Один день с Леви Аккерманом

      — Боже, Ханджи, откуда у тебя такие мысли?! — Петра снова покраснела. Никогда не перестану удивляться скромности этой девушки. Она до сих пор смущается при слове секс, наверное, таких как она уже не осталось.       — Не вижу в своих рассуждениях ничего плохого или постыдного. Они оба достигли возраста согласия и вольны делать все что хотят, — Зое, как всегда, королева логичных аргументов. Ее практически невозможно смутить или застать врасплох. Она полная противоположность Петры.       — Вообще-то школьный двор — общественное место, а секс в публичных местах, как минимум небезопасен, а как максимум, наказуем, — вот и Моблит вставил свое слово. Он, в отличии от Зое, обладает здравым смыслом.       — Эрвин, а ты что думаешь? — девушки чуть ли не хором задали мне этот вопрос, а я, Эрвин Смит, ничего не думаю о своих одноклассниках, которых, якобы, застали в компрометирующих позах на заднем дворе. Мне все равно.       — Меня не интересует кто, с кем и где спит, — снова я оказался самым адекватным в нашей компашке. Хотя, объективно, так и есть. Мои друзья любят перемывать кости своим одноклассникам и другим ученикам, иногда мне кажется, что обсуждение последних новостей школы для них как ритуал: поболтать, а потом уже заняться своими делами.       — Конечно, куда тебе. Ты же вечно смотришь на Аккермана. Даже сейчас взгляд от него не можешь оторвать, — молодец, заметила, не зря очки носит. Каюсь, в этом мой прокол. Значит плохо получается наблюдать за парнем незаметно. Теперь главное, чтобы Леви не заметил повышенный интерес к себе.       — В моих действиях ничего противозаконного нет. Что мне теперь уже и на человека посмотреть нельзя? — оборонительная позиция мой конек, но на Ханджи она редко действует.       — Понятно с тобой все. Я только одного понять не могу, почему именно Аккерман? Он же странный и подозрительный, неужели не мог выбрать кого-то более приятного? Нет, конечно, о вкусах не спорят, но я могу посоветовать тебе кучу симпатичных парней, — Ханджи прямо гуру межличностных отношений. У нее было три парня и все они убежали, сверкая пятками. Даже боюсь представить, что им пришлось пережить. Зое умеет дружить, но романтические отношения не ее конек.       — Мне просто интересен этот человек. Он всегда такой серьезный и задумчивый. Не разговаривает ни с кем без причины. От него такая пугающая аура исходит, даже я иногда вздрагиваю, когда он проходит мимо, — я уже давно наблюдаю за этим парнем, даже не знаю, когда это началось. Просто в какой-то момент взгляд стал дольше на нем задерживаться, я стал подмечать некоторые особенности его поведения. Мы учимся в разных классах, поэтому видимся чаще всего в столовой и иногда в коридорах, поэтому я стараюсь брать от этого времени по максимуму.       — Отвечай, не задумываясь, на мой вопрос, — она резко изменилась в настроении, подскочила на стуле и приблизилась к моему лицу слишком близко. Она знает, как застать человека врасплох, — ты хочешь его трахнуть?       — Не знаю, — я так и заикой могу остаться. Однако, теперь точно знаю, что в моей голове полный бардак. Видимо, мое подсознание тоже в смятении.       — Ты не сказал нет, значит он тебе не безразличен, — она расплылась в хитрой улыбке и села на свое место. Теперь эта женщина еще долго будет припоминать мне мой косяк с Аккерманом.       — Друг, попробуй поговорить с ним. Может если он станет для тебя более понятным, интерес спадет, и ты перестанешь пронизывать его взглядом каждый раз, когда мы в столовой, — дело дрянь, если даже Моблит обратил внимание на мое поведение.       — Как ты себе это представляешь? Привет Леви, ты мне интересен, давай пообщаемся, — это даже звучит глупо.       — Тебе просто нужен стимул, чтобы подойти к нему. Ты же спортсмен. Ваша цель медаль или что-то типа того. Нужно придумать причину, по которой тебе нужно войти с ним в контакт, — а в ее словах есть смысл. — Смит, давай поспорим, что ты сможешь провести с Аккерманом бок о бок целый день. Если у тебя получится, то мы будем платить за твои обеды в течение месяца, — должно быть, она долго думала, прежде чем выдать этот бред.       — Спор? Ханджи, я думаю ты способна придумать что-то более интересное, — это только на первый взгляд кажется, что мне не понравилась ее идея. На самом деле, я люблю споры, но надо же для порядка по возмущаться.       — Эрвин, а это неплохая идея, я даже не пожалею своих денег на тебя, — Петра впервые вмешалась в разговор и тоже поддержала эту идею.       — Хорошо. Я проведу вместе с Аккерманом весь день до самого вечера, если предметы будут совпадать, я и на уроке к нему сяду, — думаю, стоит попробовать. Может Зое права и мне нужен толчок, чтобы наконец-то решить свою проблему с этим парнем.       Леви Аккерман приехал в наш городок вместе со своим дядей четыре года назад и уже два года я за ним наблюдаю. Самое интересное то, что вне стен школы пересечься с ним сложно. У меня много времени занимают тренировки по футболу, а на тусовки и разные мероприятия он не ходит. Леви очень противоречивая личность: заучка, но при этом может за себя постоять в драке, у него устрашающий грозный вид, но я никогда не видел, чтобы он сам провоцировал конфликты. Он не похож на других парней нашей школы.       Когда я понял, что меня не интересуют девушки, сначала удивился, а потом стал думать над тем, какие парни в моем вкусе. Мне потребовалось много времени, чтобы полностью осознать свои предпочтения и прийти к согласию с собой. Дожив до десятого класса, я понял две вещи: первая — я точно актив, а вторая, мне не нравятся предсказуемые партнеры. Ни с одним, ни со вторым парнем ничего не сложилось, потому что они слишком очевидные. Когда в школе поползли слухи о моей ориентации я стал мишенью для открытых геев. Меня стали атаковать всякие назойливые милые мальчики, которые почему-то решили, что смогут мне понравится. Возможно моя заинтересованность Леви возникла как противовес всем этим няшкам-милашкам.       Слова Ханджи не на шутку встревожили. После обеда, я серьезно загнался по поводу спора. Мне не хватило двух лет, чтобы утолить свое любопытство, а сейчас я уже готов подойти к нему. Может быть Ханджи права, теперь, когда у меня появилась веская причина, я смогу сделать первый шаг. Однако, моя уверенность только в мыслях, на деле все обстоит по-другому. Я не считаю себя скромным или нерешительным человеком, но, когда дело доходит до этого парня, что-то меняется. Моя решительность резко пропадает, и я превращаюсь в овощ. Я бы долго еще искал подходящий момент, если бы не подвернулась идеальная возможность с ним поговорить.       После окончания урока истории я вышел из кабинета последним и заметил, что в соседнем кабинете еще сидит Леви, причем абсолютно один. Прежде чем войти я сделал глубокий вдох и шумно открыл дверь, чтобы привлечь к себе внимание.       — Привет, — конечно нужно начать с приветствия. Стоило ему услышать голос постороннего как он оторвал взгляд от тетради и посмотрел на меня.       Ох, лучше бы он этого не делал. Его глаза буквально вонзились в меня словно два ножа. Такое ощущение, что я пришел, как минимум на драку, а как максимум, убить его. Столько стали в глазах я не видел ни у одного человека. Сразу стало не по себе, этот коротышка умудрился заставить меня вице капитана футбольной команды застыть на месте.       — Привет, — мне кажется у роботов голос более эмоциональный. Ему бы потренироваться разговаривать как нормальные люди, а не тратить время на конспекты.       — Мне нужна твоя помощь, — по большому счету, так и есть мне нужно разрешить эту ситуацию длинною в два года, — короче… я поспорил с друзьями, что смогу провести рядом с тобой целый день, даже после школы, а они за это будут месяц платить за меня в столовой. Поможешь мне получить халявную еду? — я не придумал ничего лучше, чем сказать все как есть. Однако, потом понял, что мои слова звучат глупо. Кто согласится помогать после таких слов?       — Интересно, — парень, явно, не ожидал от меня подобного выпада. На его непроницаемом лице появилось удивление: брови поползли в верх, от чего он стал больше похож на обычного школьника, — я даже имени твоего не знаю, парень, — да моя промашка, надо было не налетать с разбегу, а подготовить почву.       — Прости. Меня зовут Эрвин Смит, а тебя Леви Аккерман, так получилось, что друзья взяли меня на слабо и я пришел к тебе со странной просьбой, — разговор сразу не заладился, теперь кажется стало еще хуже.       — Я понял, но с чего бы мне тебе помогать? Почему я должен терпеть рядом с собой присутствие какого-то незнакомца? — резонный вопрос, и как я раньше об этом не подумал.       — Может ты тоже что-то хочешь? — всегда есть вероятность, что он что-то попросит, у нас получится полноценная сделка.       — Мне ничего не надо, — ожидаемый ответ, он из тех людей, которые выглядят самодостаточно, даже не знаю, что я могу ему предложить, — однако, ты меня удивил. Довольно смелый шаг, не каждый добровольно согласиться находиться в моей компании, — в этом он прав. Все обходят парня стороной и даже лишний раз не попросят списать. Он окружён неприступной аурой.       — В этом и смысл спора, — я ляпнул первое, что пришло в голову и пожалел. Аккерман сразу помрачнел, но говорить ничего не стал. Может ему не нравится, что люди обходят его стороной и распускают слухи, хотя он и не выглядит расстроенным. Он всегда выглядит так, будто ему все равно.       — Хорошо, — он неожиданно быстро переменился в лице, встал из-за парты и пошел в мою сторону, — не боишься? Слухи обо мне разные ходят: говорят даже, что я состою в преступной группировке. А вчера слышал, как какой-то парень предположил, что я участник элитного БДСМ клуба. Вдруг я склоню тебя к чему-то плохому, а?       — БДСМ клуб, серьезно? — его устрашающий вид не возымел на меня эффекта, а вот слухи позабавили до глубины души. Конечно о Леви говорят разное, но про группировки и клубы утех я в первый раз слышу. Да, Аккерман странный парень, но не настолько, чтобы заниматься подобными делами, — не думаю, что твои вкусы настолько экстравагантны, поэтому не боюсь.       — Хорошо, тогда встретимся завтра утром у входа в школу, — я сначала даже не поверил своим ушам. Он действительно согласился.       Я не успел и слова сказать, как парень собрал свои вещи и вышел из кабинета. Все оказалось проще, чем мне казалось, хотя, если честно, я не до конца понял, почему он согласился участвовать в этой затее. Ему, ведь, никакой выгоды нет. Однако, не так уж это и важно, главное, что теперь у меня появится возможность немного приблизится к такому неприступному человеку как Леви Аккерман.       Вечером я написал в наш общий чат, поделился, так сказать, хорошей новостью. Как ни странно, бурной реакции друзей получить не удалось. Только Ханджи скинула несколько хитрых смайликов. Петра и Моблит промолчали, хотя всегда есть вероятность, что они что-то затеивают, ну или просто заняты.       Когда я закончил свои дела, в голове начали всплывать разные мысли, и все они касаются Леви. Его имя до сих пор непривычно произносить. Для жителей нашего городке появление новых жителей азиатской внешности стало довольно резонансным событием. Не то что бы мы тут совсем отстали от жизни и появление японцев для нас сродни с приземлением летающей тарелки, но все равно достаточно неожиданное событие. Это потом уже выяснилось, что они много лет живут в Штатах, а Леви даже плохо знает свой родной язык, так что их не назовешь иностранцами. Со временем к ним все привыкли, но парень и его дядя до сих пор держатся довольно отстраненно и не спешат вливаться в общественную жизнь. Теперь же у меня появится возможность узнать этого парня за стенами школы.       Мысли об Аккермане еще долго не могли меня отпустить и только после полуночи я заснул. Однако, легче на утро не стало. Нервозность только усилилась. Я собрал себя в кучу на подходе в школу и то только благодаря ребятам, с которыми пересекся у входа, они меня отвлекли от мыслей, связанных с Леви.       — Ну что удачи. Обязательно предоставь нам доказательства того, что ты провел день вместе с этим парнем, — Ханджи перед тем как уйти вбросила требование.       — И как ты себе это представляешь? — то есть моего слова ей будет недостаточно, а еще подругой зовётся.       — Фотки или короткого видео будет достаточно. Если уж он разрешил к себе приблизится, то от одного совместного селфи у него точно не убудет, — ей легко говорить, а если убудет.       — Ладно, по ходу дела разберёмся, — ближе к концу дня я у него спрошу. Хотя мне до сих пор не верится, что такой человек готов впустить в свое личное пространство незнакомца.       На этом наш разговор закончился, и я остался один. Ребята решили удалится, чтобы не смущать Аккермана, который, кстати, еще не появился. Я осмотрелся вокруг, но найти его в толпе не получилось. Только спустя пять минут, когда большая часть людей разошлась, я увидел, входящего в дверь, Аккермана. Он как всегда крайне серьезен и сосредоточен. За спиной черный неприметный рюкзак, а одежда еще менее запоминающаяся: серые джинсы и черная оверсайз толстовка с капюшоном.       — Привет, — я поздоровался первым.       — Привет, — он мельком посмотрел на меня и прошел вперед.       — У нас первый урок и сразу совместный, — обычно мне легко найти общий язык с человек и завести с ним разговор на какую-нибудь отвлеченную тему, однако с Леви, естественно, все по-другому. Нужно поддерживать разговор, но я сомневаюсь, что что-то получится, если собеседник будет таким молчаливым.       — Да, — чую, что с ним будет непросто, — говорю сразу, если будешь мне мешать, я престану помогать тебе со спором, — с его уст это звучит действительно угрожающе.       — Хорошо, я между прочим, люблю биологию и могу присоединится к твоей группе во время опыта, — здесь я ни капельки не преувеличил, мне нравится этот предмет, особенно его практическая сторона.       — Неожиданно, я думал, что спортсменов ничего кроме тренировок не интересует, — хоть бы один мускул на лице дрогнул, каменное изваяние не иначе.       — Не такой уж я и ярый спортсмен. Получается, что ты совсем не затворник, раз знаешь о моем главном увлечении, — я не ожидал, что он знает о моей деятельности в команде. Почему тогда вчера соврал, что не знает мое имя?       — Да, мне кажется про нашу легендарную футбольную команду знает весь город, — мне показалось, что на секунду его невозмутимость пошатнулась. Видимо, я застал его врасплох.       