Трость и цилиндр

***

Январь 1883 года, Нью-Йорк.

      Джозеф Вокс не сомневался в том, что этот город почти принадлежит ему: он владел крупной частью серьёзных акций на железные дороги США, его трест, точнее, теперь его трест продолжал успешное существование, а из карманов постепенно в прямом смысле этого слова начинали валиться купюры. Признаться честно, молодой мужчина не долго горевал после смерти отца — всё-таки в его руки перешла самая настоящая империя. Правда, на тот момент она ещё не достигла таких масштабов, каких добился он. Вокс искренне не любил своё имя, поэтому предпочитал свою фамилию использовать и в этом плане — имя Джозеф резало ему слух. Вокс звучало гордо. Вокс — это статус. А что такое другое его имя? Лишь пустой звук, в то время как «Вокс» — это деньги и власть.       К сожалению, в Нью-Йорке хватало проблем. И нет, это даже не поиск приличного просторного дома и блестящей прислуги. О, нет. Это были «олдермены» — люди, которые ни в какую не хотели принимать такие же семьи, как и у Вокса. Это были самые настоящие «сторожилы традиций», ведь их корни уходили ещё в дореволюционные времена, мол, вот они — настоящие правители города. А люди приехавшие после революции и со скудными корнями — это и не люди. Не те с кем они считались. Однако, мужчина не собирался это так оставлять. Вокс не сомневался, что элита Нью-Йорка будет вынуждена прогнуться, если не сломаться в конце концов. — Вокс, дружище, тебе стоило бы поменьше тратить сил на этих стариков, — Валентино Гонсалес — его старый знакомый — хмыкнул, перекручивая пальцами сигарету и выдыхая дым собеседнику в лицо. — Они в любом случае тебя ведь зовут на свои мероприятия — им нужны твои деньги. — Это многоуважаемые и влиятельные «старики», как ты выразился, — раздражённо отозвался тот, осматривая зал. — Мне нужно обойти их на поле под названием «железнодорожные вклады», а для этого их стоит держать ближе. Всех их. — Знаешь, если бы не обязательства перед моим отцом и твоя компания — ноги моей бы здесь не было, — его товарищ хмыкнул, вежливо и с фальшивой улыбочкой немного наклоняя голову, когда мимо прошла какая-то девушка. — Зачем вообще посещать их благотворительные фонды? Не легче ли устроить приём? — Сразу видно, что ты ничего не понимаешь, — Вокс закатил глаза, в отличие от него Валентино был из семьи с некоторыми корнями, из-за чего у того, конечно, не возникало таких проблем и недопониманий. — Именно здесь можно обрести какие-то полезные знакомства и впоследствии получить приглашение. Это мне и нужно. Ты видел мистера и миссис Беккеров? Я хотел бы выказать им почтение. — Хочешь кусок железной дороги этого старика? — раздался сдержанный лёгкий смешок. — Именно, ты бы знал, как он мне нужен, — тот кивнул, уверенно ища взглядом цель. — Отец был слишком мягок, вот сделка и не состоялась, но я непреклонен. — Не сомневаюсь, ты даже не женился, хотя тебя вся семья умоляла уже сделать свой выбор, — друг поправил пиджак, скучающе осматриваясь вокруг. — Я, кстати, вынужден уступить своим, чтобы на меня «не смотрели косо, как на сына Людвига Вокса». — На меня не смотрят косо, все думают я ищу выгодную партию, — мужчина закатил глаза, добавляя. — Удивительно, что ты сменил курс. — Я не сменил курс, просто нужна богатая невеста. Родители причитают о деньгах, — Валентино рассмеялся, чуть хлопая того по спине. — Развлекаться я не перестану, ты же знаешь, обожаю проявлять себя скандальной личностью.       На это Вокс лишь закатил глаза: его это не удивляло. Валентино не раз негласно упрекали в участии в оргиях. Как говорится, не пойман — не вор. Заодно тому везло за счёт семьи, которая умудрялась разрулить все его проблемы, что немного раздражало Вокса. Он не особо понимал, как можно жить такой развязной жизнью и рассчитывать на других, а не на себя. Однако, Валентино был старым знакомым по учёбе и на самом деле порой хорошим собеседником, поэтому он не прерывал общение с ним.       К тому же, в этом зале, к сожалению, мужчина знал не то чтобы много людей. Нет, слышал о большинстве, но личной аудиенции ещё не удостоился. Вот в углу например мистер и миссис Уитток, на прошлой неделе они устраивали приём в своём особняке на 34'ой улице и не удосужились позвать Вокса, по этой причине вчера мистер Уитток получил отказ в сделке, которая могла бы ему помочь поправить дела с долгами. А вон и семейство Джонсонов! У них были очаровательные близнецы, дочь, кстати, лишь недавно вышла в свет. К горю всех потенциальных женихов, её происхождение хотя и было безупречным, денег от свадьбы с ней не стоило ждать — всё перейдёт её брату. Мимо Вокса с Валентино прошествовала старая вдова миссис Томпсон, как всегда не глядя на них, да и не на кого другого. Ходили слухи, что у неё в особняке спрятаны самые настоящие бриллианты!       