Ветивер/Vetiver

Your whispers fill these empty halls I'm searching for you as you call I'm racing, chasing after you I need you more I'm… Lost in you Твой шепот заполняет эти пустые коридоры Ты зовешь меня, и я ищу тебя Я бегу, гонюсь за тобой Ты нужна мне все больше, я... Растворился в тебе Lost — Red

***

Среда, 11 ноября 2015       К середине ноября их отношения с Дюпен-Чен сдвинулись с мертвой точки довольно стремительно. Они обменялись номерами телефонов. Редкие встречи в библиотеке больше не сопровождались колкими фразами, ну почти. Из приятного, Куффен старший из-за предстоящего экзамена стал меньше крутиться рядом с брюнеткой, но все равно недостаточно, для того чтобы парень перестал так глупо ревновать. Да, их отношения с Маринетт определенно улучшились, но сравнивать их с когтевранцем, который мог спокойно подойти и обнять или даже иной раз оставить целомудренный поцелуй на лбу, просто несусветная глупость.       Поэтому Адриан решил пойти дальше и решился пригласить ее на прогулку только вдвоем. Скорее всего, ее ответ станет решающим для их «дружбы». Ее отказ забьёт последний гвоздь в крышку гроба, где будет похоронено его хрупкое юношеское влюбленное сердце. Внутри тлеется надежда, что она не откажет. Маринетт же пришла на игру против Когтеврана и даже уверенно сидела на трибуне Слизерина вместе со своей подругой. Не без помощи Нино, конечно.       Парень наивно полагал, что если узнает Дюпен-Чен ближе, то она перестанет нравиться ему. Его мозг вкинул идею о том, что при ближайшем общении девушка может оказаться неинтересной куклой, красивой, но пустой. Он так отчаянно цеплялся за эту мысль, что упустил момент, когда симпатия к ней наоборот сильнее проникла под кожу, струясь по венам. Маринетт оказалась не только симпатичной, но и до бесящего доброй и наивной. Она была умна, к удивлению, им было о чем поговорить, он мог бы назвать ее интригующей. Брюнетка умудрялась каждый раз выбивать ему почву из-под ног, рассказывая очередной факт из своей биографии. Его подкупало ее умение слушать и не лезть в душу, когда не просят. В общем, она оказалась хорошим человеком, с добрым сердцем и искренней улыбкой.       После совмещенного занятия по травологии, который был у них последней парой, юноша, подгадав момент, подходит к девушке, остановившейся в углу, судорожно роясь в своей сумке в поиске чего-то. Он дождался, пока большая часть назойливых студентов свалят, хотелось бы поговорить без лишних свидетелей.       Брюнетка стоит, уперевшись спиной в холодную стену. Одна нога является опорой, пока вторая, согнутая в колене, выполняет роль своеобразного стола. Длинные волосы лезут в лицо, мешая, гриффиндорка пытается смахнуть их с лица, встряхнув головой, но безуспешно. Блондин просто остановился сбоку от нее, закрывая собой свет, что пробивался сквозь высокие окна, и одним легким движением руки убрал прядь иссиня-черных волос за ухо, перекидывая за спину и привлекая внимание.       Резко выпрямившись, Дюпен-Чен удивленно смотрит перед собой на зеленоглазого, который стоит расслабленно, подпирая плечом стену. — Адриан? — срывается его имя с красных губ, по которым он бессовестно мажет взглядом. — Ты разве не ушел с Нино? — Планы изменились. — Ладно, — вскидывает удивленно темными бровями, обходя парня, который мягко останавливает ее, положив ладонь на правое плечо. — Подожди!       На него снизу вверх смотрят, ожидая ответа, брови слегка вздернуты, а в голубых глазах читается немой вопрос. — Не хочешь прогуляться по территории вечером? — спрашивает Агрест, словно предлагает пойти в столовую или что-то настолько же обыденное. — С тобой? — переспрашивает темноволосая, пялясь на него во все глаза и хлопая ресницами. — Нет, блять, с плаксой Миртл из женского туалета! Конечно, со мной. — В чем подвох? — насторожено смотрит на парня, скрестив руки на груди. — Нет никакого подвоха, — тяжело вздыхает он, закатив глаза, и бросает, скривив лицо: — Ладно, зря вообще спросил. — Стой! — останавливает его, схватившись за него рукой, и тут же одергивает ее, увидев его ухмылку. — Когда? — За полчаса успеешь собраться? — получив растерянный кивок в ответ, продолжает: — Отлично, тогда через полчаса во дворе часовой башни. Я напишу тебе, — подмигнув, уходит.       Темноволосая, смотря себе под ноги, заправив мешающиеся волосы за ухо, пытается осознать, что только что произошло. Она чувствует привкус своего клубничного блеска во рту, когда идет по коридору, закусывая нижнюю губу, чтобы сдержать рвущуюся глупую улыбку.

