Like cat and dog

Уён проснулся от настырной вибрации телефона, то затихающей, то раздающейся вновь. Он потянулся, испустив протяжный стон, и приоткрыл глаза. Рядом всё так же лежал Микки, прижимаясь к нему спиной, и сопел. Окно находилось за ним, и солнечный свет освещал всю комнату, заставляя её гореть ещё ярче. Бежевые стены будто светились изнутри, а яркие жёлтые полосы светили так, что Уёну пришлось снова закрыть глаза. — Мы с тобой заснули, да, булка? — прохрипел он и тут же откашлялся. Микки рядом шевельнулся, но так и не проснулся. Уён положил руку на его живот и начал медленно поглаживать, вслушиваясь в его дыхание. Сегодняшнее утро было слишком насыщенным, поэтому не было странно, что стоило Уёну только коснутся головой постели, как он заснул. Переезд отнял очень много сил, пусть он и не до конца закончен. Впереди столько вещей, которые ещё нужно успеть сделать, и пусть ограничения по времени нет, но чем быстрее он со всем разберётся, тем лучше. Большая часть одежды осталась в квартире у Ёсана, часть игрушек Микки — у родителей. Ещё нужно обустроить квартиру на свой лад и закупиться продуктам. Проверить нужно ли запастись чем-то из химии, на самом ли деле работает стиральная машина, есть ли горячая вода. И если Уён хотел жить тут долго, то нужно ещё познакомиться с соседями, которые могут оказаться не такими добрыми и отзывчивыми как Сонхва. Этот вопрос никогда остро не стоял, он всегда умел находить общий язык даже с теми, у кого этот язык не понимал, что несёт, но одно дело пообщаться с тем, кого потом не увидишь, и другое — с человеком, с которым будешь существовать на одной лестничной клетке долгое время. Уён потянулся, и Микки, почувствовав шевеление хозяина, в точности скопировал его движение, вытянув лапы вперёд. Рука с живота никуда не делась, всё так же поднималась и опускалась от дыхания, и они бы снова заснули, если не забытая вибрация телефона. — Да кому там не имётся то, а, — простонал Уён, и, не открывая глаза, поднялся. Собака, ощутив движение, только лишь завалилась вбок от отсутствия тела рядом, и всё так же продолжила сладко спать. Если бы Микки умел храпеть, то несомненно это делал. Уён схватил телефон с тумбочки, и прищурив глаза из-за света, уставился на экран. Тонкая тюль явно не годилась на роль защиты от солнца, поэтому первым пунктом в списке покупок стояли плотные шторы. Для всех комнат. Потому что если каждое утро он будет просыпаться от слепящих лучей солнца, то настроение на весь день явно будет испорчено. Уён любил свет в квартире, особенно в такой светлой и уютной, и более чем уверен, что весь день шторы будут висеть по бокам, открывая прекрасный вид на маленькие кафетерии с цветами, но как сильно он ненавидел утро, так сильно же и ненавидел просыпаться не по будильнику. Поэтому светонепроницаемые шторы его главная цель и желание. На экране блокировки висело порядка десяти сообщений от родителей, все с вопросами о том, как он добрался, ел ли и всё хорошо, и примерно в два раза больше от Ёсана. Ёсани Конечно приеду, куда денешься от меня Тортом вмажу по лицу как на день рождения Это же считай твой праздник Ёсани Короче Я ж твой любимый друг брат сожитель И не мог никак бросить в чужие руки Поэтому Я иду следить за Сонхва! Ёсани Это пиздец. Не думал я конечно, что Сонхва… такой. Чуйка никогда меня не подводит. Я чувствовал. И дочувствовался. Последнее сообщение пришло совсем недавно, и Уён, не понимая, что вообще происходит, тут же решил ему написать.

Собачник

В смысле Ты что натворил КАКОЕ СЛЕДИЛ Что ты делал

Ёсани Неужели твоё величество решило мне ответить вау спасибо за игнор

Собачник

Вообще-то я спал. И ЧТО СЛУЧИЛОСЬ.

Ёсани На самом деле ничего Мне просто скучно, а ты не отвечал ни на звонки, ни на смс Я тут один одинёшка сижу… в пустой квартире… без звуков твоих задротных игр. без твоего смеха… без всего этого…

Собачник

Прям… скучаешь? По всему этому? Правда.?