На этом наш разговор прервался, потому что мы дошли до нужного кабинета. Сегодня на лабораторном эксперименте мы будем препарировать лягушку. Я, признаться, очень ждал, когда настанет этот день. Так что сегодня в подробностях рассмотрю внутренности животного еще и в присутствии Леви. Мне даже стало интересно, какой будет его реакция на расчаленное земноводное. Вдруг выясниться, что он их боится, хотя это и маловероятно.       Стоило нам войти в класс вместе, да еще и сесть за один стол, как добрая половина класса уставилась на нас как на пришельцев. Конечно я предполагал, что народ удивится такому повороту, но того, что они чуть ли не пальцем тыкать начнут, я не ожидал.       — Привет, — Леви поздоровался с двумя девушками, с которыми он обычно работает на практических занятиях. Я, если честно даже имен их не знаю, потому что они ничем примечательным не выделяются, кроме, конечно, хорошей успеваемости.       — Привет, — они отвлеклись от своих конспектов и сразу посмотрели на меня. Девушки оказались более тактичными, чем большинство здесь присутствующих, они попытались скрыть свое удивление.       — Ну что, дамы, готовы вскрывать лягушку? — я же, не обращая внимания на напряженность повисшую в воздухе, веду себя как обычно — пытаюсь быть дружелюбным.       Однако, мне никто не ответил. Возможно они решили включить режим игнора, но это не страшно. Сейчас вряд ли что-то сможет испортить мне настроение. Когда начался урок и вошел учитель, большинство присутствующих погрузились в лабораторное занятие, на меня уже престали кидать косые взгляды.       Аккерман даже глазом не моргнул, когда начался процесс препарирования животного. Он, как главный в нашей группе, вспорол брюшко лягушки, его рука даже не дрогнула. У меня промелькнула шальная мысль, о том, что этот парень слишком уж хладнокровно орудует острым предметом. Может слухи про мафию не такие уж и слухи.       Девушки особо не участвовали в процессе, но они делали заметки и зарисовки. Если посмотреть на класс, то можно увидеть, что только двое учеников отреагировали бурно: одну девушку затошнило, а другая закрыла глаза и отказалась смотреть на распотрошённое земноводное. Все остальные держатся стойко. Я же помогаю Леви и внимательно все рассматриваю. В целом вскрытая лягушка ненамного отличается от вскрытой рыбины, внутренности у них схожи, что и требовалось доказать. Мы сделали все необходимые записи и остались вполне довольны. В конце урока нам пришлось убрать всю эту расчлененку, а потом народ достаточно быстро разошёлся, а мы с Леви задержались.       — Смотрю тебе понравилось копаться в лягушке? — только сейчас он задал мне вопрос, напрямую не касающийся учебного процесса.       — Да, вполне, мне нравится биология, хочу в будущем связать свою жизнь с изучением животных, — сам от себя не ожидал, что смогу поделиться с Леви настолько личной информацией, но слова как-то сами вылетели.       — Не хочешь становится профессиональным спортсменом? — похоже его удивило, что спорт для меня не главное жизни. Да, я люблю командную игру, тренировки, волнение перед выходом на поле, но футбол — это не приоритетное занятие.       — Нет, так что теперь ты знаешь мой секрет, — в курсе только отец и Ханджи. Многие люди зная успехи нашей команды и мои в частности, часто пророчат мне великое спортивное будущее, и это в последнее время стало раздражать.       — Мы с тобой только второй день разговариваем, а ты уже секретами делишься, — резонное замечание.       — Да, не похоже на меня, но думаю, ты не побежишь на следующей перемене рассказывать всем подряд о том, что лучший юный квотербек штата собирается променять большой спорт на зверушек, — искренность так и прет сегодня. Как ни странно, сейчас я не боюсь ляпнуть что-нибудь невпопад и разозлить Аккермана. Теперь он уже не кажется таким устрашающим.       — Можешь не переживать, я умею хранить чужие тайны, — в первые я заметил в его взгляде и тоне голоса долю искренности. Он все такой же серьёзный, но теперь менее отстранённый, в нём будто появились эмоции.       В следующий раз мы встретились в столовой. Я пришел позже и вместо того, чтобы сесть как обычно с друзьями, сразу пошел к столику Леви. Он даже головой не повел, когда я подсел к нему. Видимо его ничто не отвлекает от приема пищи.       — Теперь я понимаю, как ты себя чувствуешь во время обедов, — я не сразу смог сосредоточится на еде, потому что периферийным зрением стал замечать взгляды в свою сторону. Не иначе чем вся школа пытается понять почему я сел с этим человеком за один стол.       — В каком смысле? — о, мне удалось привлечь к себе внимание.       — Ну на тебя постоянно пялятся, а на меня только один день и мне уже не нравится. Я, конечно, часто в центре внимания, но обычно на меня бросают редкие заинтересованные взгляды, а сейчас смотрят так пристально, что кусок в горло не лезет, — да уж, этот день пройдет нелегко.       — Да, но я-то сам себе такую репутацию создавал годами, поэтому и привык. Мне мало что может испортить аппетит, — пожалуй, он говорит правду.       — Что, Смит, на экзотику потянуло, — в наш разговор нагло вмешался, чтоб ему долго жить, мой бывший. Я даже не понял с какой стороны он подошел.       — Ну если нормальных парней ты считаешь экзотикой, то да, — мы расстались три месяца назад по моей инициативе. Мэтту это очень не понравилось и теперь при каждой нашей встрече он пытается как-то меня поддеть. Я с ним не ругался, не устраивал сцен, просто сказал, что мы друг другу не подходим, а он теперь считает меня своим врагом номер один.       — То есть его ты считаешь нормальным? — вот снова на лбу появилась морщинка. Нельзя так нервничать, молодой человек.       — Вполне: две руки, две ноги, одна голова, — не смог сдержаться и съязвил. Этого парня надо поставить на место, мне уже порядком надоели его выпады.       Видимо, он не смог придумать ответ и просто ушел от нашего столика, а перед уходом бросил презрительный взгляд на Леви, но мне кажется, он его даже не заметил, ибо полностью погружен в свой обед.       — Извини. Мэтт вряд ли имеет что-то против тебя, просто мне насолить хочет, — он бы даже в сторону Аккермана не посмотрел, если бы меня рядом не было.       — Ничего страшного, и ты не должен извиняться за самодурство других людей, — как ни странно, он мне ответил и в его голосе не прослеживается сталь, к которой я уже успел привыкнуть.       Больше говорить мы не стали, тем более, что время обеда нерезиновое. Однако, я успел заметить, как на нас периодически поглядывают мои друзья. Теперь у них есть, как минимум одно доказательство того, что я провожу время с Леви.       Обедать с ним за одним столом оказалось приятно: он не шумный и ест аккуратно. Теперь, когда у меня есть возможность посмотреть на него в близи, я не могу это сделать. Если буду пялиться слишком часто, то он точно заметит и подумает, что я странный, поэтому приходится постоянно себя контролировать. А у Леви, как всегда, нет никаких проблем. Он без лишней суеты поглощает свою еду.       За пять минут до начала следующего урока мы вышли из столовой и направились в разные стороны. Перед этим договорились, что встретимся после уроков возле выхода из здания. Сегодня количество занятий у нас совпадёт, удачный все-таки день, никого никому не придется ждать. Стоило мне войти в класс, как появилась Зое.       — Ну и сцена же сегодня в столовке развернулась, я думала у Мэтта жопа задымится, — так, наверное, все подумали. Я спиной чувствовал взгляды зевак.       — Да, мы устроили маленькое шоу, надеюсь он не станет после этого доставать Леви, — это маловероятно, но кто знает какая муха укусит этого парня завтра.       — Ничего с твоим Аккерманом не случится, он, если понадобится и в бубен может прописать, — с этим не поспоришь. Полтора года назад переведенный старшеклассник решил найти себе жертву для издевательств, однако, о Леви он сломал зубы, в буквальном смысле: Аккерман хуком справа выбил один зуб. Историю удалось замять: у новенького была плохая репутация и несколько человек подтвердили, что он начал первый.       — Ты еще громче его моим называй, а то вдруг кто-то в классе еще не расслышал, — мало мне внимания было в столовой, так еще и подруга масло в огонь подливает.       — Расслабься, никто нас не услышит, а если и услышит, то ничего страшного, мы не делаем ничего странного, просто говорим о нормальном парне, - уже начала действовать на нервы и передразнивать. Не понимаю почему я ее до сих пор терплю.       — Ханджи, давай без этих твоих закидонов, — иногда грозный взгляд осаждает ее активность, и она перестает меня раздражать.       — Ладно, — кажется подействовало, — а если серьезно, вам удалось поладить? — теперь она больше похожа на адекватного человека, в глазах сразу появилась здоровая дружеская заинтересованность.       — Да, я даже не думал, что в его компании смогу почувствовать себя хорошо. Он все такой же отстраненный и холодный как камень, но не отталкивает, а даже наоборот, еще больше притягивает к себе внимание. Надо было заговорить с ним раньше, а не мучать себя, — довольно откровенное признание. Хотя мне не впервой в чем-то признаваться ей. Она первая кто узнала о моих предпочтениях, даже перед отцом вышел из шкафа не сразу. Ханджи часто бывает раздражительной, но она умет хранить чужие тайны, если ее об этом попросить.       — Я рада, что спор не стал для тебя бременем. Эрвин, если тебе захочется о чем-то поговорить, я тебя всегда послушаю, — прозвучало очень искренне, она даже по плечу меня похлопала. Приятно слышать не язвительные комментарии, а что-то дельное.       Стоило нам договорить как в классе появился учитель, мы сразу отвлеклись от своих дел и сосредоточились на уроке. Пиксис нормальный мужик, но его лучше не злить. На уроке я занял голову мыслями о политологии и перестал думать о Леви, это значительно помогло разгрузить голову.       Следующие уроки прошли также, я даже умудрился неплохо ответить на вопросы по новой теме. Для меня высокие оценки не являются приоритетными. Успеваемость находится на среднем уровне, хотя многие учителя говорят, что я могу учится на отлично. Сам Пиксис как-то обмолвился, что я родился счастливчиком: у меня талант к спорту и интеллектом не обделён. Я планирую уйти в выпускном классе из команды, чтобы уделять больше времени учебе. Хочу поступить в колледж.       После всех занятий мы, как и договаривались встретились возле дверей. Я подошел вторым. Леви уже стоит возле стены и внимательно смотрит в телефон. Мне даже стало интересно, что его так увлекло. Когда он заметил меня, то убрал гаджет в карман джинсов и сосредоточился на мне.       — Я, если честно подустал, а ты смотрю, возмутительно бодр, — Леви действительно выглядит так же свежо, как и утром, будто он и не почувствовал все эти часы, проведенные в стенах нашей альма-матер.       — Это еще далеко не конец, у меня сегодня много работы, так что будь готов, — заинтриговал. В голове сразу стали возникать разные образы: Леви, разгружает товарные вагоны или подстригает газон, а вдруг он выбивает долги у людей или толкает мет. Чем больше я думал, тем страннее становились мои мысли. Конечно, с метом и долгами я перегнул, но возможно о нем и не такие слухи ходят. И что самое интересное, те кто распускают бредни даже не задумываются, что вряд ли барыга будет учится на отлично.       — Я готов, теперь для меня дело принципа не проиграть спор, — дело, определено, только в нем.       — А как ты докажешь друзьям, что пошел со мной после школы, а не повернул в другую сторону? — хорошо, что он сейчас об этом спросил, теперь я скажу про доказательства.       — Ну, в качестве доказательства я должен прислать фото или видео с тобой, — возможно он откажется мне помогать, если ему не захочется фотографироваться.       — Логично, — я ждал более развёрнутого ответа, — расслабься, будет тебе фото, — получается зря я заморачивался, парень-то оказался более сговорчивым, чем можно было ожидать. Возможно к концу дня мы даже сможем перейти из статуса «незнакомцы» в статус «хорошие знакомые» или даже «приятели»       — Куда мы идем? — я весь во внимании.       — В городскую библиотеку, ты же не против поехать на моей машине? — слишком предсказуемо, а я уже успел столько всего придумать.       — Хорошо, поехали, — мне не принципиально на чем ехать, я бы даже пешком прошёлся.       Машина Леви оказалась такой же, как и ее хозяин: неприметная, но при этом вымытая до блеска, простенькая, но с хорошими характеристиками и практичная. Мне стало даже неловко от того, что моя выглядит потрёпанной и грязной. Пожалуй, ее стоит помыть.       Мы довольно быстро расселись по местам и тут случился забавный инцидент. Стоило Леви начать заводить машину как он понял, что не дотягивается ногой до педали. Пожалуй, это первый раз, когда я увидел его смущенным и раздосадованным. Я изо всех сил постарался состроить безразличную мину, но плохо с этим справился. Он показался мне таким милым, прямо как щенок корги, который пытается спустится с высокой ступеньки.       — Регулятор барахлит? — судя по всему да, вот сиденье и откатилось назад.       — Только попробуй заржать, и я тебя прибью! — а вот это было неожиданно. Он как какой-то ниндзя резко встал со своего сидения и приблизился ко мне. Ну фурия, честное слово, мне на секунду показалось, что его глаза вспыхнули. А самое странное то, что я совсем не испугался. Другой бы от такого напора вжался в обивку и закрыл глаза, я же в оба глаза уставился на него.       Он сейчас так близко ко мне, нужно воспользоваться такой возможностью и внимательно его рассмотреть. Я всегда знал, что он красивый, но не предполагал, что настолько: его кожа бледная, но не выглядит болезненной, а скорее аристократичной. Глаза темно-серые, кажется такие называют цвета «мокрый асфальт». Напряженность в салоне повисла такая сильная, что ее можно почувствовать. Однако, я не хочу даже пытался разрядить обстановку. Мне кажется я готов смотреть на его разъярённое лицо вечно.       — Ты красивый, — черт. Я даже не сразу понял, что вслух назвал его красивым. Похоже вся-таки меня сегодня прибьют.       Однако, никакой драки в салоне не произошло даже близко. Парень от моих слов будто на месте застыл и на несколько секунд перестал дышать. Когда его отпустило, он спокойно сел на свое место подстроил кресло под себя и завел машину будто ничего не произошло. Хотя на совсем короткое время я успел разглядеть на его лице эмоцию которую раньше никогда не замечал: он запаниковал. Великий и ужасный Леви Аккерман растерялся, когда его назвали красивым. Кто услышит и не поверит.       