Неисповедимы пути Высших Сил...

Титул династа дарует не только права и привилегии, но и обязанности, от которых не отвертеться. Например, принимать просителей — чаще всего зажиточных горожан или мелких лордов — и решать их проблемы. Когда серьёзные и безотлагательные, а когда и пустяковые споры, какие мог решить любой деревенский жрец. Не то чтобы подобное было в тягость, но порой Флориан охотнее бы потренировался с мечом или слетал лишний раз на осмотр своих владений. Часть просителей взяли на себя Криста и Направляющий — Флориан охотно свалил на них все бабские дрязги, разбирать которые было сложно и попросту скучно. Поначалу находились недовольные, посмевшие тявкать, что не должно омеге вперёд супруга лезть. Но после того, как Флориан доходчиво заткнул самых горластых — претензий к Кристе поубавилось, тем более что судила она справедливо и выслушивала всегда внимательно и беспристрастно. Какая же она умница. За неё точно стоило бороться и стольким пожертвовать. Следуя по мрачным замковым коридорам в обществе телохранителя, Флориан размышлял, не стоило ли и на этот раз позвать с собой Кристу. Ожидавшая его Тень связалась через Направляющего и настоятельно просила о встрече наедине, но от супруги секретов Флориан не имел. Всё-таки стоило предложить ей составить компанию. Как минимум — не пришлось бы оправдываться, если подтвердятся худшие подозрения. Она стояла у окна малой гостиной — тонкая фигурка, замотанная в тёмно-серый плащ с капюшоном. На скрип двери даже не оглянулась, и Флориану это сразу не понравилось. Только бы не то, о чём первым делом подумалось! Флориан застыл на пороге, принюхиваясь, и тут же расслабился — течкой и близко не пахло. Уже неплохо. Нанятую в качестве телохранителя омегу пришлось отправить обратно в храм и попросить поменять её на мужчину. Мерзавка намеревалась использовать Флориана в качестве племенного самца, но недооценила его выдержку. Неприятная получилась ситуация. Нет уж, никаких больше церковных омег женского пола. Сегодняшнюю гостью тоже необходимо поскорее выпроводить вон, как только она объяснит, что за нужда привела её в Гнездо Грифона. Флориан успел сделать несколько шагов вглубь комнаты, когда Тень наконец-то оторвалась от любования видами за стеклом и грациозно развернулась. Подождите-ка, это же… — Да будут к вам милостивы Высшие Силы, лорд Боариу, — сдавленным голосом, будто через силу, поприветствовала она. — Вы меня не узнаёте. Не вопрос — утверждение, но Флориана в этот момент волновало кое-что другое. — Не узнаю, — согласился он, напряжённо всматриваясь в свёрток из серой ткани на руках молодой омеги. То, с какой нежностью и заботой она прижимала его к груди, не оставляло сомнений, что именно Флориан видел перед собой. — Чем могу быть полезен? Тень пришла в Гнездо Грифона с ребёнком. Флориан мало разбирался в детях, но размером тот был не больше сына Теодора и Миранды, так что вряд ли окажется сильно старше. И как это… понимать? Происходящее чем дальше, тем меньше нравилось и категорически не укладывалось в голове. Всё-таки стоило взять с собой Кристу. Не утруждая себя ответом, Тень удобнее разместила ребенка на сгибе локтя и освободившейся рукой стянула с головы капюшон. Неровно-подстриженные рыжие волосы, узкое лисье лицо в россыпи веснушек, обрамлённые белёсыми ресницами синие глаза. И столько в них застыло затаённого горя, что неприятно ёкнуло сердце. Но хуже всего, что Флориан опознал стоявшую перед ним омегу. Та самая Тень, что настигла их группу на границе Чословадже и Ариссии. Та самая Тень, что искала себе одарённого осеменителя по приказу Церкви. Та самая Тень, что провела с Ливиу дни своей течки. Вот же гадство! Флориан лихорадочно сопоставлял в голове сроки, и они, к немалому его ужасу, не оставляли сомнений. Но как так? Почему? Словно подслушав мысли, Тень тяжело сглотнула и прошептала: — Церковь не нуждается в альфах. Но мальчик… он сильный и крепкий. Он… — Умолкла ненадолго, словно собираясь силами, и надломленным голосом продолжила: — Возможно… в замке найдётся для него место. Здоровый и одарённый альфа не будет лишним. Я… мне не хотелось бы отдавать его в крестьянскую семью. Пожалуйста, лорд Боариу. Он тихий ребёнок и не доставит хлопот. Флориан моргнул, наконец-то вспоминая, как