Ёсани Да боже упаси мои уши наконец-то отдыхают Знаешь как хорошо, когда никто не орёт ТАК ВАМ И НАДО ПИДОРАСЫ и СЮДА ИДИ Я ТЕБЕ ЖОПУ ОТКУШУ в два часа ночи? Оказывается вот что такое ТИШИНА. Начинаешь ценить когда появляется, эх

Собачник

Может когда теряешь?

Ёсани Нет. Я не хочу больше просыпаться от криков и снов где ты кусаешь чью-то жопу. — Блять, — красноречиво произнёс Уён, садясь на кровате поудобнее. — Он же мне про Сонхва заливал.

Собачник

Ты начал пиздеть о Сонхва, так что допизди до конца и не переводи тему Какое следить зачем куда почему Как ты вообще его нашёл

Ёсани А это Ну Путём оперативно-розыскными мероприятиями я добыл его адрес

Собачник

Ёсан.

Ёсани ЛАДНО. Он мне сам его дал, когда первый раз разговаривали Мол да знаю что всё быстро вот мой адресок если что забегайте Ну а кто я такой чтобы отказываться

Собачник

И ты следил за ним?

Ёсани Немножечко Это нечестно, что ты пошёл говорить с ним один: (бросив меня на произвол судьбы: (( Да и на самом деле доверяй, но проверяй Но по факту ничего криминального, просто дошёл до его дома Дома, Уён. Прям… д о м а Он огромный и чёрный Уён, прочитав последние сообщение, усмехнулся. Теперь точно понятно кто приложил руку к выбору холодильника. Не оставалось сомнений, что Сонхва давно хотел переехать, но что-то его останавливало, и возможно именно Уён повлиял на развитие их пары. Он не хотел думать о том, что если бы Ёсан не пошёл проверять новые объявления, то и не было бы его тут.

Собачник

Ну допустим, и?

Ёсани И Сонхва реально там живёт И у него реально есть парень И вообще если я думал, что его квартира огонь, то этот ДОМ. Всем домам дом. Они как небо и земля, как ангел и демон, как белое и чёрное…

Собачник

И?

Ёсани ДА ЧТО И ТО. Осёл ты сраный Вообще-то я за тебя боялся, поэтому сразу спросил где будет жить сам и о чудо он сказал А я дурак что ли не пойти? Я пошёл. И видимо очень удачно, потому что всего через часика два они пошли гулять

Собачник

Всего? Два часика? Стоял поджидал как сталкер?

Ёсани Я ПЕРЕЖИВАЛ кому отдал тебя. Так вот. Они мило беседовали, держались за ручки и целовались Ничего интересного и криминального

Собачник

И что? Они должны были идти и обсуждать план моего похищения? Убийства? Что?

Ёсани Я тебя точно в осла переименую. Твоё тотемное животное сто процентов. Жаль нет знака зодиака. Ёсани Точно.

Собачник

Что точно Да не похитят они меня

Собачник

Ёсан твою мать ну хватит уже читать эти чёртовы криминальные сводки

Собачник

Ёсан.

