night in june.

~леша. я чувствую себя гораздо лучше, начинаю больше проводить времени с Олегом, от этого так же больно, но в то же время приятно. я больше не отрицаю свою любовь к нему, больше не пытаюсь от этого отделаться или как то избавиться, нет. я живу с этим, я принимаю это. я научился жить с этой болью, которую лишь заставляю затихнуть, когда он рядом. скоро уже весна, а это значит, что снова будет мокро, грязно. но пока что лишь февраль, поэтому этим нужно наслаждаться. теперь с Олегом я могу возвращаться с работы, а могу прости ходить с ним гулять, я часто сижу с ним на кухне, пока он говорит есть и я уже просто отвык от лапши быстрого приготовления, или же уже готовой еды. я ел то, что приготовит Олег и наслаждался каждый раз, будто ем в первые. не знаю, кажется, это было даже вкуснее, чем в каких либо ресторанах. хотя Олег и работает там, но ни одно заведение не сравнится с тем, как готовит Олег. это вкусно и я готов был есть всегда и постоянно, даже с учётом того, что еду я особо не принимаю и мне привычнее голодать днями. мы собираемся ехать в Украину. я просто в гости, а Олег забрать вещи. он нашел себе квартиру, будет переезжать. от этого становится даже печально, я уже привык к нему, к тому, что он живёт у тебя, ходит тут и просто к его присутствию. привык к его запаху, которым он заполнил весь зал, и отпускать это кажется будет больно. я не привязан, я просто люблю. долго люблю, а сейчас почувствовал его рядом, совсем близко и отпустить его вновь на километры от меня будет трудно. я не скажу об этом, я переживу. у него безумно красивые глаза, в которых я готов был утонуть. как зерна кофе, которыми он пахнет, как лес в ночи. его черные кудрявые волосы мне тоже нравились. он один раз пришел ко мне на работу и все время смотрел на него, пока я старался и не поворачиваться в его сторону. это давалось трудно, я хотел наблюдать за ним. как он пьет, а потом кладет руки на барную стойку и укладывает на них голову. смотрит на меня и не отводит глаз. я готов был сесть рядом и так же само положить руки склонив голову, чтобы смотреть в его глаза, которые завораживали как никто другой. только его карие были такими яркими в моих глазах. только его карие так светились заставляя тонуть в них, и я тонул. в Украине нас ждала встреча на восемь часов, только мне даже не пришлось никуда идти, я жил у Кристины с Данилом, ведь свою продал. первым пришел Олег, а за ним минут через пять и все остальные. я сидел на диване, пока Олег рассказывал про Игоря, я вставлял свои фразы и становилось так мерзко, особенно вспоминать все детали. вспоминать эти мерзкие моменты, когда я запрещал и смотреть себе в сторону Олега. естественно, об этом никто не знает и никогда не узнает, это лишь мои личные воспоминания, но они были ужасны. будь у меня возможность степень память, я бы обязательно занялся этим фрагментом моей жизни. я оставлял Олегу свои сигареты, а теперь прошу отдать их, чтобы выйти покурить, он отдает и я покидаю комнату выходя на свежий воздух. мне в лицо дует ветер, а после я замечаю, что идёт снег, который залетал на балкон. он не был застеклённым, поэтому я облокачиваюсь об перила и спокойно курю, выдыхая дым. старался ни о чем не думать, но это не получалось, мне вновь напомнили про Игоря и все мелочи, которые я прорабатывал сам с собой несколько месяцев, теперь это вновь все всплыло в моей голове и становится даже дурно. я докуриваю вторую сигарету и выхожу из балкона проводя рукой по волосам, чтобы сбить снег. в комнате я вновь сажусь на диван и слушаю то, о чем тут говорят. они собирались оставаться тут на ночь, а я сидел и даже не парился о том, что придется куда то идти, я тут спал и буду спать, пока не вернусь в Германию. знаю, что нужно искать квартиру, ведь каждый раз оставаться у Кристины тоже неправильно, им может быть неудобно, но пока что я не имею на это возможности. мы слушали рассказ Макса, но я особо не вникал в него, смотрел то на Олега, то в телефон, иногда просто