***

      Она врывается в свою комнату в общежитии и застывает на пороге. Громко выругавшись, отворачивается к стене, захлопнув дверь.       Последнее, что она хотела бы видеть — это то, как ее лучшая подруга, восседая на бедрах Лейфа, изучает его рот, пока его рука недвусмысленно покоится на ее бедре под подолом юбки. — Можешь повернуться, — произносит подруга, переползая с бедер парня рядом на кровать. В ее голосе можно услышать нотку досады.       Мерлин, ей даже не стыдно!       Повернувшись, брюнетка сама в этом убеждается, смотря по очереди на героев торжества: Алья пытается сдержать улыбку, прикрывая рот ладонью, чтобы не засмеяться от комичности ситуации, Нино выглядит не лучше, прикрыв губы кулаком и пытаясь сдержать рвущейся смешок. — Вам смешно? Ты с ума сошла, Аль?! — закипая от злости, кричит брюнетка, кинув сумку на свою кровать. — Ты притащила его к нам в спальню? — хлопая ресницами и приоткрыв рот в немом возмущении, спрашивает она. — Успокойся подруга, ничего такого не произошло, — спокойно отвечает ей Сезер, пожав плечами. — Тебя стучаться не учили? — усмехается.       Нино удобнее устроился на покрывале и, подмяв под себя ноги и откинувшись спиной на подушки, довольно улыбался. — В свою спальню?! — не веря в услышанное, воскликнула голубоглазая. —Мерлин, вы бы хоть дверь закрыли! Поверить не могу! — вскидывает руками, меряя комнату шагами. — Согласна, наше упущение! Но в комнате до вечера никого не должно было быть, Алекс свалила на хрен знает сколько, а ты вообще сказала, что в библиотеку пойдешь! Я думала заглушающего хватит, — перечисляет ярковолосая с долей претензии, деловито поправив очки на переносице и закинув ногу на ногу. — Планы поменялись, — отрезает Маринетт, вспомнив зачем вообще пришла в комнату, и резко отворачивается к своему шкафу в поисках одежды. — Вот уйду и трахайтесь сколько влезет! — добавляет она, повернув голову на ребят на мгновение. — Непременно, дорогая! — расплывается в улыбке Алья и, заметив, как подруга перебирает свой шкаф, прикладывая разную одежду прямо на вешалках и возвращая не подошедшее обратно, в какой-то суете, прямо как тогда перед матчем, интересуется: — И куда же ты так наряжаешься? — дурное предчувствие не покидает ее.       Маринетт поворачивается к ребятам, застыв со свитером в руках, и произносит тихо и сконфуженно улыбнувшись: — Меня Адриан позвал прогуляться по территории. — Ты нахрен издеваешься надо мной? — выдает рыжеволосая, пялясь на Дюпен-Чен во все глаза. — Серьёзно? Наконец-то этот тормоз решился! — воскликнул радостный Нино, улыбнувшись. — Расскажешь позже, какая я безвольная тряпка, а сейчас помоги выбрать кофту, — игнорируя недовольство подруги, прикладывает к себе сначала один кремовый оверсайз-пуловер, а затем второй свитер крупной вязки грязно-голубого цвета с виобразным вырезом. — Мне нравится та голубая! К глазам подходит, — произносит серьёзно брюнет, откидывая чуть вьющуюся челку назад и показывая пальцем на вторую вещь в руках брюнетки. — Что? — вскидывает брови, встречаясь взглядом с Альей, которая щурит глаза в недовольстве, подползая к нему ближе и устраиваясь между его ног.       Маринетт чуть кивает, расплываясь в улыбке, безмолвно благодаря Лейфа в помощи с выбором. Она вешает разбросанные вещи обратно, достав пару магловских джинсов графитового цвета, встречаясь взглядом с Нино, что с любопытством следит за ее действиями. Приподняв бровь, она долго смотрит на него, в надежде, что он догадается отвернуться, чтобы она смогла переодеться. — Отвернись! — возмущенно вскликивает Алья, чуть ударив парня по предплечью. — А, ой! — сконфужено бросает он, отворачивая голову в другую сторону и делая вид, что ему очень интересен пол. Дюпен-Чен быстро переодевается и аккуратно вешает форму на вешалку, чтобы убрать ее в шкаф. — Можешь поворачиваться! — бросает она между делом, подходя к туалетному столику, и расчесывает свои волосы, чтобы быстро заплести две нетугие косы. — Не так быстро, ковбой! — говорит Алья, перехватывая лицо юноши, поворачивая его на себя и удобнее устраиваясь между его бедер. — Кто? — в непонимании хмурит брови гриффиндорец, отвечая девушке лукавой улыбкой, приподнимая очки и оставляя их в волосах. — Не важно, — бросает кареглазая, притягивая парня за подбородок и касаясь его губ своими, пока ее подруга занята поправлением макияжа и прической. — Ох, если так, то я готов быть для тебя кем угодно! — томно шепчет он, оторвавшись от губ девушки, отвлекаясь на Маринетт, которая повернулась к ним не обращая внимание на позу, в которой они сидят, чтобы узнать их мнение по поводу того, как она выглядит. — Ну как? — крутится брюнетка, от нервов покусывая губы и теребя кончики косичек. — Ты не должна так наряжаться для этого индюка, — устало вздыхает Сезер, положив голову на плечо брюнета. — Очень красивые косички, Маринетт! Ему понравится, — спокойно произносит Нино, тепло улыбаясь и смотря так, словно он отец, который отправляет свою любимую дочь на свидание. — Правда? — светится брюнетка, словно новогодняя елка, когда ей в ответ уверенно кивают.       Длинные пряди челки обрамляют лицо, остальные волосы заплетены в две свободные косы, что спускаются по плечам доходя до груди. Глаза светятся искренней радостью, а верхний ряд зубов чуть царапает нежную кожу губ в предвкушении. Девушка вынула из шкафа небольшую черную сумку через плечо и быстро закинула туда необходимые вещи, типа расчески, салфеток, кошелька и бальзама для губ, как раз в тот момент, когда телефон завибрировал от нового сообщения. Adrian: Я у башни, ты скоро?       Схватив телефон, гриффиндорка быстро пробегается по строчке, печатает ответ и убирает телефон в сумку, в спешке натягивая теплое пальто, наматывая факультетский шарф и выправляя волосы. Marinette: Выбегаю из гостиной. Adrian: Понял. Не спеши, я подожду.       Гаджет снова вибрирует, когда брюнетка, подкрасив губы цветным бальзамом, осматривает себя в зеркале последний раз. Схватив перчатки, бросает влюбленной парочке, прежде чем уйти: — Я пошла, не скучайте! И заприте, наконец, дверь! Посылает подруге воздушный поцелуй, скрываясь за дверью. — Просто почему? — нонет рыжеволосая куда-то в шею Лейфу, пока он с нежностью поглаживает ее по голове. — Не расстраивайся, я уверен тебе понравится мое желание! — усмехается он, встречаясь с недовольными глазами цвета молочного шоколада, в которых плещутся искры. — Просто заткнись! — недовольно бурчит девушка, надув губы, которые парень нежно целует, утягивая в более глубокий поцелуй.

