To teach love

«Горят фонари Я бы до зари с тобой мог говорить Но тебе снова пора Как всегда, какие-то дела с утра Ещё одна ночь в квартире пустой Какой отстой! Постой, а можно я с тобой?»

Певчая громко ударяет кулаком по мраморной столешнице, опуская голову с растрепанными волосами вниз, от чего соленые слезы начали скатываться на пол. Ну кто же знал, что присутствие такого объема негативной энергетики посмеет выбить молодую девушку из калии, выставляя ту беспомощной малюткой — по крайней мере, так казалось ей самой. Еще и эта шаманка, от которой так и лился поток резкой ненависти, такой болючей и кóлющей, что аж изнутри пожирающей. Сестра с Владиславом уже давно отправились в царство Морфея — так и лучше, нечего им родственницу свою в таком состоянии видеть, а то начнут жалость свою проявлять, которая им несвойственна даже. Ирина, в целом, слабости свои показывать нее любила. Ладно в детстве еще, но чтобы сейчас её кто-то плачущей увидел — да ни-за-что. Ночь постепенно уходила, захватывая с собой всевидящую богиню Гекату, а заодно вместе с ней и вой псов,да гром молний. Прощина напротив зеркала фамильного стоит, замазывая мрачные синяки под нижними веками тональным кремом, а губы полопавшиеся гигиенической помадой увлажняя. Сегодня предстоит девушке съемка третьего гот зала, которая вновь истратит все накопившееся силы за день, и, как всегда очень плачевно скажется на психическом здоровье Иры. Впрочем, чего она еще ожидала от битвы? Что Иисус её манной небесной потчевать будет? Нет, конечно нет. С самого начала все идет не так. Операторы, как оказывается, не записывали большую часть происходящего, что поняли только потом, а из-за этого заставили практиков взять небольшой перерыв,а после уже перезаписывать все сначала. Певчая тяжело выдыхает, сидя в гримерке и смотря куда-то в глубину небытия. — Ты очень красивая сегодня, — к столику подходит улыбающаяся Кузнецова, а Ирина только в своей манере вскидывает брови. — Я хотела сказать это еще как только ты пришла, но получилось, правда, лишь сейчас. — Спасибо, — шатенка на удивление приветливо улыбается, а после улавливает на себе мимолетный взгляд шаманки Халы, от чего кошки на душе заскребли сильнее. — Ты тоже ничего, кстати. Рыжая кивает, а после уходит из помещения в сторону знакомой всем курилки. — Ирина Александровна, — Прощина даже дергается от неожиданности, но все же оборачивается на голос Семёновой. — Чего ж ты плакала из-за меня? Из губ той вылетает смешинка, которая будто колокол эхом несколько раз доносится до кареглазой. — Не из-за тебя, — девушка умалчивает о том,откуда Тамара узнала об этом — понимает, что защиту вовсе не ставила на себя все эти дни, да и считать её потому легко. — Раз такая сильная, могла бы и понять то, что это было вовсе не по вине твоей. Вот гордая же,сука! Ирина лишь хмыкнула на то, что русоволосая усмехнулась её словам. — Ты просто сама не поняла еще, — шаманка все так же упирается бедрами в соседний столик. — Была бы ты чуть постарше и поопытнее, все бы уже осознала. — Чего? — Певчая сводит брови к переносице, явно не догадываясь о том, что пытается ей донести женщина напротив. — Глупая же ты, малютка, — вот коварная ! Ира неосознанно шире раскрывает глаза, вспоминая о том, как называла себя этой злощастной слезливой ночью. — Нихуя не понимаю, — младшая резко встает со своего места и направляется к выходу из помещения. — Вот нахуя ты прикопалась? Некого доставать больше? Иди, вон, сказку Саманте про народы севера расскажи, ей зайдет. Вот лучше бы она тогда на перекур с Николь ушла, хотя она и не курит вовсе, но все лучше будет, чем с этой сучкой вместе оставаться! Кареглазая накидывает пальто и выходит из почти родного помещения, ощущая то, как весенний северный ветерок неприятно прикасается к её коже, от чего тело покрывает легкий град мурашек. Возле здания стоит паренёк — Артем Краснов. С ним у Прощиной даже отношения более менее стабильные, хоть и дружескими их толком назвать нельзя. — Куришь? — вампир протягивает ей на вид дорогую сигарету, параллельно как всегда улыбаясь. — Давай, — недумая отвечает девушка, принимая столь нескромный подарок, а парень только поджигает его. — Спасибо. — Чего грустная такая? — без особого энтузиазма спрашивает практик, наблюдая за тем, как Певчая делает первую затяжку и слегка морщится от непривычного ощущения. — Да забей, — младшая слабо улыбается и наконец полностью ощущает то, как никотин проникает в легкие, а к горлу подступает тошнота и кашель. — Первый раз чтоль пробуешь? — Артем смеется, видя то, как шатенка прикрывает рот ладонью и чуть ли не складывается пополам от приступа сухого кашля. — До этого просто не было в планах губить здоровье этой гадостью, — Ирина массирует горло в надежде на то, что это как-то поможет ей избавиться от такого неожиданного недуга и его последствия. — А сейчас есть? — Краснов сильно хлопает по женской спине, от чего таролог чуть ли не вскрикивает. — Ну, попытка не пытка. — Лично тебе выпишу диплом «Помощник года». — отвечает девушка, после чего покидает и компанию парня, предварительно отдавая ему сигарету. В зале все уже вновь давно построились, готовясь к повторной записи. Кузнецова вновь пытается начать какие-то диалоги не о чем, на что Ира только молча оглядывает всех присутствующих — в том числе и уже ненавистную шаманку. Их взгляды лишь на пару мгновений пересекаются, а Певчая уже почему-то задумывается о том, что, наверное, не такая уж эта Тамара и плохая. —Рассказала я твоей Саманте о народах севера, — произносит Семёнова, стараясь будто специально не смотреть в глаза собеседницы. — А она чего? — хрипло спрашивает девушка, заказывая такси в любимый и почти родной дом. — Посмотрела на меня так, будто прямо сейчас набросится и расчленит, — отвечает Халы, начиная смеяться, а Ирина подхватывает её. — Ну, так она на всех и вся почти так смотрит, — шатенка улыбается, удивляясь самой себе — надо же ей сейчас на пару смеяться с той, кого она только недавно "яро ненавидела". — Наверное, в этом ты права, — русоволосая как-то неожиданно меняется в лице и складывает руки на груди. — А знаешь что? — Что? — переспрашивает Прощина, немного удивляясь такому резкому настроения перепаду у женщины напротив. — Буду учить тебя любить.

«Мог быть славный денёк Но звонок — тебе грозит срок за пару строк Да, тут так себе вайб Видимо, пора. Ну что ж, бывай, родны край! По кустам ночной тропой Да, план отстой. Постой, а можно я с тобой?»