Давай попробуем?

      — Почему на работе все говорят, что тебя не будет? — на том конце провода звучит недовольный голос Чимина. Омега был удивлён, что лучший друг не пришёл в компанию, когда у их директора сегодня важное совещание и две встречи, и секретарь просто необходим в этот день. Но что больше привело Пака в возмущение — Тэхён ему ничего сам не рассказал.       — Чим, мне вот вообще сейчас не до этого, — Тэ старается говорить спокойно, однако голос всё равно ломает, пока самого сильно потряхивает.       — Да ты издеваешься? Что у тебя там произошло? Если сейчас же не скажешь, я приеду. А ты знаешь меня: пока дверь не откроешь, я буду в неё долбиться и петь серенады, — Чимин не сдаётся. Он должен узнать правду.       Тэхён сидит в своей небольшой квартирке на мягком белом диване и сходит с ума от дикой боли внизу живота. Бёдра сводит, голову откидывает, ощущает, как смазка стекает по его ногам, как промокают его короткие чёрные шорты. Течка пришла неожиданно, а ведь до неё ещё целая неделя… Обычно Тэ берёт выходные заранее, но в этот раз что-то пошло не по плану, и в срочном порядке пришлось утром звонить господину Мину, чтобы отпроситься на несколько дней. Тот, конечно, поворчал, но отгулы дал.       — Чима, у меня течка с утра началась, — всё-таки стонет Тэ, сгибаясь пополам.       — Едрить! — громко вскрикивает Пак, что приходится даже телефон от себя отстранить. — Теперь понял. Ты хоть выпил блокаторы?       — Какие к чёрту блокаторы? — шипит омега. — Ты забыл, что мне полгода назад врач запретил что-либо принимать?       В двадцать два года Тэхён расстался с очередным альфой и последующие годы совершенно не заводил отношения, потому что полностью разочаровался в мужчинах и их верности. Соответственно, в сложный период приходилось справляться одному, потому что секс на одну ночь — не для него. Но боль была настолько острая, что Тэ пил по пять таблеток в день, тем самым, как оказалось позже, испортив организм, и был на грани бесплодия. Вследствие чего сейчас ему противопоказано что-либо принимать. Только два варианта: либо секс, либо мучайся. Пока омега выбирает второе.       — Точно, — на том конце слышится звонкий шлепок, видимо, Чимин ударил себя по лбу. — Тэ, может, найдёшь себе альфу? Хотя бы для течек постоянного? — Чим и правда волнуется за друга, тот после нескольких неудавшихся отношений полностью забил на собственное счастье и вот до сих пор один.       — Не неси чепухи. Постоянный альфа для течек, серьёзно? Это даже звучит смешно, — сдавлено произносит Тэ, меняя своё положение на горизонтальное.       Тэхён никогда не был любителем одноразовых связей, а сейчас и вовсе считает себя в двадцать шесть лет слишком старым для подобного. Ему хочется семью, уюта, чтобы рядом был тот, единственный… Но встретить такого тяжеловато. Попадаются сплошные похотливые козлы или те, кто омеге совершенно не нравится.       Однако, если быть честным, в жизни Ким Тэхёна уже как полтора года присутствует один мужчина… Нет, не так… Один богический мужчина, от которого он течёт, как последняя сучка, но за всё это время они лишь несколько раз сказали друг другу «привет» и пару раз попросили друг у друга соли. Тэ не знает, почему тот не решается познакомиться, ведь не раз видел взгляды на себе. Хотя он может ошибаться, мало ли что придумала его фантазия. А вот сам Тэхён тоже не особо понимает, что останавливает конкретно его. Может, то, что он до сих пор не отошёл от предательства своего последнего мужчины или то, что его шикарный сосед был женат и только семь месяцев назад развёлся. Да так развёлся, что об этом весь район знал.       