Билет на Луну

Лихорадка продолжалась уже третий день. Алмаз лежал, казалось, в полном беспамятстве. И что самое странное он постоянно силился произнести что-то, но что, никто не мог понять, ибо вместо слов раздавалось лишь шипение, прерываемое нестерпимой болью. Она была так сильна, что не помогало ни одно обезболивающее. Врачи уже начинали подсчитывать, сколько осталось до конца… Все это время войны Сейлор были в полном недоумении. Все попытки потребовать от короля Эндимиона разумных объяснений терпели неудачи. Но вот однажды, а случилось это именно на третий день лихорадки, еще в то время, когда Марго и остальные разговаривали с Анубисом в замке, в это время Меркури, наконец, удалось застать Эндимиона. Он находился в комнате Алмаза, пытаясь раскрыть тайну его внезапной болезни. Поначалу эта болезнь даже обрадовала его, ибо такого унижения, как в тот день, когда он официально передавал полномочия командования Алмазу, он не испытывал еще никогда. Но теперь, когда они здесь, в Бермуте, - в эпицентре освободительного движения, где восстания нужно подавлять каждый день, отсуцтвие командования явно мешало. Нет, в случае чего, армия могла защитить дворец, но не более, ибо, как уже было сказано, многие роботы вышли из строя, а механика пока не прислали, а теперь еще и командир всей военной компании отсутствует. “Все-таки Алмаз нужен, ” – пришел к заключению Эндимион. – “ибо кроме него, до возвращения Анубиса руководить некому”. - Эндимион. – робко кто-то позвал. - Меркури? Тебе нельзя сюда. Как тебя пропустили? - Это неважно. Я пришла узнать, как Алмаз. - Об этом лучше не спрашивай. - Тогда, может, отослать прошение Анубису… - начала Меркури и почему-то тут же осеклась. - Прошение о чем, Меркури? - О том, чтобы тебя назначили командующим компанией. - Меня? Да никогда в жизни! – воскликнул Эндимион и тут же покосился в сторону Алмаза, не разбудил ли он его. - Меркури, как ты могла такое предложить? – продолжил он выразительным шепотом. – Неужели ты не понимаешь, что вся эта военная компания не что иное, как преступление, безжалостное уничтожение народов… И ты хочешь, чтобы я этим командовал?! - Но тогда ты останешься жив! - Что ты имеешь ввиду? - Я имею ввиду тот день, когда ты заключил сделку с Анубисом. Ты был в кабинете и не видел того, что творилось за дверью, а я видела. Там стояло как минимум десять роботов, если бы ты отказал ему, то они бы убили всех нас… - Даже если это и так, я все равно не понимаю, к чему ты клонишь. - Да к тому, что все мы для него пешки, он не собирается возвращать Серенити. Ему нужна победа, после чего он уничтожит нас. Но теперь у тебя есть шанс… Знаешь, я сегодня случайно подслушала разговор врачей, они говорят Алмазу жить осталось… Впрочем, неважно. Важно, чтобы ты успел занять его место; если ты приведешь Анубиса к победе, он будет тебе благодарен, и тогда он, если не вернет Серенити, то хотя бы оставит в живых тебя. Я не хочу, чтобы ты умер… *** А вот для того, чтобы понять, что же происходило с Алмазом, придется вернуться в начало этого разговора… Итак, его лихорадило уже трое суток, и он действительно много раз проваливался в сон. Но принца волновало не столько его здоровье, сколько положение Серенити. Ведь она все еще проживала у него инкогнито, а значит, если с ним что-то случиться, то ей придется нелегко. В лучшем случае она вернется во дворец, к Эндимиону, который снова начнет донимать ее своими глубокими чувствами… От этой мысли боли Алмаза обострялись. Когда зашел Эндимион, принцу и вовсе стало плохо, и он сделал вид, что потерял сознание. Алмаз понимал, что Эндимион рад его болезни, наверняка он подумывает о том, как бы самому приблизиться к Анубису, но насчет этого принц был спокоен. Он был уверен, что у короля ничего не выйдет, ибо его с Анубисом связывало нечто большее, чем дружба. Когда-то Алмаз спас Анубису жизнь, и должность, которую принц сейчас занимал, есть пожизненная благодарность