runway home

Кухонная раковина полна грязной посуды. На полу и столе засохшие светло-коричневые разводы от чая. На обеденном столе оставлен засыхать без пакета хлеб и измазанный в арахисовом масле нож. На холодильнике список дел, прикреплённый магнитом в виде жёлтого смайлика, и ни одна из фраз, написанных резким, угловатым почерком, не зачеркнута. - помыть посуду - прибраться на кухне - приготовить ужин - вымыть пол Чуя всё помнит и без списка, но он всё равно ничего не сделал за сегодня вечер. Он просто устал. Устал морально и физически. Устал из-за учёбы, из-за частыми ссорами с родителями, из-за тренировок, после которых у Чуи хватает сил только завалиться на кровать и сомкнуть глаза, из-за подготовки к экзаменам, из-за частых походов к врачу, т.к у него очень слабое сердце. Он думает, что ему уже не помогут никакие успокоительные и антидепрессанты, выписанные кардиологом и неврологом. Единственный человек, с которым Чуя чувствует себя живым, это – Дазай. От него пахнет вишнёвыми сигаретами и мятной жвачкой. У него глаза цветом кофе, волосы тёплого коричневого оттенка и золотое сердце. В комнате Дазая светло и свежо и в ней всегда присутствует маленький беспорядок: на столе разбросаны пустые банки из-под энергетиков, на подоконнике стоит бычок с выкурившими сигаретами, а постель никогда не убрана. На ней обычно спит его кошка – Присцилла. По всей квартире неаккуратно разложены его вещи. Дом Дазая — укрытие Чуи. Он слышит звук хлопающей двери в прихожей и подскакивает на постели. Чуя бросает взгляд на настенные часы. «Я совсем забыл, что родители сегодня возвращается раньше обычного, — обречённо шепчет Чуя про себя. — Я даже не успел ничего сделать по дому.» Он вплетает пальцы в волосы и тяжело дышит. – Ты снова ничего не сделал по дому? — возмущённо сказала мать Чуи, зайдя в его комнату, даже не поздоровавшись. — Снова весь просидел в телефоне? Отдавай его сюда. Женщина вырвала телефон Чуи из его рук и ушла в другую комнату, чтобы хорошенько там его спрятать. Затем в комнату зашёл отец Чуи и со злобой посмотрел на него. – Скажи мне, пожалуйста, почему мы должны постоянно кричать на тебя и наказывать, чтобы ты наконец начал что-то делать? Ты даже домашнее задание не сделал. — отец Чуи кивнул головой в сторону его стола, где были разложены тетради и учебники. – Я устал. Я хотел отдохнуть немного и потом бы всё сделал. – глаза Чуи заблестели из-за наказывающих слёз. – Значит, посидеть в телефоне у тебя хватает сил, да? – разъярённо ответил отец Чуи. – Ты вообще что-то хочешь делать и менять в своей жизни? Ты только и делаешь, что ноешь и жалуешься о том, как ты устаёшь, хотя ты ничего не делаешь. Отец кричит, Чуя смаргивает с ресниц слёзы. Он пытается замахнуться, и тогда Чуя ловко проскальзывает у него под рукой и выбегает в прихожую. Подхватывает кеды и куртку, истерично всхлипывает, пытаясь подавить сжимающие глотку рыдания, и бежит из адского дома прочь. На улице 8 вечера. Темно. Он бежит и бежит. До тех пор, пока ноги не видит маленький дом, в котором он видит единственное укрытие. Это дом Дазая. Чуя быстро бежит по лестнице на третий этаж и, запыхавшись, начинает настойчиво звонить в звонок. Накахара слышит быстрее шаги, приближающиеся к двери. Щелчок. Дверь резко открылась. Дазай был удивлён, когда увидел Чую. Он тяжело дышал, его волосы были взлохмаченные, глаза опухшие и красные, а ноги еле держали его. – Что случилось? – с беспокойством спросил Дазай. – Я поссорился с родителями и сбежал из дома. – ответил Чуя и из его глаз вновь потекли слёзы. Дазай впустил Накахару к себе, погладив того по спине, и в его ноздри снова ударил такой родной запах сигарет. Осаму сел на кровать и подозвал к себе Чую. – Хочешь есть? – спросил Дазай. В его голосе слышались нотки тепла и заботы. – Нет. Я очень хочу спать. И пить. Дазай молча встал с кровати и пошёл на кухню за стаканом воды. На колени Чуи запрыгнула и начала тереться об его живот. От этого зрелища Наказана не мог не улыбнуться. В комнату зашёл Осаму и дал в руки Чуи стакан воды. Дыхание рыжика наконец-то стало спокойным, а сердце перестало биться так быстро. – Ты в курсе, что от тебя вечно пахнет сигаретами? Ты настолько часто куришь, что запах табака к тебе уже приелся и я думаю, что скоро буду чувствовать его за километр от тебя. – сказал Чуя, сделав пару глотков воды. – Я как раз сейчас собирался пойти покурить на балконе. Спасибо, что напомнил. – сказал Дазай, идя к балкону. – Я с тобой. И дай мне тоже закурить. – Дурак? Ты на себя посмотри. Такой худой и бледный, ещё и сердце еле живое. – Мне кажется или ты волнуешься? – спросил Чуя, резко вставая с кровати. Кошка Дазая быстро спрыгнула на пол. Дазай смутился, не веря самому себе. Ему... не плевать? – Сигарету я тебе всё равно не дам. – сказал Осаму, скрестив руки на груди. – Чувырла. – сказал Чуя. Затем Накахара взял подушкуу с кровати и кинул её в Дазая, но тот ловко её поймал и кинул обратно. – Можно хотя бы с тобой на балконе постоять? – Можно. Дазай и Чуя выходят на балкон и они явно оживились после того, как прохладный воздухом резко подул. Становилось немного холодно, но им плевать. Чуя просто смотрит в никуда, утопая в своих мыслях, а за это время Дазай выкуривает сигарету и потом начинает закуривать и вторую. – А ты в курсе, что курение убивает? – ни с того ни с сего спросил Чуя, смотря вдаль. – Чего? Это же вроде каждому известно. – Дазай вопросительно выгнул бровь, ибо он не ожидал услышать такой глупый вопрос, так ещё и от Чуи. – Тогда почему ты продолжаешь это делать? – Привычка, которая превратилась в зависимость, от которой я уже несколько лет не могу избавиться. – Ты и не хочешь от этого избавляться. – с улыбкой сказал Чуя. – Возможно. – Дазай тоже улыбнулся. – Может, прогуляемся до магазина? У меня сигареты заканчиваются, да и от мороженого я бы не отказался. – Хорошо, давай. – Чуе нужно отвлечься от недавней ссоры с родителями, так что прогулка с его другом (в которого он тайно влюблён) будет как раз кстати.