Прости меня

Я получила приглашение от Брендона в воскресенье вечером. Он сбросил мне адрес своей бостонской квартиры, назначив встречу на понедельник, и я начала морально готовиться к тому, что между нами, скорее всего, произойдет. Мне очень хотелось обсудить с кем-нибудь затею, которую я приготовила по душу Ноуэлла, но даже я понимала, что ни Ким, ни Мэтт меня не поддержат. Особенно Мэтт… Всю оставшуюся субботу я выпытывала у друга о его новой девушке. Оказалось, что малышка Флоренс – стажерка из отдела кадров компании Мэтта. Ей всего 20 и она изучает социологию в Бостонском университете. Друг засматривался на нее уже несколько дней и наконец, перешел к решительным действиям в виде приглашения на кофе, а потом и на ужин, а потом, видимо, и в постель. Обычно, все отношения Мэтта заканчиваются быстро – дальше нескольких перепихонов они не заходят. Но сейчас, он уверяет меня, что все по-другому, и Флоренс действительно ему очень понравилась. - Ей двадцать, а тебе двадцать шесть – ты староват для нее. – Язвительно высказала я, когда в воскресенье днем Мэтт долго рассматривал себя в зеркале. - Ха, напомни, сколько лет твоему старичку? - Ей даже спиртное не продадут. Не пустят ни в один ночной клуб… Мэтт развернулся ко мне, не пытаясь спрятать своего раздражения. - Прекрати, Вэл. Она хорошая девушка: красивая, с чувством юмора, интеллектуально развита. Кстати, она собирается изучать программирование в следующем году. Возможно, я даже буду вести его у нее… Мэтт не договорил, вместо этого широко улыбался и нервно стучал пальцами по своим коленям. Я не сразу уловила суть его намеков. - Вести в смысле – преподавать? – Неуверенно переспросила я. Мэтт засиял. - Да, да и еще раз – да! Со следующего года, я буду три раза в неделю преподавать в нашем университете! Буду совмещать две работы сразу. В офисе уже в курсе и дали свое одобрение. Представляешь, как это круто, Вэл! - Друг тут же кинулся обнимать меня, а я, от неожиданности, потеряла дар речи. - Зд…здорово, Мэтт. Я очень за тебя рада. – Наконец, выдавила я. - Думаю, с таким успехом, через пару лет, я куплю собственное жилье и … Мэтт внезапно запнулся, вспомнив обо мне. Я все поняла по его взгляду. - Ты можешь восстановиться на учебу, Вэл. Я поговорю с кем-нибудь, помогу тебе… - Мэтт, не переживай, - я взяла друга за руку, - я не пропаду. У меня есть дом. Если что, я смогу найти работу. Все в порядке. Подумай о своем будущем. Я хочу, чтобы у тебя все получилось. - Но я никогда не смогу оставить тебя, не убедившись, что все в порядке… Дрожь от его слов пробежала по мне неприятной волной, и я не хотела, чтобы он видел мой страх. Страх, что он покинет меня когда-нибудь и, кажется, он вот-вот сделает первый шаг, чтобы отдалиться. Я придвинулась к Мэтту ближе и прикоснулась ладонью к его лицу, нежно погладив его по щеке и с любовью заглянув в страшно обеспокоенные глаза. Он нервно сглотнул. - Лучшее, что ты можешь сделать для меня – это осуществить все свои мечты. Ты понял меня, Мэтт? Не знаю, что сейчас творилось в голове Мэтта, но он молча и медленно кивал, уставившись на мои губы. Я крепко обняла его, и он расслабился, обнимая меня в ответ. Когда Мэтт ушел на свидание с Флоренс, я решила не мучиться от переживаний и, укутавшись в плед, плюхнулась на диван перед телевизором и открыла мамин дневник. Прочитав несколько записей, я наткнулась на день смерти миссис Лэйн, который мама, конечно, не могла не зафиксировать в воспоминаниях. Дневник Грейс Беккер 14 февраля 2002 г. Она покинула нас, Вэл. Сегодня рано утром, пока мы с тобой еще спали. И ее смерть была… Боже мой… хорошо, что ты не видела этого ужаса... Мои руки трясутся, пока я записываю это, потому что в голове ежесекундно всплывает комната Лэйн, которую озаряют солнечные лучи, но в воздухе висит странный тяжелый запах. Лэйн лежит на подушках, повернув лицо к окошку, с закрытыми глазами и жуткой улыбкой. Я думала, что она спит, пока не подошла ближе и увидела, что плед и шелковые простыни впитали в себя огромное количество крови, а по запястьям старушки тянутся глубокие неровные раны и струйки застывшей крови. Мое сердце замирает, и я падаю на пол не в силах сделать даже крошечный глоток воздуха. В глазах темнеет. Я задыхаюсь все сильнее и сильнее, цепляюсь немеющими пальцами в старый персидский ковер, замечая в большом зеркале свое посиневшее лицо и красные глаза. В какой-то момент я слышу глухой стук своего сердца