Бывший муж альфы оказался дико истеричным и громким. Приходил сюда почти каждый день и умолял принять его обратно, а после закатывал такие шоу, что Тэхёну невольно становилось страшно за малознакомого ему мужчину.       Короче говоря, эта симпатия изрядно выводит Кима из себя, а особенно, когда он перестал принимать таблетки и, объект его мокрых снов живёт в соседней квартире.       — А тот сосед, на которого ты слюни пускаешь, может, он поможет? — вдруг вспоминает Чим, ведь Тэхён ему об этом все уши прожужжал.       — А что он? — боль немного притупилась, и омега слегка расслабился, лёжа с закрытыми глазами.       — Он же тебе нравится. Как там его… — задумчиво протягивает Чим, вспоминая, как зовут альфу.       — Чонгук, — решает помочь другу Тэхён.       — Вот он самый. Иди к нему, он наверняка уже почувствовал твой запах: там по-любому по всему подъезду лаймом воняет, — аромат Кима был необычным для Чимина, он ещё ни разу не встречал омег с таким запахом. Причём он действительно вкусно пахнет, как бы Пак ни бурчал. В аромате Тэхёна доминирует сладкий вкус, который разбавляется приятной кислинкой. Это просто не описать словами.       — Ты же знаешь, я не ищу секс. Мне нужны чувства, серьёзное продолжение. А я не уверен, что примерно тридцатипятилетнему разведённому мужику подобное надо, — заключает Тэ, переворачиваясь на левый бок и устремляя взгляд на входную дверь.       — Ты никогда не узнаешь, что тому надо, пока не поговоришь с ним. Можно начать с секса, а потом и поболтать, — миролюбиво советует Чим.       Чимину в принципе такого не понять. Он никогда не загонялся насчёт отношений. Он с удовольствием и просто потрахается, и с тем же удовольствием серьёзные отношения заведёт. Если его сердцу кто-то приглянулся, то не будет ничьи яйца тянуть и сам познакомится.       — Нет! Я не раздвину ноги, пока не буду знать, что дальше нас ждёт продолжение, — отчеканивает Тэ, а дверь сверлить продолжает, пока новая волна возбуждения потихоньку подкрадывается.       — Ну и придурок, так и останешься один, — Чиму не хочется обижать Тэ, но взгляды его он не разделяет.       Секс — это прекрасно, а особенно с ебическими мужиками. Так считает Пак.       — Чим, я просто отдохну и проведу эти три дня со своей рукой и пальцами, и всё будет хорошо. А ты работай, а то такими темпами тебя Юнги уволит, — с улыбкой произносит Ким.       — Ха! Пусть только попробует, и никогда больше его член не встретится с моим ртом, — гордо заявляет Чим. Омега всё равно знает, что его любимый парень, а по совместительству директор фирмы, в которой они с Тэхёном работают уже больше трёх лет, никогда не осмелится на подобное. — Ладно, отдыхай, а я буду бумаги разгребать. Без тебя Юн-и совсем озверел и перекинул половину твоих обязанностей на меня.       — Тебе будет полезно, — смеётся Тэ, а после быстро добавляет, пока друг не начал возмущаться: — Целую, обнимаю, созвонимся позже, — и скидывает звонок.       Улыбка тут же пропадает с красивого лица. Телефон падает на пол, а острая боль пронизывает каждую клеточку тела. На часах уже почти два часа дня, Ким ничего не ел, и пора бы это сделать, однако о еде хочется думать в последнюю очередь. Омега зачёсывает рукой тёмные пряди назад, опираясь на диван, встает и, еле поднимая ноги, направляется в спальню.       Мысли заполняются сплошной пошлятиной, и уже хочется просто засунуть пальцы глубоко в задницу, подрочить, а после отрубиться. Поэтому Тэ снимает с себя влажную от пота футболку, затем скидывает шорты с бельём и укладывается на цветастый плед. Перед закрытыми глазами сразу возникает определённый образ, но Тэ не привыкать, не первый раз дрочит на своего мускулистого соседа-красавца.       