***

      Маринетт выбегает во двор, чуть запыхавшись, и замечает в дальнем углу парня, который подпирает своей спиной резную колонну, которая явно старше них не на одно десятилетие.       Она тихо сглатывает, бессовестно рассматривая его, пока идет в его сторону, отмечая для себя, что он оделся слишком красиво для обычной прогулки.       Брюки песочного цвета, в которые заправлена винная водолазка, а сверху накинуто шоколадное твидовое пальто, с ярлыком «Agreste» пришитым с внутренней стороны, как чертово клеймо.       Волосы в легком беспорядке, обманчиво заставляющие думать, что он просто проснулся таким идеальным.       Все в нем кричит о его происхождении. То, как он стоит, дышит, смотрит — все лишний раз напоминает отрезвляющей пощечиной, что они из разных миров.       Парень наконец отрывает взгляд от брусчатки под ногами, встречаясь глазами с брюнеткой, что неспеша подходит к нему, чуть заламывая пальцы от неловкости. — Привет, — здоровается он, мягко улыбнувшись. — Милые косички. — Привет. Спасибо… — приветствует брюнетка в ответ, растягивая губы в улыбке. — Идем, — качнув головой в сторону моста, оттолкнувшись от колонны, идет размеренным шагом в нужную сторону. — И куда мы? — спрашивает она, поравнявшись с ним. — Не знаю, можем пойти к каменному кругу, — говорит первое, что пришло в голову, пожав плечами. — Я хочу сразу уточнить, чтобы не было недопониманий… Это ведь дружеская прогулка? — Маринетт очень неловко спрашивать о таком, но она просто обязана, чтобы сразу понимать, к чему все идет.       Девушка не смотрит на него, разглядывая сопки и желтеющие деревья, прекрасно чувствуя его взгляд на себе. — Если тебе так комфортнее, — звучит отрешенный голос где-то над головой.       Юноша, приобняв девушку за плечи, чуть прижимает ее к себе, уводя в сторону с траектории трех идиоток с Пуффендуя, которые, смеясь, бегут по деревянному мосту, совершенно не страшась, что он однажды просто обрушится от старости. Не ожидав такого, брюнетка, не удержав равновесие валится в объятия слизеринца, который крепче перехватывает ее, пытаясь удержаться на ногах за них обоих. Она слышит, как он тихо ругается себе под нос, поворачивая голову в сторону девочек, которые уже скрылись среди других студентов. Светловолосый прижимает ее к себе еще несколько секунд, которых вполне хватило, чтобы рассмотреть его серьёзное лицо вблизи и почувствовать свежий аромат его парфюма.       Гриффиндорка отстраняется первой, отходя чуть в сторону, и неловко кашляет, поправляя шарф, который слегка размотался, и косички. Молодые люди, сделав вид, что ничего такого не произошло, продолжили идти по мосту, любуясь видами и разговаривая о всякой ерунде.       Неловкость между ними исчезла, наверное, в тот момент, когда девушка, не удержавшись на месте, схватилась за его плечо в поиске опоры, когда он рассмешил ее рассказом о том, как Нино чуть не склеил ласты, однажды поперхнувшись пивом. Она смеялась так громко и так искренне, что привлекала внимание всех вокруг, но парню было плевать, что на них пялятся. Зеленоглазый, смеясь, пытался удержать девушку в вертикальном положении, заглядываясь на ее улыбку.       Когда они перешли на другую сторону, девушка отвлеклась на телефон, на который пришло сообщение от ее лучшей подруги, в котором она настойчиво просит постучаться при возвращении в комнату, а лучше написать заранее, когда она пойдет обратно. Юноша выхватил гаджет, едва гриффиндорка успела нажать «отправить», и поднял руку над собой, чтобы она не смогла дотянуться. — Эй, отдай! — кричит возмущенная брюнетка, прыгая вокруг парня в тщетной попытке выхватить устройство.       В его глазах ясно читается насмешка с чем-то еще, что разобрать сложно, он улыбается, явно наслаждаясь своим победным положением. Слизеринец выше, шире в плечах, сильнее, в конце концов. Их силы не равны, но он, так и быть, поддастся ей, хотя чуть позже. — А ты отбери! — бросает он с усмешкой, убегая вниз к поляне, где по кругу стоят огромные булыжники, и встречается с хмурым взглядом голубых глаз.       Она гналась за ним, пока блондин ловко уворачивался, бегая вокруг камней, а затем и вниз по каменной полуразрушенной лестнице, которая ведет прямо к домику лесничего. Сначала ей казалось это какой-то детской глупостью, а потом вернуть свой телефон показалось делом принципа. Они звонко смеялись, пока брюнетка пыталась в прямом смысле повалить парня на землю, пока он отбивался от нее всеми возможными способами.       Когда стало очевидно, что честным путем она его победить не сможет, голубоглазая решила пойти на небольшую хитрость, которая, возможно, ей может стоить сломанной кости, если у нее ничего не получится. Юноша убегал от нее по каменным ступеням по склону вниз, звонко смеясь. Когда гриффиндорка почти догнала его, споткнулась на неровных крутых ступенях и оказалась в руках парня, который крепко держит ее, пытаясь поймать равновесие. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает он, оказавшись на одном уровне с ее лицом, забыв про дурацкую игру, которую он начал. — Да, — победная ухмылка озаряет ее лицо, когда она выхватывает свой телефон из рук парня и отходит в сторону. — Merde, ma cherie! — ругается Агрест, глупо улыбаясь, толкая языком щеку, и засовывает замершие руки в карман брюк. — Elle m’a posé un lapin!       Обвела вокруг пальца, как нечего делать. — Merci pour le compliment! — улыбается в ответ, сделав неглубокий реверанс.       Девушка в который раз загляделась на его улыбку. Его красивый профиль, светлые волосы, которые отливают золотом в лучах заходящего солнца, и искренняя улыбка. Он действительно красив. — Я всегда хотела спросить, но не было подходящего момента… — заправив выбившуюся прядь за ухо, темноволосая посмотрела на парня, задавая вопрос, который ее действительно волновал довольно давно: — Как вы подружились с Нино?       