Да, куча костюмов, платьев и скучных фамилий — Воксу не привыкать. Возможно, всё так бы и осталось, если бы у стены он не увидел его. И в этот момент словно всё изменилось: светский шум ушёл на второй план. Молодой мужчина стоял в углу, учтиво разговаривая с какими-то пожилыми дамами: на нём был великолепный тёмно-красный, даже бордовый жилет. Также из деталей чужого образа невольно выделялись монокль и чёрные перчатки, которые тот держал в руках, ведь сейчас по этикету было необходимо их снять. — Кто это? Кто этот человек? — Вокс чуть ли не вцепился в плечо Валентино, незаметно кивая в сторону загадочного субъекта. — Впервые его вижу. — Это не человек, — тот поморщился и продолжил шёпотом. — Аластор Лебо — один из олдерменов, ещё тот сноб, несмотря на то, что не сильно-то старше нас с тобой. Вроде отец у него умер и теперь он глава семьи, однако, денег у них не водится. Думаю, заметно почему.       Действительно, он был всё же темнее других по цвету кожи, но это выглядело эстетично, особенно учитывая чужие каштановые волосы. Вообще, не особо-то и бросалось в глаза, но если указать — становилось ясно. Это было немного ново, учитывая чопорность высшего света, но всему есть объяснение — его семейство обладало богатым древом и корнями, из-за чего на небольшой нюанс закрывали глаза. К тому же он просто был немного смуглее, а это не так уж и страшно. В любом случае, то как он стоял у окна, слегка опираясь на свою трость и с каким выражением лица вёл беседы — всё это напоминало Воксу его самого. И неважно сколько у того денег или какие корни — этот человек вызывал интерес одним своим видом. — Олдермен — значит моя цель, — мужчина взмахнул рукой, поправил галстук и уверенно направился к человеку возле пышной занавески в рюшечках.       Тот о чём-то мило беседовал с какой-то дамой в голубом платье, как из ниоткуда возник Вокс и, очаровательно широко улыбнувшись, выпалил: — Я прошу прощения, что прервал, хотел поздороваться. Мистер Вокс, приятно с вами познакомиться, мистер Лебо, верно? — Верно, интересно, когда ввели моду не называть своё полное имя при знакомстве? — ответил тот, его слова звучали мягко, но ощущались как лезвие. — Я ввёл это, — он не собирался сдаваться, в это время девушка поспешила покинуть их. — Позволите задать вам вопрос? — Вы всегда можете попробовать, мистер Вокс, — Аластор вскинул брови, окидывая того изучающим взглядом. — Просто Вокс, мистер Лебо, я бы хотел стать вам хорошим знакомым, — он улыбнулся тому и чуть наклонился. — Из этого вытекает и мой вопрос, что я должен у вас купить, чтобы вы захотели стать моим союзником? Молодым умам, вроде нас, стоит объединяться. — Вы слишком прямолинейны, этим скучны и душны, — тот хмыкнул и покачал головой, всё ещё держа улыбку. — Не всë в этом мире можно купить за деньги. — Я считаю у всего и всех есть цена, — Вокс чувствовал, как внутри загорелась искра, впервые кто-то из стаи олдерменов вызвал у него запал. — Сколько вы хотите получить, чтобы прийти ко мне на приëм? — Нисколько, — собеседник чуть вскинул гордо подбородок, усмехаясь. — Даже если отдадите мне все ваши акции, я не приду. — Вы не слишком-то богаты, чтобы так легко отказываться. Прошу простить за честность, но таковы слухи, — это был уже неприятный укол на грани с вопиющим хамством. — Это верно, но мне не нужны ваши деньги как и ваше знакомство, — однако, на то и есть гордые люди, чтобы не показывать лишний раз чувства и эмоции. — Нагло, — с восторгом необдумано слетело с чужого языка, после чего тихо ещё добавилось. — Но со вкусом. — Такова жизнь, мистер Вокс, — Аластор секунду помешкался, но всё-таки добавил. — Приятного вечера.       После этих слов он удалился и, как показалось мужчине, растворился в собственной тени где-то в глубине зала. Вокс закусил нижнюю губу, не в силах сдержать глупую улыбку. Да, Аластор не воспринимает его всерьёз, как и многие до него, ну, ничего. Это не впервой, в конце концов все сдаются. Неважно сколько потребуется времени. Мужчина радостно вернулся к Валентино, который отметил, что выглядело это немного странно со стороны, но не ужасно. Единственное, что выпалил ему в ответ Вокс, на расспросы об этом олдермене:

«Он меня чертовски заинтриговал!»

