Иней на зелёной траве

Арсений не любил утро. А утро после алкогольных посиделок ещё больше. Но оно постоянно наступало, принося с собой не только красивые рассветы, но и ужасную головную боль. Обычно, чтобы скрасить тяжёлое начало дня, мужчина шёл на пробежку, или готовил вкусный завтрак, но сегодня голова раскалывалась от малейшего движения. В таких случаях некоторые люди слёзно обещают больше не прикасаться к алкогольным напиткам, хоть и никогда не сдерживают своих обещаний. Размышляя о печальном существовании, Арсений всё же решил перебороть своё состояние и дойти до аптечки за таблетками. Вот только дойдя до кухни, он понял, что аптечкой обзавестись ещё не успел, и спасаться ему просто нечем. –Ну просто супер. Окей гугл, как мне пережить день с взрывающейся башкой? — сказал он сам себе. В голову пришла гениальная мысль: он пил с Антоном, и, возможно, тот выручит его спасительным лекарством. –Главное, чтобы он не спал, а то будет очень плохо, — он подошёл к зеркалу в коридоре, — А ещё было бы неплохо перестать разговаривать с самим собой. Мужчина поправил волосы, которые после сна растрепались, а затем переоделся и вышел из квартиры и направился к соседу. После недолгой тишины из-за двери послышались шаги. Отлично, его не убьют. —О, Арсюшка, это ты, — парень выдавил из себя улыбку, хотя были видно, что ему совсем не смешно. —Арсюшка, я, да, — глупо ответил Попов. —Всё-таки слишком много мы вчера выпили, нужно было остановиться раньше. Но ты проходи, не стой в пороге, — он развернулся и, проходя на кухню, сказал: — Через порог ещё и передавать ничего нельзя, примета плохая, мне бабушка когда-то говорила. Последняя фраза заставила Арсения улыбнуться. Ну вот как человек, который выглядит так, будто может вырубить человека одной рукой, может верить в приметы? А ты давно людей по внешности судить начал? Арсений прошёл в жильё Шастуна. Несмотря на то, что они вчера тут были, всё было слишком новым. Нет, не всё. Балкон оказался знакомым. И синий винстон, лежащий на полу. —Надо же, никогда не думал, что курить можно так красиво. Грёбанная богиня эстетики. Он правда так сказал? А почему богиня? Слишком много вопросов на и так бедную голову. –А ты не сильно бодрый для сегодняшнего утра? — решил начать разговор Попов, — Или ты уже воспользовался лекарством? Шастун снова обернулся с улыбкой. Сегодня он был по-особенному ярким, хотя ещё вчера на него было сложно смотреть. Всё-таки, сон, наверное, улучшает настроение. –Да мне в принципе так уж и плохо не было, ещё и кофе с утра бахнул, совсем хорошо стало. Сказав это, он потянулся к верхней полке в кухонном шкафчике, и достал из небольшой коробочки пластинку, которую протянул гостю. –Может, тебе тоже кофе налить? — спросил он, после того, как закрыл шкафчик, и обернулся лицом к Арсению. —Если ты не против моей компании, то было бы неплохо, — обычная уверенность Попова куда-то улетучилась, и он опустил глаза, разглядывая пол. Очень увлекательное занятие, нужно запомнить. Ответа не последовало, но копошение возле кофеварки давало понять, что его безмолвно пригласили ещё посидеть. Вскоре перед ним стояла кружка с ароматным напитком, и только от взгляда на него хотелось жить. Импровизированный завтрак прошёл в более комфортной обстановке, чем начало вчерашнего вечера. Антон правда хорошо отдохнул, часто смешно шутил, а Арсений смеялся, и подхватывал его шутки. Они разговаривали, но не затрагивая запрещённых тем. Шастун рассказывал что-то про сюжеты романов, над которыми работал, о странных клиентах, о которых Арсений тоже мог много чего рассказать. Давно мужчина не чувствовал такой лёгкости и желания с человеком общаться. Но безопасные темы как-то слишком быстро закончились, и Антон задал вопрос, который мучил его, наверное с первой минуты знакомства: —Ты