Одна из главных загадок школы волшебства — как заносчивый аристократ и простой парень, шутник в очках, стали не разлей вода. — С Нино? — удивляется парень, переспрашивая, и вскидывает брови. — Ну да… просто… — заминается она — Вы такие разные. Даже с разных факультетов! Это действительно удивительно. — Да, согласен это действительно удивительно! — смеется зеленоглазый, заверяя: — Но нет какой-то невероятной истории, если ты об этом. — Расскажи мне! — просьба получилась эмоциональнее, чем она планировала, и, смутившись от того, что он смеется, продолжила более спокойно: — Пожалуйста… — Ладно. На первом курсе, честно говоря, я был заносчивым, высокомерным ребенком, который считал, что он лучше других просто по праву рождения… — начал парень издалека, но девушка перебивает его своим смехом. — Был? Ничего не изменилось! — подкалывает она. — Не правда! Я изменился! — возмущается блондин, злобно зыркнув, и говорит: — Я сейчас ничего рассказывать не буду! — Ладно-ладно, прости! — улыбается она. — Я слушаю. — Короче говоря, я был очень противным ребенком, с которым никто не хотел общаться. Ну кроме Хлои и Зои, но мы знакомы с детства, это другое, ты понимаешь, — засунув руки в карманы, он продолжил, задумавшись: — Конечно, мне было грустно, что со мной никто не хочет дружить, но я делал вид, что мне никто не нужен. И Нино, как будто почувствовав, что за фасадом высокомерия прячется одинокий мальчик, подошел первым.       Откровение вырвалось неожиданно, раньше он никому не признавался в чем-то подобном.       Заметно погрустнев, парень посмотрел на девушку, которая перестала улыбаться, смотря как-то сочувствующе. — Перестань так смотреть! Мне не нужна твоя жалось! — рычит светловолосый.       Вместо ответа, Маринетт подошла и аккуратно обняла его, произнося тихо: — Это не жалость, а сочувствие, Адриан.       Застыв на месте, блондин не знал, как себя вести и куда деть свои руки. Переборов смущение, он положил их аккуратно на ее спину, чуть ниже лопаток. Он и раньше обнимал других людей: Нино, Хлою с Зоей, родителей, но сейчас это ощущается совсем по-другому. Он чувствует, как быстро бьётся ее сердце, в такт его собственному.       Они простояли так какое-то время, зеленоглазый нарушил тишину первым, отстранившись: — При всей придурковатости, у него хорошо развит эмоциональный интеллект, поэтому он как в воду глядел, — грустно улыбнувшись, он провел пятерней по волосам, убирая мешающие волосы с лица. — Серьёзно, я уверен, что он станет мозгоправом в будущем!       Они засмеялись, представив, как Нино будет докапываться до людей, задавая свои вопросы, но уже за деньги. Ему удивительно это подходит. — На одном из первых занятий, он опередил Хлои и сел рядом со мной, сказав, что ему стало меня жаль, потому что никто не хочет дружить со мной, и что теперь он будет моим лучшим другом. «Flashback       Темноволосый мальчик в очках, которые все время смешно сползают с переносицы, плюхается на место рядом с блондином, который вечно на всех смотрит свысока. — Эй, здесь вообще-то занято! — возмущается голубоглазая блондинка, высокомерно вздернув носик. — Да, мной! — нахально отвечает ей Нино, отвернувшись. — Возмутительно! Адриан, скажи ему! — когда ее вопли не приносят необходимого результата, она, обидевшись, садится сзади к своей сестре. — Ты кто? — блондин повернулся к незнакомцу, рассматривая его. — Я Нино Лейф, приятно познакомиться! — мальчик протягивает руку для рукопожатия блондину. — Я заметил, что с тобой никто не хочет общаться, а без друзей совсем грустно. Так что теперь я буду твоим лучшим другом! — Делай, что хочешь! — устало вздыхает зеленоглазый, уже устав от этого гиперактивного парня. — Ты хоть чистокровный? — Что? — Ты чистокровный волшебник? — повторяет мальчик, вздыхая. — Ну вроде… — удивляется Нино, поправив очки. Ладно, у всех свои странности. — Ладно, тогда сиди, — отвечает Агрест, поднимаясь с места, когда в класс входит преподаватель, и игнорируя довольно улыбающегося соседа по парте. С тех пор можно по пальцам пересчитать дни, когда эти двое были порознь.» — Нино хорош! — улыбается девушка. — На самом деле, он один из немногих, кто может заткнуть Хлои, — спокойно изрекает Адриан, усмехнувшись, вспоминая вечные перепалки Лейфа и Буржуа. — И она спокойно приняла, что теперь ваша троица станет квартетом во главе с Нино? Не верю! — А я и не говорил, что она приняла, просто ей пришлось смириться, потому что Нино никуда не собирается уходить, — вскидывает брови блондин, улыбаясь одними глазами. Его лучший друг реально лучший. — Блин, я вообще этого не помню! — скрестив руки на груди, восклицает Маринетт, чуть надув губы. — Возможно, ты была занята другими вещами, например, поиском учебных кабинетов в замке, — шутит Агрест, вскидывая брови. — Не понимаю, о чем ты, — отмахивается гриффиндорка, отвернувшись. — Да брось, ты вечно опаздывала, потому что не могла найти нужный кабинет! — ведет плечом, с ухмылкой посматривая на голубоглазую сверху вниз. — Я не помню такого! — возмущается она, чуть толкнув парня в бок, и проходит вперед, ускоряя шаг. — А я помню, — спокойно отвечает он, к своему позору осознавая, что он помнит слишком много для человека, которому должно было быть все равно.       Он не видит лицо девушки, что застыло в удивлении, но замечает, как она встала посередине тропинки. Светловолосый подходит к ней ближе и берет ее за руку, потянув за собой в сторону Хогвартса. — Пошли! Пора возвращаться.       Ошарашено посмотрев на их переплетенные руки, темноволосая, покраснев, выдергивает свою руку и уходит чуть вперед, стараясь смотреть куда угодно, но не парня, что неспеша плетется позади.

