Aliento del inframundo

- Алохомора... - шёпот пронзил тишину, но был заглушен скрипом двери. Тень прошмыгнула в открывшийся проем и тут же проем засветился от заклинаний. Заглушающее, от прослушивания, отталкивающее внимание слетели автоматически. Словно она снова накладывает защитный купол вокруг палатки в лесу. Невольная дрожь прошлась по телу, а рука дрогнула. Девушка с каштановыми волосами, собранными в хвост, из которого выбились несколько прядей, оглянулась. Грязное помещение с мебелью, покрытой пылью, словно домовики забыли о существовании этого места. Пыль, от которой чувствительный нос тут же защекотало. - Аааапчхи, - этот звук повторился еще несколько раз прежде чем Гермиона решила наложить очищающее. Она помнила это место. Глаза цвета растопленного шоколада наткнулись на довольно внушительный предмет, накрытый плотной тканью, в другом конце класса. Гулко сглотнув, девушка сделала первый шаг. Еще один. И следующий. Чем ближе становился объект, тем сильнее билось сердце. Сомнения стали одолевать с новой силой. Зачем она пришла? Что надеялась увидеть? Вдруг это ошибка? Или класс совсем другой? Тряхнув головой, гриффиндорка собрала все мужество и поднесла руку к ткани. "Еще не поздно уйти", - мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Рывок и перед юной леди стоит зеркало в полный рост с позолоченной рамой и надписью «Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi», что означает «Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца». Каждая буква была знакома до последнего завитка. Но сейчас они снова привлекли внимание. "Перестань трусить и взгляни наконец в отражение. Ты же счастлива. Там должна быть лишь...", - не успела фраза полностью сорваться с губ, как карие глаза столкнулись с светло-ореховыми. Время словно остановилось. А сердце начало судорожно биться в грудной клетке. Внезапно картинка изменилась. И вот на нее уже смотрит тот, чье имя боятся произносить. Именно такой, каким она впервые увидела его в Министерстве Магии два года назад: бледная кожа, красные глаза и грация хищника, который знает, что торопиться некуда и поэтому дает жертве иллюзию свободы. Ухмылка в зеркале стала шире. Вдруг перед ней снова Том из дневника. Только глаза отливают алым. А за его спиной уже стали проявляться две тени. Знакомые непослушные вихры темных волос и ярко зеленые глаза цвета третьего непростительного. Черты, знакомые и родные, в которых отражалось понимание, сочувствие и поддержка. Гермиона не чувствовала, как по ее щекам катились слезы. Не слышала своих всхлипов, только смотрела в зеркальную гладь и не могла поверить. "Как это возможно?" "Почему я вижу именно его?" И как приговор "Я показываю не лицо, но желание твоего сердца". Девушка не поняла, когда упала на колени перед зеркалом, смотря как лучший друг одобрительно кивает смотря в сторону. Она проследила за взглядом и замерла. На нее смотрели карие глаза. Кудри собраны в хвост и перевязаны лентой. Алой, как мундир. На руке, согнутой в локте небрежно лежит черная мантия, а кулак сжимает белую маску. Вторая ладонь соединена с чужой бледной кистью, большой палец которой нежно поглаживает костяшки. Взгляд метнулся на парня с другой стороны. Умиротворение и уверенность. Легкий кивок. Улыбка. Внезапно чьи-то руки опустились на плечи и медленно сжали. Тело дернулось, но, уловив знакомый аромат, расслабилось. - Что ты тут делаешь? - Тебя искал. Как же иначе? - Ты... - Нет, я не следил за тобой. - Тогда... - Просто знал, что найду тебя здесь. Всегда находил. - Откуда? Тихое хмыканье и руки отпустили плечи. Их заменила теплая мантия. - Ты замерзла. - А ты так и не дал ответ. - В ту ночь после смерти