Приключения в Белоруссии.

Пришли как-то Арчи и Игнат к своему другу Густаву в гости. Открыла Арчи холодильник, а там... варёная картошка. И поняла тут Арчи, что Густав не тот, за кого себя выдаёт. Ткнула Густаву пальцем в грудь и заявила: — Я знаю, кто ты! Ты белорус, который работает поляком. А поляков на самом не существует. Начал Густав отнекиваться. — Что ты говоришь такое, Рия. Поляк я. Заметил Игнат, что глаза у Густава забегали и занервничал он сильно и начал Арчи поддерживать. Не выдержал Густав двойного давления и сознался. — Верно вы всё поняли, белорусы работают поляками, а поляков не существует. Только об этом никто знать не должен, потому что это страшная тайна. Поклялись Арчи с Игнатом, что никогда тайну Густава не раскроют, но только если он отвезёт их к себе на родину. Делать нечего — согласился Густав. Сели друзья в поезд и поехали в Бобруйск. Проезжал поезд мимо лесов бескрайних, мимо полей кортофельных и мимо деда, сидящего на пеньке. И был этот дед президентом Белорусии. Помахали наши путники деду и он и в ответ помахал. Половину пути проехали и зашла в поезд бабка. Достала из сумки чернослив с картошкой и начала Арчи, Игната и Густава потчевать. Отказывать неудобно было, поэтому троица поела необычное угощение. А бабка потом и уснула. Спит и во сне повторяет: «Барсик, Барсик». Испугалась Арчи, к Игнату ближе прижалась. Отодвинулся Игнат дальше вместе с Арчи. К счастью, не пришлось путешественникам долго бабку терпеть, так как приехали они в Бобруйск. На вокзале торговцы картошку продавали. — В Белорусии от картошки не отказываются. — шепнул Густав и пришлось Арчи и Игнату купить по семь килограмм. Сам Густав тоже семь килограмм купил и повёл гостей к себе, пришли они к маленькому деревянному дому. Арчи на лавочку села и произнесла: — Я сейчас умру. — Я тоже. — вздохнул Игнат. Наконец, вошли они в избу. — В Белоруссии все дома такие? — Арчи огляделась. — Да. — ответил Густав. Увидели гости кого-то спящего на печке? — Кто это? — Арчи посмотрела на спящего. — Это мой брат Вацлав. — сказал Густав. — Мы вместе в этом доме живём. — А вдруг он с печки упадёт. Надо к печке мешки с картошкой поднести, чтобы он на них падал. Мягче будет. Арчи уже хотела тащить мешок, но Густав остановил. — Не надо. Он никогда не падает. По просьбе Густава Игнат и Арчи переоделась в национальные белорусские костюмы. Тут открылась дверь и вошла в дом та самая бабка, которая с троицей в поезде ехала — Вацлав, внучок. Я тебе гостинцы привезла. Чернослив с картошкой, да яички домашние и ещё картошку. А ещё я Барсика привезла, чтобы он польским котом работал и чтобы никто не догадался, что в Польше нет котов. Проснулся Вацлав и давай гостинцы разбирать. — А когда ты снова работать поляком поедешь? — спросила Арчи Густава, пока брат его занимался гостинцами. — Завтра надо бы. — сказал Густав. — А сегодня оставайтесь здесь на ночь. Обрадовались гости. Арчи выгнала с печки Вацлава и сама туда забралась, со словами: — Я девочка. Мне уступать надо. Заворчал Вацлав и лёг спать на лавочку. В Белоруссии все на лавочках, да на печках спят. Густав лёг спать на соседнюю лавочку, а бабка устроилась на лавочке в прихожей. Игнат забрался к Арчи на печку и обнял любимую. Хорошо на печке, тепло. Только вот твёрдо отчего-то. Сунула Арчи руку под матрас и вытащила журналы «Плэйбой». — Это что такое? — возмутилась Арчи. — Это моё! — выкрикнул Вацлав. — Так забирай. — кинула Арчи в Вацлава стопку журналов. Возмутился Вацлав, забрал журналы и спрятал их под лавочку. Тут из прихожей раздался голос бабки: — Барсик, Барсик. Вцепилась Арчи в руку Игната. — Игнат, мне страшно. Игнат крепко обнял Арчи. — Я тоже эту бабку до одури боюсь. Давай на улице поспим. — На улицу надо идти через прихожую, а в прихожей бабка. Прижались Арчи и Игнат друг к другу и одеялом с головой накрылись. Спустя время стало Арчи жарко. — Густааав. — позвала она. — Что? — спросил Густав. — Принеси воды, пожалуйста. Встал Густав и пошёл на кухню за водой. Вернувшись протянул Арчи стакан. Попила она