Когда тело пробивает волной очередного возбуждения вперемешку с болью, правая рука тут же обхватывает уже стоящий истекающий член и начинает медленно водить по всей длине. Тэхён закусывает пересохшую нижнюю губу, сдавленно мычит и глаза закатывает после того, как большим пальцем размазывает предэякулят по набухшей головке. Он представляет, как один брюнет мог бы сексуально слизывать капельки пота с его тела, как языком прошёлся бы между ягодиц, а после до упора вставил бы свои блядские пальцы в дырочку.       Тэ не выдерживает: встаёт на колени, одной рукой так же продолжая активно двигать по возбуждению, а левую заводит назад и сразу же вводит два пальца по костяшки, громко выстанывая:       — А-а-а-а-а, да-а-а-а-а, Господи…       Смазка обильно стекает по внутренней стороне бедра, плавно прокладывая дорожку до щиколоток. Омега едва удерживает равновесие, чтобы не упасть, и агрессивно толкается пальцами, почти доставая до заветной точки. Но этого мало: нет ярких ощущений, нет затуманенного разума, а оргазм, который так сильно хочется прочувствовать, не настигает, как бы быстро Тэхён ни водил по изнывающему члену.       Омега спешно облизывает губы, вставляя уже три пальца, но и через пару минут не получает желаемого. Яростно одёргивает руки и садится на постель, прожигая взглядом стену напротив. В голове происходит перестройка, мысли сменяют друг друга, не успевая даже закрепиться. Тэхёну настолько сильно хочется избавиться от боли, и так давно не было секса с альфой, что, кажется, он готов поступиться собственными принципами. Ещё и Чимин напомнил про соседа, который явно сошёл с обложки журнала «Playboy».       — К чёрту, будь что будет! — резко выплёвывает Тэ и поднимается с кровати.       Тэхён, игнорируя свой стояк и дискомфорт внизу живота, достаёт бордовые кружевные стринги, натягивает их на себя, после надевает джинсовые шорты, еле прикрывающие его подтянутую задницу, а через голову продевает обычную широкую белую футболку. Волосы убирает назад, а пару прядей специально оставляет на лбу — так выглядит более сексуально.       — Надеюсь, трусы его отвлекут от моего сегодняшнего внешнего вида, — напоследок бросает своему отражению в зеркале Ким и покидает комнату, а после и квартиру.       Когда Тэ вышел на лестничную площадку, в нос ударил полюбившийся древесный аромат из квартиры напротив. Тэхён становится слишком чувствительным к запахам во время течки.       Омега глубоко вдыхает и нажимает на звонок, попутно сводя бёдра вместе и сдерживая болезненный стон. Через минуту дверь распахивается, и на пороге появляется он…       «Господи, вблизи он ещё лучше», — успевает про себя подумать Тэ.       Перед омегой — высокий широкоплечий альфа с тёмными волнистыми волосами, которые сейчас растрёпаны, а пряди спадают на лицо, подчёркивая всю красоту мужчины. Чонгук одет в самые обычные домашние серые штаны и на пару размеров больше его чёрную футболку. И как же Тэхёну хочется увидеть и потрогать всё то, что скрывается под этими тряпками.       Глаза внимательно сканируют мужчину перед собой, медленно поднимаясь к лицу, натыкаясь на пристальный такой же оценивающий взгляд. Однако не это привлекает внимание Тэ, а два колечка в губе, по которым Чон нарочито неспешно проводит языком.       — Что-то не так? — нарушает тишину Чон, держась за ручку двери и смотря на омегу.       