Посмотрим, кто кого

После тяжелого рабочего дня с постоянными раздраженными взглядами на людей, Кларк наконец-то вернулась домой. Казалось, после столь насыщенного дня, настроение должно было улучшиться, но, к сожалению, всё было с точностью да наоборот. И девушка не могла понять, в чем заключалась причина. Да и думать ей, если честно, не особо об этом хотелось. Всё, о чем она мечтала, — это чашка ароматного чая и крепкий сон. Однако этой мечте не суждено было сбыться, ведь зайдя в дом, она услышала голоса в комнате и направилась прямиком туда. Увидев своих гостей, она ни капли не удивилась. Ведь кроме этих двоих к ней, без её ведома, никто не смел заходить. — Какая умная девочка, а, — заходя внутрь, услышала Гриффин обрывок фразы. — Да я перед тем как ответить, посчитала все на калькуляторе. — Там пять вообще-то будет, умник, — съязвила подруга девушки – Рейвен. — И что? Жизнь не такая. Она не говорит, что делать, но ты делаешь. Ведь всё не так легко, как было лет десять назад. Сейчас всё иначе, и ты пытаешься всё делать, но ничего не получается. И вот, знаешь, вроде бы нет желания, но ты понимаешь, что должен. Должен встать и бороться! Ведь жизнь не терпит отлагательства, — высказала свою мысль их общая подруга, на что Рейвен лишь закатила глаза. — Ты то что опять тут делаешь? — Рейвен с удивлением повернулась на голос Кларк. — О, наконец-то. Проходи, садись, будь как дома, — произнесла Рейвен, на что Гриффин ответила лишь возмущенным взглядом, присев на диван. Октавия, так звали их подругу, в свою очередь не обратила никакого внимания на Кларк. Но на вопрос она все же ответила, снова в своей же манере, при этом продолжая смотреть в одну точку. — Сейчас не об этом. Скажите мне, как часто происходит то, что должно произойти? — задала Октавия риторический вопрос. — Вероятность крайне мала, что будет так, как хочешь ты. Ведь судьба предрешена еще до нашего рождения. Всё решено… — Рейвен прервала Октавию и запела: — Всё решено, мама я… — не успела допеть строчку, Кларк стукнула её по плечу. Октавия Блейк, как ни в чём не бывало, продолжила: — И мы как маленькие птички пытаемся что-то исправить в этом огромном мире. Рейвен надоело слушать её бредни и, встав, она направилась на кухню. — Крикнешь меня, когда она успокоится. Я за вечер уже наслушалась её философских мыслей. — А смысл в криках? — Блейк посмотрела вслед уходящей девушке. — Смысла нет, хотя толика надежды всё-таки есть. Надежда есть всегда, — и после этой фразы она замолчала. Гриффин только и успела, что выдохнуть с облегчением, как Октавия начала новую мысль. — Асфальт в Гималаях делают хороший. Лучше, чем у нас, а всё почему? Потому, что так выпал жребий… — Всё тлен, — подытожила блондинка, тяжело вздохнув. — Это иллюзия! — воскликнула Октавия, — Мы живем в иллюзии, а может мы сами иллюзия? Жаль, но ответ мы никогда не узнаем. Ведь мы даже не знаем, зачем приходим в этот мир. — Мы вши, — вышла из кухни Рейвен с бутербродом в руке, — которые превратились в людей на … — Рейвен! — крикнула Гриффин. От испуга подруга выронила еду из рук. — Вся жизнь плывет по течению. Иногда это течение направлено вверх, иногда вниз, но всегда есть движение. Поэтому я и покидаю вас, – закончила свою мысль Октавия. Встав с кресла, она по очереди обняла обеих девушек. — Позже вернусь, — и вышла из дома. — Дурочка, — произнесла Рейвен. Простояв пару секунд в молчании, Кларк заговорила: — Кстати. — Бляха. Ты чего меня пугаешь? Избавиться от меня решила? — театрально схватившись за сердце, спросила Рейес. — Я уже давно пытаюсь это сделать, но ты как пиявка присосалась и не отлипаешь, — на что Рейвен показала язык. — Так вот, знаешь кто сегодня к нам приходил? Помнишь тот случай с полицией? — Подруга, до сих пор удивляюсь, как тебе удалось безнаказанно уйти от них тогда. — Значит помнишь. Та девушка – инспектор, сегодня у нас была, — и Кларк рассказала подруге о событиях дня.