Любить нельзя предать

Конец апреля

      Прошло уже две недели с тех пор, как Медузия вернулась из черномагической школы. В первые дни Меди с особым рвением строила какие-то планы по спасению Сарданапала и разоблачению Чумы.       Перебрав множество вариантов, Медузия пришла к выводу, что выход был один – убить Чуму-дель-Торт. Но мало найти ответ, надо понять еще и само решение. Как убить могущественную темную некроколдунью? Соваться в школу глупо, там многие кинуться защищать Чуму. Весьма вероятно, что большинство учениц встанет не на сторону Медузии. Именно Чума-дель-Торт научила их волшебству. Именно она дала девочкам новый дом и шанс начать жизнь с чистого листа. Меди могла бы показать всем документы Чумы, но она с легкостью их может уничтожить.       От ощущения полной безысходности Медузия постепенно впадала в какую-то апатию. Ее лицо приобретало все более задумчивый и грустный вид, а если бы ее спросили, когда она в последний раз улыбалась, она бы не смогла ответить на этот вопрос. * * *       В последние дни ей совсем ничего не хотелось. Порой она чувствовала себя настолько разбитой, что по утрам не могла подняться с постели. В такие моменты она звонила по зудильнику Зуби и просила подменить ее на уроках. Зубодериха не один раз спрашивала, что у нее случилось. Но Меди просила ни о чем не спрашивать… И Зуби перестала задавать вопросы, просто соглашаясь подменять ее на занятиях. Медузия была ей очень благодарна за это.       В Зал Двух Стихий Меди тоже редко ходила. Дня три назад, когда она была там последний раз, Ягге тревожно смотрела на нее весь ужин. А после спросила, все ли у нее в порядке. Медузии пришлось соврать, что все просто прекрасно. Оставив практически нетронутую тарелку с едой, Меди покинула Зал Двух Стихий.       Несколько раз Медузию останавливал и Сарданапал. Каждый раз он приглашал ее в гости, но она всегда отказывалась, ссылаясь на какие-то важные несуществующие дела. * * * Вечер пятницы       Сегодня у Медузии был тяжелый день, Зуби не смогла подменить ее, так что пришлось ей самой вести четыре занятия по нежитеведению.       Вечером, сидя на кровати, Меди и не помнила, как прошли уроки. Обхватив колени, она думала о Сарданапале и Чуме-дель-Торт.       – Нет, я так больше не могу, – прошептала Медузия, решительно поднимаясь с кровати.       «Я все расскажу Сарданапалу, – твердо решила Меди, стремительно направляясь к кабинету директора, словно боялась передумать. – Пусть он меня возненавидит, но он должен знать правду!»       Подойдя к двери, Медузия громко постучала.       – Войдите! – раздался громкий голос, совсем не похожий на Черноморова.       Горгонова уверенно открыла дверь и вошла в директорский кабинет. За столом Сарданапала сидел Поклеп Поклепыч и с важным видом перебирал какие-то бумаги.       – А где Сарданапал? – не тратя время на приветствия, спросила Меди.       – Медузия, он вообще-то неделю уже как в Магществе, – Поклеп бросил немного удивленный взгляд на преподавательницу нежитеведения. – Вы же были на собрании…       «Его нет уже неделю?» – растерянно подумала Меди.       – Когда он вернется? – тихо спросила она.       – Не знаю, – завуч пожал плечами. – Думаю, что уже скоро, в течение пары дней. А что вы хотели?       Медузия, проигнорировав его вопрос, развернулась и, как-то поникнув, направилась обратно в свою комнату.       «Может, это был знак? – думала она, свернувшись калачиком в кровати. – Если Сарданапала не было, то, возможно, и не стоит ему ничего рассказывать…»       За окном громко каркнула ворона, Медузия притворилась, что спит. Ей совсем не хотелось сейчас читать письма от Чумы.       «Завтра суббота, а потом будет воскресенье. Хорошо, что хоть на занятия не нужно будет идти», – подумала Меди, прежде чем провалилась в сон. * * *       Проснувшись, Медузия сразу же бросила взгляд на часы: стрелки приближались к одиннадцати утра. На столе лежало письмо в темном конверте из черномагической школы. Меди неторопливо открыла конверт и пробежалась глазами по листку бумаги. Чума писала о том, что надо бы поторопиться, остался один месяц.       «Всего месяц…, – невесело подумала Горгонова. – Как же это мало…».       Понимая, что идти в Зал Двух Стихий совсем не хочется, Медузия наколдовала себе большую кружку кофе и пару блинчиков. Позавтракав, она начала собираться на улицу. Сидеть в четырех стенах, где ее кто-то может в любой момент потревожить, совсем не хотелось. Меди решила, что отправится на красивую поляну, скрытую от посторонних глаз, которую она нашла в прошлом месяце.       