***

      Ему всегда твердили две вещи: или нужно принять положение дел как есть и вливаться общество по правилам, либо стараться что-то изменить и ломать привычные рамки, воздвигая собственные уставы. Такие речи были постоянны, когда отец был жив и за каждым ужином Вокс слушал одно и то же: матери давно не стало, так что никто не мог разбавить этот поток разговором о чём-то другом. Будучи единственным наследником Vox Trust ему пришлось многому научиться и приложить усилия, чтобы отец считался с ним. Возможно оттуда у него и появилась некая наглость и самоуверенность. Это не всем нравилось, но разве Вокс станет их слушать?       Несмотря на то, что он успешно проводил время и в компании не из элит, он всё равно хотел повлиять на старый свет. Просто было желание стать частью этого праздничного и влиятельного общества, чтобы не было пренебрежения из-за того, что ты просто «новый» для них.       Всё было не так-то просто, как, впрочем, и попытки завести дружбу с Аластором. На всех приёмах, встречах, благотворительных вечерах он видел его. Вокс всегда подходил первым и постоянно пытался вести разговор. Каждый раз было заметно, что ему это не особо нравится, но непонятное необоснованное упорство смешило. Из-за этого Аластор не отталкивал навязчивого нового знакомого, несмотря на причитания и предупреждения матушки дома. Она говорила ему, что это опасное общение и оно вредит статусу в обществе. Что уже ходят неприятные слухи. Ведь Вокс ещё не был допущен до кругов высшего света. Только Аластор не особо придавал этому значение: знал он это переменчивое общество. К тому же, очевидно, Вокс на полпути, чтобы добиться признания.       И всё бы так и продолжалось: странный обмен фразами во время официальных встреч. Если бы не внезапное столкновение на улице: без лоска роскошного приёма. Что-то из простого. Они пересеклись на одной из авеню и Вокс сразу подошёл к тому. Но на этот раз они почему-то говорили иначе, словно всё на улице проще, чем в стенах богатых особняков. Аластор не так язвил, а Вокс умерил свой пыл и не особо лез к нему. Пара даже не понимала куда теперь они идут, видимо, просто гуляют. Потому что и дела не требовали спешки и компания была даже приятна. Во время этого эпизода произошёл один небольшой диалог, который запомнился мужчине ярче всего. — У вас нелепый цилиндр, — Аластор шагает еле слышно, практически не шаркая, у него-то на голове никогда нет даже котелка. — Мне казалось, он такой же как и у всех, — Вокс озадачено посмотрел на собеседника, который спокойно улыбался. — Поэтому и нелепый, — последовало объяснение. — А у вас трость красивая… — буркнул тот, отводя взгляд. — Благодарю, редко такое слышу, — собеседник взмахнул ею и ухмыльнулся, понимая, что этот раунд за ним.       Он не перестал носить цилиндр, но при Аласторе всегда прятал его за спину, чтобы не быть «таким же нелепым», в то время как тот никогда не убирал трость с его глаз. Оба понимали, что всё-таки влияют друг на друга, несмотря на то, что активно отрицали это. К тому же, их интересы и представление о мире часто нелицеприятно сталкивались, но почему-то это даже не было настолько раздражающе, как бывало с другими собеседниками.       Словно хотелось сталкиваться вновь и вновь, чтобы дискутировать и обмениваться то колкими комплиментами, то самыми приятными издёвками.       