же не просто так с девушкой расстался? Вы не разлюбили друг друга, — последнее звучало больше как утверждение. Ну вот и всё. А что говорить, ну, хуй. —Ты прав. Она мне изменила, и как я понимаю, это продолжалось уже достаточно долго, — говорить об этом сложно. До сих пор. Потому что не прошло и не переболело. Всё также плохо, но не хочется страдать. Наоборот сейчас он правда хочет это пережить и отпустить. —Ух ты, с одной стороны сочувствую, потому что понимаю, что ты сейчас чувствуешь, а с другой — хорошо, что всё раскрылось сейчас. Когда у вас семья — такие штуки намного больнее. Ну и проблем больше с разводом там, имуществом, — парень говорил абсолютно спокойно, но была в этом своя капля утешения. —В тот день я собирался сделать ей предложение, — только и говорит Арсений. —А вот это прям плохо, прости, что зацепил, — взгляд Антона сразу погрустнел. —Да ладно, нормально. Только мне пора идти уже, я другу обещал позвонить, — Попов поднялся и направился в сторону двери, — Всё было очень круто, и я не сливаюсь с разговора, просто правда нужно идти. Если захочешь, то потом договорим. Антон спокойно встал следом за ним, чтобы проводить гостя, и посмотрев в глаза, уверенно сказал: —Мы ещё поговорим об этом только в случае, если ты этого захочешь. Активное согласие и всё такое, — на последних словах он ярко улыбнулся, и это заставило мужчину рассмеяться. —Тогда с твоего пассивного согласия мы обговорим и твоё расставание. Но в следующий раз. Глаза Шастуна слегка округлились, но он снова тихо засмеялся, и уже в след, идущему домой мужчине, сказал: —Но сначала решим про пассивную роль. После такого прощания осталось много вопросов, но тем не менее улыбка с лица Арсения сползать не хотела. Ему правда становилось легче после посиделок с Антоном. Хотя рано об этом говорить, но за эти два дня он почти не говорил о прошлом и своих проблемах. Такой прогресс не мог не радовать. Чтобы не врать, он решил всё же набрать Серёжу, о котором немножко забыл. Спустя несколько гудков, он услышал голос друга: —Я думал, ты там повесился, уже хотел ехать к тебе на похороны. —И тебе привет, дорогой мой друг, — сквозь смех проговорил Арсений. —Да видимо не такой уж и дорогой, если ты два дня мне не звонил. И на работе меня вчера не было, то есть мы не виделись целых два дня, — он сделал паузу, а потом продолжил, — А учитывая последние события, я почти поверил в худшее. —Не драматизируй, Серёж, со мной всё в порядке. Вот, хочу тебя вытащить куда-нибудь, а ты мне о таком глаголишь. —Глаголишь? Господи прости, тебе давно пора в твой девятнадцатый век, чтоб ты мне тут своими умными словами мозги не пудрил. Арсений улыбнулся. Шутки о его графской прошлой жизни были любимой темой друга, и он не упускал возможности вставить их в любой подобный разговор. —Ладно, если серьёзно, как ты смотришь на то, чтобы выйти сегодня? — спросил Арсений. —Ну а как я могу на это смотреть? Позитивно-положительно, конечно, — всё ещё посмеиваясь, ответил Серёжа. —Ты же знаешь, что положительно и позитивно — это одно и то же? —Не душни. Куда пойдём? Они договорились встретиться в баре вечером. А до того времени мужчине было нечем заняться, поэтому он решил затеять уборку и, возможно, перестановку. Смена обстановки меняет мышление. Где-то точно такое писали. Убираясь, он наткнулся на небольшую фотографию их с Алёной. —Ну давай сфотографируемся, Арсений. —Я так устал, давай в следующий раз, пожалуйста. Но девушка не приняла отказ, и уже направила на них камеру, а затем прикрыла глаза, и прижалась губами к щеке мужчины. Это заставило его улыбнуться, и он приобнял её за талию, тоже прикрывая глаза. Они вместе целый три года. Они молоды и счастливы, а впереди ещё целая жизнь. Главное, что вместе. Воспоминания лезли в голову, напоминая о боли. Арсений