Всю дорогу до библиотеки ехали молча и никому из нас не показалось, что тишина в салоне может быть напрягающей. Мы просто ехали и думали каждый о своём. К месту назначения прибыли в три часа пятнадцать минут. Если честно в городскую библиотеку я иду в первый раз. Обычно мне хватает школьной, если нужно подготовиться к занятиям. Леви же школьного запаса книг не хватает, поэтому, наверное, он и приезжает сюда.       Внутри все выглядит вполне привычно, как и во многих других подобных местах. Нас встретила приятная старушка, кажется ее зовут миссис Дженкинс, я довольно часто видел ее организатором разных городских фестивалей.       — Здравствуй…те мальчики, — видимо, она не ожидала увидеть Леви с компанией. Настолько удивилась, что мне даже неловко стало. Неужели мое нахождение рядом с ним настолько из ряда вон выходящее?       — Здравствуйте миссис Дженкинс, у меня сегодня будет двое, — лицо Аккерман немного прояснилось. Видимо старушка хорошо влияет на его настроение. Вот только я не понял фразу про каких-то его двоих. Двоих кого? К нему кто-то присоединится? Может у парня все-таки есть друзья?       — Хорошо, — женщина внимательно послушала, а потом ушла к книжным полкам.       — Я смотрю ты неплохо ладишь со старушками, — я не мог не обратить на это внимание.       — Да, они не смеются надо мной, — всё-таки обиделся. Я ничего плохого не сделал, а он уже преподнёс все так будто я какой-то злодей.       Дальше мы молча пошли к самому дальнему столу и сели за него. Парень достал несколько тетрадей и папок, однако, книги не взял, это показалось мне странным. Через несколько минут он все-таки заговорил со мной.       — Сейчас придет Мэдди, я занимаюсь с ней математикой. Так что тебе придётся отсесть от нас за другой стол, чтобы не мешать, и к тому же она немного застенчивая девочка, так что старайся не отсвечивать, — вот как. А ты умеешь удивлять, Аккерман.       — Ты занимаешься репетиторством с ребенком в библиотеке? — даже не знаю, что меня удивило большое: Аккерман в роле учителя или то, что они сбираются заниматься в месте, где нужно вести себя тихо.       — Да. В это время здесь никого не бывает, так что мы никому не помешаем, — логично, — после Мэдди придет мальчик, — теперь понятно почему его не видно в городе, он все время проводит с детьми.       Через несколько минут пришла та самая Мэдди. Судя по учебникам, девочка учится в пятом классе. Она, как и сказал Аккерман, довольно застенчивая, поэтому я сразу отсел на другое место, но первое время она чувствовала себе некомфортно и иногда смотрела в мою сторону. Тогда я решил пройтись и рассмотреть книги на полках, не зря же я все-таки в библиотеке нахожусь.       Ассортимент литературы оказался разнообразным. Мне удалось найти большое количество художественных книг разных стран, конечно, кучу энциклопедий и справочников. Тут даже есть тематическая литература для разных профессий: например, «Как стать сантехником за два часа» или «100 и 1 схема вязания крючком». Конечно, без кулинарных книг тоже не обошлось.       Пока я ходил между рядами, успело пройти пол часа. У меня даже настроение улучшилось, но теперь захотелось сесть и поделать что-нибудь еще. Я постарался максимально незаметно занять свой стол, чтобы не отвлекать Леви и его ученицу. Как оказалось, они полностью погружены в работу, и даже не заметили моего появления.       Оставшиеся пол часа я осторожно наблюдал за тем как умело Леви доносит информацию до девочки. Мэдди оказалась достаточно сообразительной, но как я понял, точные науки даются ей тяжело, поэтому ее родители и наняли репетитора. В компании ребенка он ведет себя по-другому: тело более расслабленное и взгляд не такой острый, а как будто более снисходительный. Он оказывается может быть терпеливым и понимающим. Одну из задач она пыталась решить минут пятнадцать и все это время парень ненавязчиво помогал ей задавая наводящие вопросы и давая подсказки. В итоге она одолела задачу, и преисполненная гордостью, поблагодарила парня. В этот момент произошло из ряда вон выходящее событие — Леви Аккерман улыбнулся. Пожалуй, это самое искреннее проявление эмоций, которое я успел увидеть. Теперь ко всему прочему я узнал, что он умеет улыбаться.       — Ну как ты тут? Не зачах от скуки? — я даже не заметил, как девочка ушла, и Леви перевел свое внимание на меня.       — Эмм… нет я прошелся по залу, увидел кучу интересных книг, некоторые просмотрел по диагонали, — странно, я даже не удивился участливому тону, похоже начинаю привыкать видеть его в другом свете.       — Хорошо, — он принялся доставать из рюкзака другие записи и при этом продолжил говорить, — скоро придет Том, он учится в четвертом классе… и этот ребенок невыносим, однако, твое присутствие может мне помочь. Если ты не против, можешь взять какие-нибудь книги и сесть к нам поближе, чтобы он видел, что спортсмены тоже учат уроки, — похоже парень совсем уже привык к моему присутствию, раз просит помощи.       — Без проблем, — значит пацан считает, что учится не надо, если хочешь связать свою жизнь со спортом. Знаем таких, в моей команде большое половины пацанов придерживаются такой позиции.       Как Аккерман и сказал, мальчик оказался совершенно не заинтересован в учебе. Он постоянно отвлекается и вредничает, однако, Леви показал чудеса выдержки, никогда бы не подумал, что у него золотое терпение, сам бы я уже начал кричать.       — Том, ты должен решить эту задачу, она совсем не сложная, — Аккерман абсолютно спокоен, его раздражение выдает только блеск в стальных глазах.       — Лучше бы я сейчас тренировался, а не тратил время здесь, — еще молоко на губах не обсохло, а он уже такую пафосную мину скорчил. Вот же засранец, — вы бы тоже пошли потренироваться, а то еще немного и скрипеть начнёте.       — Обо мне не переживай. Тебе сейчас нужно сосредоточится на учебе. Если не наберешь нужные балы по предмету, то тебя могут отстранить от тренировок, — это, кстати, возможно, в нашей команде был похожий случай.       Этот пацан никак не мог угомониться, но две задачи им все-таки удалось осилить. Я же сосредоточился на чтении справочников по зоологии, это помогло отвлечься и не обращать внимание на несносного пацана. Час по ощущениям показался очень долгим. Когда мальчик вышел из читального зала, я выдохнул с облегчением. На часах шесть часов тридцать пять минут, а это значит, что уже больше получаса идет моя тренировка, и я благополучно ее прогулял.       — Наконец-то, — вроде бы занимался Леви, а голова разболелась у меня, — как ты его терпишь?       — Это сложно, но меня его мама слезно упрашивала, к тому же она неплохо платит, — вот где собака зарыта, конечно все упирается в деньги.       — Не смотри на меня так. На свои карманные расходы я зарабатываю сам, и дело не только в этом, я еще и практикуюсь, — и как я на него посмотрел?       — Хочешь стать учителем? — в шутку об этом сказал, но похоже, что попал в точку.       — Да, в перспективе хочу преподавать в колледже, — кто бы мог подумать, что Аккерман окажется таким идейным, захочет нести знания людям.       — Круто, ты отлично ладишь с детьми, — он действительно в этом хорош, — никогда бы не подумал, что из тебя получится хороший учитель.       — Ты еще многого обо мне не знаешь, — это точно, Леви Аккерман как реквизит фокусника, всегда найдётся второе дно.       — Я хочу узнать тебя получше, — очередная необдуманная фраза, которая выскочила еще до того, как я успел подумать.       — За один день хорошо узнать человека невозможно, — он прав. Я уже и забыл, что это временная акция от парня. Когда день закончиться с ним сфоткаюсь, а потом буду получать свои халявные обеды. Больше не будет других дней, которые я смогу с ним проводить. После осознания этого факта резко подпортилось настроение.       Постепенно между нами повисло странное молчание. Немного разрядить обстановку удалось только в машине. Однако, это длилось недолго, Аккерман успел все испортить.       — Сейчас давай съездим куда-нибудь поесть. К семи часам нам надо быть в ветеринарной клинике, — я уже было подумал, что сегодняшние дела закончились, возникла даже идея пригласить его куда-нибудь, чтобы провести время в непринужденной обстановке.       — Надо забрать твою кошку? — я предположил, что у него есть животное, которое заболело.       — Нет, с нами никто не живет, у Кенни аллергия на шерсть. Мы поедем в клинику к Зику Йегеру, я обещал ему помочь, — так, значит мы задержимся на какое-то время в клинике. Дети, животные — становится все интересней и интересней.       — Я знаю это место. Моя бабушка из соседнего города специально приезжала, чтобы отвезти Бубенчика к нему. Сказала, что Зик один из лучших врачей в штате, — у кота тяжелая почечная недостаточность, но ему удалось подлатать животное, Бубенчик после лечения живет второй год. Однако, он долго не протянет, уже очень старый.       — Да, он талантливый врач, — на секунду мне показалось, что взгляд Леви стал более тёплым, будто этот Зик для него важный человек и ему польстило, что навыки врача так высоко ценят.       — Значит вы хорошо ладите? — скорее всего да, раз он помогает ему в клинике.       — Да, мы друзья, — значит у Леви и друг есть, теперь мне все больше и больше кажется, что Аккерман самый обычный парень, это просто мы, люди вокруг него, странные.       — Опять ты смотришь на меня этим взглядом, — кажется я его раздражаю.       — Каким взглядом? — что со мной опять не так?       — Удивленным, будто у меня не может быть друзей, — мне стало немного неловко. Я ведь также, как и все смотрю поверхностно, не пытаясь понять, какой он человек на самом деле. Чем больше проходит времени, тем больше слухов появляется. Однако, с другой стороны, Леви может вести себя более дружелюбно, тогда и люди меньше сплетничать будут.       — Извини, просто ты оказался совсем не таким человеком каким я тебя представлял, поэтому буду иногда включать удивление, — значит он не дружит со школьниками, а предпочитает людей постарше, — у меня, кстати, не так много друзей, как люди думают, есть две подруги и друг, остальные просто знакомые.       — Я дружу с Зиком и его младшим братом, — никогда бы подумал, что меньше чем за сутки узнаю об этом человеке больше, чем за четыре года.       Время в пути прошло как-то слишком быстро, я и не заметил, как мы приехали к закусочной «У Бетти», пожалуй, это самое ходовое место в нашем городе. Здесь готовят вкусно, быстро и недорого. Я заказал себе пирог, а Леви картошку фри и бургер. Похоже вредную еду он тоже ест. Мне же пока на такую еду налегать нельзя, завтра тренировку никто не отменял.       Пока ели мы даже немного поговорили о всяком. Оказалось, что он любит животных и неплохо разбирается в их физиологии, видимо, поэтому вскрытие лягушки не стало для него чем-то неожиданным. Он даже обмолвился, что хочет преподавать биологию или какие-нибудь смежные предметы. С Зиком они познакомились еще четыре года назад, когда Леви принес к нему в клинику больного щенка. Так слово за слово, и они стали неплохо ладить. Теперь их можно назвать друзьями.       С едой мы справились быстро и почти сразу поехали в клинику, чтобы не опоздать. Аккерман очень пунктуальный человек, как будто даже слишком, но это неплохо. Однако, на секунду мне показалось, что дело не в ней одной, может он побыстрее хочет увидеться с Йегером.       До клиники мы домчались за пятнадцать минут и в шесть часов пятьдесят минут уже стояли возле входа. Свет в клинике горит ярко и на ресепшене видно человека, который держит в руках переноску. Когда женщина ушла, медсестра за стойкой обратила на нас внимание.       — Привет, Пик, — Леви слегка улыбнулся ей. Она стоит в белом медицинском халате и шапочке. Стоило ей увидеть нас, как она сразу изменилась в лице.       — Ты где пропадал? Совсем про нас забыл, — она вышла из-за стойки, явно обрадовавшись приходу Леви, даже слегка похлопала его по плечу.       — Много дел было, — это точно, с таким-то плотным графиком.       — Здравствуйте, Я Эрвин, — на удивление Пик не обратила на мня внимания, даже как-то обидно стало.       — Привет, тоже хочешь помочь Зику? — нет, но я все равно пришел.       — Да, сегодня со мной будет этот парень, — я сегодня как дополнение к Леви Аккерману, чувствую себя немого странно, будто надоедливый родственник, хотя так оно и есть.       Пока мы разговаривали, из дальней комнаты вышел сам Зик. Я пересекался с ним несколько раз в городе. Он действительно похож на врача: весь такой высокий, в очках, ему бы подошла борода, но врачам ее лучше не носить. Как только мужчина появился, сразу кинулся к Аккерману с объятиями, я если честно опешил. Кто бы мог подумать, что такой, серьезный на вид, мужчина может так ярко проявлять свои эмоции.       — Поганец, совсем про нас забыл, — видимо, он действительно давно не ходит сюда.       — Я был занят, еще Кенни помогал, — возможно у Аккермана старшего что-то случилось, но я ничего об этом не знаю, хотя с чего бы Леви делиться семейными секретами со мной.       — Здрасьте, я, кстати, Эрвин Смит, — снова пришлось самому обращать на себя внимание.       — О как, — его удивление оказалось не похожим ни на чье другое, он будто обрадовался меня здесь увидеть, а может мне просто показалось, — кто бы мог подумать, что у тебя получится…       — Зик, заткнись, пошли лучше работать, — парень оборвал его на полу слове, даже как-то неожиданно. Я бы далеко не каждому человеку, который старше меня больше чем на десять лет, смог приказать заткнуться. Йегер же странно усмехнулся и сменил тему разговора.       Мы пошли в сторону дальних кабинетов. На глаза попалось две открытые двери: за одной, судя по всему, операционная, за другой что-то типа процедурного кабинета. Однако, мы пошли еще дальше и вошли в складское помещение.       — Вдвоем вы справитесь быстро. Леви, ты знаешь, что делать. Разложите все по списку, а потом я еще какую-нибудь работу вам найду, — звучит многообещающе, даже не знаю, что можно ждать от этого типа.       — Хорошо, — главное, что Леви понял, о чем идет речь.       — Видимо Зику привезли медикаменты и всякий расходный материал, теперь их нужно разложить по местам. Занятие не самое интересное, но раз уж ты здесь, то поможешь мне, — я и сам не против, так что продолжение вечера оказалось не таким уж и плохим.       Как оказалось, Аккерман хорошо знает не только расположение всех препаратов и материалов, но и их применение. Мне кажется в этой кладовой он сказал мне больше слов, чем за весь сегодняшний день. Не то что бы я запомнил от каких болезней нужен какой препарат и как правильно использовать хирургический зажим. Однако просто слушать спокойный, но при этом заинтересованный голос Леви оказалось очень приятно. В школе он говорит очень мало, я так вообще слышал его крайне редко, а сейчас слова льются как из рога изобилия.       