и понимаю, что вот-вот потеряю сознание. Но внезапно, меня будто бы реанимируют и я встаю, услышав твой голос. Ты зовешь меня из нашей комнаты и я, спотыкаясь, бегу к тебе, чтобы ты ни в коем случае не зашла к Лэйн. Запираюсь с тобой в комнате, прижимаю тебя к себе и вызываю полицию, пытаясь хоть немного успокоиться. Позже, шериф рассказывает нам с Тедом, который немедленно выехал по моему звонку, о том, что медэксперты сделали единственный вывод: Лэйн, покончила с собой, вскрыв себе вены серебряным ножом для конвертов. В ее ладони была записка, адресованная мне: в ней был номер адвоката Лэйн и просьба связаться с ним, когда я найду ее тело. И еще – она просит у меня и тебя, Вэл, прощения. 20 февраля 2002 г. Далее, начинаются несколько дней кошмара. Тед приютил нас, пока шериф не закончит с комнатой Лэйн, да и мне не сильно хочется возвращаться обратно. Затем, долгие часы в полиции, ведь им нужно убедиться, что Лэйн, действительно покончила с собой, и что я не убийца… Несколько раз мне становилось плохо и приходилось прерывать допрос, чтобы меня не увезли в больницу. Наконец, ясность внес адвокат Лэйн – мистер Харм. Он принес в полицию конверт с завещанием Лэйн и запиской, которую Лэйн передавала Харму за несколько дней до смерти в отдельном, заклеенном конверте. Оказалось, что Лэйн больше не могла терпеть страшную боль, и, по ее словам, быть обузой для нас с тобой, Вэл. Лекарства и уколы больше не помогали. Она стала заложником своей болезни и решила, что единственный способ избавиться от боли – покинуть этот мир. Харм зачитал её предсмертную записку, в которой она написала обо всем этом, и добавила, что благодарна нам с тобой, за то, что мы подарили ей лучшие мгновения в ее жизни и самое главное – подарили ей семью, которой у нее никогда не было. «С любовью, бабушка Лэйн…» - так она подписалась в конце. Я рыдала в голос, не веря в то, что произошло. Долго не могла успокоиться, но Харм попросил, чтобы я нашла в себе силы выслушать завещание, адресованное мне, так как у Лэйн больше нет родственников. Она завещала нам все, Вэл. Дом, все свои сбережения и вещи. Я была в ужасе, была даже зла из-за того, что Лэйн совершила самоубийство. Это страшный грех, но Лэйн, как-то говорила мне, что давно перестала верить в Бога, поэтому, ясно, почему она поступила с собой так… Люди в городке говорили многое на ее похоронах, как хорошее, так и плохое, но я и ты точно знали, что миссис Лэйн всегда была и будет нашим ангелом - хранителем, который не бросил нас с тобой в самую трудную минуту. Ты спрашиваешь, что случилось с Лэйн каждый день с того момента, как мы вернулись в дом. До этого, мы с Тедом и Хармом вынесли кровать Лэйн на утилизацию и вместе вымыли всю комнату, чтобы ничего не напоминало о том ужасном дне. Я обещаю, что когда ты повзрослеешь, ты обязательно узнаешь правду, а пока, я говорю тебе, что Лэйн уехала отдыхать к морю. Нам будет очень ее не хватать… Далее записи в дневнике прерываются на несколько лет, и следующая запись датируется лишь 2005 годом – описанием моего первого похода в школу и еще несколькими записями о предстоящем ремонте на первом этаже нашего дома. Я быстро пробегаю по ним глазами, затем следуют записи за 2007 год, и я нахожу первую запись о маминой болезни. 16 июля 2007 г. Прошло почти 2 года с того дня, как к нам домой приезжала скорая. Ты смотрела мультики и рисовала за кухонным столом, Вэл, а я старалась изо всех сил не показывать, что вот-вот задохнусь, чтобы не испугать тебя. Скорая приехала вовремя, пока я еще не успела посинеть. Мое сердце «имеет нездоровый ритм» - как выразился, врач. Он настаивал на госпитализации, но я отказалась, боясь, что ты останешься одна и надолго. Дело обошлось небольшим уколом и успокоительными средствами. Обошлось тогда… Сегодня приступ случился вновь, прямо на работе. На этот раз Тед воспрепятствовал моим уговорам не забирать меня в больницу и лично сопроводил меня на скорой, уверив, что моя коллега Шеннон позаботится о тебе. Что ж, Вэл. Боюсь, у меня не очень хорошие новости. После того, как меня обследовали вдоль и поперек, выяснилось, что у меня действительно, проблемы с сердцем. Ишемическая болезнь сердца, вызванная стрессами и переутомлением. Я думала такое невозможно в моем возрасте, но кардиограмма и прочие исследования говорили об обратном. Меня предупредили о том, что это серьёзное заболевание, требующее постоянного медикаментозного купирования приступов, снижению уровня стресса и физических нагрузок. В противном случае, однажды, мое сердце может остановиться. Меня пробрало до костей, от одной мысли о том, что ты, Вэл, останешься без матери, и тебя отдадут в приемную семью, где с тобой произойдет черт знает что… Этому никогда не бывать! Нет!!! Я плакала на плече у Теда, после всего, что объявили врачи, но разве слезы мне помогут? Все, что я хотела – увидеть тебя, Вэл, и надеяться, что это не последний раз, когда я могу обнять тебя, поцеловать и видеть, как ты улыбаешься мне и зовешь меня «мамочкой». Я сделаю все, чтобы мы были вместе как можно дольше, малышка. … Понедельник. 