Конечно, всё не без ошибок, особенно, когда дело касается вспыльчивой натуры, какой был Вокс. Он знал, что нужно быть «холодной головой», но вот сердце так не умело. Поэтому он позволил себе непростительное. Вообще, стоит сказать по порядку о ситуации…       Вообще вышло глупо, откровенно говоря ужасно по-идиотски. Вокс знал, что Аластор предпочитает общество женщин мужчинам. Это не было сюрпризом. И не потому что он был «дамским угодником» и «Казановой», нет, просто молодой мужчина чувствовал себя комфортнее всего именно с этими личностями. Аластор никогда не скрывал, что считает женщин умнее мужчин, ходил слушок, что это из-за матери. В любом случае, все привыкли, но в то же время удивлялись, почему же тогда тот так и не выбрал себе спутницу жизни. Наследнику рода Лебо были готовы отдать практически любую девицу из семьи без особых корней, но тому это не было нужно. Вокс чувствовал, что они похожи: ему тоже этого не было надо. И это почему-то успокаивало странное копошение в грудной клетке, которое давило изнутри, словно желая проломить рёбра, каждый раз когда шли разговоры о том, что Аластор «может наконец выбрал счастливицу».       В тот вечер всё зашло далеко. И Вокс прекрасно это понимал. Это был роскошный приём в богатом особняке Вандербильтов на Пятой авеню. Точнее это был маскарад, а такие события не пропускают. К тому же Воксу чертовски льстило, что его пригласили, а, например семейство Асторов нет. Хотя там как всегда были склоки, которых всем хватало. В любом случае, вечер оказался роковым.       Вокс помнил, что долго выбирал наряд: очевидно, что пиджак, но всё-таки цветовую гамму стоило подобрать веселее, чем похоронную. Выбор он остановил на синем, точнее, на разных оттенках этого прекрасного цвета. Маска была достаточно скучна и посредственна, как он сам счёл, однако, такая же по цвету, что позволяло насладиться сочетанием, когда мужчина разглядывал себя в зеркале. Вокс не был уверен, насколько идея с маскарадом вообще хороша, но что только не придумают люди! Он пил алкоголь, разговаривая с новыми знакомыми, когда заметил его. Да, это был Аластор, который не скрывал своей любви к красным оттенкам: вот чей наряд мог считаться воистину удачным. И маска, боги, отдающая серебром и с благородными огромными красными перьями. Вокс немного завис, провожая того взглядом. Он искренне надеялся, что тот соизволит к нему подойти первым хотя бы сейчас, но нет. Аластор подошёл первым к Рози Хьюз — богатой и достаточно молодой вдове.       Из-за этого Воксу стало не по себе: он чуть ли не весь вечер наблюдал за ними и, к своему ужасу, понял, что Аластор не собирается отделяться от спутницы. Словно те пришли вместе и, самое страшное, уйдут вместе. Этого Вокс не мог допустить, он просто не мог позволить Аластору уйти с этой женщиной. Мрачно мужчина посмотрел на них ещё раз, сжимая в руке бокал слишком сильно. Его терпению пришёл конец, когда его горе-знакомый взял Рози под руку и они вместе, улыбаясь, начали перешёптываться. Чужая близость с кем-то другим раздражала, поэтому Вокс, пересилив себя, подошёл к ним. — Дорогая Рози, знакомься, это мистер Вокс, думаю, ты слышала о его кусках железных дорог, — протянул Аластор, мягко указывая рукой на того. — Конечно, о таких людях сложно не слышать! — она ослепительно улыбнулась, протягивая руку новому знакомому. — Аластор говорил о вас порой. — Рад встрече, — он учтиво поклонился, стараясь держать себя в руках. — Часто проводите время вместе? Удивительные отношения между мужчиной и женщиной. — Не думаю, что дружба является чем-то странным, — неловко Рози развела руками, стараясь держать улыбку. — В конце концов, Аластор мог бы быть неплохим мужем, я думаю, но это… — Не думаю, что он сгодиться вам в пару, — высокомерно фыркнул Вокс, поправляя ворот и даже не замечая, что дама не договорила. — Почему же я не подойду? — в голосе посышались железные нотки, предостерегающие об опасности. — Только не говорите, что недостаточно богат по сравнению с вами. — О нет, — мужчина фыркнул, а потом чуть наклонился и тихо вкрадчиво произнёс. — Вы недостаточно чисты.       