Поняв, что Ёсан больше не намерен с ним разговаривать и ушёл в свой астрал, Уён плюхнулся обратно на кровать и уставился на потолок. Его друг такое же чудо как и Сонхва. И может они не совсем похожи, но эта часть, отвечающая за заботу о близких, их комфорт и защиту, очень сильно перекликается в обоих. Он знал Ёсана порядка семи лет, и всё это время он дарил ему ощущение безопасности, которое было только у него. Свой островок, на котором чувствуешь, что все твои ошибки лишь шаг вперёд, а не прыжок вниз. Уён благодарен за много вещей и не сможет отблагодарить его наверное никогда, но излишняя забота иногда напрягает, хоть в какие-то моменты и нужна. Следить за Сонхва, пусть тот и дал свой адрес сам, всё равно не входило в число нормальных дел, даже с тем учётом, что Уён тоже побаивался того, что может произойти и кем окажется этот человек. Но пока Сонхва не подавал никаких признаков маньяка (не считая быстрой сдачи квартиры и излишней мягкости), то всё было прекрасно. Не всегда хорошее отношение к людям сводится к плохому. Тем более Ёсан подтвердил, что тот живёт по адресу, который сам и назвал. Причин для волнений нет. Вздохнув, Уён снова потянулся, и на этот раз Микки отреагировал куда бодрее, подняв голову в поисках источника шума. Он сначала смотрел в противоположную сторону, потом повернулся, и увидев хозяина, тут же вскочил. — Микки, ну хватит, — смеясь произнёс Уён, пытаясь убрать от своего лица морду. Он держал собаку за плюшевые щёки, но тот всё равно умудрился высвободиться из захвата и начал вылизывать его лицо, проходясь то по носу, то по щекам. — Ну серьёзно, мы спали вместе, я никуда не отходил… Микки! — он рассмеялся ещё сильнее, чувствуя, как Микки стал тыкаться носом в шею. — Ну всё, хватит, — ему всё-таки удалось поймать его, поцеловать в нос и легонько толкнуть, чтобы тот сошёл с него. Уён снова схватил телефон, чтобы проверить время, потому что с Ёсаном совсем забыл об этом и удивился, когда понял, что проспал почти четыре часа. Неудивительно, что все стали писать ему и интересоваться состоянием. Быстро написав родителям, что с ним всё хорошо и он сейчас обустраивается, Уён встал с кровати, и позвав с собой Микки, направился на кухню. Достав корм из холодильника, он положил его в миску и поставил на пол. Чуть позже нужно будет найти место, где Микки сможет спокойно кушать, и забрать из дома остальные миски, чтобы не покупать. Пока собака занята свои делом, Уён решил проверить ванную комнату и с приятным удивлением обнаружил наличие стиральной машины. Конечно он не думал, что Сонхва будет использовать чудеса фотошопа, чтобы обмануть его, но всё равно на душе стало хорошо. Из плюсов: вместо душа была огромная ванна и куча разноцветных баночек и шариков в шкафу рядом с ней. Верхний ярус занимали полотенца, которые видимо решили не забирать, а на остальных расположились тканевые маски для лица, пенки и различные штучки для приятного времяпровождения. Сонхва явно не скупился на себя, и Уён более чем уверен, что его ухажор просто не стал всё забирать, потому что купит ещё столько же и даже больше. Ещё он нашёл около машинки порошок и гель для стирки, и если ему разрешат их использовать, то Уёну хватит на первое время и не придётся сейчас покупать новые. Отдельно от ванной находился туалет, и даже там осталась вся химия, которая только может быть. Всё лежало в пластиковых ящиках, каждое разделённое по своему применению. Если ему и понадобится что, то он точно найдёт нужное здесь, потому что разнообразие спреев и порошков пугало даже такого человека как Уён, который стабильно раз в неделю вылизывает квартиру до блеска. Он прошёлся по всей квартире, заглянув в шкафы и тумбочки, но в большей степени они были пусты, за исключением некоторых вещей, которые Уён сложил в стопочку на кресло вместе с футболкой. Если Сонхва и соберётся встретиться с ним, чтобы отпраздновать новоселье, то нужно привести квартиру в хорошее состояние и собрать всё забытое, чтобы его не приняли за недобросовестного и не знающего уборку человека. Позже он обязательно договорится о дате и возможно чем быстрее, тем лучше. Для спокойствия пригласит ещё Ёсана, иначе он своими рассказами о маньяках заставит его забиться в угол и дрожать от каждого шороха, потому что Уён, не боясь в принципе ничего, очень подвержен страшным историям и от страха может даже заплакать. Ёсан использует это против него в любых ситуациях и даже сейчас, когда он съехал, пытается нагнать жути. Если Уён не любит ужасы, где всё нереально, то страшилки с его участием в реальном мире просто сущий кошмар. Раскидав свои вещи по полкам и в надежде, что Сонхва не будет особо против, выкинув маски с истёкшим сроком годности, он подошёл к холодильнику и достал кусочек сыра, одинокий лежащий среди пустоты. Он медленно жевал