18:45 - Вэл! Сколько можно торчать в ванной? – Возмущался Мэтт, стукнув по двери несколько раз. – Ты заблокировала доступ в туалет! И мне тоже нужно привести себя в порядок! Я резко открыла дверь и Мэтт замер в изумлении, уставаясь с открытым ртом на вырез моего платья-пиджака. - Уже вышла. Я с улыбкой протиснулась мимо друга и подошла к большому зеркалу в прихожей, чтобы завершить образ, собрав волосы в пучок и закрепив его с помощью металлических кандзаси которые мне подарила Ким. Мэтт наблюдал, как я кручусь перед зеркалом и наношу блеск на губы. - Ты вроде умолял меня освободить ванную? Мэтт, наконец, очнулся. - Ты же не на собеседование собралась так? – Спросил он, с подозрением разглядывая меня. - Хорошая идея, но – нет. – Отшутилась я, залезая в туфли на высоком каблуке. «Ненавижу чертовы каблуки…» Я подошла к Мэтту, теперь я была практически с него ростом. - Не боишься, что твой старичок словит инфаркт от перевозбуждения? - Может я так и задумала. Поцеловав Мэтта в горячую щеку, я прошла в свою комнату, чтобы забрать сумку с учебниками, старой тетрадкой Ким и диктофоном. В последний момент, я вспомнила о маминых сережках, на которые Ноуэлл обратил внимание еще на балу и решила, что они идеально дополнят мой образ. Пришлось лезть под кровать за шкатулкой, и в этот момент позади я услышала голос Мэтта. - Давай лучше я… оу. Я уже вытащила шкатулку из-под кровати и посмотрела на покрасневшего друга. Видимо, Мэтт рассмотрел то, что было под моим платьем. Почему-то мне стало очень неловко… Я решила сместить фокус внимания с себя на что-то другое. - Вы с Флоренс тоже сегодня встречаетесь? Мэтт кивнул, все еще не сводя с меня взгляд. - Да...да... мы… мы пойдем в бар, послушаем выступления кавер-группы… - Здорово. - Ты, ты вернешься домой, или останешься у … Мэтт надеялся, что я назову имя своего кавалера и я, препятствуя внутреннему чувству тревоги, все же сделала это. - Да, Мэтт. Сегодня я проведу ночь в компании мистера… Брендона Ноуэлла. Друг изменился в лице. - Шутишь, да? Его тон мне не понравился. - С чего бы? - Не хочу верить в то, что ты могла сунуться к нему, чтобы отомстить. Не надо, Вэл. Это может обернуться против тебя. Мэтт начинал выводить меня из себя, своими нравоучениями. Надев сережки и забрав сумку, я достала телефон, чтобы вызвать Убер и вышла из комнаты, толкая Мэтта в плечо. - Оставь это, Вэл. – Мэтт следовал за мной, словно муж, отговаривавший меня уйти от него. – Ничего хорошего из этого не выйдет. Твоя мама ни за что бы не одобрила твои действия! Слова о матери задели меня и гнев вышел наружу. - Мама – мертва! – Злобно выпалила я. – А этот ублюдок – жив и продолжает радоваться жизни, словно ничего не произошло! Будто бы он не лживая скотина, загубившая жизни стольких людей! Я хочу справедливости, Мэтт. Во что бы она мне не стала. - Вэл… - Спокойнее говорил Мэтт. Он тяжело вздохнул и разочарованно покачал головой. – … Прекрати это. Ради меня. Я считала, что Мэтт манипулирует нашими теплыми отношениями и это вывело меня из себя еще сильнее. Больше за свои слова я не отвечала. - Знаешь что, Мэтти...– Надевая пальто, говорила я. – ...Желаю хорошо провести время с Флоренс. Развлекитесь. Можешь даже привести ее сюда и трахнуть пару раз. Вся квартира в твоем распоряжении, а меня, оставь в покое! - Вэл… Я захлопнула дверь в тот момент, когда Мэтт снова пытался воззвать к моей совести. Уже в такси я осознала, что наговорила лишнего и теперь горько об этом сожалею. Мэтт вряд ли захочет остаться моим другом после этой ужасной вспышки ненависти. Боже, что я натворила… Он был прав во всем, но я не могла сойти с пути к поставленной цели. Ни ради него, ни ради кого-то еще. Единственный человек, который мог бы отговорить меня – мертв. И теперь меня ничто не остановит.