императора. Когда же он поправится, то сделает все возможное, чтобы поскорее избавиться от Эндимиона. Он не уступит Серенити никому. А вот разбудило принца восклицание Меркури. - Но тогда ты останешься жив! Дальше он слышал уже известные нам рассуждения Меркури о том, что, если ее король займет место умирающего Алмаза, то он останется жив. Но еще большим ударом для него стало известие о его скорой смерти. Не решаясь даже пошевелиться, и еле-еле дыша, принц слушал слова Меркури. Он и предположить не мог, что среди воинов Сейлор может процветать такое коварство. Но еще удивительней ему показалось то, что он услышал в конце разговора. - Ну хватит! Достаточно, Меркури. По-моему ты не в себе… - Ошибаешься! Эндимион, я не могу тебе позволить умереть! - Я не собираюсь умирать! Император дал мне слово. - Его слово ничего не стоит, зато мое слово дарует тебе жизнь… Эндимион, я люблю тебя… - Ты с ума сошла. Меркури, опомнись! Я женат на Серенити. - Тогда ты можешь считать себя вдовцом, потому что она уже не вернется. Я это точно знаю. Алмаз, который с замиранием сердца слушал этот разговор, все-таки не выдержал нервного напряжения и дернул рукой. Король это заметил. Долгих, как показалось Алмазу, бесконечных несколько минут Эндимион смотрел на него, а потом сказал Меркури: - Я не хочу больше здесь находиться – поговорим в другом месте. Дверь захлопнулась, а принц, как подброшенный, сел на кровати. Меркури сказала, что знает, будто Серенити не вернется… Интересно, что она имела ввиду? Тут голова его снова закружилась, и он потерял сознание. Во сне к нему пришел Анубис. - Император! – воскликнул принц. – Что со мной?! - Это все проклятые волхвы, но я излечу тебя. Я уже рядом, правда, на корабле есть предатели, и мы с тобой должны от них избавиться. - Да, император. Но есть еще одна проблема… Я виновен перед вами, ибо скрыл пребывание в замке одной посторонней, но дорогой моему сердцу особы. - И об этом я тоже знаю. Ты правильно воспользовался моим советом, сын. Я говорил тебе, что надо уметь ждать, и ты ждал. Она пришла к тебе разбитая и измученная, но в этот раз завладеть ею было куда легче, чем тогда, несколько лет назад, когда ты напал на Серебряное Тысячелетие. - Но теперь она снова может уйти к нему. Сейлор Меркури, она все знает. Она может рассказать Эндимиону обо всем. - Меркури ничего не знает, - уверенно сказал Анубис. – а если бы и знала, то ни за что не сказала бы, ибо безумно любит его. Будет тебе известно, что отчасти благодаря ей ты обрел Серенити. Но впрочем, сейчас это уже не важно. Иди и отомсти нашим предателям. - Да, отец. Проснулся Алмаз, уже полный сил и энергии. К счастью, меч продолжал находиться в его комнате, и принц без труда нашел его. Надо было срочно найти Эндимиона и узнать, что у него на уме. Понятное дело, что король решил уничтожить его, потом занять его место, а по уши влюбленная Меркури ему поможет. Эндимион даже представления не имеет, что, погубив принца, вместе с ним погубит и свою жену. Но где, где же он сейчас? И тут, внутри него, словно голос чей-то заговорил: “Священный алтарь”… “Точно!” – мысленно воскликнул Алмаз. – “Если Эндимион и задумал загубить всю компанию, то сделать это можно лишь с помощью священного огня”. Принц поспешил в святилище. *** Меркури не ошиблась. Анубис действительно не собирался, ни искать Серенити, ни оставлять в живых Эндимиона. Она бесконечно радовалась, что ей удалось доказать это Эндимиону, хотя после ее признания, он относился к ее словам весьма осторожно. О том, чтобы занять место Алмаза, по-прежнему и речи быть не могло, но зато король решился на более радикальные меры: он решил уничтожить Анубиса, а именно то, что может дать ему силу – огонь у священного алтаря. Где находится этот огонь, Меркури узнала и пароль тоже добыла. Эндимион был ей признателен, а она надеялась, что он наконец-то оценит ее и посмотрит на ее поступки иначе. Эндимион же спешил к огню, зная, что Анубис вот-вот