Раньше казалось, что мне достаточно узнать Леви совсем немного, чтобы утолить свой интерес. Сейчас, когда я знаю, что он отлично ладит с детьми, любит животных и имеет взрослого друга, я понял, что мне этого недостаточно. Я хочу узнать какую музыку он слушает, какую еду любит, есть ли у него хобби, почему он живет с одним только дядей и есть ли у него девушка или даже парень. Есть еще столько всего чего я о нем не знаю.       — Тебе совсем не интересно меня слушать? — похоже я слишком сильно задумался, раз парень заметил мой отрешенный вид. Не могу же я сказать, что залип на его голос и перестал слушать про антибиотики и всякую прочую медицинскую мишуру.       — Нет, просто я заслушался, у тебя красивый голос, — опять сморозил какую-то чушь. Мне кажется я в присутствии Леви чувствую себя каким-то дураком: отвечаю невпопад, слишком глубоко погружаюсь в свои мысли и постоянно корчу удивленное лицо.       — Что еще во мне ты считаешь красивым? — я даже не сразу понял, о чем он говорит.       — Не понял? — что я только что говорил про поведение? Теперь к списку добавятся глупые вопросы.       — В машине ты сказал, что я красивый, теперь, что у меня красивый голос, — конечно, он запомнил, любой на его месте запомнит.       — Если честно, мне все в тебе нравится, — раз уж пошёл такой разговор, то можно продолжить, тем более, что я ни капли не преувеличил. Леви действительно очень заметный человек, несмотря на то, что изо всех сил пытается не отсвечивать.       Никогда не думал, что скажу нечто подобное прямо в лицо Леви Аккерману. Он как будто не поверил словам и внимательно посмотрел мне глаза. Несколько секунд пытался не моргать, но меня надолго не хватило, я первым отвёл взгляд. Происходит какой-то сюр, честное слово. Леви не стал больше давить на меня своим взглядом, а вместо этого продолжил капаться в коробках.       Неловкость в помещении повисла как грозовая туча над городом. Аккерман почти перестал говорить: больше никаких интересных фактов о препаратах для шиншилл и витаминах для собак. Теперь мы только перекладываем коробочки и бутылочки из больших коробок на полки. Через минут пятнадцать к нам зашел Зик и немного разбавил гнетущую атмосферу. Он придумал для Леви другое задание. Я, если честно, вздохнул с облегчением. Нужно немного времени, чтобы прийти в себя.       Для меня никогда не составляло труда говорить о положительных качествах людей или привлекательной внешности. Комплименты, когда они заслуженные, всегда получаются искренними и ненадуманными. Сейчас, я встретил человека, которому хочется делать комплименты постоянно, но у меня не выходит. Не могу подобрать нужные слова. Я должен был сказать не «мне все в тебе нравится», а что-то более существенное. Леви имеет не просто привлекательную внешность, он еще оказался хорошим человеком: занимается с детьми, помогает в ветеринарной клинике, хорошо ладит со старшим поколением.       Размышления о своей никчёмности ситуацию не спасли, мне стало как-то совсем паршиво. Когда я закончил разбирать коробки, решил посмотреть, чем занимается Леви. Я нашел его в процедурном кабинете. Хотя лучше бы остался сидеть в кладовке.       Дверь в процедурную приоткрыта, я заметил, как Леви склонился над мопсом и делает какие-то манипуляции с его лапой, судя по всему, массаж или что-то в роде этого. Однако, проблема в другом, в Зике Йегере, который слишком уж близко склонился над ним и объясняет, как правильно провести процедуру и не навредить собаке. Зик чуть ли не на ухо ему шепчет, а потом просто берет его руку в свою и начинает массировать так будто Леви здесь болен. Где это видано, чтобы друзья так себя вели, а Аккерман еще и улыбается, похоже его ничего не смущает. Оба такие расслабленные и счастливые, что хочется сделать что-нибудь гадкое, чтобы стереть улыбки с их лиц.       — Извините что помешал, я закончил, — вышло слишком грубо, но я уже просто не могу наблюдать за этой приторной картиной.       — Молодец, а мы тут Печеньку приводим в тонус, — Зик как ни в чем не бывало отошёл от Леви и уставился на меня.       — Ну да, я вижу, мопс довольный, только что хвостом не виляет, — агрессия стала более очевидной, и мужчина это заметил, как будто даже начал злорадствовать.       — Отведу-ка я Печеньку хозяйке, а то животное уже переживать начинает, — Зик взял на руки пса, вышел из кабинета и зачем-то дверь прикрыл.       — Тебе нравится Зик? — ну все, я окончательно потерял контроль, теперь меня уже не остановить.       — Чего? — теперь он дурачка включает, но со мной такой финт не прокатит.       — Все ты понял! Тебе нравится этот старикашка. А если бы он не остановился на руках, а дальше продолжил лапать, ты бы, навранное окончательно поплыл, — язык мой — враг мой. Даже если это и правда, какое право я имею вмешиваться в их отношения. Леви мне никто, я не должен вести себя как ревнивый парень.       — Слушай Смит, ты пришёл провести со мной день, так проводи, не лезь в мою личную жизнь, — парень ожидаемо разозлился. Конечно, его отношения с другом – это личное, а тут вдруг я начал возмущаться.       — Я тебя понял, надо было вас не прерывать, глядишь и кушетка бы пригодилась, — блядь.       — А тебе что завидно, хочешь быть на этой кушетке вместе со мной? — его вопрос ударил по голове как кирпич. А ведь правда, почему я так разозлился? Устроил сцену как какая-нибудь истеричка. Говорю гадости и кидаю двусмысленные намеки.       — Хочу, — да абсолютно верно, я хочу быть на месте Йегера и шептать что-нибудь на ушко, держать за руку и уж точно не останавливаться только на этом. Сейчас, когда я сам себе ответил на этот вопрос все стало понятно. Если бы Ханджи сейчас выскочила и спросила: «Ты хочешь его трахнуть?». Я бы точно дал положительный ответ.       В этот момент вся моя решимость сконцентрировалась на одном — сделать то, что я хочу уже очень давно. Не просто так на протяжении долгого времени я постоянно смотрю на этого парня, пытаясь повнимательнее разглядеть. Я хочу приблизится к нему, узнать какой он человек, в конце концов, я хочу его поцеловать. И как я мог сомневаться и тянуть так долго. Мог бы уже давно это сделать.       — Эрвин, ты что делаешь? — я стал постепенно приближаться к нему и оттеснять к стене. Леви инстинктивно начал двигаться назад.       — То, что надо было сделать давно, — сейчас главное не пугать его слишком резкими движениями.       Я преодолел последние сантиметры, которые отделяли нас друг от друга, и оказался настолько близко, что смог почувствовать, как участилось его дыхание. Теперь первым сдался он: сначала отвел взгляд, а потом и вовсе закрыл глаза. Я воспринял это действие как зеленый сигнал светофора и поцеловал его, слегка подрагивающие, губы. Сначала Леви стоял неподвижно как каменное изваяние, но это длилось недолго, потом он стал проявлять активность.       