Сириуса, когда я разгромил кабинет Дамблдора, что-то потянуло меня сюда. Словно привязанный я шел по коридорам, не замечая окружающих, не слыша слов, не видя ничего. Очнулся, когда практически врезался в дверь этого класса. В тот раз не было заглушающих и я услышал всхлипы, которые почти перешли в рыдание. Не раздумывая, зашёл и увидел тебя на коленях. И зеркало, которое должно быть уничтожено, но стоит как ни в чем не бывало. Бросился к тебе, а ты как в бреду шептала: "Нет. Нет. Нет. Уходи. Это неправда. Так нельзя. Невозможно. Неправильно". Мне в голову не пришло ничего лучше, чем начать укачивать тебя в своих объятиях. Медленно, но ты стала успокаиватбся. Последнее, что я услышал было имя. Ты звала Тома. Тишина окутала комнату. Сколько она длилась, никто из них не смог бы сказать. Вдох. И вот двое уже сидят спина к спине. - Почему ты, - но вопрос повис в воздухе. - Уважение. Все что я мог дать тебе после всего, что ты сделала для меня, это уважение и доверие. Я абсолютно доверяю тебе. Наверное, только тебе. Не знаю, почему сразу подумал именно о Реддле, но уверенность в тебе была сильнее. Помнишь разговор на Астрономической башне? Когда пауза грозила затянуться, прозвучало тихое: - Ты сказала, что будешь рядом... - Всегда. Слезы снова начали течь. - Мы не выбираем кого любить. Просто однажды просыпаемся с пониманием, что внутри нас рождается маленькое солнышко при встрече. И даже упоминание вызывает внутреннюю дрожь. Предвкушение. Когда принимаешь пороки, недостатки, каждое несовершенство, потому что любишь целиком. Иногда даже за двоих... Рука невольно потянулась к запястью и погладила его. Снова пауза. Тишина была уютной. - Я писала в дневнике. Хотела узнать, почему чернила исчезают. Он показал мне Миртл. Был учтивым. А потом Василиск и вот я уже встречаю вас в Большом зале. Затем подшивки газет. Азарт поиска и разочарование. Словно он просто исчез. А потом этот класс. Зеркало. И Том. Тут девушку прорвало. Она говорила без остановки и даже не почувствовала, как на нее наложили согревающее и плотнее закутали в мантию. Не поняла, когда слезы высохли, а руку сжали в жесте поддержки. - А потом я увидела его в Министерстве. Ощутила его магию. Словно раненый зверь хотела завыть от безысходности. Смерть Сириуса. То, как он завладел твоим разумом. Как вел дуэль с Дамблдором. Восхищение вместо страха и отвержения. С того дня видение в зеркале изменилось. Я вижу, как мы... - Пожалуйста. Не нужно. Шепот раздался совсем близко. - Ты можешь не говорить. Просто знай, - весенняя трава встретилась с молочным шоколадом, - я всегда буду выбирать тебя. Пусть мир катится в преисподнюю, я встану рядом и прикрою твою спину. Прошу только одного - перестань сомневаться. Иди до конца. Что бы не было в отражении - добейся этого, если возможно. Пока не стало поздно. Последняя фраза была сказана шепотом. Но в звонкой тишине в громкости не было смысла. Потрясенная, Гермиона смотрела в глаза напротив и пыталась увидеть там хотя бы каплю сомнений, осуждения или другой эмоции, но видела только абсолютную уверенность и на секунду мелькнуло ещё что-то, но уловить не получилось. - Ты понимаешь, на что соглашаешься? Вместо ответа ее руку сжали, помогли подняться и направили к двери. - Уверен, у тебя есть план. Так что я следую за тобой. Глаза в глаза и девушка наконец-то улыбается. Только уголком губ, но это уже победа. Его личная маленькая галочка. Воодушевленная, гриффиндорка не заметила, как две пары зеленых глаз с тоской переглянулись и проследили за белоснежным шлейфом, а затем кивнули и пошли в разные стороны. Солнце вставало над Черным озером, означая начало нового дня. И, возможно, совершенно другой истории.