появится. Гонец с известием о положении армии был послан еще позавчера, а значит, сегодня утром он наверняка уже приехал к императору. Радон, окончив традиционную вторую за сутки молитву, вышел из святилища. В коридоре его встретила Валена. - Отец! – радостно начала она. - Потише-потише. – прервал ее жрец. - Я только-что разговаривала с Эгильбером. Врачи говорят, что болезнь принца серьезна, и он скоро умрет. - Это хорошо. Значит, в скором времени место наследника будет свободно. - И не только наследника, – заметила Валена. – У императора было только двое по-настоящему верных людей: покойный инженер и умирающий принц. Без них устроить заговор будет легко, а место императора займете вы, отец. - Может, ты уже и придумала, как уничтожить Анубиса? - Почти. У меня есть яд, парализующий яд. Также у меня имеется якобы завещание императора о том, что в случае его гибели престол переходит к тебе, отец. Не хватает лишь подписи, но это мы потом уладим. Пока Валена все это рассказывала, глаза Радона сияли алчностью. Наконец-то его труд будет вознагражден по заслугам. Больше ему не придется гнуть спину перед этим тираном, теперь все перед ним будут гнуть спины… *** Молодому королю добрых пятнадцать минут пришлось скрываться за углом, пока Радон говорил с дочерью. Но зато Эндимиону стали известны все подробности заговора. “Похоже, я не единственный враг Анубиса”. – подумал король. Что ж, отлично, так даже легче. Возможно, своими коварными планами они отвлекут внимание императора, а он, Эндимион, в это время найдет способ уничтожить всю эту шайку. А там, кто его знает, может он, наконец, сможет раскрыть тайну исчезновения своей жены. Итак, Эндимион вошел в святилище. Там на полную силу горел огонь, который, по словам Анубиса, должен был принести ему основную силу. Уничтожить огонь можно было лишь, бросив туда скипетр, сделанный из звездного метала. Когда-то давно египтяне уже подвергались нападению Анубиса, и тогда-то был сотворен этот скипетр. Его благословил сам бог Тот, и с тех пор эта вещь может творить чудеса, ибо в ней заключен холод Луны. Только он имеет силу потушить огонь Анубиса. “Всего один шаг - и все будет кончено”. – подумал король. Но внезапно мощный поток энергии оттолкнул его. - Не советую так торопиться. Этот голос привел Эндимиена в ужас и удивление одновременно. - Алмаз?! Но ведь ты же при смерти! - Как видишь, не все так печально. А вот ты, предатель, за все заплатишь. - Позволь заметить, что я не единственный такой. - С остальными я разберусь потом. Вытащив меч, принц кинулся на Эндимиона. Тот смог защититься. Еще один удар – Эндимион снова отпарировал. Два клинка то и дело скрещивались друг с другом, силы противников были равны. Применить магию ни тот, ни другой не отваживался, ибо была не известна реакция на нее священного огня. В коридорах послышался шум, возня, перекрикивание разных голосов. Но это не мешало битве, вернее, не помешало Алмазу, а вот Эндимион, еще не привыкший к мысли о выздоровлении принца, отвлекся, а его соперник воспользовался этим моментом. Меч короля отлетел куда-то в сторону, а острие клинка принца приблизилось к горлу Эндимиона… Все еще беспокоясь за судьбу Блэйда, Марго с остальными бежала по коридору к священному огню. То, что времени катастрофически мало, было очевидным: Анубис уже здесь, Валена не просто задержала их, она видела, куда они побежали, а значит их уже ищут. У святилища Кунсайт внезапно остановился. - Ну в чем дело? – не поняла Марго. - Прислушайтесь, вам не слышится звон метала? - Точно, - согласилась Венера. – такое впечатление, будто дерутся. Последний удар был настолько силен, что они не выдержали и вбежали в зал, чтобы узнать, в чем дело. - Ваше Величество!? – воскликнула Элеонора. - И принц Алмаз. – добавил Нефрит. Признаться, когда Марго увидела, что у Эндимиона возле горла клинок, у нее возникло жуткое желание помочь Алмазу, ибо она еще не забыла те мучения, устроенные по милости