О вреде зельеварения

Жизнь Гарри последнее время больше походила на день сурка. С утра до ночи он невидящим взглядом смотрел в потолок лежа в постели. Родственники не беспокоили его по настоятельным просьбам Ордена, а комнату Гарри покидал только по нужде, предпочитая все оставшееся время безэмоцианально смотреть в потолок. Любое действие вело его к мыслям о смерти Сириуса. А любая мысль о смерти Сириуса доставляла неописуемую боль и тоску. Но Гарри не плакал. Будь то утро, день или вечер. Все слезы высохли и эмоций словно не существовало, как не существовало и крестного. Осталось только непреодолимая горечь по родному человеку. От прежнего Гарри осталась лишь оболочка. Серая, безликая. Он стольких уже потерял за свои пятнадцать. Сколько еще предстоит потерять? Гарри отчаянно нуждался в собеседнике, но при этом он не хотел никого видеть. Ему до тошноты хотелось покинуть эту комнату с отвратительными персиковыми стенами, но при этом он не мог заставить себя подняться с кровати. Гарри нужно было отвлечься, так чтобы времени на самоуничтожение не хватало. Вот только как это сделать? Как выйти из этого замкнутого круга? Поттер взялся за учебу. Немыслимо, как эти два слова вообще поместились в одно предложение. Казалось бы, Поттер и учеба вещи не совместимые, но в этот период жизни для Гарри книги стали вещью, с помощью которой он мог забыться и абстрагироваться от мира. А именно в этом, как считал сам Поттер, он нуждался больше всего. С утра до ночи от стал штудировать учебники по заклинаниям, трансфигурации, травологии, истории магии и ЗОТИ, начиная с первого курса и заканчивая пятым. Это, как не странно, отлично помогало. Гарри почти не думал о Сириусе. Он отрабатывал заклинания с кисточкой в руке, заучивая движения до боли в мышцах ладони, и горестно вздыхал, смотря на волшебную палочку. Колдовать за пределами Хогвартса он не мог. Нарушение этого закона грозило исключением из школы. Дни шли, и стопка учебников, что скопились за пять лет обучения, уменьшилась до одного самого ненавистного для Поттера предмета. Зелья. Гарри всегда намеренно игнорировал зельеварение, на столько, на сколько это возможно. Нежелание изучать этот предмет было исключительно в нелюбви к самому профессору Снейпу. Вот только Снейпа тут нет, а зельеварение есть. Перед Гарри встал сложный выбор: снова скатиться в депрессию или изучать зельеварение. Подросток тяжело вздохнул. Учебник зельеварения состоял из теории и практики. Если в остальных предметах практику Гарри либо пропускал, либо выполнял ее с помощью той же кисточки, то с зельеварением дело обстояло совершенно по другому. Варить зелья летом никто не запрещал.

***

Гарри нахмурился, как можно внимательнее читая следущий пункт в рецепте. Он уже добавил сушеный инжир в котел, и зелье по рецепту, должно было стать бирюзовым. Когда, по мнению Гарри, нужный оттенок был достигнут, он помешал снадобье до тех пор, пока оно не стало синим. "Дайте зелью закипеть, пока оно не пожелтеет." - Со вздохом прочитал Гарри, и желая скрасить ожидание, уткнулся в книгу "Фантастические Твари и где они обитают". За чтением Гарри постепенно забыл про то что варит зелье. А то тем временем медленно поменяло оттенок от синего к зеленому, от зеленого к желтому, от желтого к грязно-желтому, постепенно издавая все более и более неприятный аромат. Только учуяв вонь, исходящую от варева, Гарри дернулся, вспомнив про зелье. - "Добавьте иглы дикобраза и дождитесь когда элексир станет голубым" - Поспешно прочитал Поттер, стараясь поскорее наверстать упущенное. И только когда иглы дикобраза коснулись бурлящей жидкости, Гарри с ужасом вспомнил: иглы дикобраза нельзя добавлять в котел стоящий на огне. Подросток успел только достать из кармана волшебную палочку, перед тем как прогремел взрыв.

