Асгардский синдром

Сразу же, после ухода Тора, ты схватила колбу со стола и вылила содержимое в раковину. Если Всеотец накажет его за мягкотелость, да будет так. Откровенно говоря, ты желала этого всей душой. Пустота внутри, чёрная дыра, гнев, ярость, на саму себя в первую очередь. Если бы тебе не взбрело в голову сократить путь, Локи бы не пришлось вытаскивать тебя и тем самым, давать возможность поймать себя. Если бы ты была более осторожной, не витала в облаках, он сейчас был бы рядом. Был бы жив. От злости, обиды и ярости даже разбила зеркало, и не обращая внимания на мелкие осколки в коже, продолжала проклинать саму себя. Сползая по стене, захлёбываясь слезами, наверное первый раз за всю жизнь, не представляла как существовать дальше, а воспоминания о поцелуе добивали окончательно. Всё в этой квартире отныне напоминало о нём: цветущий до сих пор Мистер Хайд; керамическая чашка с золотым ободком; книги на полке; фотоальбом; подушка, которую ты однажды швырнула в него; даже стены, где он ставил свои скрывающие знаки; естественно диван; любимые фильмы и конечно, кошка миссис Кейдж. Что уж говорить о более личных вещах, как Эдельвейс, плюшевый Крокодил и брелок. Избавиться? С глаз долой, из сердца вон? Трудно. Хоть это и причиняло невыносимую боль, выбросить последние крохи воспоминаний, рука не поднималась. Но даже поверни кто-то время назад - сделала бы абсолютно всё то же самое: от спасения, до уничтожения проклятого "зелья". *** Дом - работа, работа - дом, и так по кругу, день за днём. Почти так же, как в "Сумерках", только ты не сидела на одном месте и вокруг месяцы не пролетали за секунды. Только дни, очень долгие. Уже не было тихой музыки по утрам, не работал телевизор, на столе не стояла вторая чашка. Пробуждение без долгих потягиваний, минимальный макияж, одежда, такси, работа до позднего вечера, снова такси, поход в магазин раз в неделю, дом, душ и сон - в основном, так и проходили дни. Как робот, по заданной программе, ты выполняла всё на автомате, а иногда вообще путалась во времени и приезжала в редакцию в выходной. Мориссон было только на руку от того, что бы бралась абсолютно за всё, а коллеги уже начинали странно смотреть, удивляться внешним изменениям, молчаливости. Потом совсем перестала звонить родным, только писала короткие сообщения, ссылаясь на большую нагрузку на работе. Они бы сразу поняли, что что-то не так, а не так было всё. Иногда, особенно невыносимые вечера, скоротать время помогал новый, очень хороший но довольно дорогой друг - алкоголь. И часто, виновницей таких одиноких попоек была та самая безобидная пожилая соседка. После её общения с Локи, она решила отблагодарить его фирменным печеньем, а после неоднократно спрашивала о нем. Тогда, ты в очередной раз придумала легенду о том, что Локи уехал по работе в другую страну. Смотреть на эту корзину с лакомством и вспоминать, как он уплетал это печенье на кухне - слишком тяжёлая штука. Так и начались тихие домашние одиночные встречи с "зелёным змеем". На смену одному пришёл другой. Грустная ирония. *** Но всё-таки, время лечит. Не полностью и не быстро, но всё же лечит. Особенно, если на протяжении месяцев, каждый день просить саму себя перед зеркалом пытаться нормально жить дальше, в конце концов, хоть в какой-то степени выполнить данное обещание. Поездка в Англию к родным состоялась, всего на три дня, но и их хватило, чтобы перезагрузка началась - первый шаг на пути к выздоровлению. Вторым шагом стала смена места жительства Эдельвейса, плюшевого крокодила и ножа - они переехали в шкаф в большой коробке. Затем был небольшой косметический