***

Суббота, 21 ноября 2015       Третья неделя ноября знаменует собой скорое окончание осени и начало зимы. Ветер неприятно колет открытые участки тела, темнеть стало непозволительно быстро, а зачеты и контрольные стали неотъемлемым спутником жизни.       Адриан спокойно лежал на кровати, никого не трогая, и вдумчиво пролистывал один из своих конспектов, готовясь к контрольной по зельеварению. Он нехотя взял в руки телефон, после того как тот противно завибрировал на прикроватной тумбе, рывком принял сидячее положение и пробежался по тексту глазами, нахмурив брови. Nino: Чувак!!!! Ты почему не сказал, что твой отец в школу приезжает?! Я чуть не влупился в него в коридоре, думал коньки от страха отброшу! Adrian: Что? Nino: О таком предупреждать нужно! Он же как дементор, высасывает всю радость из тебя так точно!       Блондин не теряя времени нажимает на значок зеленой трубки в правом верхнем углу, молясь мерлину, чтобы его друг взял чертову трубку. — Какие люди! Ты же не любишь звонить. И на звонки на мои не отвечаешь! — первое, что говорит ему Лейф, взяв трубку. Он говорит чуть запыхавшись, судя по всему, покоряя лестницы замка. Их ежедневная кардиотренировка. — Нино, блять, скажи, что ты обознался! Ты точно уверен, что видел Габриэля? — перебивает Адриан друга на повышенных тонах, отчётливо слыша на заднем фоне, как брюнет остановился.       Паника подступает постепенно, медленно протягивая свои склизкие лапы к его горлу. Отца не должно быть здесь, он не предупреждал о приезде. Не присылал ни одного сраного письма. И мать, скорее всего, не в курсе, раз она не звонила ему. Дерьмо. Какое же дерьмо. — Конечно, уверен! — с обидой подтверждает Нино, пошутив после, как обычно: — Я, конечно, ношу очки, но зрение меня еще никогда не подводило! — Очень и очень жаль! — отвечает зеленоглазый ему без злобы, получая в ответ что-то типа: «Да пошел ты нахуй». Разобрать было сложно из-за того, что соединение в тот момент почти пропало, но он уверен, что слова были именно такие. — Стой на месте, пока ты в какую-нибудь задницу не зашел и звонок не отрубился к чертям! — Нино, где ты видел его? — спрашивает Агрест, накидывая мантию на плечи и выбегая из своей комнаты. — Я проходил мимо большого зала, он шел в сторону кабинета директора. — Понял, спасибо! — бросает он, спускаясь по лестнице в гостиную. — Он весь в белом, как ебаный ангел возмездия. Жуть, — последнее, что сказал друг прежде, чем сигнал снова стал отвратительно хуевым.       Адриан, попрощавшись, скидывает звонок, так и стоя посередине общей лестницы, с минуту тупо пялясь на экран, как он постепенно темнеет, выключившись.       Отец любил носить белое, подчеркивая тем самым свой статус, свое высокое положение. Его влияние сквозило сквозь костюмы из дорогой ткани, через каждую пуговицу его чертовой рубашки. В мире обычных волшебников его считали высокомерным снобом, выпендрежником, но в мире высших чистокровных семей он был просто уважаемым человеком. Встретить отца в коридоре школы было весьма неожиданно. Хоть парень и прекрасно знал, что отец приехал (спасибо другу), он надеялся, что не встретит его. Ученики с самого обеда судачили о том, что сам Габриэль Агрест нагрянул в Хогвартс с визитом. Перепугался не только Нино. Его отца боялись. Его надменно приподнятый подбородок, серые холодные глаза, идеально сидящий костюм из белого малберри внушали страх.       Адриан встречает Габриэля в восточном крыле, сидя на одном из низких подоконников. Мужчина, заметив сына и улыбнувшись краешком губ, что больше было похоже на оскал, подходит к нему размеренным шагом, стуча по каменному полу каблуками кожаных туфель и тростью, отбивая ритм.