Тэхён ещё две секунды изучает острые черты лица мужчины, а после неожиданно даже для себя впивается в чужие губы своими. Чон как стоял, так и остаётся в той же позе, пока Тэ пытается просунуть язык в рот. Ким обвивает крепкую шею, запрыгивает на охуевшего Чона, скрещивая ноги на его пояснице, и продолжает жадно целовать. Чонгук от неожиданности отшатывается назад, все ещё не отвечая на поцелуй. Он в сильном шоке, и возможно, если бы они были в другой ситуации, то альфа бы уже пылко отвечал, ведь этот омега давно поселился у него в голове. Однако…       — Гук, а это кто? — внезапно раздаётся за спиной мужчины милый голосок.       Тэхён приходит в себя моментально, распахивает глаза и спрыгивает с соседа. Чонгук же в глазах младшего видит растерянность, смешанную с возбуждением и… болью?       Тэ тяжело дышит и смотрит то на Чонгука, то на ничего не понимающего омегу. А внутри новое чувство зарождается, такое неприятное, сдавливает все органы, перекрывает кислород. Кажется, это ревность…       Ким кричит про себя, осознавая, что пришёл к чужому человеку домой, набросился с поцелуями, которые никому тут нафиг не нужны, а теперь стоит потёкший и уязвимый, смотрит так загнанно… Да, опозорился, так опозорился!       — Простите, я пойду, — омега больше не смотрит в глаза альфе, а быстро разворачивается и пытается ретироваться, но на пороге его останавливает внезапно громкое:       — Стоять! Вернулся обратно, — Чонгук, кажется, понял, что произошло, потому что учуял сильно сгустившийся аромат лайма. — Иди ко мне в спальню. Это прямо по коридору и дверь слева, подожди меня там, — даёт указания Чон, как-то по-новому глядя на омегу.       — А как же… — запинается Тэ, но предупреждающее рычание прерывает его.       — Я сказал, подожди меня в комнате, Тэхён, — Гук не позволит ему сейчас куда-либо уйти.       Ким покорно кивает и проходит мимо, двигаясь в сторону нужной двери.       — Чонгук, что это было? — вновь задаёт вопрос высокий омега, когда Тэ скрывается в спальне.       — Ничего не спрашивай, пожалуйста, просто можешь уйти? — просит Гук, чувствуя, как волк внутри просыпается, тянется к полюбившемуся течному омеге.       — Это случаем не тот парень, про которого ты уже пару месяцев только и говоришь, а подойти не решаешься? — ухмыляясь, спрашивает светловолосый.       — Джин! Свали отсюда, иди к мужу, — зло цедит Гук, кидая молнии в друга.       — О-о-о-о, ладно-ладно, ухожу, — в сдающемся жесте поднимает руки. — Надеюсь, что не зря и твоя рука заменится этой шикарной задницей, ну или хотя бы милым ротиком, — а после быстро уходит, пока не получил матов вдогонку.       Чонгук прикрывает глаза, вбирает побольше воздуха, наполняя лёгкие усилившимся запахом лайма, и почти бежит в спальню.       Альфа рывком открывает дверь, сразу замечая омегу, что нервно ходит из стороны в сторону, иногда болезненно морщась. Для привлечения внимания Чонгук откашливается и сдерживает улыбку от того, как смешно вытянулось лицо Тэхёна от испуга.       — Не стоило приходить в квартиру альфы, пока у тебя течка, — первым начинает диалог Чон, стоя в нескольких шагах от младшего.       — Прости, мой мозг совсем отключился… — мямлит Тэ. — Можно я пойду?       — Нет, — спокойно отвечает Гук, его забавляет ситуация. Тэхён был таким смелым, когда на пороге набросился на него, а теперь выглядит беззащитным, напуганным. Ему явно стыдно — это можно заметить по пунцовым щекам и бегающим зрачкам.       — Чонгук, я понимаю, что отвлёк тебя и твоего парня, и мне безумно стыдно за своё поведение, но я думаю, что ты уже и так понял, почему я это сделал. Тут вся квартира пропахла мной, хотя я нахожусь в ней не так уж и долго, — Тэ говорит ровно, стараясь скрыть свой тремор во всём теле и желание вновь накинуться на альфу.       — Он не мой, — всё, что отвечает Чон, начиная медленно приближаться, словно хищник к своей добыче.       — А? — не понимает омега.       — Парень, которого ты видел — не мой, — встаёт непозволительно близко.       — Да мне в принципе всё равно. Твой — не твой, я в любом случае испортил тебе вечер, — два шага назад, и Тэ-Тэ упирается в кровать. Всё, бежать некуда.       — И сексом с ним я не планировал заниматься. Он муж моего лучшего друга, — объясняет Чон, замечая мимолётное облегчение в карих глазах.       — Зачем ты мне всё это рассказываешь? — всё же интересуется Тэ, а взгляд падает на губы, которые так сильно хочется снова попробовать на вкус.       — Чтобы ты не нервничал и не переживал. А теперь давай займёмся тем, за чем ты пришёл.       Тэхён не успевает переварить сказанные слова, когда в его губы вгрызаются голодным поцелуем. Чон целует торопливо, сжимает в ладонях две ягодицы, а язык в рот проталкивает. Лижет, рычит и громко мычит от ощущений того, как густая смазка стекает по его ладоням. Ловкое движение рук — и футболка омеги валяется на полу, а мужчина мокро выцеловывает шею, прикусывая мягкую кожу. Ладони блуждают по стройному телу, а после два пальца щипают за левый сосок, начиная водить по нему круговыми движениями.       — Ах, Чонгук, остановись… — еле проговаривает Тэ, но, противореча собственной просьбе, откидывает голову, давая больше доступа, и жмётся ближе, цепляясь за сильные плечи.       Чонгук рывком расстёгивает шорты, и от силы его действий пуговица отлетает в другую сторону. Когда вещь падает на пол, скатываясь по стройным ножкам, Чон шумно вдыхает носом, смотря на вид снизу.       — Как же давно я хочу трахнуть тебя в белье — это просто мой первый сон с тобой, — сознаётся Гук, возвращая взгляд на Кима.       — Давно? Сон? — альфа, что, тоже себя сдерживал?       — Поговорим об этом позже. А сейчас в коленно-локтевую, куколка, — и Тэхён бы возмутился на это. Какая он ещё, к чёрту, куколка? Но его кидают на постель, отодвигают мешающую верёвочку, тут же припадая губами к истекающей дырочке.       Чонгук мнёт ягодицы, влажно проходится языком по промежности, собирая себе на язык потрясающий вкус цитруса, пока Тэ кричит и стонет от столь приятных, но забытых ощущений. Это куда лучше, чем его пальцы.       Альфа толкает язык внутрь, раздвигая тугие стеночки, входит глубже, кружит, лижет, туго посасывает сфинктер, издавая хлюпающие звуки. От всех ощущений Тэхён мечется по постели, грудью падая на неё, мычит и стонет, забывая всё на свете. Тело пробивает током, хочется, чтобы альфа не останавливался, продолжал так откровенно его вылизывать.       Собственный член неприятно трётся о ткань трусов, поэтому Чонгук одной рукой, не отстраняясь от важного дела, стягивает до колен штаны и бельё, выпуская на свободу возбуждение, и расслабленно выдыхает. Альфа медленно начинает водить по своему стояку, пока в быстром темпе толкается во влажное горячее нутро.       — Чонгук, прошу, ну же, мне мало, — хрипит омега, а сам бёдрами двигает, пытаясь насадиться глубже.       — Какой же ты вкусный, куколка, — отстранившись, с придыханием произносит Чон. Он облизывает губы, стирает с подбородка смазку, наблюдая за охуенным видом напротив.       Тэхён уткнулся лбом о руки, тяжело дышит, а дырочка покраснела, сжимается, пока лаймовая смазка толчками выходит из нее. Кажется, у Чона появился кинк на Тэхёна. Он и раньше думал, что тот восхитителен, но не думал, что настолько.       