Скорбь

      Сегодня были похороны Брэндона. Его мама с сестрами забрали его личные вещи. В общежитии с каждым днем все больше и больше тускнеют краски. И каждый справляется с этим по-своему. По крайней мере, пытается справляться. В общей комнате седьмого блока вечером воцарилась гробовая тишина. Можно было услышать лишь тихие всхлипы Карла где-то за дверью. Чед не мог там находиться, ему тоже больно, но боль Карла он выдержать не может. Он с Диланом просто сидели на потертом диване и молча смотрели как их кошки играются друг с другом. Параллельно этому Дилан поглядывал на прохождение какой-то непопулярной игры на своем ноутбуке. Это его немного успокаивало. Чед явно хотел что-нибудь сказать, но Дилан точно бы не поддержал диалог. Он хоть и интроверт, но в последнее время ему тяжело находиться одному. Все три дня, пока Лололошка был в отключке, Дилан выходил в общую комнату, молчал, работал, но все равно иногда поглядывал на своих соседей, поддерживая их, и пытаясь не сойти с ума в тишине и одиночестве в пустой комнате. Его порой откровенно бесил Ло, но он слишком привык к этому шуму, к его разговорам, к постоянно бодрому настрою соседа. Он был противоположностью Дилана — активным, социальным, оптимистичным. Вчера он наконец вернулся, снова активный, живой! Но из-за свежих душевных ран так и не получилось нормально поговорить.       Дилан посматривал на время в углу монитора ноутбука каждые пять минут, будто это ускорит время. Чед заметил некоторую нервозность соседа, и решил все же спросить:       — Ты Лололошку ждешь? — Чед был очень проницателен, но не очень умел плавно подходить к разговору. В ответ он услышал лишь сухое «угу». Блондин уже давно заметил, как тяжело Дилану быть одному. Отчасти и из-за этого Чед продолжал сидеть в этой комнате.       — Может, тогда напишешь ему? — Личных границ Чед явно не видел, но Дилан уже привык.       — Не, — выдержав паузу сказал Дилан. — Подумает еще, что мне на него не плевать.       После секунды обдумывания сказанного, Дилан с хлопком закрыл ноутбук и пошел в свою комнату. Вот так открыто он об этом еще никому не говорил. Хотя, наверное, это нормально для друзей, беспокоится друг о друге, и Чед ничего другого не подумает? Но для Дилана Ло явно казался особенным. Да, он странный, шумный, но всегда с его присутствием у Дилана стократно поднималось настроение, хоть он этого и не показывал. И за эти три дня отсутствия Дилан ясно понял, что только Лололошка приносил столько радости в его жизнь. Он ещё не понял, что конкретно он ощущает в его присутствии, но это положительные эмоции. И не понятно, можно ли это назвать влюбленностью. Отношения не очень интересовали Дилана. Да, в школе ходил на свидания с девочками, но это скорее для того, что бы вписаться в окружение, и что бы родители не думали, что он гей, а друзья — что он задрот. При мысли о классических отношениях Дилана корежило. Но когда он представлял, что они с Ло становятся ближе, что у них есть что-то такое, о чем никто не знает, что-то секретное, общее, теплое. От таких фантазий все его тело пробирало мурашками, сердце колотилось как после бессонной ночи и трех банок энергетика. Он бы сломался, если бы Ло тоже не стало. То, что он остался жив, облегчало его страдания от смерти Брэндона.       Послышался скрип двери в спальню. Лололошка вернулся после выполнения заданий для заработка. Видимо, трудоголизм для них обоих это способ справиться с утратой. Он подошел к столу Дилана уже по привычке. Брюнет немного дернулся из-за неожиданности.       — Ты как, Дилан?       — Благодаря Солусу теперь есть на что отвлечься. Я, кстати, у этого мужика в ларьке взял немного выпить, после того как мы приехали. Будешь?       — А разве можно в общаге алкоголь пить?       — Нет конечно. Но кто узнает? Управляющего же пока нет.       — Тогда давай. — Лололошка не особо любил пить, но ему показалось, что хоть так можно будет провести с Диланом больше времени, и помочь ему пережить произошедшее.       Дилан принес с кухни две кружки, ничего более подходящего для алкоголя, естественно, в блоке не было. И о закусках Дилан тоже не подумал, благо, у Лололошки завалялись чипсы с лобстером. Он постоянно ходил с какой то едой в карманах, иногда приносил тар-тар Дилану. Это умиляло брюнета. Раньше он равнодушно относился к тар-тару, но теперь это его любимое блюдо. Еще больше его забавляла мысль о том, что мясо для него Ло добывает сам. Хоть он и надеется, что он просто его покупает. Лололошка сел на пол у своей кровати и Дилан достал из рюкзака семь бутылок грушевого сидра. Хоть он и был на троечку, но более крепкие напитки он терпеть не мог. Дилан еще не настолько пропитый, что бы оценивать тонкие вкусы какого-нибудь абсента или настойки. К сожалению у владельца ларька не настолько широкий ассортимент, но и так сойдет. Главное, что сейчас можно ненадолго забыться с приятным человеком. Лололошка открыл сидр незеритовым ножом, который не так давно ему подарила Дженна. Дилан тоже хотел бы подарить Ло что-то полезное, но фантазии хватило лишь что бы подарить деньги. Возможно, в следующий раз он подарит куда более оригинальную вещь. Дилан сел рядом с Ло, парни разлили сидр в кружки и сделали по глотку. Обжигающая горечь быстро начала растекаться по желудку, затем всасываясь в кровь. Они не знали, о чем поговорить, ведь нейтральные темы — это не про них. Поэтому по первой бутылке они пропустили почти в тишине. Лишь иногда Ло что то рассказывал про свои задания, которые выполнял, а Дилан спокойно слушал. Опьянения пока не чувствовалось, но некоторые ограничения в голове уже начали спадать, Дилан уже превратился в активного слушателя Ло — поддакивал, задавал вопросы, интересовался, а Лололошка уже начал рассказывать все свои сплетни — что он думает про Саймона, про уборщиков, про Шэрон. Про последнюю Дилану нравилось больше всего слушать. То, что она отвернулась от расследований казалось ему своей маленькой победой. Они никак не связаны, и даже не общались лично, но иногда Ло рассказывал ему про нее. И со временем Лололошка все более безразлично к ней относился, хотя сначала она ему как будто даже нравилась. Дилан хотел, что бы в расследование был посвящен только он. Ему не нравилось, когда другие знают столько же сколько знает о Ло он, а если больше — то тем более!       На второй бутылке уже у Дилана начал развязываться язык. Когда Лололошка спросил, для какого проекта он пишет код — тот сразу начал оживленно описывать в красках и подробностях об инди-игре, в разработке которой он помогает своим знакомым. Конечно, это пока заработка не приносит, поэтому он совмещает это с фрилансом. Ло с теплотой смотрит на собеседника, когда он рассказывает что-то с горящими глазами. Обычно из него и слова не выудишь, а тут он сам, на несколько параграфов! У Лололошки нет проблем с проявлением эмоций, поэтому он даже не пытается скрыть улыбку когда слушает Дилана. И Дилан это заметил, и сам не понял как начал улыбаться в ответ. Почему то сейчас, рядом с ним, Дилан чувствует себя действительно настоящим. Лололошка — как будто строчка в коде, после которой все стало работать. Под алкоголем действительно легко открываться людям, но будь это кто другой — Дилан бы все равно сдерживал себя. В ход уже пошла третья бутылка — и Ло предложил какой то странный способ ее распить. Сказал, что это называется «брудершафт». Дилан никогда не слышал такого выражения. В этом мире такого, видимо, нет. Движения уже были более хаотичными, но мысли все еще оставались кристально чистыми. «Ну, показывай, как