дышать. Сохранить непроницаемое лицо вроде бы удалось, даже с мыслями кое-как собраться получилось. Он всё-таки — династ, а не мальчишка зелёный, и должен держаться соответствующе. Даже если от абсурдности ситуации единственным порывом было схватиться за голову и истерически рассмеяться. У Ливиу обнаружился сын, а у Флориана — ещё один племянник. И что с этим делать теперь? Кошмарная ситуация. Можно даже не сомневаться, что Ливиу за свою короткую жизнь успел заделать изнасилованным им девушкам немало бастардов — одним Высшим Силам известно, скольких точно. Флориан не собирался их искать и предпочёл бы вовсе ничего о них не знать. Внебрачные дети редкостью в империи не были, поэтому никто их не считал и как правило ими не интересовался, тем более если эти дети — даже не от тебя. Но прямо сейчас Флориан должен решить судьбу одного такого ребенка, и отвертеться точно не выйдет. Флориан плавно шагнул ближе, всмотрелся напряжённым взглядом в выглядывающее из складок серой ткани сморщенное личико. Младенец как младенец, ровно такой же, как сын Теодора, ну разве что покрупнее с виду. Омеги с помощью ментального чутья легко определяют второй пол даже у грудных детей, но Флориан в упор не видел разницы между новорождёнными альфой и омегой. И, что особенно важно, совершенно ничего к этому спящему комочку плоти не чувствовал. Так же точно, как ничего не чувствовал он при взгляде на другого своего племянника. Мама говорила, что это нормально. Альфы признают лишь собственных детей — свою кровь и своё продолжение, рождённое законной партнёршей. И всё равно от сковавшего сердце равнодушия стало как-то неловко. — Я должен пригласить к нам мою супругу, — сообщил Флориан, нарушив затянувшееся молчание. — Если бы я даже захотел принять вашего сына — ставить мою жену перед фактом будет неправильно. Тень вскинул глаза, кажется, искренне удивлённая услышанным. На самом же деле Флориан попросту не знал, как лучше поступить. Умом он понимал, что перед ним такой же точно грифон, более того — плоть и кровь погибшего брата. Только вот сам Ливиу скорее всего сына своего скинул бы с горы или ещё что-нибудь с ним сотворил. Гарпия стала первой и последней, чью беременность брат воспринял с поразительным для него энтузиазмом. К тому же нечто древнее и бессознательное противилось мысли оставить ребенка в замке. Наверное то бунтовал инстинкт альфы, шепчущий, что маленький бастард опасен и станет соперником для детей Кристы. Флориан встряхнулся, отгоняя наваждение. О, Высшие Силы, речь о грудном ребёнке! Ну какой из него сейчас соперник и враг, да и в будущем тоже, если вырастить его и воспитать должным образом? Пока парнишка-телохранитель искал Кристу, Флориан мерил шагами гостиную, пытаясь собраться мыслями и бросая мрачные взгляды на баюкающую ребенка Тень. Она заняла перетянутое тёмно-зелёной тканью кресло и что-то тихонько напевала, склонившись над младенцем. Флориан не был омегой и мысли с эмоциями считывать не умел, но достаточно одного взгляда, чтобы понять — расставаться с сыном Тень не хотела. Возможно, если бы она родила омегу, то ей даже позволили его выкормить и провести рядом первые пару лет жизни. Но Высшим Силам оказалось угодно посмеяться над своей злосчастной служительницей и над Флорианом заодно. Потому что он окончательно запутался в своих чувствах и до сих пор не сумел определиться, как всё-таки должен поступить. И ладно бы только речь шла о «должен» — Флориан сам не знал, что он предпочёл бы выбрать в отрыве от этого самого долга. Ничего страшного не случится, если отказать Тени в просьбе и выдворить её с ребёнком из замка. Любая крестьянская семья с радостью приютит альфу. Потому что правильно воспитанный альфа — не только выносливый помощник по хозяйству, но и надёжный защитник и поддержка для родных и близких. Ребёнок-бета мог быть лишним ртом в крестьянской семьей, но альфа или омега — никогда. Мальчик в любом случае не пропадёт. Но в то же время не оставалось сомнений, что отец этого младенца принял бы в семью, даже не задумываясь. Просто потому что тот был продолжением лучшего и ценнейшего из сыновей и стал бы любимым внуком. Не исключено, что после смерти Ливиу отец не поленился и разыскал всех его бастардов — упорства и связей хватило бы точно. Судя по