думал о своем не обращая внимания на мир. я вижу, как Макс случайно задевает голову Олега, и пугаюсь до смерти, но все кажется хорошо, они смеются, Макс извиняется, а после я все время смотрю на Олега не сводя взгляда, и не зря. он мутнеет, я вижу, а когда он и сам это почувствовал то поднимает на меня взгляд прежде чем упасть и потерять сознание. он упал и вновь ударился головой, все смотрят на него, а я встаю и приподнимаю его, пытаясь позвать. у него есть пульс, я сразу проверяю это, но все равно прошу вызвать скорую, мало ли. не зря, пульс слабеет, а машины ещё нет. я веду себя спокойно, безразлично, а в душе готов кричать, внутри меня ураган, который я не могу остановить, мне страшно за него. мы сносим его вниз, когда приезжает машина, а после едем в больницу, где его забирают у нас и дальше не пропускают. я смотрю как его увозят и становится пусто, я не знаю, что со мной произошло в тот момент. мы все сидели в больнице и чуть ли не молились, чтобы все было хорошо. я знал, что все будет хорошо, ведь он всегда выбирался из этого, и в этот раз тоже обязательно выберется. это же Олег, да и удар не был таким сильным, но я помню слова врача, который говорил: «любой мелкий удар может привести к летальному исходу, будьте осторожны.» я не знал, сколько раз Олег уже попадает вот так в больницу, но при мне уже второй раз буквально за месяц. я вспоминаю Игоря, который его тоже бил, вдруг удар был в голову? у него ведь ещё тогда с носа кровь пошла, он мог ударить в лицо, но это так же могло отдать и в голову, а сейчас его просто добили. у меня не получается отогнать эти мысли, я лишь больше погружаюсь в них, заставляя страдать себя. рядом со мной была Кристина, а парни вышли на улице покурить. я боялся, но даже при Кристине старался этого не показывать. проходит несколько часов, прежде чем я вижу того врача, что забрал Олега, а рядом с ним на вот этой тележке-каталке тело. в черном мишке. тело.. Кристина тоже видит это и прикрывает рукой рот, а я смотрю и вижу, как его везут куда то, кажется, в морг. к нам выходит второй врач. я уже знал, что нам скажут и был прав. —нам жаль, мы сделали все, что было в наших силах. извините. она уходит, а я готов был упасть на колени прямо тут и орать, орать срывая голос. он умер, его не спасли. я не зря боялся, черт возьми. к нам возвращаются парни и Кристина говорит, что Олега больше нет. я не помню их реакции, ничего не помню, я лишь стоял и понимал, что я потерял часть своего смысла, часть себя и своей жизни. меня сломали. следующие несколько дней я помню плохо, мы скидываемся на похороны Олега, а после наступает сам день похорон. его не кремировали, его будут закапывать в землю. мне тяжело это осознать, от я все равно еду с Кристиной и Данилом на кладбище, где уже все были и была даже готова яма. он лежит в гробу чем то укрытый, все подходят к нему и прощаются, а я лишь смотрю из далека и не могу поверить. он слишком молод, почему у него забрали возможность дышать? для чего? это же несправедливо.. я не подхожу к нему, а его начинаю закапывать, когда гроб закрывается и забивается маленькими гвоздями. его больше нет, а передо мной его могила, в которой он теперь лежит. его нет с нами. «Тихонов Олег Максимович. 15.07.2002 - 13.02.2024.» мы его похоронили, а я готов был остаться тут и гнить вместе с ним. мы не долго стояли, все стали уходить, плакали, а я стоял как камень, не плакал, не показывал каких то эмоций. просто стоял. Кристина говорит, чтобы я тоже шел, а я говорю, что подъеду позже, хочу ещё постоять. она желает мне удачи и уходит, а я не могу смириться с его смерть, он не мог умереть, он ведь жив. я просто ненормальный, я знал. я хотел сидеть здесь, пока не умру сам. —ты умер, Олег.. умер.. зачем же ты оставил нас. - я говорю ему, когда присаживаясь на корточки и провожу пальцем по земле под которой он сейчас лежит. на улице уже темно, а я так и нахожусь возле его могилы. лежу на земле, где он находится и хочу кричать, мне больно. тебя больше нет.