Сейчас наши потуги и поцелуем-то нельзя назвать, но через некоторое время мы оба стали поддаваться приятному наваждению. Леви вцепился в мою толстовку и сам придвинулся ближе, а я не смог удержаться и переместил руки на его талию. Как и ожидалось она оказалась тонкой, руки сами начали хозяйничать и пробираться под объёмную толстовку. Стоило мне коснуться тёплой кожи, как я почувствовал легкую дрожь. Парню нравятся мои прикосновения, это очевидно. У меня окончательно развязались руки, и я превратил наш невинный, почти детски поцелуй, в самый настоящий. Я сделал небольшое усилие и проскользнул языком в полуоткрытый рот Леви. Он немного запаниковал, но отталкивать не стал. Судя по всему у него совсем нет опыта в страстных поцелуях, но это даже мило. Теперь я узнал еще кое-что интересное о нем.       — Мне, конечно, очень нравится, но нам пора остановится, иначе точно придется воспользоваться кушеткой, — больших усилий стоило собрать последние крупицы здравого смысла, чтобы отлипнуть от парня.       — Да, — когда наваждение немного утихло, Аккерман засмущался. Конечно целоваться с парнем в первый же день знакомства, явно, не в его стиле.       — Леви, ты даже не представляешь какой я дурак, — я просто обязан рассказать о своих многолетних метаниях, — я уже два года не могу выбросить тебя из головы, а вчера моим друзьям надоело видеть, как я на тебя слюни пускаю и поэтому предложили этот дурацкий спор, чтобы у меня появилась причина подойти к тебе, — сказал и как-то легче стало.       — Я могу сказать тебе тоже самое, — он рассмеялся, не слегка улыбнулся, как обычно, а залился хохотом, причем таким звонким, что я ушам своим не поверил, — ты мне тоже всегда нравился, с того самого дня три года назад, когда я увидел вашу тренировку на стадионе. Ты тогда еще не был вице капитаном, но уже хорошо показывал себя. Я около часа сидел на трибунах и смотрел на тебя. А вчера ты первым ко мне подошел, и я растерялся. Никогда бы не подумал, что смогу тебя заинтересовать, поэтому и согласился помочь со спором, такую возможность нельзя было упускать, — вот это новость так новость. Мне нужно время, чтобы все осознать.       — То есть тебе никогда не нравился Зик? — да, меня все еще волнует этот вопрос.       — Нет конечно, Зик всегда был мне как старший брат, это ты придумал какие-то небылицы, но признаюсь, мне приятно, что тебе не все равно, — он меня успокоил. Стало гораздо легче.       Мы не успели договорить, как в процедурную вошел хозяин клиники. Зик выглядит также как обычно. Он начал говорить Леви что-то про других пациентов. Мы пробыли здесь еще минут двадцать, а потом начали собираться. Леви сказал, что на сегодня его работа окончена. Перед отъездом Йегер все-таки не смог промолчать и вставил свое слово.       — Смит, если обидишь Леви, я тебе зубы щипцами без анестезии выдеру, у меня в этом большой опыт, — я чуть было не подавился собственной слюной. Все-таки странный он человек: вроде бы благословил нас, но при этом испугал до усрачки, — и чтобы больше в моей клинике никаких лобызаний я не видел.       — Зик! — Леви кажется покраснел, все-таки я еще совсем плохо его знаю. Наверное, Леви рассказывал другу обо мне, раз мужчину совсем не удивила эта ситуация.       — Я уже много лет Зик! Рад за вас, но моя клиника не место для проявления романтических чувств, так что найдите себе другое, — вот же несносный старикашка, отчитал как пятилеток.       Больше мы не стали здесь задерживаться и сели в машину. Аккерман решил подвезти меня до школьной стоянки, чтобы я забрал свою машину. Мы всю дорогу говорили не о чем и поймали ту самую непринужденность, которой так не хватало. Теперь, когда никакой груз нас не тяготит, общаться стало в разы легче. Только, когда мы доехали до школы, пришлось вспомнить про совместное фото.       — Ты про фотку забыл, — если бы не Леви, сам бы я мог и не вспомнить.       — Знаешь, сейчас это уже не имеет значения, — дело то не в халявных обедах, спор был просто предлогом, ребята тоже это прекрасно понимают.       На Леви моя отговорка не возымела эффекта, и он вытянул руку, в ожидании телефона. Я вынул гаджет из кармана, включил его и протянул парню (надеюсь он скоро станет моим парнем). Леви выбрал подходящую позу и приблизился ко мне. Я если честно, не ожидал, что он будет вести себя так непринуждённо, но окончательно меня добило другое. Он неожиданно поцеловал меня в щеку и в этот момент нажал на кнопку. Кадр, конечно получился презабавный, особенно впечатляет мое удивленное лицо.       — Я тогда пойду? — в салоне повисло странное молчание, никто из нас не стал задавать никаких каверзных вопросов, но и расходится нам тоже не хотелось.       — Хочешь и завтрашний день провести со мной? — ого, кто бы мог подумать, что Леви сам начнет проявлять инициативу.       — Да, и следующие дни тоже, — фух, кажется сейчас я не сморозил глупость.       — Хорошо, — еле заметно улыбнулся, но взгляд стал таким теплым, что я не могу отовраться. Теперь в его серых глазах нет холодной стали, она будто расплавилась.       Я хотел поцеловать его на прощание, но почему-то в последний момент передумал, но Леви, видимо, заметил мои метания и первым сделал шаг. Поцелуй получился недолгим и каким-то скромным, я бы даже сказал милым. Теперь можно поставить слова «милый» и Леви» в один ряд. После такого прощания я в приподнятом настроении вышел из машины и пошел к своей.       За день я так привык находиться в седане Аккермана, что мой хэтчбек показался мне каким-то незнакомым. Я еще недолго посидел, а потом поехал домой. Дорога показалась долгой. Пока находился рядом с Леви времени на размышления почти не было, зато сейчас в голову стали лезть всякие мысли, которые, кстати, мне нравятся. Стали появляться фантазии о том, как мы будем гулять вместе или ходить в какие-нибудь места, я даже не против ходить вместе с ним в клинику Йегера. Нам столько всего можно сделать, аж глаза разбегаются.       Дома меня уже ждал отец, который, видимо, нутром почувствовал, что сегодняшнюю тренировку я пропустил, но он не стал ничего говорить. Так даже лучше, может позже я ему все расскажу. Однако, есть человек, которому я хочу выговориться прямо сейчас. Я отправил Ханджи нашу фотку и засек время. Как и ожидалось, она позвонила меньше чем через минуту.       — О мой Бог! Это не фотошоп? Леви Аккерман поцеловал тебя в щеку? — пришлось отодвинуть телефон подальше от уха, чтобы не оглохнуть, ибо эта женщина может быть громкой, когда находиться под действием ярких эмоций.       — Не фотошоп и он меня не только в щеку поцеловал, в губы тоже, — я почувствовал некий прилив гордости, будто взобрался на Эверест или переплыл широкую реку.       — Значит ты все же смог в себе разобраться? — ее голос стал тише и более сосредоточенней.       — Да. Представляешь, оказывается я тоже уже давно ему нравлюсь, мы оба идиоты. Потеряли столько времени, а могли бы уже давно быть вместе, — до сих пор жалко потраченного времени и нервов.       Я проговорил с Ханджи около полу часа и за это время успел рассказать о том, какой Леви отличный парень. Подруга внимательно слушала и удивлялась почти каждому сказанному слову. Мы обсудили столько всего, что под конец разговора у меня разболелась голова, но такая мелочь не испортила хорошее настроение.       Время, проведенное с Леви, навсегда останется в памяти и неважно, как дальше сложится моя жизнь. Я всегда буду помнить день, проведенный с самым загадочным парнем в нашей школе.