всему, ни одного одарённого альфы среди них не нашлось. Появление Кристы сбило с мыслей. Флориан торопливо шагнул к ней, встречая успокаивающей улыбкой — скорее всего немного нервной, но какая уж получилась. Тень тоже подскочила с кресла, но Флориан поспешил заговорить первым, твёрдо глядя в полыхнувшие ледяным подозрением голубые глаза любимой: — Криста, это не то, о чём ты могла подумать. Мальчик — сын моего покойного брата. Не мой. Так получилось… я потом расскажу всё, если захочешь. — Флориан нервничал, и обе омеги конечно же легко это считывали, но внешне он старался сохранять видимость спокойствия. Наверное, получалось не очень. — Клянусь тебе милостью Высших Сил, что нет у меня никаких внебрачных детей, и быть их не может. Я был только с тобой и… — он осёкся, вспомнив о церковнице за спиной. — Ну, ты сама знаешь, с кем ещё. О близости с Роксаной пришлось рассказать, когда Криста однажды ненавязчиво поинтересовалась, где это Флориан обучился стольким постельным премудростям. А вот о бастардах Криста вопросов никогда не задавала, но наверняка успела уже записать младенца на руках Тени в потомки Флориана. — Высшие Силы оказали честь и заявили о своём доверии, предлагая нам усыновить этого ребёнка, Флориан, — тихо проговорила Криста, выслушав подробности случившегося уже от самой Тени. — Я знаю, что твой брат был не самым порядочным человеком, и этого уже не изменить. Но дети не обязаны походить на своих родителей. Только от нас зависит, вырастет этот мальчик достойным альфой и сыном своего Дома или останется безродным приёмышем. Твой племянник — грифон, а не котёнок. Неужели ты готов отрезать ему крылья? Ты и правда так хочешь пойти по той же дороге, на которую ступил когда-то император Юстиниан? Флориан с Кристой не раз обсуждали потрясшие империю страшные события. В то время, пока Флориан винил Асинкрита и младших Эждеров, Криста настаивала на том, что в трагедии виновата не только изменившая мужу леди Годеливе, но и покойный император Юстиниан. Он должен был принять племянников в семью и вырастить, как равных себе драконов, говорила она, и тогда судьба их и ещё десятков тысяч других людей сложилась бы иначе. По мнению Кристы его псевдосвятейшество Асинкрит творил зло вовсе не потому, что родился чудовищем, а в тщетных попытках с помощью мести залечить нанесённую предательством дяди рану. Как же пугающе разумно звучали слова любимой! Пока Флориан метался между долгом и личными прихотями, пока тонул в растерянности и вконец запутывался, не в силах определиться, Криста сразу поняла самое важное. Младенец на руках Тени был не только альфой, но и потомком Дома Боариу, чей девиз «Мы не прощаем!». Даже худшего из троих сыновей отца — Теодора при всей его мягкости нельзя назвать безобидным добряком. Ливиу же всегда оставался истинным грифоном: смелым, злобным, мстительным и непримиримым к врагу. И сын Ливиу запросто мог все эти черты характера унаследовать. Приёмная семья для одарённого альфы найдётся легко, но как быть, если однажды мальчик поймёт, кто он такой, и догадается, что родной дядя когда-то отверг его, словно щенка приблудного? Простит за такое? Едва ли. Как ты его ни воспитывай — пёс из грифона не вырастет. — Ты правда считаешь, что мы должна взять его в семью? — осторожно уточнил Флориан, чтобы окончательно удостовериться, что правильно понял супругу. — Не должны, — мягко улыбнулась Криста. — Обязаны. Криста стояла близко-близко, твёрдо глядя снизу вверх — ростом она заметно ниже, однако в этот момент, как никогда раньше, Флориан осознавал её равной себе. Считалось, что альфа не должен бояться совершить ошибку, а потом обязан мужественно нести на своих плечах груз ответственности за неё. И лишь немногие замечали, что Высшие Силы создали альф и омег как идеально подходящие друг другу половинки одного целого. Мало кто из альф признавался себе, что прислушавшись к своей омеге, многих ошибок можно попросту избежать. — Вы уже дали ему имя? — Криста подошла к церковнице, и Флориан привычно залюбовался любимой. — Пожалуйста, не плачьте. Это ужасно несправедливо, когда мать разлучают с ребёнком, и мне больно за вас. Если честно, не представляю, как я сама бы такое пережила… Но вы правильно поступили, что пришли к нам. Мы с Флорианом вырастим