Ещё один день

      Всё произошло быстро, картинки памяти перемешались, создали неизвестный узор. Сырые потрескавшиеся стены казались благословлением после бесконечных допросов. Сколько бы Веритас не пытался прояснить ситуацию, сколько бы не пытался оправдаться — тщетно. Каждое обвинение, будто специально, сбивало с толку. В голове крутилось множество вопросов, ответы на которые никак не находились. Казалось, что весь мир повернулся спиной, предательски бил под дых. С каждым новым днём постепенно приходило смирение. Отец — единственный родственник, — не навещал, даже не пытался. Не то, чтобы он и надеялся, их взаимоотношения было тяжело охарактеризовать конкретным словом, но призрачная надежда, где-то в районе сердца, всё равно горела маленьким огоньком. Она была единственной опорой, не позволяла сойти с ума. И этот огонёк вспыхнул ярким пламенем, когда на очередном допросе Веритас увидел отца. Он сел напротив, сложив руки перед собой. Все положительные эмоции мигом испарились, когда взгляд родных глаз озарил его холодом. Веритас прекрасно знал это выражение лица — осудительное, такое едкое и противное, от чего желания контактировать хоть как-то становилось меньше и меньше. — Что ты натворил? — спокойно спросил мужчина, постукивая пальцами по столу. — Ничего, — Веритас нахмурился. — Я ничего не делал, все эти обвинения беспочвенны. Я не идиот, каким ты любишь меня считать. — Тогда какого чёрта ты здесь?! — голос сорвался на крик, глухой стук ладони о дерево эхом прошёлся по небольшому помещению. — Откуда мне знать? — рыкнул. — Я её не убивал и даже пальцем не трогал. Повторюсь: я не идиот и даю отчёт своим действиям. У нас был договор, я его соблюдал. — Раз не идиот, почему тогда свидетели сообщают о вашей ссоре? Ты хоть понимаешь, что такие действия и дают тебе роль главного подозреваемого?! Злость медленно стыла в жилах. Веритас сжал кулаки до побелевших костяшек. Значит, свидетели видели ссору? Неужели тот непутёвый сосед так любит совать свой нос куда не нужно, что даже пошёл на такой шаг? Если он и правда сопоставил эту нелепую ситуацию с пропажей Жуань Мэй — то его место в таком учебном заведение действительно под вопросом. Послышался тихий смешок. — Я сказал что-то смешное? Ты ставишь мой авторитет под сомнение! Я судья, а ты, как мой сын, должен был прилежно учиться. Что ты сделал вместо этого? Рацио смотрел исподлобья, прожигал взглядом, из последних сил держа скопившиеся эмоции. Огонёк надежды окончательно потух, оставив за собой лишь запах гари. И всё-таки они чужие друг другу. Злость переросла в разочарование, что неприятно стекало по горлу. Впрочем, это далеко не первый раз, когда Веритас наивно верил в собственные сказки, а после разбивался о скалы реальности. Как же глупо. Мужчина продолжал во всех красках высказывать своё недовольство, активно жестикулировал, но Веритас не слушал, смотрел пустым взглядом. Удушающее чувство собственной беспомощности глубоко засело внутри. До какой же степени он отчаялся, что всерьёз понадеялся на отца?       Поиск адвоката усложнился. Денег было не много, а бесплатная помощь — кучка дилетантов, что первый раз в жизни пришли на работу. Желания и смысла продолжать что-то делать совсем не оставалось. Рассматривая трещины, своеобразным узором покрывшие потолок, в голове было необычно пусто. Дни протекали однообразно свинцовыми пятнами, оставляли за собой омерзительный осадок в груди. Было проще сорвать с себя кожу.       Очередная консультация. Раз за разом, пока не появился знакомый силуэт. Авантюрин сидел в небольшой комнате, ковырял пуговицу на воротнике. Веритас удивился, хоть внешне этого не было видно. На самом деле, говорить он ни с кем не хотел — не видел смысла, — но любопытство взяло вверх. Как-никак, именно он единственный очевидец той ссоры, будь она проклята. Разговор с ним не сильно прояснил картину, хоть и ответил на некоторые вопросы. Во-первых, Авантюрин не похож на свидетеля. Уж больно уверенно он заявлял о невинности Веритаса. Хотя, сам факт его присутствия уже вызывал сомнения. Во-вторых, если первый тезис всё-таки верный, значит, ссору видел кто-то ещё? Может, сама Жуань Мэй кому-то рассказала? Но что такого она могла сказать? Ещё и свидетель пожелал оставить анонимность, будь он проклят.       До закрытого заседания оставались считанные дни. Адвокат так и не находился. Веритас уже потерял всякую надежду хоть на какое-то справедливое и приемлемое рассмотрение дела. Видимо, ему суждено быть козлом отпущения. Такое с ним происходит не впервые, даже как-то привычно. Внутри больше не бушевал ураган обиды, лишь сияющая своей тьмой пустота. Снова и снова приходили бесплатные адвокаты, которых Веритас прогонял чуть ли не с порога. И прогнал бы ещё одного, не потеряй он дар речи. Профессор Янг ожидающе сидел за столом, раскладывал документы и делал какие-то записи в блокнот. Некоторое время Веритас находился в прострации, будто в сладком сне. Нет. Это не может быть правдой. Отец постарался? Всё-таки решил помочь своему единственному сыну? Ощущение грёзы развеялось, когда мужчина пододвинул лист бумаги в поле зрения. Нужно лишь просто поставить подпись.

