Фото на память

— Ты уверена? — Катя игриво улыбнулась. — Мы можем сделать это позже, если ты еще не готова. Маша кинула укоризненный взгляд в сторону шутницы.       Уже целый час все вампирские каналы гудят об одном и том же: теперь они могут видеть своё отражение! Никто не знает как и почему это произошло, но теперь остается только факт. Вампиры. Отражаются. В зеркале.       Эта новость действительно взволновала Машу. Она была высшим вампиром, а те не боятся солнечного света и могут спокойно жить среди людей. Получается, что единственное недоступное ей человеческое благо заключалось лишь в возможности взглянуть на свой облик как полагается.       Конечно, девушка часто слышала комплименты в свою сторону от посторонних, принимала описания своей внешности от подруг и сама представляла свою наружность, но этого ей всё равно было мало. И вот, не успела она еще смириться с этой проблемой, как тут же само собой пришло её решение. Да еще так вовремя! Правда, немного неожиданно, что вызвало определенный ряд проблем.       У вампирши дома не было ни одного зеркала, а другие отражающие поверхности очень сильно исказили бы изображение, поэтому было принято решение бежать к подруге, живущей неподалеку и знающей о её секрете. А та, недолго думая, оповестила остальных «осведомленных» членов компании, так что сейчас в её квартире было четверо, а точнее трое людей и один не-человек.       Теперь же сгорающая от нетерпения Маша стояла перед единственным большим зеркалом в доме. Хозяйка квартиры предварительно накрыла его большим плотным полотенцем, желая продлить момент ожидания, усилить эффект и совсем немного побесить остальных. Любя, конечно же.       Желание ознакомиться наконец со своим внешним видом становилось похлеще жажды крови у любого упыря. И верные друзья рядом отнюдь не помогали, настраивая взволнованную девушку на важный шаг.       Риа принесла четыре стакана с «голубой лагуной», сказав, что такое событие точно нужно достойно отпраздновать, а также фотоаппарат. Всё таки пора отвыкать от той игры в прятки, которая начиналась, как только кто-то включал камеру или произносил слово «селфи». По этой же причине маленькая Катя хотела в это утро быть кинооператором-документалистом и снять весь процесс на видео. Не секрет, что это потом стало бы одним из самых пересматриваемых медиа в их общем чате. Ну а вторая Екатерина выпытывала у виновницы торжества о её моральной подготовке.       Странно бояться того, что можешь не понравиться самой себе, но так ли это бессмысленно на самом деле? Проживая свои года в неведении, было легко смириться с каждой навязчивой мыслью, перебивая её чем-нибудь вроде «ой, скорее всего, всё не так страшно», и «я просто себя накручиваю», и «если бы что-то было не так, мне бы сказали». Но теперь всё будет по-другому.       В любом случае, рано или поздно, она всё равно бросит взгляд в темное окно, или случайно включит фронтальную камеру, или встретит «удачно» попавшееся на пути трюмо. Даже если ей и удастся чудом избежать этих бытовых моментов, то одежду в примерочных тоже как-то надо осматривать. Так что всё же лучше быстро пройти это испытание в комфортной обстановке и больше к нему не возвращаться.       Так посудила Маша. Пока шла до Катиного дома. Сейчас же её голову тревожили новые подозрения. Она стояла уже менее уверенно, чем буквально десять минут назад. «А если все окружающие врут? Так положено в их обществе, да еще и правила поведения, этикет… И красота — субъективное понятие… Меня это не должно волновать. Ничего не изменится. Друзья от меня не отвернутся, а остальные приятели ничего и не заметят. Разве что ложь… Но это можно пережить. Я справлюсь. Я же хочу этого, верно?»       Погрузившись в свои рассуждения, Мария не заметила, как синее полотенце с тихим шуршанием слетело с поверхности зеркала и осталось в руках у своей законной владелицы. Вампирша вздрогнула, подняв голову.       Живые ярко-красные глаза в упор смотрели на нее. Судя по всему так торопилась, что забыла надеть привычные изумрудные линзы. Кудрявые волосы украшали её макушку. Она всегда могла дотронуться до них, сделать удобную прическу, но никогда еще не рассматривала их вот так. Лицо было не таким бледным, как у других вампиров, которых она встречала в городе. Ей вспомнилась недавняя шутка одной из Кать: «Ты с нами скоро совсем очеловечишься». Приятная, робкая улыбка тронула уголки её губ. Попробовала шире — показался весь ряд зубов и два белоснежных клыка. Оттуда взгляд переместился снова немного в бок, на щеки, и наткнулся на милые ямочки. Дальше — гладкая шея, будто из мрамора, но обхваченная тонкой золотой цепочкой с небольшой круглой подвеской в виде темного камня. В этот теплый июньский день ей не хотелось думать о необычных и сложных образах, поэтому следующими в глаза бросаются чёрное платье в горошек и темно-зеленая кофта (девочки постоянно твердили о том, что она болотного цвета, но она определенно была темно-зеленой), надетая поверх. Длинные бледные руки застыли в воздухе, не зная, что делать дальше.       Человек с утонченным вкусом не смог бы отвести от нее свой взор, но Маша и сама была такой. Изысканные, роскошные вещи всегда радовали глаз, но теперь её сознание жадно впитывало не блеск драгоценных камней, а каждую мелочь этого обличия.       Через какое-то время ей удалось отвести взгляд от завораживающей картины. Никто из присутствующих никак не пытался, да и не хотел прерывать этот ответственный момент. Катя нажала на кнопку «остановить съемку». — Отлично выгляжу, да? — оставаясь под впечатлением, Маша не особо понимала, что нужно говорить. — Бесподобно. — Выглядишь безупречно, как и всегда. — Ну секс. «Люблю их» — Раз уж ты больше не собираешься скрываться от моей гениальной операторской руки, может быть сделаем хоть одну фотку? — Давайте лучше на мой фотик, так будет атмосфернее. — Думаете стоит? Я еще толком не привыкла, — произнесла Мария, вкладывая в свою фразу больше шутки, чем сомнения. — Абсолютно точно. — Обязательно! — Это же, как-никак, фото на память!