На улице стояла теплая погода. Накинув легкую кофточку и удобные брюки, Медузия поспешила покинуть замок. * * *       Найти нужное место не составило особого труда, ведь Медузия помнила дорогу. Пройдя вдоль побережья, у края леса она наткнулась на зеленую стенку. Мягко коснувшись ее рукой, Меди закрыла глаза, чувствуя, как проваливается по другую сторону.       Открыв глаза, Медузия с наслаждением вдохнула свежий воздух. Почему-то здесь он казался каким-то особенным.       В этот раз Горгонова решила сесть у самой воды, которая дарила приятную прохладу.       «Итак, что мы имеем? – Меди попыталась собраться с мыслями. – Я точно не буду убивать Сарданапала, потому что люблю его… А Сарданапал точно не будет убивать Чуму-дель-Торт, потому что он вообще считает убийства неприемлемыми… Значит, убить Чуму должна я? Но… вдруг я не смогу? Все же, она вытащила меня с острова, обучала магии. Именно благодаря ей я встретила Черноморова… Но что, если у меня не поднимется рука? Я прекрасно понимаю, сколько зла она причинила ни в чем не повинным людям. В конце концов я должна занять чью-то сторону! И это явно будет не сторона Чумы-дель-Торт. Значит, мне просто необходимо ее убить. Еще одна смерть будет на моей совести…»       Внезапно Медузия всхлипнула.       «Как же я устала от всего этого, – подумала она, уткнувшись лбом в свои колени. – Устала жить в постоянном беспокойстве… Еще и эти чувства к Сарданапалу… Что мне с ними делать?» * * *       Медузия потеряла счет времени. Казалось, что она сидит здесь уже целую вечность.       – Меди, – услышала она громкий голос Сарданапала со стороны леса.       Она поспешно вытерла слезы с лица.       – Не возражаешь, если я присяду? – поинтересовался он, подходя поближе.       – Да, конечно, – тихо ответила она.       Черноморов опустился на землю рядом с ней.       – Ты давно прилетел? – спросила Медузия, надеясь, что он не заметил ее слез.       – Утром, – ответил он, посмотрев вдаль. – Предупредил всех преподавателей, что в обед будет собрание. Но ты так и не пришла…              – Прости, – виновато произнесла она. – Я не знала… Как ты вообще нашел меня?       – Это место создал я, – Сарданапал улыбнулся. – Здесь всегда тепло и красиво…       – Да, мне здесь очень нравится, – преподавательница нежитеведения обвела взглядом небольшую поляну.       – Меди… Что у тебя случилось? – Черноморов заглянул в ее грустные глаза, но она сразу же отвела взгляд.       – Ничего, – она как-то неуверенно пожала плечами.       – Тогда почему ты плакала? – тихо спросил он, мягко опустив руку на ее плечо.       – Я не плакала, – упрямо прошептала она.       – Я же вижу, что в последнее время с тобой что-то происходит, – произнес Сарданапал, немного сжав ее плечо. – Я вижу, как ты избегаешь меня… Да и не только меня, а вообще всех. Вижу, что в твоих глазах поселилась какая-то печаль…       Медузия молчала, собираясь с мыслями. Она уже представляла, как сейчас расскажет все Сарданапалу. И тут же ее воображение нарисовало картину, где его беспокойство в его глазах сменяется ненавистью. Как он называет ее предательницей и выгоняет прочь из Тибидохса и из своего сердца.       Сразу же стало тяжело дышать, словно кто-то невидимый надавил ей на грудную клетку.       «Нет, я не могу ему сказать», – подумала она, поднимая свой взгляд на Черноморова, который выжидающе смотрел на нее.       – Я просто запуталась, – тихо произнесла Медузия, обняв свои колени. – Сильно запуталась и уже ничего не понимаю.       – Так бывает, Меди, – мягко ответил он. – Людям свойственно запутываться и ошибаться. Так уж мы устроены. И не только лопухоиды, но и волшебники. Порой нам очень тяжело отличить правду от лжи и провести границу между добром и злом, которые так тесно переплетаются друг с другом.       – И что же в таком случае делать? – спросила Медузия, осмелившись посмотреть Сарданапалу в глаза.       – Слушать свое сердце, – немного погодя ответил он. – Истинные желания, идущие от сердца, никогда не приведут к плохому.       – Спасибо, – тихо поблагодарила она.       Черноморов взял ее за руку и поймал ее взгляд.       – Меди, прошу тебя, если я хоть чем-то могу тебе помочь, только скажи, – произнес он. – Я сделаю все, что от меня потребуется.       Медузия молча кивнула, немного сжав его руку.       – Становится прохладнее, не сиди здесь долго, – Сарданапал поднялся с земли. Он явно почувствовал, что Меди сейчас хочет побыть наедине с собой.       В следующее мгновение он произнес заклинание и накинул ей на плечи наколдованный плед.       – Если вдруг захочешь мне что-то сказать, я буду у себя, – произнес Черноморов и прошептал заклинание телепортации.       «Слушать свое сердце, – вспомнила Медузия слова Сарданапала. – Мама мне говорила не предавать свое сердце… Если два человека, которые много для меня значат, говорят одно и то же, это повод прислушаться. А я прекрасно знаю, что хочет мое сердце…».