***

Он был абсолютно дезориентирован, и словно находился под водой привязанный к неспешно плывущему кораблю. Тело обдували потоки теплого ветра, а вокруг была густая, непроглядная темнота. Как не старался, подросток ничего не мог разглядеть. Впрочем, с чего он так уверен что может видеть? Его то окружало тепло, то до дрожи становилось холодно и все тело (если это было тело) тысячами иголок покрывали мурашки. Желание раствориться в теплых потоках и забыться все больше одолевало мальчиком. Но что-то не давало ему уйти на дно. Этим чем-то была волшебная палочка, все еще накрепко зажатая в руке. Но разжать пальцы он не мог, это было выше его сил. Первой, более или менее четкой мыслью, было что то вроде "Где я?", но мальчик был не уверен. Возможно, он, то есть Гарри, просто на просто спит, а все происходящее ничто иное как сон. Осталось только проснуться. Только мысль о пробуждении окончательно сформировалась в затуманенном разуме, как Гарри потянуло наверх, и он словно выплыл на поверхность, открывая глаза.

***

Все окружающее не имело четких очертаний, но даже с таким ужасным зрением как у Гарри, ему не составило труда понять что это не его комната. За прошедшие две недели он сумел запомнить каждую трещинку на потолке, каждое пятнышко, так что ошибиться было невозможно. Вместо тошнотворно персиковых, стены вокруг были зелеными и пестрыми, в углу стоял такой же пестрый шкаф зелено-оранжевого цвета. Гарри пошарил рукой у прикроватной тумбочки, желая найти очки. Когда таковые были зажаты в ладони, он неловкими движениями вогрузил их себе на нос и тут же с ужасом уставился на свою ладошку. Маленькая, почти младенческая, она совершенно не походила на ладонь пятнадцатилетнего подростка. - Что за... Мерлинова борода! - Произнес Гарри совершенно детским голосом. Его охватила паника. Он неуклюже поднялся на ноги, но потеряв равновесие ухватился за высокий бортик кроватки. Детской. Кроватки. - Какого черта здесь происходит!? Оглядев себя с ног до головы, Гарри сделал неутешительный вывод: он проснулся ребенком.

***

Первые несколько дней после его переселения в это тело были просто отвратительными. От наступившей панической атаки у Гарри случился магический выброс. Все не закрепленные вещи попадали на пол, а стены задрожали. Будь кто в это время в доме, то он точно бы пришел на грохот раздавшийся из комнаты. Да и позже погром обязательно бы заметили. Но знаменитая Поттеревская удача не изменила Гарри даже в другом теле и когда он оклемался, то заметил рядом с собой свою волшебную палочку. Не смотря на всю дичь, что происходила с Гарри в тот момент, у него немного отлегло от сердца. Его палочка с ним, значит он в какой никакой, но безопасности. Но бардак нужно было поскорее убрать и спустя пару взмахов рукой вещи повставали обратно на полки. После магического выброса его мутило и пару раз выворачивало на изнанку. Женщина появившаяся в комнате спустя час, как позже он узнал, была его мамой (Подобный факт постоянно вводил Гарри в когнитивный диссонанс даже спустя месяцы), пришла к выводу что Питер заболел, и отпросилась с работы на несколько дней. А Поттеру жизненно необходимо было узнать чье это тело и где он находится. Как оказалось, очень легко выведать любую информацию, когда взрослые вокруг считают тебя ничего не понимающим карапузом. И вот, теперь Гарри никак не мог свыкнуться с мыслью, что сейчас зима две тысячи пятого года, а он четырехлетний ребенок Питер Паркер, американец в семье Ричарда и Мэри Паркер, агентов какого-то щита. У него есть родители, а что самое главное, они живы и здоровы. Гарри решил составить план дальнейших действий. С момента его "исчезновения" прошло десять лет. Если друзья есть в этом мире, (Гарри не исключал того варианта что это другой мир. Параллельные реальности и все то, что он видел в фильмах Дадли), то с ними непременно стоит связаться. Так же стоит найти американское министерство магии в Вашингтоне и обьяснить им свою ситуацию. Вот только кто отпустит маленького четырехлетнего ребенка одного покорять Вашингтон? Правильный ответ, никто. К тому же расстояние от Нью-Йорка до столицы не пешее. Гарри не знал что ему делать.