вашего сына, как родного. В гордой осанке и уверенных словах Кристы читалось, что она не просто жена династа — она полноправная хозяйка Гнезда Грифона, наравне с самим Флорианом. Ещё и сшитое на заказ лазурное платье безумно ей шло, красиво очерчивая изящную и идеальную фигуру. Конечно, без платья Криста ещё лучше, но об этом точно сейчас думать не стоит. Успеют ещё насладиться друг другом, когда разберутся с дневными делами. Вечером, когда вся семья закончила ужинать, Флориан попросил маму и Кристу пройти с ним в кабинет. Лелик поручил помочь кухаркам, благо ненасытная вергиена всегда была рада доесть остатки. На самом деле ей Флориан попросту не доверял, и вовсе не из опасений, что она когда-нибудь предаст. Лелик отличалась похвальной верностью, но хранить секреты совершенно не умела, а то, что он собирался сегодня сказать — должно оставаться в тайне ещё многие-многие годы. — Присядьте, — предложил Флориан, кивнув на узкий диванчик у стены, а сам опёрся о край стола. — Это касается ребёнка. До сих пор Флориан и Криста не дали никаких пояснений челяди, правду знали только мама и телохранитель-церковник, который точно не станет болтать лишнего. И всё же объяснить появление в замке младенца как-то придётся. К тому же необходимо внести его в церковные метрики и выправить все необходимые бумаги, подтверждающие родство и доказывающие, что маленький Доминик, как назвала его Тень — полноправный Боариу. И для этого в первую очередь необходимо определиться, кого именно запишут в метриках ребёнка в качестве отца. — Я по-прежнему не одобряю идею с обманом, — произнесла Криста, когда Флориан встретился с ней взглядом. — Но настаивать не смею. Поступай так, как ты сам считаешь нужным, Флориан. Ты — династ и глава семьи, и потому только тебе позволено принимать подобные решения. Мать промолчала, ожидая подробностей, но наверняка уже догадалась, что Флориан задумал. — Думаю, лучше будет объявить всем, что этот мальчик — мой сын, — заявил он, нисколько не сомневаясь, что поступает правильно. — Бастардами в империи никого не удивишь, поэтому вряд ли кто-то заподозрит ложь. Но главное тут другое. Так мальчик будет расти полноправным сыном династа, а не пригретым из жалости его родичем. Да, подло и неправильно обманывать его, но так будет лучше. Ну как мы расскажем, что его отец убит, а убийца сейчас правит империей, когда должен был оказаться в погребальной печи? Что, если захочет отомстить сам, раз мы с Теодором не соизволили? Будь у Флориана хоть толика уверенности, что Ливиу хотел бы растить этого ребёнка — никогда бы брата предать не посмел. Но даже ребёнка от Гарпии тот был готов принять вовсе не потому, что жаждал стать полноправным отцом. Причина в том, что брат увидел в старой лисице ту самую единственно ему подходящую, какую Флориан с первой встречи опознал в Кристе. Ливиу даже с церковницей этой возлёг только ради самого процесса зачатия и точно не думал при этом о результате. — Скажем всем, что родная мать мальчика умерла, но перед этим успела отнести сына в храм, — неожиданно подала голос мама. — Допустим, что у неё не было других родственников. Таким образом объясним всем, что у нас в замке делала церковница, и заодно избавим Доминика от порывов отыскать кровную мать. Вряд ли она к тому времени будет ещё жива, поэтому мы не сильно его обманем. Просто избавим от ненужной боли и разочарования. Флориан жадно всмотрелся в невозмутимое материнское лицо. Кристе идея точно не нравилась, а вот мама, кажется, нашла её заслуживающей воплощения. Или же она поддержала просто по-привычке, не смея без серьёзной причины перечить династу? Не важно, потому что своего решения Флориан менять не собирался. Доминик будет расти, как его родной сын, и унаследует Гнездо Грифона, даже если Криста родит в будущем наследников настоящих. Это будет справедливо. Флориан не убил Яросвета, пусть даже неплохо его проучил, и не отомстил в полной мере за брата. Возможно, Криста права, и Доминика в самом деле послали Высшие Силы, чтобы Флориан смог окончательно искупить вину перед Ливиу. Как минимум брат нашёл бы такое положение дел забавным. Получается, что отцовская мечта посадить Ливиу на грифоний трон может исполниться, пусть даже таким нестандартным способом. Что ж, пусть будет так.