его, вглядываясь в пейзаж за окном, и мысленно составлял список необходимых покупок. Солнце всё так же светило в глаза и освещало всё помещение, но если днём ещё терпимо, то утром просыпаться от лучей и засыпать ночью под уличные фонари не очень приятно. Поэтому посмотрев на Микки, который уже закончил есть и сидел у его ног, Уён решил, что сначала шторы, а потом всё остальное. Он нашёл оставленный на полу поводок, зацепил его за ошейник Микки, и, проверив наличие телефона и ключей, вышел из квартиры. Хоть он и не знал расположение всех магазинов поблизости, но точно помнил, что в нескольких кварталах от его квартиры с Ёсаном находилось что-то вроде небольшой студии тканей и пряжи, куда сам Ёсан часто наведовался. У Уёна даже есть пара свитеров, связанных заботливыми руками друга, и шапочки с ушками. То, что ещё есть один кроп топ, сшитый из прозрачной ткани чёрного цвета, он старается всеми силами забыть, но почему-то взял его с собой. На всякий случай. Дорога до магазина занимала примерно 20 минут до Ёсана и от него ещё столько же, но Уён только и рад прогуляться и осмотреть всё вокруг. Поблизости и правда было много кофеен и даже ресторан итальянской кухни, куда он обязательно позже зайдёт попробовать спагетти. Даже стояло небольшое ателье, где сидела дама пожилого возраста. Везде раскиданы цветы, но навязчивый запах напрочь отсутствовал, оставляя только приятный шлейф. Всё будто светилось изнутри и люди были такими приветливыми, будто и не из этого мира. Район колоссально отличался от серого и унылого района теперь только Ёсана, и если представится такая возможность, то Уён не хотел бы переезжать. Всё случилось так резко и быстро, что он даже не успел ничего осознать, даже прогуливаясь в новом месте и уже поспав на новой кровати. Первые дни будут как сон и он бы не хотел, чтобы этот сон прекращался. Завернув за угол, он наконец дошёл до знакомых улиц, а значит до магазина оставалось всего ничего. Всё тот же вид и казалось все те же люди бродили вокруг, не обращая ни на кого внимания. Кто-то разговоривал по телефону, кто-то сидел в жарких помещениях без кондиционера, а кто-то копался в земле, сажая одинокий цветок белого цвета на небольшой лужайке. И это, пожалуй, единственное, что можно связать с его улицами. Неважно где — тут или там, — но все бабушки хотели увидеть хоть чуточку прекрасного и яркого среди серых домов. Уёну нравился этот район. Он не шумный, тоже спальный, и находился на достаточном расстоянии от центра города, где постоянная суматоха и едкий звук. За небольшой промежуток времени уже сформировалась привычка вглядываться во всё окружающее, и Уён, рассматривая каждую детать, может с точностью рассказать о каждом предмете или вспомнить график работы магазина и даже определённого сотрудника. Не пройдёт и дня, как он будет знать обо всём и на новых улицах, пройдя каждый уголок с собакой. Вдалеке уже виднелось светло-серое здание с бледной вывеской зелёного цвета. Оно не казалось большим, но если зайти туда, то можно застрять на много часов, как это делал Ёсан. Он часто брал с собой Уёна, заставляя помогать в выборе цвета, ткани или пряжи, а потом ещё нести всё это добро до дома. Уён не жаловался, потому что идти наперекор другу с убийственным взглядом и милой улыбкой себе дороже, поэтому только грустно вздыхал и позволял использовать свои руки как корзинку. Но зато теперь может поблагодарить его, потому что если бы он не вспомнил об этом месте, то терпел ставшее таким нелюбимым солнце. Над головой Уёна звякнул колокольчик, стоило ему только зайти в магазин. Микки остался сидеть на улице с грустными глазами, прявязанный поводком за железную палку. Как бы ему не хотелось взять его с собой, но он не мог, даже зная, как воспитанно себя ведёт собака. Уён пришёл выбрать шторы, так что этот выбор должен быть навсегда, поэтому Микки будет только отвлекать. Он прошёл мимо рядов с пряжей и со всем прилагающимся к ней, повернул направо, пропустил ещё пару рядов с рулонами тканей, и чуть подальше, в небольшом закуточке слева, всё же нашёл множество разноцветных штор. Они висели на прозрачных вещалках, почти что касаясь пола. Не было ни одной похожей и казалось можно найти на любой вкус и цвет, но Уён, как истинный любитель всего тёмного, пропустил все оттенки розового и белого, и теперь рассматривал именно его. Внезапный шум со стороны входа заставил его повернуться. Он не видел, что там происходит, но точно слышал испуганный крик, а потом гневную речь в пустоту, потому что был слышен только мужской голос. Уён бы подумал, что дело в Микки, но ни лая, ни даже рычания не прозвучало, поэтому хмыкнув, он вернулся к выбору ткани. Изначально этот магазин был совсем небольшим, почти что в несколько квадратов, и продавалось тут исключительно всё для рукоделия. Немного