы смерзались между собой и их покрывала та же белая пелена, от мороза слезились глаза и алели щёки. Нэтани любила зиму за всё, за снег, за ярко голубое небо, за длинные ночи и просто за то, что это зима. Недавно закончились зимние каникулы, проведённые Нэтани дома, в отличие от предыдущих годов, но этот Новый год не был хуже других, он просто был непривычен. За несколько лет поездок и празднования Нового года и Рождества с друзьями Нэтани уже забыла, что такое праздновать этот праздник с семьёй. От мыслей Нэтани отвлёк звонок домофона из тёмного коридора, противный писклявый звук звал назойливо громко и, тряхнув головой прогоняя последние мысли девушка вышла в коридор, включила свет, и невольно поморщившись от яркой вспышки света сняла трубку. Из неё послышался хриплый мужской голос, даже через шипучий динамик можно было понять, что человек пьян. Не связанные между собой слова мешали понять говорящего, но этого и не требовалось, такие люди обычно просили впустить их в подъезд. Нэтани нажала кнопку открытия и повесила трубку, через открытое окно в комнате послышалось пиликанье, а затем звук закрывшейся двери подъезда. Чувство тревоги усилилось, и чтобы успокоить себя Нэтани открыла входную дверь и вышла в тамбур. Увиденное объясняло всю Нэтанину тревогу, дверь, которую она, заходя в квартиру запирала на верхний замок сейчас была открыта на распашку. Нэтани напряжённо вспоминала все звуки, услышанные ею с момента прихода в квартиру, соседи точно не выходили, с такой плохой звукоизоляцией она бы услышала это даже со включённой музыкой, которую специально для этого не ставила громко. Осмотревшись на всякий случай, хотя прятаться здесь было негде, в углу стояли лыжи, на стене висели два велосипеда, соседские вещи в несколько рядов стояли вдоль стен, Нэтани осторожно и медленно пошла к двери, но знакомое пищание лифта на этаже заставило ускориться, кто-то приехал сюда, на третий этаж. Время позднее, а соседи по этажу, люди постоянные в своих решениях и графиках должны были быть уже дома, если только к кому-нибудь не приехали гости, что маловероятно. Двери лифта уже открывались, когда Нэтани захлопнула дверь и заперла на оба замка. Из дверей вышел мужчина, на вид ему было лет сорок-сорок пять, блестящая лысина отражала свет тусклых ламп, чёрная кожанка выглядела старой и поношенной и явно не предназначалась для зимы, шапку незнакомец держал в руках. Глядя в глазок Нэтани перебирала всех жителей подъезда, но этот человек не был здешним жильцом, за 9 лет проживания в этой квартире она ни разу не видела его. Мужчина подошёл к двери и дёрнул за ручку, повторив эту манипуляцию несколько раз он чертыхнулся и заглянул в глазок с обратной стороны, Нэтани предугадав такой поворот событий вовремя отпрянула и закрыла глазок крышкой. Свет в тамбуре, как и обычно к ночи начал мигать. Многих бы такая ситуация напугала, но только не Нэтани, в её жизни были гораздо худшие события, чем это. Открыв ножны Нэтани извлекла свою Кобру, длинное лезвие придавало туристическому ножу вид холодного оружия. У неё под рукой всегда были ножи или лезвия, обороняться которыми сложно, но проще пронести незамеченными в сумках и рюкзаках. Попытки открыть дверь прекратились, но вряд ли такой человек так просто уйдёт. И она не ошиблась, через пять минут ожиданий в дверь постучали и хриплый голос сообщил о прибытии полиции по вызову. Голос был подозрительно похож на того пьяного мужика, просившегося в подъезд около пяти минут назад. По времени всё совпадало, понятны были и расчёты незнакомца, расчёт прост, услышав, что кто-то ломиться в дверь ночью, человек вызовет полицию и вскоре откроет дверь работнику службы безопасности, в расчёте на защиту, но он не учёл одного: Нэтани прекрасно понимала с кем имеет дело и не любила лишний раз звонить в полицию, так она поступила и в этот раз, тем самым сама обеспечив себе безопасность. Мужчина постоял у двери ещё 10 минут и направился к лифту, о чём свидетельствовали гулкие шаги по кафелю. Приоткрыв глазок Нэтани осторожно заглянула в него, открывать большую щель было рискованно, шаги всегда можно сымитировать, а самому остаться на месте. На этаже открылся лифт, звякнула кнопка и всё стихло. Постояв в коридоре несколько минут, пока лифт не доехал до первого этажа Нэтани зашла в квартиру и аккуратно отодвинув штору выглянула в окно, предварительно выключив свет в прихожей. Из подъезда вышел всё тот же человек, даже с такого расстояние за пазухой можно было разглядеть кобуру, явно не пустую и нож-тесак на поясе. Проследив пока незнакомец уйдёт достаточно далеко от подъезда Нэтани ухмыльнулась и проверив ещё раз обе двери пошла на кухню. Из открытого окна на кухне дул ледяной ветер, заполняя собой всё вокруг, каждый дальний уголок, но дарящий не хватающее душе тепло. Чайник уже остыл, а чувство опасности почти отступило, на задний план отступили вообще все чувства, кроме одного, самого нежеланного - ностальгии. Нэтани, хоть и запрятала все воспоминания в самую загруженную часть своего подсознания, прекрасно помнила не только формулы и теоремы, но и своё прошлое, прошлое, которое предпочла бы забыть и не вспоминать никогда, начать жизнь заново, но таких людей оно никогда не отпускает. Её прошлая жизнь была началом настоящей и концом для будущей жизни. Оно мрачной тенью всегда оказывалось рядом, будь то крыша здания или пустая квартира, многолюдная толпа или пустой переулок, прошлое не отпускало от себя ни на шаг, сопротивляться было бесполезно, но Нэтани пыталась, пыталась впустую уже несколько лет после переезда сюда. Щёлкнула кнопка чайника, отвлекая её от мыслей. Нэтани достала заварку с верхней полки и залила её кипятком. Теперь про это временно можно было забыть. В домах за окнами оставалось всё меньше жёлтых квадратиков окон, многие задёрнули шторы, включили ночники и мягкие синие подсветки на потолке. Этажом выше заорали пьяные голоса соседей и, несмотря на постоянность этих ссор Нэтани передёрнулась и напрягла слух. Через несколько минут непрерывного трёхэтажного мата раздался глухой стук и всё стихло, похоже кто-то ударился головой о пол, мужской голос испуганно вызвал скорую, значит с копами всё-таки придётся разговаривать или просто притвориться спящей. Второй вариант устраивал Нэтани больше. Скоро с прогулки должна была вернуться мать, а через несколько часов отец с работы. Всё это значило конец тишине, темноте и музыке, но зато давало защиту от пустоты, охватившей её с новой силой после смерти одного из них...