не знает чем руководствовался, когда брал это фото с собой в чемодан. Наверное, на память о том, что они были счастливы и так плохо разошлись. Даже уходя от неё окончательно, в глубине души он надеялся вернуться. Отложив фото, так и не решившись его выбросить, он продолжил уборку в попытках отогнать грустные мысли, которые так и пытались его добить. Незаметно пролетели свободные часы, Попову пришлось собираться на встречу с другом, хотя настроение было уже не таким хорошим, как с утра. Но не отменять же планы из-за испортившегося настроения. Они встретились в любимом баре, и хотя Арсений не собирался пить, но сам не заметил, как перед ним оказался стакан с виски. Ему нужно было провести этот вечер хорошо. —Ну рассказывай, Попович, как жизнь богатырская? — улыбаясь, спросил Серёжа. —Хватит коверкать мою фамилию! — беззлобно сказал Арсений, и тоже улыбнулся, — Не богатырская у меня жизнь, работа, дом, снова работа. Ничего интересного, в отличии от человека, который только недавно был в отпуске. Матвиенко улыбнулся. Он отпил свой коктейль, и мечтательно проговорил: —Это да, хороший отдых был. —Ты что-то недоговариваешь, колись! —Арс, я влюбился, по-настоящему, — он выдержал паузу, а затем продолжил, — Она нереальная, в этот раз точно навсегда. Такого мужчина не ожидал. Обычно влюблённости Серёжи не хватало дольше, чем на несколько ночей. Максимум — месяц. —У тебя каждый раз навсегда, а потом то не твоё, то не это, не туда, не сюда, и другие проблемы, — он решил напомнить. —Ты не понимаешь, в этот раз точно мой человек. Я никогда ещё так не был уверен, — от воодушевлённого тона друга хотелось улыбаться. Всё-таки, Арсению главное, чтобы тот был счастлив, а всё остальное не так важно. Если это не та самая, а очередная, то пить потом они всё равно вместе будут. —Ну хоть расскажи, кто она? Где познакомились? Когда свадьба? — последнее вызвало у мужчин смех. —Ну ты дурак, какая свадьба? — Серёжа подозвал официанта и попросил повторить им напитки, — А познакомились в отеле, оказалось, что мы ещё и одним рейсом летели, назад тоже, да и живёт она близко. Не бывает таких совпадений, это точно судьба. Вот как у тебя с Алёнкой было. Последнее предложение заставило Арсения вздрогнуть. Он немного прокашлялся, прежде чем снова улыбнуться и заговорить. —Очень круто. Главное, чтобы у вас не закончилось, как у меня с Алёнкой. Хотя бы один из нас должен быть счастлив. Он не лгал в этих словах, и никогда бы не пожелал другу пройти то, через что проходит сейчас сам. Уже второй раз за день на него накатывают воспоминания. Это Попову совершенно точно не нравится. Он ведь планировал забыть девушку, а не думать о ней спустя неделю. Но кадры их совместного прошлого упрямо проносились перед глазами. *** Третий курс университета. В мыслях только курсовая и будущая сессия. И влюбляться совсем не входило в планы Арсения. У него много дел: учёба, домашка, театр в конце концов. Он прилежный студент, минимум пропусков, максимум дополнительных заданий, и часы, проведённые в библиотеке, где все его уже знали. Кроме девушки, которая появилась там в конце зимы. Она тоже подолгу засиживалась за книгами и тетрадями, усердно что-то переписывая. Их знакомство было достаточно банальным. Перед началом сессии библиотека была непривычно заполнена, и свободных мест за столиками не оказалось, поэтому, когда над Арсением появился какой-то силуэт, он совсем не удивился, и предупредив вопрос, кивнул головой на свободное место напротив. А когда поднял глаза, увидел ту самую девушку. Разговор завязался сам по себе, и спустя неделю он провожал её домой, а ещё через некоторое время встречал у того же дома с цветами, которые покупал на остатки стипендии. Не шикарные розы, но Алёне нравилось. Отношения начались и развивались плавно, будто у них