И чёрт знает, что ухудшило эту ситуацию: шампанское в крови или дурь в голове. Однако, необдуманные слова вылетели и это было не исправить. Тут же в ответ последовала заслуженная и звонкая пощёчина. Рози в ужасе прикрыла рот руками, а Вокс схватился за горящее лицо, стараясь удержать съехавшую маску. В этом пёстром шумном безобразии никто ничего и не услышал кроме них троих. Однако, это не умоляло размера оскорбления, которое мужчина только что нанёс своему знакомому. Аластор быстро распрощался с дамой и ушёл, гордо выпрямив спину и не оборачиваясь. Вокс так и остался стоять, понимая, что только что всё испортил. Рози же быстро поспешила удалиться, оставив того в одиночестве.       «Как я мог назвать его вообще грязным… Боги, я такой идиот!» — вот что крутилось у него весь остаток вечера.       «Как можно было использовать цвет кожи как аргумент. Чёрт. Чёрт. Чёрт!» — мысли не прекратились даже когда он наконец покинул это проклятое место и оказался дома.       Всю ночь Вокс бродил по дому, тем самым напрягая слуг, которые неимоверно хотели поспать. Он ходил и то пил, то садился писать письмо, то сдавался и мял бумагу. Очень хотелось написать Аластору, только вот что? И как в такой ситуации лучше поступить? Напрямую нельзя ведь говорить об оскорблении, значит нужна встреча и чтобы письменно она не выглядела подозрительно. Слишком много нюансов и этикета для такой щекотливой ситуации.       В итоге, полный отчаяния и всё ещё с отголосками ревности внутри, Вокс вывел каллиграфическим почерком: «Глубоко уважаемый мистер Лебо, Смею пригласить вас к себе в офис в четверг в 12:00 по вопросу, который мы обсуждали ранее. У меня появились крайне важные сведения, которые могут заинтересовать вас. С признанием, Мистер Вокс»

***

      Впервые мужчина чувствовал себя как на иголках в собственном офисе, а всё потому что Аластор восседал напротив на кожаном диване и холодно смотрел ему словно в душу. Впервые тот не улыбался, что только показывало насколько сильно он был оскорблён в тот вечер. Вокс понимал, что, не исключено, ему может и придётся встать на колени. Ирония неуместна, а человек напротив беспощаден. — Благодарю вас за то что пришли, — взгляд упал на то как Аластор сильно сжимал трость, будто готовясь ею воспользоваться в любой момент. — Я действительно очень рад, что вы приняли моё приглашение… — Ближе к делу, мистер Вокс, я тороплюсь на ещё одну встречу, — слова и тон ранили похлеще любого осколка стекла, но это по заслугам. — Что за «важные сведения»?       В голосе послышался сарказм, очевидно, жалкое письмо Вокса его позабавило. Только вот в такой ситуации одного веселья не хватит, чтобы всё исправить. — Простите меня за те ужасные слова, — Вокс сглотнул через силу и посмотрел в чужие глаза. — Я, право, не хотел этого. Знаю, звучит неубедительно, но я очень желал быть вам другом и союзником, а не этого. — Последнее я замечал, — Аластор хмыкнул и закинул ногу на ногу, продолжая всё также недовольно. — Почему вы это сказали? Я в жизни не поверю, что случайно. Вы хотите жениться на Рози или вы настолько нетерпимы к другим оттенкам кожи? — Я не хочу жениться на ней и, нет, я никак не отношусь к другим цветам кожи, если вы не знаете, в моих кругах много людей с не самым белым-белым видом, — честно ответил тот, чуть пожимая плечами. — Прошу, просто позвольте мне заслужить ваше прощение. Если хотите, я подарю вам одну из самых прибыльных акций… — Вокс, — впервые мужчина не добавил «мистер». — Мне не нужны ваши акции, деньги и прочее. Чтобы простить кого-то мне нужно знать за что. Я не понимаю причину.       