воды и снова к Густаву обратилась: — Густааав. — Что? — Расскажи белорусскую сказку. — Хорошо. — уселся Густав рядом и начал рассказ. Жил-был старик с тремя сыновьями. И было у них целое картофельное поле. Картошка там росла на славу. Вот только повадился кто-то картошку воровать. Отправил старик старшего сына охранять поле. Да только старший сын уснул и проспал вора. На следующую ночь пошёл средний сын поле охранять и тоже уснул. На третью ночь пошёл младший сын охранять поле картофельное. Спать хотелось ему, но он держался. И увидел младший сын, что воруют картошку соседи подлые. Рассказал отцу о случившемся и закипела вражда между соседями. — А теперь спи, Рия. — Густав заботливо уложил Арчи на печку и подоткнул одеяло. — Угомонились, наконец. — послышалось недовольное ворчание Вацлава и шелест страниц «Плэйбоя». — А кто победил-то? — спросила Арчи. — А никто. Поубивали они друг друга. — улыбнулся Густав и пожелав Арчи спокойной ночи отправился на свою лавочку. Но поспать спокойно Арчи и Игнату было не суждено. К середине ночи над потолком начал летать гроб и в нём сидела ведьма паночка. Вскрикнула Арчи от страха: — У вас тут Вий снимали что ли? — Да у нас тут много чего снимали. Не обращай внимания. — Густав попытался успокоить Арчи, а Игнат с интересом за гробом наблюдал, так как любит всё мистическое. — Да как же тут спать! Выгоните её куда-нибудь! Разбуженная криками Арчи из прихожей пришла бабка с метлой и начала выгонять на улицу летающий гроб. — А ну пшла вон отсюдова. Вылетел гроб через дверь и стало тихо в избе. Вдруг расплакалась Арчи. — Куколка, ты чего? — спросил Игнат. — Давайте паночку обратно позовём. Вдруг ей холодно там. — Ты же сама её выгнать предложила. — Ну я её боялась, а теперь не боюсь. Густааав. Проснулся Густав и запустил паночку обратно. Начал гроб снова летать под потолком, но Арчи теперь не боялась и скоро уснула. Игнат какое-то время за гробом следил, а потом тоже уснул. Утром на завтрак ели картошку и клубничный пирог, приготовленный лягушонком Игната — Михалычем. А потом Густав с Арчи и Игнатом отправились на вокзал. В поезде Густав сказал: — Как только к границе приближаться начнём, я тут же забуду, что я белорус и буду думать, что я настоящий поляк. — А мы тоже забудем? — спросил Игнат. — Нет. Вы будете помнить. Это белорусы уезжая из Бобруйска, забывают, кто они и вспоминают только если им напомнить. — Густав посмотрел в окно на проносящиеся мимо леса и кортофельные поля и помахал рукой деду на пеньке. Дед ответил тем же. Вскоре Бобруйск остался позади а поезд прибыл на конечную станцию. Вышли из поезда Арчи, Густав и Игнат, а следом... вылетел гроб с паночкой. Густав удивленно посмотрел на гроб. — А это что такое? — Густав, это же... — начала объяснять Арчи, но Игнат ткнул её локтем в бок. — Эта девушка на поезд опаздывала. В наш вагон еле успела проскочить. — Что ж, понятно. Ну ладно, Рия, Игнат, я домой. Ещё увидимся. После ухода Густава Арчи и Игната паночка до дома подбросила. — Даже не верится, что я на настоящем гробе лечу. — Игната переполнял восторг. — А я всегда мечтала на ковре-самолёте полетать. — Арчи была в не меньшем восторге. — А ты представь, что гроб это ковёр-самолёт. — сказал Игнат и Арчи представила. Вернувшись домой Арчи и Игнат первым делом проверили холодильник — нет ли там картошки. Картошки в холодильнике, к счастью не оказалось. — Слушай, Игнат, а давай вообще картошку есть не будем. Она калорийная, да и глютена много в ней. — на самом деле Арчи боялась, что они с Игнатом превратятся в белорусов. — Давай. — Игнат сразу согласился, потому что страх у них был общий. — И на родину Густава мы больше не поедем. Хватит с нас этой Белоруссии. — Никогда не поедем. — Арчи крепко обняла Игната, радуясь что это путешествие осталось позади. Я Дядя из Мытищ, который много где побывать успел и в Бобруйске я был и картошку белорусскую ел. И паночку ведьму своими глазами видел. Если не верите, спросите моего друга — деда Вацапа. Мы с ним часто вместе ходим, чтоб значит скучно не было.