Бэтский адик

      Алхемист приготовил субстанцию, оказывающую седативный эффект на нейронную сеть, и Солус, чуть виновато склонив шлем, подала бокал сидевшему в кресле и злопыхавшему Приме.       — Что это такое? — спросил он Солус. — Солус, я тебя спрашиваю: что за безобразие?       Светлый Рыцарь регулярно практиковал упражнения с мечом. В злополучное утро в возведенном Тринадцатью и их народами дворце одно за другим случились странные события. Тренировочные манекены вдруг вышли из строя и разом — почему-то активировались шестеро — накинулись на Первого среди Первых. Отбиваясь от них, Прима выскочил из зала. Приключения продолжились: не пойми откуда образовался туман. Мех сделал шаг назад и угодил прямиком в портал. Рыцарь переместился в свои покои, где наткнулся на свою белоснежную мантию. Хотя сейчас материя была разрисована. Художник спародировал то, как Прима распределил Тринадцатых. Мегатронуса Первый определил как главного вредителя. Но на мантии этот вредитель по росту превосходил меха в три или четыре раза по росту. Неожиданно в помещении вспыхнули ультрафиолетовые лампы. Прима ошарашенно таращился на граффити, плясавшие на стенах.       — Тренировки Вторых пошли не по плану… — Кузнец расстроенно погладила брата по плечу. — Прима, мы поговорим с ними. Ситуация будет исправлена, обещаю.       «Праймус, за что ты мне посылаешь это?» — сокрушенно вентилировал Прима, выпивая успокоительное большими глотками. Мало вспышек гнева Двенадцатого — шуточки подопечных поданы. После утреннего безумия Первый машинально приготовил любимый энергоновый напиток. После первого глотка пришлось выплюнуть: вкус испортился. Кто-то намешал присадки так, что энергон горчил. Поэтому стакан обеззаряженного с успокоительным показался подарком.       — Солус, ты когда их создавала, ты нигде в настройках не ошиблась? — устало спросил Светлый Рыцарь.       Кузнец сердито фыркнула, уперев манипуляторы в бока.       — Ну это неслыханная наглость, Прима. Программы перепроверял Мегатронус, ошибок не было и быть не может!       — Говорю вам, он воплощение хаоса… — Первый невнимательно услышал сестру. — Даже наши преемники попали под его влияние.       — Помолчи, дружище, — посоветовал Тринадцатый, успокаивая оскорбленную Солус. — Не дело. Не в настройках проблема. И перестань уже цепляться к Мегатронусу из-за ерунды. Два воина, а ругаетесь хуже бэт на пустом месте.

      Накануне вечером между братьями случился конфликт. Повод для ссоры нашёл Льеж Максимо, на беду обнаруживший схемы Примы, где Светлый Рыцарь изображал Одиннадцатого и Двенадцатого воплощением хаоса. Максимо брезгливо спрятал каракули в сабспейс и юркнул к Мегатронусу в покои.       Гнев загорался в Двенадцатом подобно огню в плавильной печи. Льеж семенил следом за братом, едва успевая за мехом. Мегатронус ворвался в помещение, где трое старших братьев работали над совместными проектами, и сильно помял механические створки дверей. Высокочувствительные приборы свалились с двух из стоящих в комнате незакрепленных скамеек.       — Что это значит? Что это за пьяные выходки? — Прима устремил рассерженный взгляд на Мегатронуса.       — Я тебе тот же вопрос хочу задать, любезнейший братец, — прорычал тот, и, промчавшись мимо скамеек, вплотную приблизился к Первому. — Воплощение хаоса и зла… Х-ха! — яд сочился сквозь возмущенный хохот. Ярость клокотала в горловых шлюзах. — Вот таким ты меня видишь, да? Так пусть будет по-твоему!       Прима получил точный удар в челюсть и был сбит. Прайм пролетел расстояние до Вектора. Оба брата повалились прямо на хрупкое картографическое оборудование и разнесли его вдребезги.       — Вы уж извините, во мне хаос просыпается, кажется, — грохотал Мегатронус, пока братья поднимались. — Ну, может, и зло в придачу. Что поделаешь: раз я был создан чуть ли не самым последним, то не могу быть добряком, как вы? Что ж ты Тринадцатого не считаешь двойником Юникрона, а?!       