Эндимиона на допросах. Но ее мысли не осуществились: Нефрит одним ударом молнии выбил меч из рук принца. - Ты с ума сошел! – воскликнул Алмаз. – Перед священным огнем нельзя применять магию! - Если б я этого не сделал, то было бы еще хуже. Эндимион ошарашено смотрел на Нефрита. Тот, кто не один месяц просидел в тюрьме его королевства, тот, кого он не раз обвинял в похищении своей жены и в предательстве всего добра, теперь он спас ему жизнь. - Нефрит… - только и смог сказать он. - Ну, что, Эндимион, ты по-прежнему считаешь его виновным? – спросил Кунсайт. - А ты что здесь делаешь?! Помниться, раньше тебя с ними не было. - Я был там, где не помешало бы побывать каждому. - А именно? - Он прошел очищение. – сказал Нефрит. В это время принц Алмаз, думая, что на него больше не смотрят, решил вернуть себе меч, но не тут-то было: Кунсайт телекинезом взял его себе. - Ваше Величество! – обратилась Сейлор Венера к королю. – Я знаю, что Меркури назвала меня предательницей, но поверьте, это не так. Я по доброй воле объединилась с Марго и ручаюсь, что ни она, ни ее друзья не виновны. - Теперь я начинаю понимать это. – сказал Эндимион. Элеонора же продолжила: - Нефрит и Кунсайт действительно когда-то предали нас, но они раскаялись, и поверьте сейчас они заодно с вами. - А вот с этим вынужден поспорить. – с сарказмом сказал Алмаз. - Замолчи! – воскликнул король. - А чего молчать-то? Ты сделал свой выбор. - Лжешь! Меня вынудили, Меркури мне все рассказала. - Да к чему вынудили-то?! – вмешалась Марго. - К тому, что я воюю на стороне Алмаза. - То есть Вы с Анубисом?! – воскликнула Элеонора. - Да. – обреченно сказал Эндимион. - Только не надо делать из себя страдальца, – вновь вмешался Алмаз. – Ты, насколько я понял, лелеешь надежду вернуть королеву? - Да, черт возьми! И я найду того, кто ее похитил. - Да в том-то все и дело, что того, кто ее похитил не существует! – сказала Сейлор Венера. - Как так?! – не понял король. - Ваше Величество, поверьте, ее никто не похищал, она сама ушла. - Неправда! Король даже замахнулся на нее, но внезапно послышался голос: - Не тронь ее, Эндимион! Для Марго этот голос ничего не значил, а вот для остальных он прозвучал, как сквозь сон. Эндимиону показалось, что от перевозбуждения у него помешался рассудок, Алмазу же показалось, что у него опять жар. Лишь Сейлор Венера с Нефритом отдаленно догадывались, в чем дело. Из темноты вышла женщина, как показалось Марго, весьма красивая. Во взгляде ее было что-то странное, такое впечатление, будто она перенесла какую-нибудь серьезную болезнь. А вот Сейлор Венера отметила в ее взгляде решительность, какую уже давно не видела. “Но что же она здесь делает?!” – мысленно воскликнул Алмаз. – “Как она вообще тут оказалась?!” - Серенити! Неужели это ты, Серенити!? Ошалевший от счастья Эндимион, бросился перед ней на колени. Алмаз с ледяным взглядом наблюдал за этой сценой. Король хотел поцеловать ей руку, но Серенити резко отшатнулась. В глазах Эндимиона скользнуло недоразумение. - Что с тобой, Серенити? Ты не узнаешь меня? - Узнаю, Эндимион, потому и ухожу. Алмаз же, словно заполучив дозу уверенности в чем-то, подошел к ним поближе. - Я не понимаю тебя… - ошарашено сказал Эндимион. - И не поймешь. Я же говорил тебе, ты многого не знаешь. - А именно? – тяжело дыша, спросил Эндимион. - А именно того, что ушла она из-за тебя. Все присутствующие переглянулись. Одна лишь Марго стояла почему-то совершенно спокойная. Лишь через несколько секунд она прошептала: “Тоже мне, открытие сделали”. - Это правда, – заговорила Серенити. – Я ушла, потому что покой утомил меня. А когда душа моя стала посещать иной мир, мир, который нуждался в помощи, мир, терзаемый войнами и раздорами, я решила уйти и не возвращаться до тех пор, пока ни найду его. - Нет! Я…я не верю! - И зря! – вмешалась Марго. – Ибо она говорит правду. Обо всем, а точнее, почти обо всем, что она сейчас рассказала, я догадывалась уже давно. - Почему