Тук.

Тук.

Тук.

— Отец? Что ты здесь делаешь? — спрашивает юноша, спрыгнув с подоконника и практически равняясь с отцом по росту. — Ты не писал, что приедешь. — Здравствуй, Адриан, — стальной голос эхом отражается от каменных стен. — Наверное, забыл, столько дел последнее время. Не рад видеть родного отца? «Нет. Лучше бы ты и дальше сидел в своем кабинете, не отсвечивая» — проносится быстрая мысль, но блондин говорит другое: — Конечно, рад. Ты получил мое письмо? Ты не написал даже короткого «спасибо». — Получил, неплохая работа. Можно сказать, что я остался вполне доволен, — едва заметно кивает седовласый, поправив очки в дорогой оправе.       «Неплохая работа» — от Габриэля можно считать практически высшей степенью похвалы. Было бы даже приятно, если бы было не так все равно. Хотя кого он обманывает, он все еще, как маленький ребенок, пытается заполучить внимание и любовь родителя своими достижениями. Безуспешно. Пора заканчивать этот цирк. — Зачем ты приехал? — сведенные к переносице в хмурости брови, безэмоциональный голос звучит громче из-за давящей тишины между ними. — Разве мне нужна причина, чтобы приехать проведать единственного сына? — театрально удивляется родитель, склонив голову чуть в бок, словно ему действительно обидно, что о нем такого плохого мнения. Ему плевать. На всех кроме себя любимого. — Не строй из себя любящего родителя, мы оба знаем, что ты просто так никогда не приедешь, — отрезает Адриан, засунув руки в карманы брюк, и отводит взгляд.       Мертво-серые глаза смотрят оценивающе, желваки чуть показались на его острых скулах, прежде чем он ответил: — У меня к тебе есть задание. Я узнал, что в вашей школе, в зале славы, хранится талисман. Кольцо. Он нужен мне. И ты мне его достанешь! — говорит как факт.       Адриан обрабатывает полученную информацию и просто молча сверлит родителя непонимающим взглядом. Он это серьёзно сейчас? — Что? — срывается с губ юноши, который застыл с глупой улыбкой, очень надеясь, что он услышал что-то неправильно. — Ты принесешь мне талисман из зала славы. Кольцо. Система безопасности в вашей школе держится на честном слове, на мнимом страхе, что, если ты украдешь — тебя непременно накажут, — спокойный холодный тон контрастирует с информацией, что слетает с этих тонких губ. Габриэль медленно вышагивает по коридору, останавливаясь рядом с сыном, почти плечом к плечу. — Сотворишь копию и просто подменишь, не мне тебя учить. Даже такой, как ты, способен на это, — отмахивается Агрест. — То есть ты хочешь, чтобы я украл его для тебя? — ошарашено спрашивает юноша, даже не смотря на него. — Не украл, а одолжил, — поправляет Габриэль, разворачиваясь к сыну лицом и положив одну руку на плечо юноши в мнимом теплом жесте.       Подменяет понятия, чтобы оправдать свой поступок в первую очередь перед самим собой. — Я не хочу этого делать… и не буду, — тихо, но уверенно произносит парень, глядя родителю в глаза. — Я не спрашивал, чего ты хочешь! Я говорю, что делать, и ты делаешь, Адриан, — стальной голос раздается совсем близко, стук трости разносится по пустому коридору, добавляя напряженности. Рука сильнее сжимается на плече, причиняя дискомфорт.       Он не собирается больше быть отцовской дрессированной собачкой на побегушках, его «просьбы» вышли за рамки адекватности. Кажется, у него и правда подтекает крыша. — Я сказал — нет! — отказ прозвучал громче, чем планировалось. Смотря в краснеющие от злости глаза отца и играющие желваки на его скулах, Адриан чувствует страх, но не жалеет.       Хлёсткая пощечина прилетает практически мгновенно, обжигая щеку. Трость с грохотом валится на пол, громкий звук сильно бьет по ушам, но не больнее, чем рука отца, что точно оставит красный позорный след. Габриэль смотрит на сына с пренебрежением, так, как не смотрят на собственного ребенка. — Я делаю все ради благополучия нашей семьи! Если ты слишком глуп, чтобы понять это, будь добр просто выполнять, что тебе говорят, — шипит Агрест старший, притянув Адриана на школьную рубашку. — Прекрати позорить меня! — Ты сам себя позоришь! — со всей ненавистью выплевывает зеленоглазый, вырвавшись из хватки отца. — Я не стану этого делать! Нужен какой-то там талисман — сам и кради его! — говорит он, пятясь назад. — Глупый мальчишка! — вскрикивает разъярённый мужчина, но не успевает достать свою палочку, прежде чем в коридор заходят другие студенты.       Закипая от злости, он смотрит, как Адриан с надменно поднятой бровью и безумной улыбкой, салютует двумя пальцами от виска, сливаясь с потоком студентов. Мужчине ничего не остается, кроме как сдержано улыбнуться, держа лицо. Габриэль, развернувшись на каблуках, под настороженные и боязливые взгляды, скрывается в коридорах школы.

