Полюбить имперского пса

Попасть в это место достаточно легко. Вам нужно всего лишь быть у всех на слуху или, как минимум, понравится нужным людям. На вашу почту придет интересное сообщение. Вы обязательно согласитесь, ведь приглашение очень заманчиво. И вас встретят реалии идеального мира. Никогда невозможно угадать, в какое время и где можно будет провести жаркую ночь. Только если ты не являешься любимчиком. Ну или просто вынюхиваешь подобные события, как крот. Кавински оказался в этом месте совершенно случайно. Причём было это очень давно. В целом и до этого Винс был тем, кто отрывался по полной. Но, к сожалению, в кафе всегда слишком много ограничений. А бухать в одиночку в однокомнатной квартире не позволяли соседи, которым было не по душе его любовь побуянить на нетрезвую голову. За столько времени почти ничего и не изменилось. Только место осталось одно, единственное. И иногда закрывалось на всякий пожарный. Приятный голубой свет падал на небольшой стол в крохотной комнатушке. В ней находилось от силы человек шесть. На поверхности стола в разнобой стоят рюмки, бокалы. Из необычного по углам не приметно валяются несколько небольших пакетиков с экстази. Музыка, которую Винс давно успел выучить наизусть и которая уже так раздражала. Благо она играла где то за дверью, от чего была еле слышна. Брюнетка в коротком чёрном платье с откровенным вырезом сидела совсем рядом с Кавински, хотя скорее лежала на нём. Той явно было не интересно выслушивать своего собеседника. Скорее хотелось, чтобы все его деньги были потрачены исключительно на нее. Она пахла ежевикой и дорогим алкоголем. От этого запаха многие теряли голову. Девушка наматывала блондинистую прядь мужчины на указательный палец, явно наслаждаясь вечером. – Винс-си, скажи честно, ты красишь свои волосы, – протянула она, наклонившись к самому уху своего спутника. Всего на мгновение. Затем засмеялась, отпрянув назад, и потянулась за своим приторным коктейлем. – Нет, мне это не к чему, – его парикмахера, с которым наблюдатель стабильно встречается раз в полтора-два месяца, возможно бы очень позабавил этот разговор. Обыденность - именно это слово летало в воздухе. Повседневность. Если бы у Кавински спросили, какой его любимый день недели, он сказал бы все. А потом уточнил бы все, кроме тех, что он проводит со своим "коллегой." – Ммм... Может, снимем отель? Тут так скучно, – та дотронулась до груди мужчины, поставив средний и указательные пальцы, и начала ввести их вверх, к шеи, как бы делая маленькие шажки, – или может... – Выпьем! – вдруг возгласил ещё совсем зелёный мальчишка. Рыжие растрёпанные волосы, веснушчатые щёки, выпирающие уши, выбитый зуб и очень довольная физиономия. Сидел он где-то в углу комнаты и казался невероятно счастливым в своём новом окружении. После своих слов он начал протягивать всем наполненные до краев бокалы. Друзья Винса всегда зазывали его, мол: "устал ты, парнишка, надо развеяться, хоть на девушек поглядеть." А сам блондин никогда и не был против. Кавински крепко обхватил стакан. Перед тем, как опрокинуть его содержимое в себя, он прошёлся взглядом по всем этим знакомым и не очень лицам. Они были совершенно пустыми, просто размытые пятна, даже несмотря на близость, испытанную ранее. Единственное, девушки постоянно менялись. Они всегда нагребали побольше денег и уходили очень надолго, если не навсегда. За этой дверью они все станут ничем иным, как посредственностью. – За эту замечательную ночь! – улыбнувшись, наблюдатель торжественно поднял стакан. Иногда, снимая комнатку, ты забываешь про всё. Про работу, про дом, про одиночество. Всё за дверью становится чем-то не значимым, как будто другой мир, выдуманный в приступе бреда больной фантазией. А ты сосредотачиваешься на более привлекательной вселенной, где сплошная музыка, алкоголь, наркотики, громилы и разврат. Здесь происходит своя ночная жизнь. Но за пределами этого мирка, если кто-нибудь из них вдруг встретятся, никогда даже не посмеют задержать друг на друге взгляд. Первый бокал был только началом. Кто-то заказал кальян. Его почти сразу принёс молодой юноша с серебряной серёжкой в ухе. Парень мило улыбался, глядя на заказчика, сидящего в центре дивана, а как только выполнил задачу, поспешно удалился. Пакетики, лежащие на столике, наверное, были очень дорогими. Их было всего три, и один из них Винс без колебаний забрал себе. Вернее, выкупил за меньшую цену, чем их сбагрил владелец. Содержимое еще одного пакетика