же ты нам не рассказала? – удивилась Элеонора. - А ты вспомни, с каким рвением ты стремилась ее искать? Ты уж прости меня, но надежда твоя была так велика, что ты бы все равно мне не поверила. - Ну и как же ты обо всем догадалась? – спросил Нефрит. - Повлияла история, рассказанная тобою тогда, в камере. Ты неплохой рассказчик, и подробностей в твоем рассказе было вполне достаточно, чтобы понять, что королева ушла сама, а вы, Ваше Величество, были так потрясены, что начали заниматься чистейшей воды самообманом. Ну ведь признайтесь, так и было? Эндимион молчал. - А дальше-то что? – поторопила Венера. - А дальше я начала обдумывать обвинения, предъявленные Нефриту. Да и то, обвинения – громко сказано. В день, когда пропала королева, его никто ни во дворце, ни неподалеку от него не видел. Задержали его аж в замке, который находился за несколько тысяч километров от королевского дворца. Кстати, очень немудрый ход, потому что к тому времени Нефрит прибывал в вашем королевстве, как дипломат Новой Луны, и его арест был сравним с объявлением войны… Ну да ладно, не о том речь. Меркури как-то во время допроса неосторожно бросила фразу, что королеву могли загипнотизировать, но и тут Нефрит не подходит, ибо мне известно, что гипноз - не его дар… - Но он мог кого-то нанять. – перебил ее король. - Верно, мог. Но ведь следствием установлено, что ни с кем, кроме других дипломатов, Нефрит не общался, а никто из них таким даром не обладает. И еще прошу заметить, что под гипнозом такого поведения, как у Ее Величества, не бывает – ее действия были вполне осознаны. Эндимион снова замолчал. Ему сказать было нечего. Что поделаешь, Марго права. Когда королева еще жила во дворце, но здоровье ее уже пошатнулось, он всем, кто бы то ни был, запретил разглашать эту тайну, она не должна была выйти за пределы дворца. Но тайны, как известно, и существуют для того, чтобы их знали все. Особенно тяжело стало, когда свои врачи не помогали, и надо было обращаться к лекарям из других королевств. Был пущен ложный слух, что это для маленькой принцессы, но он скоро был развеян. Во многих уголках Серебряного Тысячелетия нависла угроза восстания: народ не хотел, чтобы им управляла сумасшедшая королева. Ну а поскольку такие движения всячески поддерживались посольством Новой Луны, Эндимион и решил обвинить во всем их. Он не сразу издал приказ на арест, решил провести расследование, насобирать доказательств, но каково же было, когда выяснилось, что к сумасшествию Серенити они не имеют никакого отношения! Они поддерживали недовольство общества, но организаторами они не были. После исчезновения Серенити, дело совсем вышло за пределы разумного, вот только теперь уж со стороны короля. Он сажал всех по поводу и без повода, в любом он видел врага, и начинал подозревать его. Однажды, незадолго до ареста Нефрита, его коллегу и достаточно близкого друга, Эндимион на одном из приемов оскорбил в грубой форме, а именно вылил в лицо недопитый бокал вина. Поводом стал разговор о все тех же злополучных восстаниях. Дипломат немедленно потребовал извинений. Король сказал, что его статус запрещает ему это делать. Тогда в порыве негодования оскорбленный чуть было ни накинулся на короля, но Нефрит вовремя остановил, король тоже начал вытаскивать меч, но и его вопреки этикету стали останавливать слуги. Нефрит не замедлил воспользоваться случаем и сказал, обращаясь к оскорбленному другу: “ …он же параноик”. Это-то и стало его роковой ошибкой, ибо вместо друга Нефрита, в тюрьму попал он сам. Основания были вполне законные: привселюдное оскорбление королевского достоинства. Ну а дальше было совсем уж просто: от оскорбления перешли к заговору, а потом – к обвинению в похищении королевы. Возможно, при других обстоятельствах все кончилось бы благополучно, но проблема в том, что после этого скандала в королевство пришло письмо из Новой Луны об отзыве своих дипломатов. Нефрита Эндимион отпускать отказался.