впереди ещё вся жизнь и куча времени. На четвёртом курсе они съехались в небольшую съемную квартиру, где прожили ещё некоторое время после окончания универа. Потом Попов решил, что хочет открыть своё дело, а девушка его поддержала. Во всём поддерживала. Так и открылось агентство. –Алён, я не могу, мы снова потеряли крупных клиентов, я не справляюсь. Почему ты не сказала сразу, что всё это плохая идея? Зачем ты поверила в меня? — после очередной сорванной сделки он пришёл домой бледнее мела с трясущимися руками. Он вошёл в комнату, где сидела его девушка, и рухнул рядом с ней на диван. –Арс, послушай меня, — она обхватила его щёки руками, и подняла лицо, чтобы тот смотрел ей в глаза, — Я поверила в тебя и тебе, потому что ты сможешь. Даже сейчас верю. Ты справишься с любыми трудностями, а я буду рядом. Проигранный бой не равно проигранная война, помнишь? Она прижала мужчину к себе, нежно перебирая волосы. Поддержка чувствовалась в воздухе. Вся комната пропиталась теплом и любовью, они просочились в воздух, наполняя лёгкие спокойствием. –Я не перестану верить в тебя даже если ты решишь закрыть это дело, и найдёшь себя в чём-то другом, только не угасай. Не потеряй тот огонёк в глазах, в который я влюбилась полтора года назад. Эти слова ещё больше растрогали Арсения. –За что ты мне такая хорошая? Будь со мной всегда, пожалуйста. В ответ — мягкая улыбка. –Буду, Арсений, если ты будешь всегда со мной. *** — Арсений, твою мать, ты опять завис, — в чувство его привёл голос Серёжи, который щелкал перед глазами. –Прости, просто задумался что-то. О чём ты говорил? –О том, что хочу через ещё пару свиданий предложить Соне съехаться. –А ты не сильно спешишь? — Арсений снова отпил из стакана. –Куда тянуть-то, если у нас уже всё хорошо? –Ну, наверное. –А ты что? Ни с кем не знакомишься? Хранишь верность шлюхе? — серьёзно спросил Матвиенко. –Не говори так, пожалуйста, — устало попросил Попов. До сих пор такие слова в её сторону было сложно слушать. Даже сам он не позволял себе так выражаться, хотя имел право, наверное. –Да как не говорить, блять? — повысил голос Серёжа, — Она изменяла тебе в вашей же постели, а ты до сих пор защищаешь её? Ты защищал её всё то время, что тебе пытались открыть глаза, и где ты сейчас? Опомнись уже. Арсению правда некоторое время до того, как он застукал девушку, говорили о её похождениях, но он даже мысли такой не допускал. У них ведь всё было хорошо, как такое могло случиться? Было ведь? –Во-первых, её поступок не отменяет того, что она женщина, а к ним такие выражения не допустимы, а во-вторых, да, она мне изменяла, но я не прощал этого, а ушёл от неё. А поливать сейчас её грязью — равно оскорблять мой выбор. Человека, с которым я прожил, на минуточку пять лет. Напротив послышался тяжёлый вздох. В этом плане они были разными. Арсению мама привила уважение к женщинам, и никогда он не позволял себе резко выражаться в их сторону. Серёжа в то же время мог высказать в сторону женщины всё, что думает. Иногда они сильно ссорились по этому поводу, но всегда мирились, а со временем стали принимать друг друга со всеми тараканами, ведь жалко было потерять человека, с которым провёл бок о бок большую часть своей жизни, который стал не просто другом — братом. Они ломали свою дружбу несколько раз, но каждый из них снова приходили друг к другу, ведь в одиночку всё уже как-то не так. –Ладно, мне тебя не переубедить, но вернёмся к вопросу. Как у тебя на личном? — Серёжа поднял руки в сдающемся жесте. –Да никак, Серёг, пусто, тихо, мёртво. –А почему? Ты вообще ни с кем не общаешься, или как? Эти вопросы Попову совсем не нравились, но ответить нужно было. –Общаюсь, с соседом познакомился, он вроде нормальный мужик. Вчера пили вместе. Собеседник удивлённо поднял брови. –То есть, сначала «Серёж, я