My Sweet in a Beige Apron

Атсуму сначала действует, а потом думает. Так вышло и со звонком к Шоё. Услышав гудки, он только тогда осознал, что правда ему позвонил.  Эмоции, которые он испытал вчера после встречи с этим ангелом (он до сих пор видит нимб и крылья около него) — не дают ему никакого покоя. Он правда визжал, как тринадцатилетняя школьница после разговора с её объектом симпатии.  Осаму ему уже треснул по голове, так как блондин все уши ему прожужжал этим рыжим.  Поэтому как выдалась возможность позвонить, а точнее уже на следующее утро после роковой встречи, он уже держал телефон у уха и с замиранием сердца вслушивался в гудки. — Алло? — вопросительно и неуверенно спросили по ту сторону. — Привет! — скорее пропищав, чем спокойно ответив мужским и уверенным голосом (а ведь он репетировал перед зеркалом прежде, чем позвонить), — Кхм-кхм, привет, Шоё.. — ещё менее уверенно повторил Мия, но услышав тихий смех в ответ щеки залились краской. — Привет, Атсуму-сан! — узнав вчерашнего гостя с кафе уже радостно сказал рыжий, — Я уже думал не дождусь звонка! — в шутку упрекнул. — Да там дела были с братом.. — нагло соврал он. Никаких дел не было, только любование собой у зеркала и проба разных голосов, чтобы понять как лучше сказать первую фразу Хинате. — Но как только освободился сразу позвонил тебе!  — Что-же, рад это слышать, Атсуму-сан. — даже через экран блондин чувствовал милую, с ямочками — улыбку младшего. — Я.. — не зная, что ещё сказать блондин перебирал варианты в голове. — Оставь свои думы, Атсу-сан, — у Мии в этот момент чуть-чуть остановилось сердце. Атсу-сан слишком мило звучало с уст Шоё, — лучше скажи, когда наконец пригласишь меня на свидание? Атсуму в ступоре остановился и чуть не разинул рот, как в комедийном фильме, который братья Мия недавно смотрели.  Но взяв волю в кулак и осознавая, что вот, его шанс. — Когда ты свободен? — тише обычного спросил Мия. — Завтра вечером можешь зайти за мной после смены.  — Я буду. — уверенно ответил Атсуму. — Буду ждать. — напоследок посмеявшись, отключил звонок Хината, который не знал, что сразу после Атсуму завизжит ещё сильнее и побежит хвастаться брату. Пока сам Хината лежа у себя на кровати, уткнулся в подушку лицом и пытался унять дрожь в руках и поверить, что он правда это сказал.