Твой любимый кофе

      Мелисса очнулась в холоде. Она резко начала учащённо дышать, чувствуя, что от этого её скоро стошнит. Тело было покрыто небольшими мурашками, а светлые волоски по периметру тела встали вверх. Концы пальцев рук и ног были твёрдыми и ледяными от испуга.       Она открыла свои очи, но сразу как сделала это, прикрыла их ладонями. Страх за жизнь по пятам преследовал её с того момента, как она очнулась. Было жутко предполагать о том, где она находится, но на отважный момент первого взгляда она не решалась. Хоть руки и дрожали, но держала она их крепко. Будто это было действенным способом самообороны.       Наконец Мелисса решилась на храбрый поступок и отодвинула руки от глаз. К счастью, бояться оказалось нечего. Она осмотрела местность. Это была белая палата больницы. Скорее всего частной. Оборудование было новым, а матрас мягким.       На стуле сбоку она заприметила знакомую фигуру. Глеб, скрестив руки у груди, сопел на мягком замшевом кресле рядом. Из его светлых прядей снова был собран неаккуратный хвост. Неужели он её спас? Что-то из реалий семейных американских ситкомов. Не верилось, что всё обошлось так хорошо и она была найдена, а затем спасена.       Внезапно блондин медленно раскрыл свои глаза, а после сонно потёр их пальцами. Он медленно привстал вверх, подтянув своё тело ближе к спинке мягкого кресла. Глеб посмотрел на Мелиссу и, увидев, что та тоже не спит подтянул уголки губ, раскрывая взгляд на свои белоснежные зубы.       Девушка же в это время чуть испугалась, увидев его резкие движения после сна. Она инстинктивно отодвинулась в противоположную от него сторону и плотно сжала губы.       Он неторопливо, всё ещё отходя от сна, встал со своего места и пошёл к кровати. Мелисса начала медленно отодвигаться от него дальше и дальше, уже не контролируя себя. После того, что произошло с Егором ей стало боязно от людей. Их действия не были чем-то запланированы. В них не было особой логики или указаний. Каждый мог сделать с ней всё, что хочет. И это подтвердилось, когда её бесцеремонно увезли в трущобы.       — Как самочувствие? Всё хорошо? — подходя всё ближе и ближе спросил Глеб.       А Мелисса же, продолжала отодвигать себя к самому краю кровати, пока её рука не свалилась вниз. За первой рукой упала и вторая, отправляя девушку вниз. Глеб заметил, что она начала стремительно направляться вниз. Поэтому, в тот же миг, он подбежал к её постели и схватил её за хрупкую талию.       Она была ужасно тонкой. Словно она совсем не ела. За мешковатой одеждой сложно было заметить её худобу. К её фигуре идеально подходил фразеологизм «кожа да кости». Не обращая внимания на удивительную и кажется даже нездоровое телосложение ему заметился её постоянный холод. Даже сейчас, когда она несколько часов пролежала под тяжёлым одеялом, её кожа была ледяной. Он почувствовал через ткань броский хлад. Это пугало, но выделяло её из всех остальных.       Мелисса, почувствовав чужие руки на своём теле, защитно сложила руки к лицу. Защищаться она совсем не умела, что было весьма понятно по её неудачным попыткам самообороны.       Глеб поднял её обратно на кровать, а сам присел на корточки. Мелисса убрала с глаз ладони. Они жутко тряслись. То ли от холода, то ли от страха. Она сама не особо понимала такого состояния своего организма.       — Это ты меня спас? — дрожащим голосом спросила Мелисса. — Я очень благодарна тебе за то, что ты здесь, — она сильно зарылась в одеяло и посмотрела на него украдкой.       — Тогда почему так боишься меня? Я никогда не причиню тебе зла. Клянусь — он хотел взять её за руку, но сразу себя осёк. В компании с ней стоит забыть о касаниях. — С той мразью я разберусь. Просто подожди немного. И сможешь жить без опаски.       — Как ты узнал адрес? — пытаясь себя успокоить, она стянула одеяло до плеч и чуть привстала, опираясь о спинку белоснежной кровати.       — Если постараться, то можно найти всё, — он слегка улыбнулся. Её детская наивность забавляла. — Особенно с моими связями.       — Спасибо, даже не знаю как тебя отблагодарить, — она задумалась о подарке или услуге, которые она могла бы ему преподнести, но в голову ничего не приходило. Зато в ней крепко засел Егор. Она боялась, что он сможет снова её украсть, что было весьма вероятно. Он знал её адрес, место учёбы и место работы. Стать жертвой легче, чем выжить.       От этого у неё тряслись руки. Слегка подрагивало тело. И быстро билось сердце. Она не понимала почему её даже в больнице преследует дотошное чувство страха. В голове всё снова и снова проигрывались воспоминания с того дня. Мелисса даже не знала когда это было. Сколько она проспала и произошло ли что-то с её близкими. Вопросы её усыпали по самую макушку. Тяжело было представить то, как она возвращается к обычной жизни. Теперь её дни будут совсем другими. Она будет чересчур смятенной и вдумчивой.       — Не стоит благодарности, просто впредь будь аккуратнее, — его слова ещё большее её напрягли. Как это понять? Как быть аккуратней, когда твой потенциальный убийца может поджидать тебя в любом месте твоего обитания. Она чувствовала, что начинает становиться параноиком даже будучи в безопасности. Разве она заслужила это? Почему она должна страдать из-за своего отца. Уезжая от него за тысячи километров она ожидала далеко не этого.       — Сколько я была без сознания? — Мелисса снова покусывала свои пухлые алые губы. Они уже успели иссушиться и покрыться кровавыми ранами за эти нервные дни. Привычка кусать нижнюю губу при любой беспокойной ситуации осталась после жизни с папой.       — Чуть меньше суток, — с лёгкостью ответил он. — Кстати, твоя подруга приходила. Сидела тут несколько часов. Хотела ещё остаться, но её выпроводили. Советую ей написать, она так волновалась за тебя.       — А ты тогда почему здесь? — недоуменно спросила Мелисса.       — Деньги решают многие вопросы, — усмехнулся Глеб. Он был удивительно счастлив сегодня. — А ещё я соврал, что ты моя невеста. Так что не удивляйся если что-то такое спросят, — он поднялся с корточек, от чего Мелисса чуть вздрогнула. Теперь её пугали любые движения.       — Ты сидел здесь все эти сутки? — она чувствовала стыд за своё состояние. За то, что он её спас и за то, что скорее всего пробыл здесь всё это время. А ведь они почти не знакомы.       — Не хотел, чтобы ты испугалась, когда оказалась здесь одна. Я понимаю, что ты пережила ужасное событие и сейчас тебе должно быть хреново, — он посмотрел в её светлые зелёные глаза. Они всегда были яркими и полными надежды на будущую жизнь. Этот взгляд каждый раз заставлял его глупо улыбнуться. Словно он маленький ребёнок. Но сейчас всё было совсем по-другому. Яркий зелёный превратился в какую-то серую безжизненную массу. В них больше не было ни радости, ни надежды. Осталась лишь скорбь и страх. От этого взгляда хотелось ужаснуться. Но он лишь делал новый глубокий вздох и старался улыбаться. Получалось у него плохо. Натянутая нервная улыбка выглядела плохо. Он знал, что ей нужна помощь и поддержка. Сломанному легко понять сломанного. Поэтому бросать её в беде он не собирался. Если он начал какое-то дело, то обязательно его закончит. Глеб пообещал себе, что спасёт её от этих проблем и не ждал ничего взамен. Принял это как игру. С неотъемлемым азартом. Он никогда ничего не оставлял незаконченным. И именно поэтому сейчас он известен на большую аудиторию. Благодаря своей целеустремлённости.       — Спасибо тебе большое. Сколько я должна за лечение? — рассчитывая в уме предполагаемую сумму за сутки в частной больнице спросила Мелисса. Придётся потратить все свои сбережения.       — Нисколько. Просто цени мою доброту и на этом всё. Неважно сколько это всё стоило, — он пошёл в сторону двери. — Пойду скажу врачам, что ты очнулась. Не теряй.       Из его слов она поняла одно. Нужно узнать сумму и отдать всё до копейки. Сколько бы это не стоило. Она была обязана вернуть ему эти деньги. Принципы были дороже, чем новое платьице или телефон. Он не обязан платить за неё и она это знала.       