Гук помогает встать Тэ, видя взаимный потемневший взгляд, толкает язык за щёку, а затем крепко целует, сразу проникая языком. Он подхватывает его под бёдра и несёт к стене, чтобы омеге можно было упереться. Тэхён тем временем не теряет времени и исполняет своё желание: скользит кончиком языка по пирсингу и прикусывает, несильно оттягивая. Чонгук улыбается, даёт поиграть, пока сам приставляет головку к анусу. Толкается, проникая лишь на несколько сантиметров, дразнит.       — Да прекрати раздражать меня, войди уже, — шипит Тэ, предвкушая невероятные ощущения, и как боль сменится наслаждением.       — Ты, оказывается, такой нетерпеливый, а ещё такой нуждающийся, — ухмыляется Гук.       — Чон… а-а-а-а-ах, блять, — протяжно стонет омега, когда Чон плавно проникает внутрь, даря чувство наполненности.       — Пиздец, куколка, — цедит сквозь зубы альфа. Как же хорошо: мокрые стенки так потрясающе его сжимают.       Тэхён откидывает голову, ударяясь об стену, закрывает веки и просто умирает от того, насколько это круто. Он так рад, что пришёл сюда, и, если честно, не хочется никуда потом этого первоклассного мужика отпускать… Однако, что будет дальше — неизвестно.       Чонгук замечает неприятно скривившееся лицо Тэ, понимает, что тот начал много думать, поэтому в эту же секунду берёт быстрый темп, максимально ускоренно двигая бёдрами. Тэ от неожиданности вскрикивает, открывает глаза, приоткрывает рот и стонет. Мужчина с силой сжимает задницу омеги, которая все ещё в охеренных трусиках, ощущает жар внутри и как снаружи Тэхен дрожит в его руках. Утробно рычит и присасывается к манящей шее, желая оставить на ней свои метки и следы.       — О-о-о-о-о-о, Боже, сильнее, молю… — Тэ царапает предплечья старшего и всхлипывает, пока перед глазами бомбы взрываются.       У Чонгука вся выдержка едет: он агрессивно двигается, делая толчки более точными и резкими. Звонкие звуки двух тел и громкие стоны омеги разносятся по всей комнате, а древесный аромат смешивается с лаймом, создавая непривычный умопомрачительный микс.       Ещё пару толчков, и Чонгук сбавляет темп, замедляясь, выпуская не уставшего Тэхёна из объятий.       — Ты что делаешь? Мы… Мы же не закончили, — Тэ теряется, поплывшим взглядом смотрит на усмехающегося Чона, который придерживает его за талию.       — А я и не говорил, что мы всё, — томный шёпот в самое ухо, и Тэхёна поворачивают лицом к огромному зеркалу, висевшему всё это время рядом с ними.       — Сука, какой же ты нереальный, — выпаливает Гук, разглядывая сексуальный вид, следы, оставленные на заднице именно им.       Когда Чон собирается возобновить то, на чём они остановились, Тэхён прерывает его:       — А у тебя, случаем, нет наручников? — осторожно спрашивает омега, закусывая губу и поворачивая голову к Чону.       Чонгук, кажется, прямо сейчас готов жениться на этом омеге. Неужели у них совпали предпочтения в сексе?..       — А ты с изюминкой, куколка, — подмигивает и идёт к комоду, достаёт чёрные пушистые наручники, довольно демонстрирует их, после возвращаясь обратно. — Ручки назад, — с нотками строгости проговаривает Чон.       Тэхён слушается, заводит руки за спину, после чего альфа сковывает их.       — И сними с себя уже одежду, — по-детски требует Тэ.       — А что, хочешь чувствовать меня? — опять этот шёпот, а потом следует слабый укус.       — Да, блять, Чонгук, хочу! Я тоже, знаешь ли, тёк по тебе, — выпаливает Тэ. Ему срочно нужно кончить, а не разговоры разговаривать.       — Куколка, ты меня удивляешь, я искренне считал, что ты скромный мальчик, — улыбается, зараза.       — Какой нафиг мальчик? Мне двадцать шесть! — неподдельно возмущается Ким.       — А мне тридцать шесть. Важной информацией обменялись, теперь можно и продолжить.       Мужчина оперативно снимает с себя штаны и футболку, всё же стягивает трусики младшего, а затем резко вставляет три пальца в него, отчего Тэхён выгибается в спине, издавая надрывный стон, потому что альфа попал точно по простате. Чонгук смотрит вниз, активно двигает рукой, пока чавкающая пошлая музыка доставляет его ушам удовольствие. Оттягивает руки младшего, трётся членом о его бедро, а сам продолжает издеваться, желая, чтобы они вдвоём сгорали от нетерпения.       — Чон… Чонгу… Я сей… кончу, — буквы теряются в сладострастных стонах, мышцы напрягаются, но альфа быстро прекращает свои манипуляции и пережимает омежий член у основания, слыша жалобный всхлип.       — Не так быстро, куколка, — и он рывком входит в растянутую дырочку, давая возможность обоим облегчённо шумно выдохнуть.       — Я готов молиться на тебя, Чон. Да-а-а-а-а-а, — глаза закатывает, старается удерживать равновесие.       — Потом обязательно помолишься, — рычит Гук, держа омегу за руки, и голодно толкается.       Альфа меняет угол проникновения, придерживает теперь поперёк живота и попадает точно по простате, выбивая из Тэ хриплые стоны.       Ким чувствует горячую грудь, прижимающуюся к его спине, шумное прерывистое дыхание за ушком и толстый член внутри. Господи, да если бы он знал, что с Чоном будет так заебически прекрасно, он бы пришёл раньше. Альфа отстраняет того немного от зеркала и в приказном тоне выдаёт:       — Открой глаза и не закрывай, — хриплый басистый голос врывается в самое сознание.       Тэхён слушается и смотрит. Его тело в испарине, зрачки расширенные, губы блестят от частого облизывания, волосы слиплись. Он возбуждён до предела, нужно срочно кончить. Чонгук прижимается сзади, такой же растрёпанный, изнывающий от желания. Он медленно рукой поднимается вверх, скользит по волосам омеги, а после грубо сжимает пряди, оттягивая голову назад.       — Так хочешь, куколка? — взгляд дикий.       — Да-а-а-а…       Чон скалится и возобновляет резкие грубые толчки. Шею лижет, смотрит исподлобья на омегу в зеркале и сильнее волосы тянет.       — Мой, — срывается властное с уст альфы.       Чон стискивает зубы, жадно входя всё глубже и глубже. Затем он полностью вытаскивает головку и рывком толкается по самые яйца, и так повторяет несколько раз. После замирает в таком положении, делая бёдрами круговые движения и замечает, как смазка обильно течёт по ногам младшего и, не сдерживаясь, проводит двумя пальцами, смотрит в зеркало, пока Тэхён глядит в ответ, как заворожённый, и скользит ими в рот, смачно облизывая, прикрывая глаза.       — Я готов дышать и пробовать тебя на вкус вечность, мой лаймовый мальчик, — выдыхает Чон, ощущая привкус кислинки на своём языке.       Кима конкретно ведёт, и он чувствует подступающий оргазм:       — Я больше не могу, ещё, Гук… — он и так долго держался для того, у кого секса не было почти пять лет.       Дыхание сбивчивое, Чонгук звонко шлёпает по правой ягодице, продолжая неистово вбиваться в омегу. Тэхён распадается на атомы, в паху горит, ему нужна разрядка. Альфа за подбородок поворачивает его лицо к себе и глубоко, несдержанно целует. Другой рукой сжимает бок Тэ и тычется пахом в ягодицы, двигаясь особо глубоко.       