Мегатронус сделал выпад. Прима успел блокировать удар и перекинул младшего брата через бедро. Ещё один стол превратился в руины. Вектор бросился на Двенадцатого, но заработал удар в живот. Несчастный Второй разрушил стенд с моделями звёздных систем. Прима намеревался применить захват к Мегатронусу, но нелепо растянулся, наступив на одну из укатившихся моделей. Альфа Трион спрятался в стороне, прикрывая ещё целые вещи, и единожды усмехнулся. Но когда Прима вытащил из-за спины меч, архивист воззвал к разуму старшего, прося прекратить.       — Твои вспышки необузданной ярости только подтверждают мою идею, — Первый сделал несколько плавных, тщательно выверенных взмахов мечом, показывая мастерство владения оружием.       — Засунь свою идею себе в одно место, — безоружный Мегатронус отвел широкий клинок и вплотную подступил к светлому меху. Их линзы излучали сильную ненависть. — Добрые роботы вроде как не должны ненавидеть, сам же не вписываешься в эти бредни.       — Я всего лишь разделил нас на категории согласно склонностям каждого, — презрительно ответил Прима.       Ещё клик, и новой драки было бы не миновать. Однако обоих братьев больно схватили за антенны.       — Вы что себе позволяете? — сердито шипел фемский вокалайзер. — Рехнулись?       Солус гневно поволокла Праймов прочь из комнаты. Мегатронус и Прима охали, прося Четвертую перестать. Но Кузнец непреклонно волочила их за собой. Первые вмиг притихли, едва Солус возобновила речь. Как ругалась! Фем упрекала братьев в том, что вместо укрепления отношений они порождают новые разлады, что таким образом тяжкий труд Тринадцати окажется бесполезен. Четвертой было больно слышать и видеть, как любимые братья ненавидят друг друга.       — Мегатронус, пожалуйста, перестань затевать драки! А ты, Прима, оставь свои попытки разделить нас. Мы едины. Да, кто-то симпатизирует нам больше, но симпатии не должны затмевать разум. Какой пример подаём Вторым, а?       Прима, вспомнив злополучную историю, прикусил глоссу и нахохлился. Признавать свои ошибки мех умел с трудом, если подобная категория действий вообще отложилась в его процессоре.       — Наиболее очевидная причина пакостить — ты задел их опи, — Прима недоверчиво покосился на младшего брата. — Только не притворяйся, что не видел, как молодёжь вереницей ходит за Мегатронусом по пятам и внемлет каждому слову. Особенно Эминельме и Антифлоренсен.       Тринадцатый сообщил это неспроста. Он видел, что Вторые действительно наблюдали за потасовкой взрослых. Дроны, выкованные Солус и оживленные Праймусом, спрятались за массивными колоннами в галерее и застали начало драки и вмешательство дани. Льеж мельком посвятил Десять в причины конфликта, и молодое поколение Праймов заняло сторону Мегатронуса. Двенадцатый часто проводил с ними время, заботился как умел. Особенно сильно сочувствовала опи Эминельме, Первая из Вторых, вобравшая в себя часть черт предпоследнего из Тринадцати.       — Почему дядя Прима такой противный? — возмутилась черно-рыжая спейсджет. — Как он вообще додумался делить их?       — Он поступил отвратительно, при всем моём уважении, — расстроился Весперклинг, Пятый Второй, подопечный Светлого Рыцаря.       — Ему надо напомнить, что опи не заслужил подобного отношения, — продолжала Эминельме. — Дядя частенько зазнаётся, что чести не добавляет. Проучим Приму.       — Это не оправдание их возмутительному поведению, — проворчал старший из Тринадцати.       — Разумеется, — невозмутимо ответил младший мех. — Это звено логической цепочки. Ты неоднократно задевал Мегатронуса, а Десять встали на защиту создателя, нанеся вред тебе. По отношению к тебе поступили грубо, а по отношению к Двенадцатому — справедливо. Чуть попозже навестим наших юных Праймов и побеседуем с ними о случившемся. А ты извинишься перед Мегатронусом.       Прима раздраженно провентилировал, но согласился. Тринадцатый умел находить здравые решения проблем и примирял ссорящихся братьев метким словом. Мегатронуса будет простить невероятно сложно, непосильно, но придётся постараться.