не могу смотреть на алкоголь», — он перекривил друга, — А потом пьёшь с соседом? Неплохо. –Ну что ты начинаешь, я уже немного отошёл, а вчера был день тяжёлый, нужно было расслабиться, и всё так сложилось. –Вы переспали? Теперь удивляться пришлось Попову. –Совсем что ли? Я с девушкой пять лет жил, какой переспали? Да ещё и с парнем. –Ага, а до этой твоей девушки думаешь я ничего не помню? — ухмыльнулся Серёжа, — Как его звали? Рустам? –Руслан, — Арсений прокашлялся, — И ничего такого у нас не было, мы только на втором курсе были, ошибка молодости. На это заявление Серёжа рассмеялся. Алкоголь делал своё дело. Дальше диалог поворачивал не туда, друг пытался убедить Попова, что ему нужно забыть бывшую, и начать отношения с новым знакомым, или подцепить кого-нибудь сегодня в баре. –Так, Серый, остановись пока мы окончательно не закопались, — он допил непонятно какой по счету стакан, и поставил его на стол, — Мы сейчас рассчитываемся, а потом вызываем такси и без приключений едем по домам, слышишь? –Попович, ты всегда таким нудным был, скажи? Вопрос был скорее риторическим, поэтому Арсений его проигнорировал. Помогая другу передвигаться, он вывел их из бара. На свежем воздухе было намного легче думать, и с вызовом такси мужчина справился достаточно быстро. Когда машина приехала, он погрузил туда друга, назвал его адрес и доплатил водителю, чтобы тот провёл почти спящего друга до самой квартиры, ведь сам был не в состоянии сделать это, и предпочёл оставите немного сил для себя, чтобы добраться домой. Когда Арсений захлопнул дверь автомобиля, выходя из него и направляясь к подъезду, он услышал какой-то отдалённый шум. Наверное, кто-то из соседей выясняет отношения, ничего странного. И в своих мыслях он был бесконечно прав, ведь войдя в подъезд, а после поднявшись на свой этаж, он заметил источник шума. Это правда были соседи. Точнее конкретный сосед и какая-то девушка. Крик на этаже был слишком громким, мужчина даже прикрыл уши на несколько секунд, но любопытство взяло верх. –Ты не можешь просто так выйти из дел, Шастун! — крикнула блондинка в лицо Антону. –Ты что-то путаешь, потому что я в ваши дела не входил, чтобы из них выходить, — спокойнее, чем его собеседница, ответил тот. –Да мой отец тебя пригрел, он дал тебе больше, чем ты мог себе представить, ты не имеешь права поступать так, — никак не успокаивалась девушка. –Ира, если ты сейчас не прекратишь этот цирк, я сделаю ровно три звонка, а через семь минут в вашем доме будут опергруппа, — всё так же ровно говорил Шастун. Вот это мощно. Арсений наблюдал за этим диалогом не понимая ровно ничего, но то, как отвечал сосед, его по-настоящему впечатлило. –Только дёрнись и твои мозги размажут по стене. Ты даже вдохнуть не успеешь, ублюдок, — ядовито прошипела она в лицо парню. Слова, которые должны были напугать Антона, на деле только рассмешили его. Он облокотился на стену, оставаясь таким же расслабленным, как и до этого. Но спустя несколько десятков секунд, он снова посерьёзнел, и приблизившись к, как он её называл, Ирине, тихо сказал: –Ты думаешь, что имея столько компромата, я не подумал о случае, если меня убьют? Ты уже проиграла, поэтому захлопнись и отзови своих шавок, а затем наслаждайся свободой со своим папочкой, пока можешь. Эта реплика была финальной, после сказанного парень ушёл в свою квартиру, а девушка присела на лестницу, обхватив голову руками. Она не плакала, но тяжело дышала. Арсений не хотел впутываться в это даже по пьяни, поэтому прошёл мимо неё и принялся открывать дверь своей квартиры. Думать об услышанном совсем не хотелось, поэтому он, зайдя домой, лишь снял обувь и пальто, а потом завалился на диван в гостиной, ведь спальня была почему-то недостижимо далеко. Он подумает об этом когда-нибудь. Обязательно обо всём подумает.