***

Вы:

Не могу уснуть

Хрюшка: Я тоже Очень насыщенный день вышел

Вы:

Ага

Заседание через несколько недель, а Вельт сказал быть спокойным и не лезть

Хрюшка: Может, и не надо? Ты, и так, достаточно сделал       Авантюрин устало вздохнул, роняя телефон куда-то на кровать. Мысли, подобно чёрным воронам, кружили над головой. Мыльные образы всплывали в памяти, возвращали отвратительный коктейль чувств, густо стекающий по горлу. Может, Топаз была права? Не нужно было лезть, не нужно было ковырять корочки заживших ран. Но он всё равно сделал это, не спрятал неприятное чувство в недрах души, где-то в самом тёмном углу. Ведь именно оно и заставило его учиться на этом курсе. Именно оно судорожно отсылало аттестат в университет. Так почему вдруг сейчас появились сомнения? Почему он не находит себе места?       Авантюрин поднялся с кровати. Под свечение экрана телефона, он нашёл немного помятую пачку сигарет. Слабый огонёк от зажигалки осветил маленькую кухоньку, где и разместился на тумбе, поджав колени к груди. Горький дым помогал отвлечься, отчистить разум от непрошенного роя. Тонкая ниточка от сигареты создавала узор в воздухе, медленно плыла к потолку. Вообще, курить в квартире нельзя, Веритас всегда жаловался на запах табака, что тянулся к нему через пыльную вытяжку. Даже забавно, как он с зажатым носом серьёзно проводил ему лекцию о вреде сигарет, пока Авантюрин продолжал затягиваться, стряхивая пепел в самодельную пепельницу. Сосед своей манерой чем-то отдалённо напоминал родного для него человека, что так же любил проводить целые поучительные курсы. Правда, Авантюрин их никогда не слушал. Ему казалось милым и забавным попытки других доказать вред такого образа жизни. Своеобразная забота, которой так не хватало. — Авантюрин, ты опять курил? — девушка расставила руки в боки, грозно смотря на мальчишку у порога. — Нет, — тихо, почти себе под нос, бубнил тот. — Сигареты очень вредны для здоровья! Зачем же ты травишь себя этим?       Уголки губ приподнялись. Тогда курение казалось детской забавой, а слова старших пролетали мимо ушей. Мальчишка был уверен, что это добавляет ему статуса среди сверстников. Он, будучи из бедной семьи, не отличался какими-то талантами или харизмой. Никто не смотрел в его сторону, да и просто не было точек соприкосновения. Лишь сигареты приближали его к «друзьям». Сейчас же, смотря на прошлое взрослым взглядом, Авантюрин понимал сестру. Только бросить уже не может. Или не хочет. Пепел лениво упал в банку вместе с сигаретой. Последний клуб дыма растворился на потолке, оставляя лёгкий горьковатый запах.