***

      Мегатронус постучался в кварту Вторых. Сосредоточенного и недовольного Прайма встретил Старвайн, активировавшийся после Эминельме. Черно-белый спейсджет попятился, пропуская создателя внутрь и крича братьям и сёстрам об общем сборе.       Вторые выстроились в гостиной. Эминельме, Старвайн, Антифлоренсен, Игнис, Весперклинг, Астрамортис, Скайникус, Виталтайд, Линеалис и Такерус съежились под гневным взглядом второго создателя. Двенадцатый грозовой тучей прохаживался из стороны в сторону. Вторые потупили взор и боялись поднять шлем или пискнуть.       — У меня для вас отвратительная новость, бэты мои… — он дождался всеобщего внимания. — Вы лучше меня показали Приме, где его место!       Ничего не понимая, молодые Праймы молча таращились на Мегатронуса. Выходит, они сделали всё правильно?       — Вот ты, Эми, — Мегатронус остановился рядом со старшей. — за что отвечала?       — Я и Веспер отредактировали настройки манекенов так, чтобы Прима удирал, сверкая супинаторами.       — Зо-лот-ца! — спейсджет расчувствовался и чмокнул любимую бэту в шлем, а после приблизился к Пятому Второму и одобрительно похлопал по наплечникам. Остальные с бэтской завистью и недоумением смотрели на это. — Эми, ты ж огонёк мой сообразительный! Весперклинг, ай да смышлёный! А кто ему мантию красиво расписал, а? Кто нарисовал нахального задаваку карикатурным, а меня внушительным?       — Опи, это я, — Антифлоренсен подняла манипулятор. Мегатронус блаженно улыбнулся и крепко обнял вторую бэту, приподняв колёсную.       — А я в энергон закинула острую смесь из присадок! — вставила Игнис, янтарно-рыжая колёсная подопечная Алхемиста. Познания наставника в химии идеально пригодились для розыгрыша.       — А мы цветные бомбочки в шкаф засунули, — выпалили Скайникус и Линеалис. — Я ещё под Вектора замаскировался, чтобы доступ в покои дяди Примы проникнуть, — подчеркнул Седьмой, шифтер-подопечный Амальгамуса. — А Лини благодаря небольшому размеру смогла быстро облететь все покои и нанести забавные граффити, которые становятся видны только под ультрафиолетом.       — Причем ультрафиолет включается каждый раз, когда Прима ходит по отсеку, — Такерус, ученик Вектора, знал своё дело.       Мегатрону быстро израсходовал весь запас синонимов, описывающих невероятную гордость. Ай да спарки, ай да чудесные творения! Сразу видно: свои. Теперь Приме придётся тысячу раз взвесить все «за» и «против», прежде чем ваять новые схемы, превознося себя и намеренно унижая его. Вторые обступили довольного Двенадцатого и крепко обняли тёмного спейсджета.       — Только вот дани идёт вместе с Примой, и настроение у них… — мех огорченно покачал шлемом. — Словом, не показывайте, что я вас тут хвалил. Вот как поступим: я вас для имитации воспитательной деятельности поругаю, а вы состройте убитые отчаянием гримасы и раскаивайтесь в содеянном. Договорились?       