Это уже становилось мучительным театром, однако, Вокс понимал, что придётся сказать правду, хотя он не был уверен, что после этого ему не придётся извиняться уже за другое и во второй раз. — Я не хочу, чтобы вы женились, — на этот раз мужчина отвёл взгляд, не желая сталкиваться с чужими глубокими карими глазами. — Почему же? — в голосе Аластора послышалось искреннее удивление. — И чем же я вам так пригожусь холостым? Или вы, прямо как моя матушка, подобрали мне уже варианты в качестве спутницы жизни? — Боюсь, ваша матушка никогда бы не предложила вам мою кандидатуру, — печально вздохнул Вокс, а потом наконец посмотрел на собеседника, у которого глаза стали чуть шире, а с лица исчезла враждебность. — Думаю, вы всё поняли.       Ничего не говоря, Аластор поднялся с дивана и медленно подошёл к нему, всё рассматривая чужое лицо, которое оставалось неизменным, хотя внутри Воксу казалось, что он сейчас не выдержит и умрёт прямо на месте. Заявлять такое опасно, точнее, намекать. С другой стороны, если даже Аластор захочет это использовать против него — вряд ли все поверят. Всегда можно сказать, что это с целью нанести ущерб его делу и всё такое… Хотя мужчина надеялся, что человек перед ним так не поступит, пусть и имеет все права. — Вы так глупы, — теперь на лицо собеседника вернулась привычная лёгкая улыбка, а чужой взгляд смягчился и в голосе послышались нотки сожаления. — Вы крайне глупы, Вокс, не сочтите ответным оскорблением, но это так. — От вас это комплимент в такой-то ситуации, — он щёлкнул каблуками, словно отдавая честь. — Вы простите меня? — Я постараюсь, — как всегда тот не давал обещаний и элегантно уходил от прямого ответа. — Приходите ко мне в пятницу, я устраиваю скромный приём… — Вокс постарался улыбнуться. — Я был бы невероятно рад, если бы вы оказали мне такую честь. — Для человека, который на прошлой недели втоптал в грязь мистера Миллера, одного из олдерменов, как вы осведомлены… — Аластор сделал небольшую паузу и усмехнулся. — Вы слишком много расшаркиваетесь передо мной. — Мистер Миллер — идиот, уж простите за честность! — вспылил тот и вскинул руки. — Не я виноват, что он был упрямым бараном и пришлось преподать ему урок! А вы умны и приятны. Я уважаю таких людей как вы. — Вы же знаете, что мистер Миллер застрелился из-за этого, не выдержал того, что разорился, — продолжил мужчина, всё ещё стоя напротив. — Выходит, вы убили его. Вас это не беспокоит? — Нет, — честно признался Вокс и хмыкнул. — Я не держал пистолет у его виска. Если бы даже был там — не стал бы останавливать. Мне не нужны конкуренты, а такие ничтожные тем более. Слабые умирают, а сильные правят миром. — Браво! — неожиданно Аластор расхохотался и хлопнул несколько раз в ладоши. — Вы доказали мне, что стоит дать шанс вашей поразительной натуре. Я приду, но ненадолго.       В восторге мужчина смотрел в очередной раз вслед собеседнику, чей стук трости заполнял всё пространство вокруг и, казалось, был синхронен с биением сердца. Вокс схватился за рубашку в районе груди и счастливо улыбнулся. Кто бы мог подумать, что нужно показать себя со стороны полного ублюдка, чтобы добиться чужого внимания.