***

      Юноша идет по коридору быстрым шагом, игнорируя взгляды в свою сторону. Он сделал то, что умеет делать лучше всего — сбежал. Скула неприятно пульсирует, но он не обращает на это внимание. Хочется скрыться от всех, а идти некуда. Забегая в гостиную Слизерина он молится всем богам, в которых не верит, чтобы не встретить ни одного знакомого, быстро прошмыгнуть в свою спальню и отделаться в худшем случае расспросом от Теодора.       Его молитвы не были услышаны. Еще одна причина, по которой он отказывается верить в эту магловскую чушь.       Зои застывает на середине общей лестницы с какой-то тетрадкой в руках, смотря на парня своими карамельными глазами. В ее взгляде читается множество эмоций, бушующих внутри, которые она, взяв себя в руки, быстро прячет, надевая маску и оставляя только ничем не прикрытое беспокойство.       Он хотел сделать вид, что не заметил ее, чтобы просто скрыться в своей части общежития, думал, что она поймет. Но нет. — Адриан? Мерлин, что с тобой? — обеспокоено спрашивает она, подбегая ближе и аккуратно свободной рукой проводя по припухшей скуле.       Мягкие ткани чуть припухли, краснея, а немного выше прямо над косточкой виден небольшой кровоподтёк, который уже начал наливаться синим. — Не бери в голову, все нормально, — устало отвечает он, убирая девичью руку от своего лица. — Я слышала, что твой отец приезжал. Это правда? — невзначай произносит блондинка, заправив локон светлых волос, и смотрит на юношу в упор в ожидании ответа. — Да, я только что разговаривал с ним, — усмехнувшись, отвечает зеленоглазый, откидывая челку с лица и ловя на себе чужой взгляд, полный осознания. — Это он?… — тихо, почти шёпотом, спрашивает Буржуа, без слов прекрасно все понимая.       Ей не нужны слова, чтобы понять, что произошло, стоило только взглянуть в его глаза, чтобы узнать ответ. Она всегда была догадливой девочкой. — Скажем так, между нами произошли некоторые разногласия, — расплывчато отвечает он, засунув руки в карманы, наблюдая за тем, как Зои, приложив ладонь к губам, делает громкий вдох, прикрыв веки на пару секунд и отвернувшись к стене. — Тебя не должно так удивлять произошедшее. — У меня есть бадьян в тумбе около кровати, пойдем, — решительно говорит она, взяв его за руку, и уверенно тянет за собой в сторону женского общежития. — Зои… — устало вздохнув, тянет он, медленно следуя за ней по ступенькам, пока она усиленно тянет его за собой. — Это не обсуждается, Адриан! — в светлых глазах сталь, а тон голоса не хуже пощечины отца отрезвляет, заставляя глупо хлопать глазами пару секунд.       Эта девушка не принимала возражений. Блондинка умела быть удивительно убедительной, когда ей было это нужно.        Они так и идут в тишине по темным коридорам. Буржуа поворачивается каждые несколько секунд, чтобы убедиться, что он все еще идет за ней, не обращая внимание на то, что она все еще крепко держит его за запястье, впиваясь иной раз ногтями в кожу. При всем желании он бы не сбежал.       Остановившись на развилке, между коридорами, где один ведет в женское крыло, а другой в мужское, отпускает его руку, взглянув в его глаза со всей серьёзностью, произносит: — Вот, подожди здесь, я сейчас вынесу, — хлопнув его по предплечью и мило улыбнувшись, чуть обнажая ряд белых идеально ровных зубов, скрывается в темноте коридора.       Вздохнув заебано, юноша, прислонившись к холодной каменной стене, накидывает на голову капюшон мантии, прикрывая глаза. Он стоит так в тишине, глубоко дыша, в надежде, что никого, кроме Зои, не встретит.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

      Из коридора мальчиков слышатся приближающиеся шаги. «Блять, просто пройди мимо, кто бы ты ни был» — проносится мысль в голове.