ремонт, замена дивана, и других мелочей. А в качестве хобби, ты начала посещать курсы самообороны. После пережитого, было очень кстати. Но не смотря на все изменения, по ночам, в одиночестве, иногда накатывали волны воспоминаний, и чем больше ты сопротивлялась им, тем сильнее истерика рвалась наружу. И лёжа в кровати, свернувшись клубком, сквозь плач шептала в темноту "Я пытаюсь, Локи, но боюсь, не смогу..." Он сказал на прощание: "Подари свой внутренний свет кому-то более достойному". Эту фразу ты миллион раз прокручивала в голове, убеждаясь, что или достойного не существует, или свет давно погас. Тот самый Рик, к которому Локи не питал симпатии, неоднократно пытался пригласить куда-то, подвезти домой. Один раз ты даже согласилась. Тихий вечер в кафе, разговоры обо всём и ни о чём, поездка по ночному городу - банально и просто, но ведь в основном так всё и начинается. Но когда Рик захотел поцеловать тебя на прощание, в голове сработал непонятный механизм, и ты быстро увернулась и побежала домой. Рик не ОН, и не будет никогда, и лучше сразу расставить с ним все точки над "и". Сама виновата, слишком долго молчала. *** После очередного вечера в спортзале на курсах самообороны, чтобы как следует проветрить голову, ты пошла домой пешком. Или просто не очень хотела возвращаться туда. Со спортивной сумкой на плече, наушниками в ушах, ты не спеша брела по улицам тонущего в сумерках Чикаго, пока не наткнулась взглядом на горящую вывеску над баром с надписью "Эдем". И ноги сами понесли в "райский уголок" - Несси! Каким ветром занесло тебя в наше райское местечко? Я уже подумал, что ты забыла меня! - Здравствуй, Ронни. Тебя забудешь. Шла мимо, решила зайти. Реджинальд Август Кристофер Картер, сокращённо Ронни - бывший сосед и хороший друг. Год назад переехал в этот район, поближе к работе. Высокий рыжий парень тридцати лет, со средней щетиной и огромной татуировкой лиса на правом плече. - Этот день определённо войдёт в историю, Несси! - Ронни даже выбежал из-за стойки чтобы как следует обнять, как всегда было раньше. - Задушишь же... Я тоже рада тебя видеть... И просила же, не называть меня так. Несси - это Лох-несское чудовище, а я - Ванесса. - Да да, помню... но выглядишь ты именно как... Несси. - Улыбался парень, облокачиваясь на барную стойку. - Так, кажется я зря пришла - настроения шутить не было совсем. - Постой, постой! Ну прости, что так сразу. - Думал, ты не забыла наши старые шутки. - Ронни снова выбежал из-за стойки. - Да нет, просто... не забыла, но шутить не настроена... - Всё понял, тогда... выпьешь? Изольёшь душу? Исповедуешься? - Вот на счёт пить, я не уверена... - Я уверен. Алкоисповедь должна быть полноценной! - Он достал с полки бутылку односолодового виски, два стакана, махнул напарнику и проводил тебя за самый дальний столик. - Только не говори, что ты переживаешь из-за парня. - Предупредил Ронни, развивая алкоголь по стаканам. - А то что? - Найду его и убью. Избавимся от тела вместе? Или как? Обеспечишь мне алиби? - Весело подмигивал приятель. - Ронни, мне не до шуток. Прекращай, или тогда, я буду называть тебя полным именем. - Ау! Зачем так жёстко!? - У меня был хороший учитель. А ещё, ты мне должен. Помнишь, как рыдал у меня на плече, когда тебя бросила... Софи? - Значит - он сделал глоток - дело в парне. - Да. Но вот загвоздка - нигде его ты не найдёшь. - То есть как? Знаешь, работа бармена подразумевает не только полный доступ к элитному алкоголю, но и хорошие связи. - Боюсь, не помогут. - Он что, умер? - Вероятно... Да. До сих пор не верю... - И ты припорхала на своих хрупких крылышках поплакаться к дяде