Тело прошибает желанный оргазм, омега кончает долго, пачкая зеркало. Глухо мычит, чувствуя освобождение и сладкую негу, как мёд, растекающуюся внутри него. Чонгук держит крепко, чтобы не упал, а когда его сильно сжимают внутри, быстро выходит. Он просит Тэхёна обхватить его член и подрочить. И пока омегу держат жилистые руки, тот обхватывает длинными пальцами основание члена и начинает быстро водить. Чонгук видит, как руки, сдерживаемые наручниками, скользят по его горячей плоти, сильно сжимая, и через пару секунд альфа с протяжным стоном изливается на поясницу младшего.       Чон оставляет нежный поцелуй на щеке, и они оба валятся обессилено на пол.       — Расстегни? — просит Тэ, тяжело дыша. Течка на время отпустила и теперь он может говорить не через силу, а нормально.       — Нам нужно в душ, — облокотившись о стену, говорит Чон.       — Я приму его дома, не беспокойся. Щас только отойду, — Чон выгибает бровь и смотрит на омегу.       — Всё? Поматросил и бросил? — смеётся, но как-то неприятно слышать такое после хорошего секса с человеком, который тебе давно нравится.       — Чонгук, давай начистоту: ты не так давно развёлся, вряд ли тебе нужны серьёзные отношения, — Тэхён слышит сумасшедшее биение собственного сердца. Ему не хочется уходить, но он так хорошо себя убедил, что альфа ищет лишь секс, что поверить в обратное тяжело.       — И это мне говорит парень, который сегодня буквально накинулся со страстными поцелуями на малознакомого мужчину?       — Знаю, я выгляжу глупо, но твой блядский образ перед глазами и эта течка… У меня просто выбора не было, — откровенничает Ким, продолжая сидеть с закрытыми глазами.       — А если я скажу, что хочу сводить тебя на свидание, узнать получше… В перспективе просыпаться рядом, засыпать вместе. Готовить, убирать, смеяться и ссориться, а после заниматься шикарным примирительным сексом? Что на это ответишь? — Чон не может сказать, что влюблён, но сильная симпатия давно есть, и она не испаряется.       Альфа заметил омегу давно, однако влечение к нему почувствовал после того, как развёлся. Он часто стал замечать взгляды на себе, то, как омега смущался и быстро скрывался в квартире, стоило им столкнуться на площадке. Чонгук отчего-то уверен, что Тэ прекрасен не только снаружи, но и внутри, поэтому он не собирается сдаваться, добьётся, даже если сейчас Тэхен ему откажет.       — Ты серьёзно? — Ким всё-таки открывает глаза, глядя пристально на альфу, который незамедлительно кивает.       — Я не могу обещать, что мы завтра же поженимся, нарожаем детишек и умрём в один день. Прости, но я уже совершил однажды ошибку, и мной тупо воспользовались. Но я хочу попробовать с тобой, Тэхён. Если этого, конечно, хочешь ты, — такие правильные, проникновенные слова. Тэ поплыл, ему давно на пути не встречались настолько зрелые, мудрые мужчины. И он тоже хочет попробовать.       — Хорошо, давай попробуем, — лицо освещает широкая квадратная улыбка. Омега решает дать шанс себе и альфе, возможно, в этот раз всё будет куда лучше…       Чонгук двигается ближе и целует нежно, мягко, тягуче.       — В душ, а после пойдём погуляем. Это будет первое неофициальное свидание.       — Почему неофициальное? — интересуется Тэ, обнимая мужчину, что поднимает его на руки и встаёт вместе с ним.       — Потому что официальное будет где-нибудь в ресторане. Можно даже в моём, — удивляет мужчина, — Ты подготовишься, и мы проведём чудесный вечер.       Заманчивое предложение, и Тэхён довольно кивает, опуская ноги на холодную плитку в ванной комнате.       — Но течку ты проведёшь со мной, даже не рассчитывай на то, что отпущу тебя, — строго заявляет Чон.       — А ты собственник, Чонгук.       — Ещё какой, куколка, — с улыбкой подмигивает альфа и утягивает смеющегося Тэхена в душевую кабину.