это.» — речь тоже начала плыть, но когда оба собеседника пьяны, никто не замечает. Дилан решил сразу приступить к этому методу, решив не слушать объяснения Ло. Возможно, даже, к счастью. Голубоглазый попросил Дилана поднять руку с кружкой сидра. Они перекрестили руки и начали пить. Лололошка пристально смотрел Дилану в глаза, потому что это часть этой «традиции», а тот смотрел в глаза Ло потому что они ему очень нравились. Каждый раз когда Ло снимал очки перед сном, Дилан при любом удобном моменте устанавливал зрительный контакт. После опустошения чашек руки расплелись, и Лололошка обеими руками прихватил щеки брюнета, подтянул его лицо к себе и чмокнул. Дилан не сразу понял что произошло.       — Ты че сделал? — Он немного отодвинулся назад и широко раскрыл глаза.       — Ну так принято же! — Ло посмеялся.       — Да где это такое принято, а? — Дилан увел взгляд в сторону и прикрыл губы тыльной стороной ладони.       — А чего ты улыбаешься, понравилось? Мы теперь настоящие братаны! Можешь ходить и всем рассказывать! — Для Ло вся эта ситуация казалась очень забавной. Смущенного Дилана он еще не видел.       — Неужели на твоей родине все друзья так делают?       — Ну, с близкими друзьями, или со своими вторыми половинками, да.       — Ты реально очень странный. — Дилан не знал, что все это время широко улыбался. Обряд ему не очень понравился, а вот близость с Ло симпатизировала.       Близилось к полуночи, Чед и Карл уже спали, поэтому приходилось быть тише. Осталась последняя бутылка сидра. Ло любезно оставил её новоиспеченному «братану». Но когда тот уже начал пить, он понял, что ему не хватило. И, ради прикола, открыл рот как птенец для своей птицы-матери и молча показывал на него, пока Дилан не сообразит влить в него немного сидра. Дилан, поняв, что Ло будет стоять на своем, согласился на сие действо. Он приподнес горлышко бутылки к его губам, и начал медленно лить сидр. Но когда он понял, что при виде фаллического объекта около улыбающегося рта Ло у него в штанах начинается естественная реакция он убрал бутылку.       — Слышь, давай догонку спиздим? — Фильтрация речи у Дилана была успешна отключена.       — Че, реально? Погнали. — Ло всегда любил соглашаться на всякие сомнительные авантюры.       Они встали и тихонько приоткрыли дверь, которая как назло громко скрипнула. Но никто не услышал, и им удалось дойти до входной двери, а затем и до первого этажа без свидетелей. Последнее препятствие — вахтерша, тоже уже спала. Ло ловко перепрыгнул через турникет, а вот Дилан немного замялся. Хоть там и была высота около метра, он не был таким же «крутым паркурщиком».       — Хочешь, ручку подам? — С доброй усмешкой Ло протянул руку парню.       — Я тебе не дама в беде. — Дилан все же схватился за руку Ло, хоть это и не очень помогло.       С горем пополам он перебрался через турникет и ребята побежали в сторону несчастного ларька. Там, на секунду испугавшись, а затем моментально успокоившись из-за муляжа камеры наблюдения Дилан ждал, пока Ло откроет дверь отмычками. От прохлады ночи он немного протрезвел. Здесь был очень хороший воздух благодаря лесу рядом, хоть от туда и доносились порой пугающие звуки. Дилан прикрыл глаза что бы насладиться моментом. Внутри него была искренняя радость, невольно хотелось постоянно смеятся, улыбаться, а на душе было впервые легко за последние четыре дня. Послышался характерный щелчок, дверь открылась.       — Вот тут они у него запрятаны. О, слава богу, осталось хоть пиво. — Дилан прихватил четыре банки и сразу закинул их в рюкзак.       — Блин, давай хоть денег ему оставим, а?       — Ты прав. Он еще записывает все в блокнот.       — Умеешь подделывать почерк?       — Обижаешь. — Дилан залез в ящик стола и нашел там и ручку, и блокнот, нашел последнюю запись что бы узнать цену пива, и отметил «покупку» на последней использованной странице, а Ло кинул пару сотен ST в кассу. Провернув свое дело, парни с помощью отмычки закрыли магазин, что бы еще меньше было подозрений.       — Ло, как ты справляешься.. С произошедшим?.. — Они медленно шли обратно в общежитие.       — Э-э. — Лололошка растерялся, но смог найти правильные слова. — Знаешь, я думаю Брэндон не хотел что бы мы долго грустили из-за его смерти. Он бы хотел, что бы мы боролись, не знаю, спортом занимались, помнили его как самого лучшего и накачанного обольстителя девушек. Он всегда дарил нам позитив, и, я уверен, хотел чтобы мы оставались на позитиве.       — Да. Думаю так. — В голосе Дилана и Лололошки смешались спокойствие, грусть и надежда. После сегодняшнего вечера словно камень с души упал, хоть они и не говорили об этой теме, но быть рядом с друг другом уже значило многое. А ведь еще вся ночь впереди.       И вот, Дилан и Ло снова в своей комнате, успешно преодолев все глубоко спящие преграды на пути. Эффект холода улицы сохранялся только там, поэтому зайдя в теплое помещение их снова разморило.       — Ло, а давай этот, снова. Ну. Этот, бруершат.       — А говорил, что не понравилось! — Ло звонко засмеялся, забыв про остальных соседей. Дилан вовремя прикрыл его рот ладонью, повезло, что не у всех такой чуткий сон, как у него.       — Тише ты. Людям тяжело ваще-то, а ты ржешь. Давай уже. — Парни открыли банки и снова перекрестили руки. В этот раз Дилан взял инициативу на себя. В целом, он это предложил только ради этого момента. Его мысли были захвачены только этим моментом, совершенно позабыв о том кого из себя строит на трезвую голову, он закрыл глаза и набросился на губы Ло. Только в этот раз был не «чмок» а почти настоящий поцелуй, но он тоже не продлился долго, Ло отстранился. Но он успел прочувствовать мягкость его губ и хмельной в перемешку с грушевым запах дыхания. Сердце Дилана билось как бешеное, он почти был не в себе, и был рад, что на это решился.       — Ди, ты чего? — Лололошка высоко поднял брови и усмехнулся. — Настолько целоваться захотелось?       — Отстань. Ты ваще благодарен должен быть.       — За что? — Ло приходилось тихо смеятся.       — За то что тебе было позволено прикоснуться к губам самого умного чувака в этом универе. — Дилан не выдержал смущения и слегка толкнул друга в плечо.       В ответ Лололошка тоже его толкнул. И так пару раз потолкавшись, постепенно увеличивая силу толчка, Ло толкнув повалил Дилана на пол и повис над ним. Вокруг них поменялась атмосфера, все вокруг застыло, пока они смотрели друг другу в глаза, с легкой отдышкой от «бойни» и пылающими лицами. Глаза Дилана забегали, он сделал вид, что пытается выбраться, пока Ло пристально вдавливал его в пол взглядом. И, кажется, каждый друг друга уже понял. Ло сел на колени Дилана, и отодвинул пряди, упавшие на его лицо. Медленно он приблизился к лицу Дилана, словно спрашивая разрешения, и когда не увидел отторжения трепетно коснулся его потрескавшихся губ своими. Голова Дилана закружилась. Незаметно в поцелуй вовлекся и язык, наполняя новыми чувствами процесс. Дыхание Ло сбивалось. Дилану стало жарко, и он ощущал как нервные окончания губ передают сигналы ниже.       — П-погоди. Странная херня это. — Вялыми руками он осторожно отодвинул Ло. Его дрожащий и полный смущения голос выдавал неопытность.       — А не насрать? — Ло с горячей отдышкой и жгучим взглядом смотрел на Дилана.       — Х-Ха. Насрать. — И уже со смелостью он притянул Ло и продолжил поцелуй. Мысли путались. Дилан нащупал шарфик на шее Лололошки и стянул его, обнажив нежную кожу. Он поднялся, и теперь они сидели друг напротив друга. Дилан с наглостью поцеловал шею Ло, укусил, и поставил засос, от чего из того вырвался глухой вздох.       — Терь будет что шарфом прикрывать.       — Ты бы свой движ в штанах прикрыл, а. — После этих слов Ло положил руку на образовавшийся бугор у Дилана. От этого по его животу растеклось щекочущее тепло.       — Погоди. Ладно, нет, продолжай.       Ширинка была растегнута. Ло с интересом наблюдал за реакцией Дилана. Он еще никогда не держал чужой член в руках, но примерно представлял, как сделать приятно парню. Он нежно обхватил пальцами основание, и медленно провел до головки, от чего Дилан вздрогнул и резко выдохнул. Дилан опустил голову, так как не мог смотреть Ло в глаза в такой момент. Но ему было приятно, и его охватывал дикий интерес, словно омут накрывал его сознание при каждом движении рук Лололошки. Дилана первый раз кто-то касался в этом месте, и он уж никак раньше не думал, что это окажется другой парень. Лололошка левой рукой обхватил головку, а правой основание и начал с ускорением водить по члену парня, от чего тот учащенно дышал, иногда переходя на тихие стоны. Ноги Дилана дрожали. Ему отчаянно хотелось за что нибудь схватиться, но поблизости ничего подходящего не было, поэтому он сжал руки в кулак. От такого вида Ло тоже не на шутку возбудился. Ему нравилось видеть, как при малейших касаниях Дилан уже дрожит, словно все его тело подчинялось, когда он дрочил ему. Из члена Дилана уже начал выделяться предэякулят. Движения Ло стали еще активнее, от чего Дилан начал слегка сгибаться, пытаться себя удержать на месте оперевшись руками на пол. Член Дилана запульсировал и немного качнулся. Все его тело обдало жаром. Из уст Дилана вырвался уже откровенный стон, который превышал «тихий режим». Вся ладонь Лололошки была в теплой, склизкой жидкости. Когда Дилан, дрожа, наконец решился взглянуть парню в глаза тот с надменным видом облизал пальцы.       — Э-э?! Нахрена? — Хоть Дилану и понравился этот жест, от этого были смешанные чувства.       — Что бы не расслаблялся. — Ло хохотнул.       — Давай я с твоим. Твоей штукой тоже. Разберусь.       Дилан приспустил спортивные штаны Ло, из которых уже «готовым» выпирал член. Он осторожно прикоснулся к головке, от чего орган приветливо дернулся. Ло вообще не смущала эта ситуация. Наоборот, он облокотился немного назад, и с ухмылкой и игривым взглядом смотрел прямо в душу Дилану. Дилан набрался уверенности и взял агрегат в ладонь. Он был горячим, упругим и слегка скользким. Дилан даже не думал, что ему понравится трогать половые органы представителя своего пола. В его голове даже промелькнула мысль о том, что бы взять его в рот, но все же он еще не мог себе это позволить. Он начал двигать ладонью, меняя скорость и интенсивность охвата. Лололошка не стеснялся и на стоны. Его щеки пылали, а взгляд немного помутнел. Дилан с восхищением наблюдал, какое удовольствие приносят его действия Ло. Он настолько увлекся, что даже перестал думать что это как-то по-гейски. Сперма Ло брызнула на рукав любимого худи Дилана, от чего тот немного прозрел.       — Блин! Стирать сам будешь.       — Может оближешь?       — Иди к черту. — Дилан снял кофту. — Дурак. Ло снова рассмеялся и поцеловал Дилана в лоб.       — Утром постираю.       Уже светало на улице. Местные птицы порой раздражали с утра, но сегодня их пение лишь дополняло то умиротворение, которого так не хватало последние дни, с которым собирались уже ложится спать Дилан и Лололошка.       — Эй, Ло. Можно с тобой лечь?       — Конечно.       Дилан лег в кровать Лололошки. Рядом с ним всегда хотелось спать, а сейчас еще сильнее. Дилан лег на бок и обнял Ло, который лежал на спине и смотрел в несколько раз заменённое окно.       — Только никому не говори об этом, окей? — Сказал Дилан и уткнулся носом в шею Лололошки.