***

— Знаете, что мне симпатизирует в ньюменах, как вы? — мужчина расслабленно покачивал бокалом, медленно прогуливаясь вдоль стены. — То что вы готовы на безумные риски, несмотря на опасность потерять всё. Люди моих кругов предпочитают большую стабильность и гарантии. — Порой авантюра может обогатить, — Вокс усмехнулся, его успокаивало то, что с этим человеком можно было обсудить больше и немного отойти от привычных рамок в общении. — Вы когда-нибудь пробовали рискнуть? — О, мой милый, если бы вы знали сколько раз я за эту жизнь доводил семейство до инфаркта своими выходками — вы бы не спрашивали, — Аластор искренне улыбался, а в его глазах сверкнул озорной огонёк. — А сейчас? Сейчас вы готовы рисковать? — мужчина посмотрел на того очень выразительно. — Смотря ради чего, — собеседник остановился и отпил ещё шампанского. — Ради кого, — Вокс знал, что опять лезет и есть опасность проиграть. — Вы же догадываетесь о чём я…       В комнате никого больше не было кроме них: Вокс сказал прислуге их не тревожить, пока «Мы с мистером Лебо не обсудим все вопросы». Так что, можно было говорить о разном, честно сказать, ему очень хотелось понять, что же имел ввиду Аластор на прошлой встрече. Ведь тот не оскорбился, но и не ответил ничего конкретного, а Воксу было необходимо понять на что он может посягнуть.       Воздух в комнате казалось накалился, а ведь помещение было таким просторным и камин не особо топили сейчас, чтобы возникла духота. — Понятия не имею, — учтиво ответил тот, а потом добавил, слегка ухмыляясь. — Но вы можете попробовать мне что-то предложить.       Вечные переплетения мыслей с уклончивыми ответами мешали понять что именно имеет в виду собеседник. Вокс имел представление, что таковы правила общения в их кругу, но это постепенно сводило с ума. Он также осознавал, что если сейчас он переступит черту — потом уже обратной дороги не будет. Однако, если ему улыбнётся удача, он «приумножит свой капитал». Обычно так он выражался только на работе, но ситуация на данный момент вполне себе походила на погоню за выгодным вкладом и постройкой опасного куска железной дороги, который может окупиться втрое или же оказаться самым большим убытком.       А Вокс, как самый настоящий предприниматель, предпочитал строить новые дороги, несмотря на возмущения или возражения других. Так и здесь. Поэтому, быстро отставив свой бокал, он подошёл к Аластору вплотную, чувствуя, что внутри всё стучит и, чуть наклонившись к тому, быстро и, насколько это было возможно, учтиво поцеловал того. Во время этого действия, не в силах удержаться, мужчина всё-таки запустил руку в чужие волосы, чтобы придержать за затылок. К сожалению, из-за внезапности Аластор неудачно дёрнул руку и разлил содержимое бокала на рукав своего пиджака и пол, однако он не сопротивлялся, Вокс даже почувствовал на чужих губах улыбку. Поцелуй вышел достаточно сдержанным и с лёгким привкусом алкоголя. «Авантюрист» с опаской посмотрел на оппонента, который вытер губы тыльной стороной ладони и почему-то фыркнул. На секунду сердце Вокса ушло в пятки: видимо он совершенно не умеет растолковывать чужие знаки. — Неплохое предложение, — внезапно признал Аластор и недовольно посмотрел на липкий рукав пиджака. — Люблю экспериментировать… — Слава дьяволу, — выпалил мужчина облегчённо выдыхая и после этого наконец улыбаясь. — Я уж думал, что мне конец. — Почему вы упомянули дьявола, а не бога? — с интересом протянул собеседник, отмечая то, что чужая рука дотронулась его талии. — И не распускайте руки впредь. — Простите, — Вокс хотел убрать ладонь, но Аластор удержал его. — Я сказал «впредь», а не сейчас, — коварная улыбка возникла на его лице. — Итак, вы не ответили на мой вопрос. — Да-да, всё просто, — тот усмехнулся, понимая, что его коллега ведёт собственную игру. — Мне явно благоволит дьявол, а не бог, иначе с чего у меня такой успех и состояние? Бог покровительствует бедным и их чистым душам, а не циникам вроде меня. — Как меня занимают ваши размышления! — Аластор весело хохотнул, в свою очередь чуть опираясь на чужое плечо. — Вы с каждым разговором становитесь всё забавнее. — Мне казалось, при первом разговоре вы сказали, что я «скучен» и «душен», — театрально Вокс вскинул брови и с наигранной печально посмотрел на собеседника. — Вы разбили мне сердце этим! — Прошу меня простить, я и в самом деле допустил ошибку, — хмыкнул мужчина, после чего стал протирать монокль. — Вы оказались лучше, чем о вас говорили. Хотя выходка с Рози… — Я думал, что вы любите её и собираетесь предложить выйти за вас! — возмутился тот, хмурясь и пожимая плечами. — Вокс, я не люблю ни женщин, ни мужчин, — заявил Аластор и тихо рассмеялся. — К тому же, кажется, я ни разу не упрекал вас за близкую дружбу с Вельвет Кингсли, да-да, я знаю больше, чем кажется.       