***

      Топаз бесшумно зевнула, подходя к парню. Тот стоял у окна в длинном коридоре, хмуро смотрел в экран телефона. Она подошла сзади, заглядывая через плечо на носочках. Авантюрин привык к любопытству подруги, даже не обратил внимания. На экране светилось объявление о пропаже и небольшая часть новостей о Веритасе. Ничего нового. — Я знаю, что ты скажешь, — услышав вздох Топаз позади себя, перебил Авантюрин. — Я просто смотрю, вдруг какие мысли в голову придут. — Поделишься ими? — она села на подоконник, опираясь руками о его край. — Свидетель, который якобы видел что-то, очень хорошо знаком с пропавшей. Вероятно, близкий её друг. Есть предположения, что именно этот человек и распространил слухи. Может, он затаил обиду на Веритаса? Или Жуань Мэй говорила что-то, что расстроило этого самого друга? Нам бы выйти на него. — И как ты собираешься это делать? — изогнула бровь. — Сейчас слухов слишком много, и они раз так десять перемешались. Сломанный телефон. — В этом деле нам поможет Март. — Нам? — хмыкнула Топаз. — Ладно, так уж и быть, — шуточно протянула.       После занятий ребята стояли у забора, высматривая в толпе знакомую светлую макушку. Благо, найти её не составило труда. Март была достаточно громкой и активной, всегда привлекала к себе внимание. Ребята аккуратно потянули её за руку, выбивая из потока. Та удивлённо похлопала глазами. — Нам нужна твоя помощь, — в один голос произнесли. — А? — В общем, — Авантюрин положил руки на маленькие плечики Март. — Нам необходимо узнать первоисточник слухов о Веритасе и Жуань Мэй. — А как я вам в этом помогу? — всё ещё не понимала. — Ты раньше училась на одном потоке с ней, тебе проще всего выудить даже крупицу информации, — короткая пауза. — Пожалуйста. — Мхм, — Март выдохнула. — Я постараюсь. Но зачем это вам? — Пока я не могу сказать, — Авантюрин виновато улыбнулся.

***

      Начало было положено. Данная информация поможет сузить круг подозреваемых. Хоть профессор просил не вмешиваться, Авантюрин не мог сидеть сложа руки. По крайней мере, он хотя бы начал заниматься учёбой и не отвлекаться на постороннее жужжание мыслей в голове. А долгов скопилось не мало. Со всей этой сумбурной ситуацией Авантюрин совсем позабыл о дедлайнах. Может, профессор Янг и согласился помочь, но явно будет недоволен отсутствием домашнего задания. А потому, парень решил потратить вечер именно на это. Итак:       «Некий человек Б. был соучастником преступления по словам очевидцев. Свидетели рассказывали одну и ту же версию, однако один из них захотел остаться анонимным. Версия звучала так: «Человек Б., зная о наличии ценных вещей у жертвы, при совместной выпивке, незаметно для последнего, подсыпал в его рюмку большую дозу снотворного, представлявшую опасность для жизни. Когда жертва уснула, человек Б. обыскал квартиру и забрал ценные бумаги и скрылся. Жертва скончалась, поскольку имела заболевания сердца, о котором Б. знал».       Авантюрин грыз колпачок ручки, хмуро смотря на задание. Составлять линию защиты для очевидных преступников он не любил больше всего, хоть и понимал, что это не более, чем специфика его будущей работы. Невероятно сложно оставаться нейтральным. Несколько раз перечитав текст, он вдруг задумался. Человек Б. был соучастником, а личность одного из свидетелей неизвестна. Брови непроизвольно свелись к одной точке. Резкое озарение появилось горящей лампочкой над головой, Авантюрин исписывал тетрадь, цветными чернилами выделял ключевые, по его мнению, слова.       Закончив с заданием, Авантюрин с облегчением отложил в сторону тетрадь. За окном царила ночь, звёздное полотно аккуратно закрывали облака, лениво плывущие куда-то вперёд. Он перевёл взгляд на обведённое в круг предложение. В голове тут же возникла интересная мысль, да только настолько тяжёлая в реализации, что не было даже капли смысла задерживаться на ней. Однако, Авантюрин не был бы собой, если бы решил отступить перед трудностями. Он был уверен, что его ставка выиграет. Осталось лишь немного подождать.