иголок, пряжи, спицы и крючки в несколько ярусов на двух-трёх стеллажах. Ёсан часто рассказывал, как его мама, будучи любительницой связать что-то необычное, таскала его в этот закуток и набирала так мало, но почему-то вязала очень много и всегда находила применение вещам. Наверное именно от неё он перенял эту любовь к тканям и радует обновками стабильно раз в месяц. Спустя несколько лет владелец продал казалось бы такой не прибыльный бизнес и только после этого всё пошло в гору. Они расширились, завезли новые товары, но не ушли от изначальной задумки, лишь добавили новое. Ёсан даже подал им идею, предложив выставить свою игрушку на продажу, и теперь люди приносят сюда своё творчество, получая за это деньги, а магазин — известность в узких кругах. Уён рассматривал каждый кусочек ткани, отодвигая нужную, но пока не нашёл того, что искал. Хоть он и хотел простые шторы, но ни один из вариантов его не устраивал. Чуть поодаль от него остановился парень, и присев на корточки, начал что-то искать среди кучи разноцветных тканей на нижнем ярусе стеллажа. Он откидывал ненужное в сторону, а то, что приглянулось, поближе. Уён схватился за край шторы и уставился на него, не понимая зачем, собственно говоря, смотрит. — Мы знакомы? — спросил незнакомец, смотря теперь в ответ. В его прищуринных глазах виднелась ненависть ко всему живому и казалось разговаривать не было смысла. — Что? — тупо произнёс Уён. Перед его глазами буквально на коленях сидел самый красивый парень с мягким и вибрирующим голосом, которого он когда-либо видел за последние два года. И если бы не его расположение, то Уён бы поиздевался над ним путём комплиментов и подкатов. — Ты ещё и глухой? — он наклонил голову вбок, держась одной рукой за стеллаж, а другую положив на коленку. — Или твой этот, — парень махнул в сторону штор, — чёрный цвет сжёг все мозги? — Что? — спросил Уён, но уже с истерическими нотками. Он сжал в руке несчастную ткань, теперь с такой же ненавистью смотря на незнакомца в ответ. — Ну точно глухой, — он вздохнул, и отвернувшись, снова начал перебирать кусочки ткани. — Нет, я конечно понимаю, все люди разные, у всех свои проблемы, надо с пониманием относиться к данной категории… Но зачем пялиться то так? Только раздражаете. Так ещё и глаза такие большие, будто срать хочешь, господи прости меня за мои слова, — он сложил руки вместе, будто в молитве, и посмотрел наверх, а потом снова начал искать. — Будь терпимее к недалёким людям и тебе вернётся добро. — Парень, ты нормальный вообще? — голос Уёна перешёл на какой-то ультразвук. Он не сдвинулся с места, пытаясь взглядом проделать дырку в его затылке, но дым не шёл, поэтому попытки безуспешны. Уён сам мог быть придурком по отношению к людям, но только с близкими или к тем, кто того заслуживает, и никогда с незнакомыми людьми. — О господи, — он резко повернулся обратно, и в глазах проскочило неподдельное удивление. — Ты реально умеешь говорить? И понимаешь речь? — Ты обдолбаный? Скажи честно и я никому не сообщу, — Уён постарался взять себя в руки. Проиграть какому-то странному и красивому парню? Вот уж нет. — А ты? — А что, похоже? Кажется только ты из нас двоих видишь то, чего нет. — Я просто одарённый, — он усмехнулся. — А ты ума лишённый. Немного иначе, правда? — Так блять, — Уён наконец-то оторвал руку от шторы и сделал шаг вперёд. — Я тебе что-то сделал в прошлом? Мы пересекались? Может я закрыл форточку в душном автобусе, когда ты помирал от жары? Или не зажал кнопку «стоп», когда бежал к лифту? — Ты какой-то мелочный, — парень неглядя схватил первый попавшийся кусок ткани. — О! Ты представляешь, нашёл. И только нужно было с каким-то придурком поговорить. — Да ты заебал, мелкий, хватит делать вид, что меня тут нет. — Мелкий? — он приподнял одну бровь. Со стороны ситуация казалось крайне странной: Уён стоял и метал кинжалы взглядом в невозмутимого парня, сидящего на корточках. Он никогда не умел держать эмоции в себе и люди легко могли определить его настроение лишь по вздоху. И незнакомец, видя его состояние, явно забавлялся, используя своё спокойствие. — А кто ещё? Пиздабол? Ты только и умеешь что срываться на других. — Во-первых, — парень медленно поднялся и повернулся к Уёну, которому сразу захотелось забрать свои слова назад. — Я не мелкий. Во-вторых, детям вредно материться. Тебя разве не учили, что взрослым дядям нельзя говорить плохие слова, а? Видимо нет. Поэтому скажу я, — он приблизился к Уёну и остановился буквально в шаге от него, чуть опустив голову, — не говори с незнакомцами в таком тоне, мелочь, — и как внезапно подошёл, так же быстро развернулся и ушёл. Во-первых, парень явно не мелочь, будучи на пол головы выше Уёна и шире в плечах. Во-вторых, перед глазами теперь стоит его ухмылка и блестящие глаза с каплей издёвки.