Вельвет была действительно давней хорошей знакомой Вокса, его с ней познакомил Валентино пару лет назад. Девушка была не замужем, но её, слава небесам, никто ему никогда и не предлагал как партию: у неё не было денег и репутация у семьи была так себе. Однако, это не мешало им хорошо общаться и порой пересекаться на каких-то встречах. Из-за этой «дружбы» слухи уже давно ползли, но кто же знал, что даже общество олдерменов этим заинтересовалось. Точнее, что это запомнил Аластор, который хотя и говорил непринуждённо, но в его взгляде читалось небольшое недоверие и из-за опущенных бровей капля недовольства. — Вы не любите никого, а я видимо не имею против женщин и мужчин, — пробурчал он, потом добавляя, чтобы не распалить собеседника. — Не волнуйтесь, с Вельвет меня не связывают никакие такие отношения. — Я не люблю никого, но для вас готов сделать исключение, — вдруг произнёс Аластор и одарил того мягкой улыбкой. — Но только чтобы про себя думать какой инфаркт заработал бы весь высший свет, а не потому что вы мне симпатичны.       Этих слов было достаточно, чтобы Вокс почувствовал себя вновь на высоте. Нет, Нью-Йорк всё-таки приносит свои плоды. Конечно, когда ему перешло дело отца он даже и не думал, что впоследствии получит из старой элиты одного крайне элегантного олдермена, но это даже приятный бонус! Поэтому он отстранился от того и отошёл к небольшому столу, чтобы взять себе всё-таки алкоголя, а то такой стресс перенёс за последние минут десять… Аластор немного разочарованно проследил за удалившимся на шагов шесть коллегу и отошёл к креслу, на которое уселся. Оттуда он продолжил смотреть на мужчину, который забрал у него липкий бокал, наконец-то соизволив вспомнить об этом, и предложил уже виски. Аластор не стал отказываться, раз уж они переходят на новый уровень.       Гости на самом деле уже расходились, часть из них Вокс проводил до этого, а сейчас те кто и остались — были заняты сплетнями в других местах, так что их не должны были беспокоить они. Нет, хозяин дома понимал, что скорее всего получить осуждение на следующий день, что часть гостей не удостоился проводить лично, что стоило сделать, но он просто не мог. Не мог прервать это чудное время с Аластором, который был интереснее и важнее всех этих светских львиц и их богатых старых мужей. — Вы научите меня как быть как вы? Чтобы я был поближе к вам и обществу олдерменов… — наконец прервал тишину Вокс, глядя на того. — О, нет, я никогда вас этому не обучу, потому что вы не способны понять нашу старую культуру, — Аластор подавил смешок, откидываясь на спинку кресла. — Вы же ньюмен, Вокс, человек будущего. — А вы никогда не поймёте, выходит, меня? — мужчина растерянно подошёл чуть поближе и нахмурился. — Это намёк на обречённость? — Вы склонны драматизировать, — искренне расхохотался собеседник и чуть пододвинулся вперёд, глядя снизу вверх с чем-то тёмным во взгляде. — Это делёж. За вами будущее, а я предпочту скромное прошлое — Не пойдёшь со мной? — Вокс не выдержал и рискнул перейти «ты», понимая, что может это и слишком рано. — Нет, но с удовольствием понаблюдаю, — признался Аластор и впервые подмигнул ему.       Да, не всегда выходит быть на одной волне и не всегда получается быть похожими, однако, это не самое сложное препятствие. По крайней мере так думал Вокс, когда на одном из приёмов на следующей неделе Аластор подошёл к нему поздороваться первым, ослепительно улыбаясь и чуть постукивая тростью, в то время как другие поражённо на них поглядывали. Да, это было хорошо. Но самым замечательным было то, что это только начало. И они оба это знали, когда молча выразительно переглядывались, стоя рядом и слушая чью-то скучную речь, до которой никому не было из них дела.