было поделено на троих. Каждый урвал свою долгожданную дозу. Комната поплыла ещё сильнее, от музыки запульсироваро в ушах. Кавински растёкся по стулу, расслабленно прикрыв глаза. Мысли ушли на второй план, как впринципе и всё остальное. Безусловно, самое приятное в этих вечерах. Наблюдатель не чувствовал себя потерянным. Нет, он определённо прекрасно понимал всё происходящее. Просто теперь тело и мозг были в долгожданном расслаблении. Подливая в организм алкоголь, каждый беседовал о своем. Разговоры развивались нейтральные, никак не касающиеся реальной жизни. Это по понятным причинам была негласно запрещённая тема. В основном обсуждались любовные интрижки и драки. Без названия имён. Вечер был долгим. Долгой была и ночь. Как только всем присутствующим показалось мало, они решили присоединиться к остальным людям, что были на танцполе, сидели у бара, в общем, творили огромное количество безрассудных вещей. Кавински остался наедине с той особью женского пола, которая не собиралась бросать попыток затащить его в постель. Она была не первой, но очень надоедливой, в отличие от предыдущих дам. — Зна-а-аешь... Нам ведь не обязательно даже снимать комнату, Винси, – она быстро переместилась на ноги блондина, положив руки ему на плечи. – Не торопись так, куколка, - он издал тихий смешок, откинув голову назад. Неужели таблетки больше его не брали так сильно, как раньше? Черт, начиналось же так хорошо. Задумчивое выражение лица напротив, заставило девушку цыкнуть, но после та закатила глаза, наклонившись к уху мужчины. Отступать она не собиралась. — Всего лишь 50 часов. И тебе больше никогда не придется ни о чем думать, ну же, — она укусила мочку уха, после чего всосалась в шею, как пылесос. — Ладно, — он отмахнулся, заставив ее резко отстраниться, — поедем ко мне. Поехать они поехали. Перед этим закинувшись бутылкой в одну харю, а поднявшись сразу почувствовал себя намного "лучше." И умудрился придти к очень интересной идеи с угоном чужого автомобиля. Да, у Кавински была своя тачка, но она была не здесь, а такси, это же скука смертная. Все взрослые, пометка алкаши, уганяют чужой транспорт. Винс не промах, поэтому угнал не что попало, а кабриолет. Ведь такой кайф, когда ветер развивает волосы. – Слушай, может, не будем так гнать? – брюнетка нервничала. Наблюдатель действительно разогнался, совершенно не переживая о том, что кого-то это побеспокоит. Отвечать девушке он не стал, лишь продолжая с искрами в глазах давить на газ. Проехав не так далеко от клуба, словно читая мысли девушки, двое полицейских остановили машину. — Так, гражданин, будьте добры документы. Вы привысили скорость, к тому же... — Да он пьян... — сказал один другому, закатив при этом глаза. Второе он добавил громче, – Выйдете из машины и сложите руки за спину. Вы, женщина, тоже. – По осторожнее я вам не женщина! Кавински, как настоящий герой, даже пытался сопротивляться, получив локтем в живот и кулаком в глаз. А теперь сидел в обезьяннике. Дама была тут же, очень обиженно надувшись и кидала взгляд, полный отвращения, на всё, что её окружало. В особенности на Винса. Сам же мужчина не обращал на это никого внимания. Он делал кое-что по полезнее. А именно думал, как ему выкручиваться. Мозг толком не соображал. Но заплетающимся языком что-то выдать таки смог. – Эу-у, мистер, как вас там. Слыште это моего друга машина, – наблюдатель всем телом прижался к решетке и выпрямился, подняв голову вверх, – он, кстати, главный секретарь. Ну, типа крутой. Круче вас, поняли? Поэтому, если вы меня тут будете держать, то там плохо вам будет, короче.. Он не мог сказать, что наблюдатель. Ведь они не пользуются популярностью среди населения. А судя по всему, эти два гражданина вполне верят в Империю и ее процветание. – Так Кавински, да? Если то, что вы говорите, правда, – со стороны говорящего послышалась усмешка, – скоро мы с ним свяжемся. А что касается отсутствия прав и подобного состояния.. Полицейский ушел. Действительно связался, правда, на рабочий номер. Теперь блондину оставалось только ждать. Надеяться на чудо и на то, что Калеб не пустит ему пулю в самое сердце. Когда до него дозвонятся, конечно. Последние силы ушли. Комната закружилась. Свет, и до этого заставляющий щурится, сейчас начал жечь хуже прежнего. Кавински резким движением отошёл от решётки, сделав два шага назад. Прижался спиной к стене и медленно сполз по ней вниз, зажмурив глаза. Слишком быстро пришёл отход. Сегодня всё как-то не так.