Ронни? - Если честно, я на своих хрупких крылышках порхала домой с тренировки. И случайно бар заметила. - Так ты не жаждала моего присутствия?! За это, я тебя не прощу, если не расскажешь всё подробно. - он налил и выпил уже второй стакан. Ты тоже осушила ёмкость, поморщившись от горького привкуса и жжения в горле и начала свою "алкоисповедь", как всегда говорил Ронни. *** - Погоди, то есть, ты приютила у себя беглого преступника, который тебе угрожал, при этом жизнь ему спасти успела, а потом, он сбежал, а ты сидишь тут и страдаешь? Конечно же ты рассказала Ронни далеко не всю правду. Точнее, это была правда, просто немного в другом восприятии, более приземлённом, буквально говоря. - Не совсем ушёл, просто, когда на меня одни... ублюдки напали тогда, он засветился когда спасал меня, так его и нашли... - Ага... не пробовала всю эту историю на бумаге изложить и режиссёрам разослать? - Ронни снова выпил, уже непонятно какой по счету бокал. И до сих пор ведь держался. - Не смешно мне. Я уже и практически всё, что с ним связано, убрала с глаз, даже в квартире немного обстановку поменяла... но... - Сколько ты уже так? - Пол года. Ронни присвистнул. - Настолько хорош был, наверное... - У нас с ним... ничего не было. Совсем. Только поцелуй, один, последний. Когда его забрали... - в уголках глаз снова появились блестящие капли. - Ей, Несс... Ванесса... - Приятель наклонился над столиком, как и Локи тогда - Почему ты думаеш, что он мёртв? - Потому что... - размазала слёзы по щекам - Потому что он сам мне сказал, что его скорее всего каз... убьют. И брат его подтвердил, это он его и забрал... - Боже... в какую же авантюру ты ввязалась, Ванесса... - Сама знаю. А вот что делать, ума не приложу. - Ты знаешь, я не мастер в плане поддержки, не по мотивационным речам, я - не ты, поэтому скажу только, что нужно жить дальше, быть счастливой, тем более, знаешь, что он не вернётся. - Если бы не я, его бы не нашли... Это моя вина... - А ну пей! Быстро! Ты сделала как просил Ронни. - А теперь слушай: не ты, ни кто-либо другой, не виноваты в том, что его нашли, если бы не ты, нашёлся бы другой способ выманить его. А ты оказалась просто приманкой, или оказалась не в то время не в том месте. - Если бы он меня не спасал, всё было бы по другому... - повторяла ты как мантру, болтая янтарный напиток в бокале. - А как он должен был, по твоему поступить? Оставить любимую девушку умирать, а самому бежать? Не знаю, кто этот парень, но хотя бы за то, что он спас тебя, я хотел бы пожать ему руку. - Скажешь тоже, любимую... - К нелюбимым не возвращаются и жизнями ради них не рискуют. Вот скажи, сейчас, признайся и мне и самой себе, что ты чувствуешь к нему? - Я... я люблю его. - Спустя несколько секунд, ответила вполголоса. - Полегчало? - Если честно, вслух говорю это первый раз. Но да, я правда его люблю... - Диагноз - любовь обыкновенная, ныне безответная, лечение: прогулки, пьянки, весёлая музыка, хобби или путешествия, в общем всё, что может забить твою прекрасную головку. - Ох, так? А я уж думала, что он сейчас выйдет с огромным букетом роз, кольцом и увезёт меня в шикарный особняк, и будем мы жить долго и счастливо! - Я похож на крёстную фею? - Ну... тебе бы платье... - Эй! - Извини... слушай, так не хочется идти домой? Может ещё по одной? - ты указала на бутылку. - Я оплачу. - Да забей. Я угощаю. *** Тем временем в цитадели стража: "Вот скажи, сейчас, признайся и мне и самой себе, что ты чувствуешь к нему?" "Я... я люблю его" - Благодарю, Хеймдаль, я узнала всё, что хотела. - Думаете, Всеотец принял мудрое решение? - Конечно. Иначе, зачем ему я?