В палату вошёл высокий мужчина средних лет. На нём был белоснежный, как и комната, халат и очки с тонкой золотой оправой. Нетрудно было догадаться, что это тот самый врач, за которым пошёл Глеб. Но после мужчины в палату никто не зашёл. Это заставило Мелиссу напрячься.       — Здравствуйте, Мелисса Дмитриевна, как ваше самочувствие? Ничего не болит? — он подходил всё ближе и ближе. У Мелиссы в это время всё быстрее билось сердце. Она понимала, что врач не причинит ей вреда, но всё равно боялась каждого его шага.       — Здравствуйте, всё хорошо, но чувствую слабость, — она еле выдавила из себя лёгкую улыбку, поджав губы внутрь.       — Ну и хорошо, — он крепко схватил её за шею. — Думала сольёшься как и твой папа? Всё в силе. Егор ждёт от тебя денег, — она начала кричать, но он тут же закрыл ей рот. От его шершавой руки неприятно пахло сигаретами и железом. Из глаз снова потекли слёзы. Она пыталась высвободить шею от его рук но он сжимал всё сильнее. — Если денег не будет до конца недели, то готовься попрощаться с жизнью.       Дверь распахнулась. На пороге стояли Глеб и ещё один мужчина в халате. Блондин, увидев Мелиссу, ужаснулся и тут же побежал к «лжедоктору», а тот в свою очередь отпустил руки и побежал к окну. Бежать к выходу не было смысла. Его бы сразу схватили. Он посмотрел вниз и примерил место падения. Затем закинул ногу на подоконник и собрался спрыгнуть. Но Глеб ухватился за ногу, оставшуюся на полу, и резко потянул её назад. Мужчина попытался ухватиться за что-то, но у него не получилось. Поэтому он упал на холодный паркет. Из его носа пошла бордовая кровь. Все эти события всё больше напоминали Мелиссе о том, что сделал с ней Егор. Всё тело снова тряслось, а по щекам, не переставая, шли солёные слёзы.       — Ты её не спасёшь даже если изобьёшь меня до смерти, — сняв разбитые очки сказал мужчина. В его лицо впилось несколько осколков битого стекла, но он не обращал внимания. Такой же отбитый, как и его главарь. — Ты даже не представляешь как нас много, — он вытер с кровь из-под носа и посмотрел Глебу в лицо. — А вот я могу сказать, что меня избил сам Глеб Голубин. И кто тогда выиграет? — блондин, скрипнув зубами, ударил его в лицо. Он пытался удержать себя, но после его последней реплики он решил забить на все возможные правила и решил просто сделать то, что хочет.       — Ещё никто не помешал моим планам. И никогда не будет, — пока он это говорил, мужчина перевернулся вместе с ним, тем самым повалив уже Глеба на пол. Он недолго думая ударил блондина в лицо. Мужчине точно было нечего терять поэтому он не задумываясь ответил. Затем он ударил снова. Глеб не сопротивлялся. Он чувствовал во рту вязкую кровь со вкусом железа и подумал о том, как будет действовать дальше.       Вдруг в палату вошли два охранника в чёрной униформе. Они схватили мужчину под руки и вывели из помещения. На обратном пути он был удивительно тих. Его волокли по коридору, размазывая кровь о белый кафель. Как же мерзко. Глеб отвернулся от двери и подошёл к Мелиссе.       — Лис, у тебя всё хорошо? — он осмотрел её новую рану и тяжело вздохнул. На её белой фарфоровой шее были красные следы от рук. Глеб хотел убить его. В нём таилось чувство ярости и желания мести. Такого он раньше не чувствовал. Он не смог её защитить. Но обещал, что всё будет хорошо. В этом определённо была его вина. Она пережила слишком много за эти дни. Сердце неприятно сжималось лишь от одного взгляда на красные следы.       Мелисса еле выдавила из себя краткое «да». Из глаз всё шли слёзы. Она пыталась успокоиться и сделать дыхание глубже, но новые порции воздуха получалось брать только по чуть-чуть. Было невыносимо смотреть на разбитое лицо Глеба. Под его носом было много крови, а на брови была небольшая ссадина. Её мучила совесть. Ведь он этого не заслужил. Его папа ничего им не сделал. Тем более он. Он не должен был вмешиваться в их дела с самого начала. Но теперь поздно о чём-то думать. Глеб уже спас её от Егора, а теперь и от этого здоровяка.       — Я же вижу, что нет. Вопрос был скорее риторическим, — он провёл рукой вверх по волосам. Кажется это было его привычкой. Мелисса часто замечала его за этим. — Клянусь, что с этого момента они тебя не тронут. Прости меня дурака, что оставил тебя одну. Я даже не думал, что они могут, — он сделал паузу. Было видно, что ему тяжело принимать то, что на неё снова напали.       — Глеб, ты не виноват. Ты не обязан меня защищать. И тем более не должен винить себя за то, что со мной случилось. В этом абсолютно нет твоей вины. Это мои проблемы. И решать их должна я, — после того, как она назвала его имя все слова поплыли. Казалось бы, четыре обычные буквы, но из её уст они были совсем другими. Мягкими и протяжными. Говорила она быстро, но в этом слове он запомнил каждый звук.       — А вы почему чужих пускаете в здание? — Глеб повернулся к доктору, который в это время осматривал состояние Мелиссы. — Больница не из дешёвых, а охрана прохлаждается, — от этих слов шатенка вновь вспомнила о счёте, который ей предстояло оплатить и прикусила губу.       — Нам жаль, что вашей невесте пришлось пережить нападение, — Мелисса на секунду смутилась, но затем вспомнила о словах Глеба. — Мы приносим извинения за этот инцидент и обещаем, что такого больше не повторится, — врач говорил глядя вниз. Он боялся Глеба после той драки и решил быть честен с ним. Ему было стыдно поднять глаза, но вину клиники он принял. Хоть и тяжело. — Состояние у неё удовлетворительное можно выписывать, — записав что-то в кожаный блокнот сказал врач.       — Спасибо на этом, — Глеб взглянул на время, а затем посмотрел на девушку, — Лис, сможешь сама собраться? — она положительно кивнула.       Было тяжко даже думать о возвращении домой. Там её могли ожидать шестёрки Егора. Или даже он сам. Её жизнь поделилась на до и после. Нужно было где-то отыскать деньги. Срочно. Нельзя терять ни секунды. Но разве они оставят её в покое когда заберут деньги. Маловероятно. Они с легкостью могут убить её, а затем перейти на родственников. И всё это из-за человека, которого она со скрежетом зубов называла папой. Он не дал ей ничего кроме крыши над головой и уймы проблем.       Глеб с Мелиссой оформили нужные бумаги и вышли на улицу. Погода была тёплой и солнечной. Лёгкий ветер развивал свободную больничную пижаму. Девушка предпочла остаться в ней. Потому что снова надевать одежду, в которой её пытались убить совсем не хотелось.       Они сели в машину, но заводить её Глеб не собирался. Он что-то нервно читал в телефоне, а затем посмотрел на Мелиссу. Позади неё солнце уходило за горизонт, поэтому некоторые пряди её волос светились золотым. Глеб рассматривал каждый миллиметр её худого тела и тяжело вздыхал. На ней были новые гематомы и ссадины, но даже так она выглядела хорошо. Что-то в её внешности крепко цепляло и не отпускало. Ему хотелось смотреть на неё снова и снова. Рассмотреть каждый изгиб и услышать каждый вдох. К ней неистово тянуло. Даже после суток в больнице она выглядела хорошо. Так же пахла топлёной карамелью. И была такой же ухоженной.       — Что он тебе сказал? Перед тем, как начать душить, — он взглянул к ней в глаза. Они были полны страха и он не знал как может ей помочь. — Прости если тебя задевает этот вопрос, но я искренне пытаюсь тебе помочь, — не услышав от неё ответа продолжил парень.       — Не хочу нагружать тебя делами нашей семьи, — тихо ответила Мелисса. — Я сама справлюсь со своими проблемами. Ещё раз спасибо за помощь. Но дальше я сама, — в горле образовался ком. Конечно она не справлялась с тем, что на неё навалилось. Но показывать себя слабым значит быть слабым. Не так ли?       — Лиса, хватит думать, что ты ебать крутая и можешь сделать всё сама, — в эту секунду она всерьёз подумала о его возможности читать мысли, но быстро передумала. В такой бред она никогда не поверит. — Я же вижу, что ты в тяжелой ситуации. Думаю твоя гордость потерпит одно поражение. — он завёл машину и двинулся в путь, пока Мелисса молчала.       — Раз хочешь помочь, тогда мне нужно пять миллионов. До конца недели, — выдохнув через пять минут паузы сказала Мелисса.       — Неожиданно, — поперхнувшись ответил Глеб. — Дай угадаю. Этот бугай сказал, что если ты не принесёшь их главарю пять лямов до конца недели, то они тебя убьют. Не так ли? — он знал эти сценарии наизусть. Дешёвая драма о нелегале и его дочке. Такое случалось слишком часто. — Раз ты молчишь значит угадал. Назначь с ним встречу и скинь мне адрес. Завтра у меня концерт. Так что давай на послезавтра. Я приду и разберусь с ними раз и навсегда, — не отвлекаясь от руля сказал Глеб.       — Я не могу просто оставить это на тебя. Их слишком много. Тем более они могут поджидать меня где угодно. Егор знает почти всё обо мне. Я дура, думала, что мы подружимся. Даже сейчас. Я сижу в машине какого-то незнакомца и рассказываю ему о своих проблемах, — Мелисса устала потёрла глаза и легла на кожаное кресло.       — Егор это тот, что избил тебя первым? — Мелисса положительно кивнула. — Ты конечно наивная, но не дура. Я знаменитая личность. Если это тебя успокоит, то мне невыгодно делать с тобой что-то плохое. У меня только расцветает карьера и садиться в тюрьму я пока не собирался. Так что мне ты довериться можешь. Но как можно было начать общаться с Егором. Он же даже выглядит как конченный сука, — Глеб сжал в руках руль и поехал быстрее. Мелисса вздрогнула от резкой смены скорости. Эта привычка появилась сегодня, но уже успела её выбесить. Она боялась абсолютно всего, что двигалось и даже стояло. В особенности людей. Казалось, что каждый мог оказаться тайным шпионом или даже киллером. Но она лишь старалась не обращать на это внимания. — Я могу довозить тебя до университета, дома и работы. Думаю, что в общественных местах они тебя не поймают.       — Что ты хочешь взамен? — всё не может быть так просто. В этом должна быть его выгода. Может он заодно с Егором? Весьма вероятно. Он не может помогать ей просто так.       — Раз ты так хочешь что-то взамен, то я хочу пойти с тобой на свидание, — он остановил машину на обочине и взглянул на Мелиссу. От этого она вздохнула. Всё это слишком резко и неожиданно. Теперь движения в её сторону пугали ещё больше. — Что думаешь насчёт этого? — он был всё ближе и ближе, а шатенка всё дальше. Руки снова похолодели и она начала кусать нижнюю губу.       — Ты конечно сделал для меня многое, — слова давались тяжело. В горле было сухо и горько. — Прости, просто сейчас моя голова заполнена только мыслями о том, как мне выжить, — она снова укусила нижнюю губу и почувствовала долгожданный вкус железа. Было тяжело отказать ему, помня, что он для неё сделал.       — Значит я не в твоём вкусе. Понял, — это было сильным ударом по его самомнению. Раньше ему никогда не отказывали девушки. Все хотели быть вместе с молодым рэпером. Девушки всё время к нему тянулись и лапали. Хотели быть ближе. Но она. Не хотелось даже думать о первом отказе.       — Просто понимаешь, — она тихо протянула. Она мучительно вытягивала из себя слово за словом. После двух инцидентов за последние дни говорить было особенно тяжело. Слова сворачивались в твёрдые комочки и застревали в горле. Тем более он задал ей вопрос, ответ на который она сама не знает. Глеб её не особо привлекал, но и не был страшным.       — Я понимаю, что девушки имеют ввиду когда так говорят, — прервал её Глеб. — Но я тебе всё равно помогу. Оставить тебя в таком состоянии я не смогу. Но потом я просто уйду. И мы снова будем незнакомыми друг другу людьми. Просто помни обо мне хорошо, когда я помогу тебе разобраться с ними. А я запомню тебя как очаровательную девушку с яркими зелёными глазами, — он не отрывал от неё взгляда. Словно хотел запомнить каждую её частичку. Глупо улыбался и поджимал губы в ниточку. Он уже давно не чувствовал себя таким живым.