Выдох.

— Агрест? — знакомый голос, принадлежащий веселому кудрявому соседу, заставляет открыть глаза и уставиться стеклянным взглядом на друга.

«Сука, ебаный Тео»

      Блондин, оттолкнувшись от стены, найдя упор в ногах, смотрит на лицо Нотта. Ткань спадает с его головы, открывая взору лицо. Одна явно более покрасневшая щека тут же привлекает внимание соседа. — Ох, кто же тебя так! — подходит ближе брюнет бесцеремонно тянет свою руку к его лицу, проходясь ребром указательного пальца по краю припухлости. — Руку убери! — шипит от боли Адриан, убирая руку друга от лица одним резким движением. — Какие мы нежные, — усмехается Теодор, поворачивая голову в сторону шагов из женского коридора, встречаясь глазами с удивленной Буржуа. — Привет, Зои! — Тео? Ты чего здесь? — удивившись и чуть нахмурив брови, спрашивает она, проходя мимо него. — Да так, по делам шел, — расплывчато отвечает он, откидывая темную челку со лба. — Вот и иди куда шел, — холодно одергивает Нотта зеленоглазый, наблюдая за тем, как Зои пытается открыть небольшую баночку с мазью, и аккуратно забирает ее из ее рук, засовывая себе в карман. — Спасибо, дальше я сам. — Нервный он какой-то, скажи? — проходя мимо, вкидывает Тео, обращаясь к Зои, и получает в ответ средний палец от Агреста. Весьма красноречиво. — Ты уверен? Я могла бы… — обеспокоенно спрашивает Буржуа, закусив нижнюю губу, и на секунду переводит взгляд за спину Адриана, провожая удаляющегося Нотта взглядом. — Ага. Спасибо! — перебивает ее, благодаря с улыбкой и бросая перед тем, как уйти: — Я верну тебе завтра. Ну или послезавтра. Верну в общем! — кивнув для пущей уверенности, направляется в сторону мужского коридора.       Первым делом, оказавшись в спальне и захлопнув тяжелую дверь, Адриан накладывает запирающее заклинание. Прикрыв глаза на пару долгих секунд, парень, глубоко вздохнув, проходит дальше вглубь комнаты, откидывает на кровать факультетскую мантию, и, ослабив зеленый галстук в серебристую полоску, с невиданной до этого ненавистью расстёгивает верхние пуговицы рубашки, за которую его грубо держал Габриэль.       Глаза щиплет от подступающих злых слез. Отец и раньше мог позволить себе поднять на него руку, пока Эмили не видит, конечно же. Раньше, лет пять-шесть назад он мог пожаловаться маме, рассказав о том, как отец иной раз ведет себя с ним. Он помнит, словно это было вчера, как родители долго ругались в одной из комнат, а после мать всегда выходила в слезах и обнимала сына, целуя в висок, обещая, что это был последний раз. Но к огромному ее сожалению, после таких разговоров, Адриану еще больше прилетало колких слов о том, что он слабак и только и умеет, что прятаться за юбкой матери. Со временем он перестал рассказывать ей об этих стычках.       В такие редкие моменты он чувствовал себя по-настоящему одиноко, позволяя себе сидеть в скрюченной позе в пустой комнате общежития, уперевшись локтями в колени, шмыгая носом, глотая слезы и крутя меж пальцев свою волшебную палочку. Позволяя себе быть слабым.       Габриэль сходит с ума, он теряет контроль, и этот факт до безумия начинает пугать. Он ясно видел в глазах отца, что тот был вне себя от гнева, когда в коридоре начали показываться другие студенты Хогвартса. Отец был в шаге от того, чтобы пустить в него каким-нибудь проклятьем, он прочитал это в его взгляде. Блондин знал своего отца, как человека, для которого репутация была важнее всего. Габриэль, которого он знал шестнадцать лет, никогда бы не стал даже голос на него повышать, если рядом есть хоть пара человек, потому что для окружающих — он заботливый родитель. Человека, которого он встретил в коридорах школы, можно назвать отцом с большим затруднением.       После нескольких минут самобичевания Агрест поднимается с кровати, чтобы посмотреться в зеркало, не может быть с его щекой все настолько плохо. Все-таки ему влепили пощечину, а не разбили нос. Щека была действительно припухшей, но краснота уже понемногу спадала, а вот небольшой кровоподтёк под глазом, чуть выше скуловой кости — стал неприятным сюрпризом. Наверное, отец задел перстнем. Взмахом палочки светловолосый стер все следы грязи и пота со своего лица, чтобы нанести мазь. Адриан аккуратно, иногда пошикивая от неприятных ощущений, нанес светло-желтую густую субстанцию себе на лицо, наблюдая как постепенно ткани принимают исходное положение, впитывая лекарство.       Поставив баночку рядом на тумбу, он валится на кровать, закрывая глаза от внезапно накатившей усталости, и проваливается в неглубокий сон. Прямо так, в школьных брюках и полурасстегнутой рубашке, укрыв себя одним концом мантии. Проснулся он только тогда, когда вернувшиеся Теодор и Ле Тьен начали долбиться в запертую дверь, матеря Агреста на чем свет стоит, и, в конце концов, открыл дверь простой Алохоморой.