Любовь в руках смерти

Феликс непрерывно бежал по тропе, спотыкался, падал, целовал. Они пробегали цветы, что так ярко улыбались, деревья чародеи звали их в танец, а приближающийся дождь и ветер делали укладку двум влюбленным. Те, без умолку смеялись, их руки сплелись нитями. Они были счастливы, ведь это их прекрасный конец, который протягивал руку помощи, так мило. Во мгновение ока, капли перемешались со слезами, катились ручьем, оставались на камнях, что нежно покалывали молочную кожу. Хенджин потянул Феликса прыгать по лужам, но споткнулся о несуществующий камень. Футболка приобрела сероватый оттенок, хотя секунду назад отдавала мятными красками. Феликс прыснул со смеху словно цветы расцвели вокруг, подумал и все же решился протянуть руку, та разукрашена звездами. Хенджин мигом потянул на себя, и солнечный мальчик попал в крепкие объятия парня с блестящими бусами на шее. Запах вишни был услышан, это Феликс положил голову на колени из пластырей, на тех красовался рыжий Гарфилд, затем уронил взгляд на небо. Из туч выглядывали блестки, а откушенный сыр таился рядом. Этим мгновением хотелось жить вечность. — Джинни, так красиво, правда ведь? — Феликс взглянул в его глаза, там отражалась забота. Такая теплая, нежная в неё хотелось укутаться, и ощутить трепет пальцев, которые сейчас держали его подбородок. Оно, настоящее, большое олицетворение любви, в их крохотных сердцах. — Конечно, милый, — в унисон сказал Хенджин, притянув его любовь в последний поцелуй. Мягкие губы, вкус карамельки и ласковые касания, это самый прекрасный день. — а теперь пошли? — в пухлые губы проговорил Хенджин, убирая прядку волос Феликса за эльфийское ушко. Поднимаясь, он преподнес руку к веснушчатому чуду. Мальчики, что лежали в луже, помчались вперед за луной. Они плакали, и крепче держались за тонкие изрезанные руки. Хотелось жить, но судьба решила оставить одного в загробном мире. Любовь бежала, держа за руку саму Смерть. — Хенджин, я скоро тебя увижу, обещаю, — Феликс стоял на обрыве, задыхаясь, слезы непроизвольно текли по млечным щекам, но он сиял, держа за руку свою вселенную. Ветер создавал громкие волны, те резались о скалы, вновь и вновь. — Милый, чудо мое, моя душа, я безумно люблю тебя — Хенджин говорил эхом, растворяясь в шуме прибоя. — Я буду ждать тебя в мягком закате и томном рассвете, моя любовь, мы будем в своем собственном мире, и нас больше никто не разлучит. Феликс отошёл назад и в последний раз посмотрел на звезды, поблагодарил жизнь, что так любила его, разбежался, улыбаясь прыгнул к концу жизни, расправив руки для объятий. От него остались бусы, карамельки и парное фото, где Феликс обнимает Хенджина, за пять минут до остановки его сердца. Сердца Хенджина.