Как назло Антифлоренсен и Эминельме, посмотрев в оптику друг другу, звонко расхохотались. А у двери кварты, судя по ворчанию, появился Прима в сопровождении Солус. Мегатронус мгновенно придумал, как спасти ситуацию: мех схватил сестёр, прижал их фейсплейтами к массивному честплейту и, придерживая их за антенны, громко закричал:       — Ах вы фемледи и джентельмехи бестолковые! Ай-яй-яй, что ж из вас в будущем сформируется! Эминельме, стыдись — старшая, а дурной пример подаешь. Антифлоренсен, а ты-то, ты-то! — тут Мегатронус потрепал бэт за антенны. Они продолжали приглушенно стонать от смеха. — Лидер подчинённых пакостить не учит! Ай-яй-яй, ай-яй-яй, — мех заметил, что привлек внимание Примы. — Прима, таращиться вдвойне стыдно! Где твои манеры?       Прима лишился вокалайзера. Что за цикл, а! Комедия на каждом шагу. Светлые оптограни то сердито поднимались, то под тяжестью усталости опускались. Прайм не мог согнать воедино мысли. Опередил. Солус обеспокоенно и капельку сердито бросила взгляд на своих ненаглядных созданий. Антифлоренсен, любимица Четвёртой, сникла и виновато потупила небесные линзы.       — Мегатронус, — сколько усилий вложил в имя ненавистного бота. — я бы хотел поговорить с Десятью.       — Что-то мешает? — вопрос Двенадцатого случайно или намеренно прозвучал подобно провокации.       — Наедине, — медленно добавил Прима.       — Брось, — Мегатронус оглядел выстроившихся с обеих сторон бэт. — Мы с Солус потратили столько времени, чтобы собрать их, и не можем знать, где исправить недочёты в воспитании?       «Ты и есть один сплошной недочёт» — Прима промолчал, сдерживая обещание, данное Тринадцатому. Выразить бы негодование в полном объёме, но не в тот момент, когда на них направлены десять пар любопытных линз. Более того, Солус не потерпела бы новой перепалки, а повторно быть оттасканным за антенны не хотелось.       — Ваши бэты… разнесли мне покои, испортили всё, что только можно, что совершенно их не красит, — десятеро кибертронцев сокрушенно прошелестели.       Мегатронус сочувственно покачал шлемом.       — Безобразники… А вам после нас следить за порядком на Кибертроне. Что ж вы так с дядюшкой… — спейсджет приблизился к Приме, положил манипулятор на светлый наплечник и продолжил: — Не расстраивайся, братец. Лично прослежу, чтобы отдраили покои, мантию и вернули в строй системы.       Прима уловил незавершенность интонации. Мегатронус осторожно повлек его за собой в коридор.       — Знаешь, противный ты, — Двенадцатый сбавил громкость вокалайзера до минимума. — Но вчера я погорячился. Прости погром, если сможешь. Как могу, компенсирую ущерб. Но учти: стайка будет защищать меня, и вряд ли мы с Солус предугадаем       — Деление Тринадцати на свет и тьму было моей ошибкой, брат — Светлый Рыцарь пожал манипулятор Двенадцатому. — От греха подальше сотру те схемы, будто их и не было.       Искра Солус пульсировала в спокойном ритме, когда Четвёртая заметила примирительное рукопожатие. Фем понимающе улыбнулась Тринадцатому, который подоспел к разговору братьев.       — А Вторые, однако, расстарались. Им бы руководство «Как превратить цикл в кошмар» написать.       — Я надеюсь, — Солус проводила взором разошедшихся Первого и Двенадцатого, — что переполох подействует на них эффективнее слов.       Удивительно, но после переполоха от Вторых ссоры в ряду Тринадцати поутихли. Прима и Вектор общались с Мегатронусом коротко и вежливо. Кто знает, чего ожидать от Десяти…