Любить нельзя предать

      Медузия держала курс на Лысую гору, с каждой минутой удаляясь от острова, который стал ей таким родным за прошедшие месяцы. Настроение неуклонно падало, ведь вряд ли от Чумы-дель-Торт стоило ждать хороших вестей…       «Если бы только она оставила Сарданапала в покое, – мечтательно подумала Меди, немного замедляя метлу. – Я бы дорого за это заплатила… Но увы, Чума ни за что не откажется от своих планов. С самого начала она специально настраивала меня против него! Она отняла у меня шанс на нормальную жизнь!».       За своими мыслями Медузия и не заметила, как уже приблизилась к Лысой горе. Меди ловко спрыгнула с метлы и, спрятав ее под заклинанием невидимости, отправилась искать место встречи с Чумой-дель-Торт. Некромагиня оказалась права: кафе на главной площади выделялось своим причудливым видом.       Меди вдохнула полной грудью – нужно было успокоиться. Чума ни за что не должна догадаться, что она знает правду. Выровнять дыхание оказалось не так просто, внутри все буквально кипело от гнева, который переполнял Медузию.       «Я должна успокоиться! – подумала Горгонова, закрывая глаза. – Ради Сарданапала и ради нашей любви я должна сделать вид, что все еще на стороне Чумы-дель-Торт».       Собравшись с мыслями, Медузия немного натянуто улыбнулась и протянула свою руку ко входной двери в кафе «Лысегорушка». * * *       Чума-дель-Торт уже была на месте. Удобно расположившись за столиком в углу, она попивала какой-то алый коктейль через трубочку.       «Надеюсь, это не кровь», – пронеслось в голове у Медузии.       – Добрый вечер, госпожа, – поздоровалась Горгонова, присаживаясь за стол рядом с некромагиней.       – Ты опоздала, – немного недовольно произнесла Чума-дель-Торт вместо приветствия.       Меди виновато опустила глаза в пол, не зная, что сказать в свое оправдание.       – Ладно, Меди, я все понимаю, – голос Чумы немного смягчился. – Ты сейчас все время занята с Черноморовым…       Некромагиня лукаво улыбнулась Медузии.       – Мне донесли, что вы только и делаете, что по углам обжимаетесь друг с другом, – произнесла Чума-дель-Торт. – Но я рада этому, наконец-то ты отлично со всем справляешься. Впрочем, если быть честной, то я никогда в тебе не сомневалась.       «Дурацкая ворона!» – мысленно выругалась Медузия, не забыв при этом заблокировать свои мысли.       – Меди, а ты больше ничего не хочешь мне сказать? – спросила Чума-дель-Торт, с лица которой уже исчезла улыбка.       Медузия молчала. Говорить что-либо казалось ей опасным, ведь она не представляла, как много может быть известно Чуме.       – Еще ни с кем и никогда я не чувствовала себя так прекрасно… Раньше я ни к кому не испытывала таких чувств… И тоже не думала о том, что буду любить кого-то так сильно… – произнесла Чума-дель-Торт, пытаясь говорить голосом Медузии. – Меди, браво! Если бы я не знала, что ты на задании, то сама бы поверила этим словам!       «Черт! – выругалась Горгонова, держа свои мысли под тщательной блокировкой. – Откуда она в точности знает слова, которые я говорила Сарданапалу? Окно было закрыто, ворона явно не могла слышать этих слов».       – Меди… Какая же ты все-таки молодец, – глаза некромагини засияли каким-то злорадным блеском. – Ты добилась всего, чего я так хотела…       – Госпожа, можно задать вам вопрос? – осмелилась спросить Медузия, которую очень мучил тот факт, что Чума дословно знает разговор между ней и Сарданапалом.       – Да, конечно, – легко согласилась некромагиня, отодвигая от себя пустой стакан.       – Как вы узнали, что я говорила Черноморову именно эти слова? – как можно спокойнее спросила Меди.       – Так ты же сама ставила слухачи в его кабинете, – немного нахмурив брови, ответила Чума-дель-Торт. – Да и не только в кабинете, ты в начале сентября их по всей школе распихивала.       Медузия тут же вспомнила, как в первый же день ее пребывания в Тибидохсе, когда она подписывала документы о приеме на работу, ее левая рука ловко прикрепила к столу слухача. Горгонова попыталась вспомнить, в каких местах еще она ставила слухачи. На память пришли учительская, магпункт и библиотека.       «Все это очень скверно, – подумала Меди. – Ведь Чума может подслушивать любые разговоры… Как же мне спасти Сарданапала?»       – Меди, ты такая молодец, что я придумала для тебя награду, – голос Чумы-дель-Торт вывел ее из своих мыслей.       – Какую же? – с интересом спросила Медузия, пытаясь выглядеть не равнодушной к происходящему.       – Когда я нападу на Тибидохс, то Сарданапала убьешь именно ты, – улыбаясь, произнесла Чума. – Ты рада?       – Очень, – упавшим голосом ответила Меди.       Некромагиня, увлеченная своими планами, к счастью, не заметила реакции Горгоновой.       – И когда же ждать нападение? – спросила Медузия, про себя молясь, чтобы Чума ответила ей на этот вопрос.       – Думаю, что к концу следующей недели, – серьезно произнесла Чума-дель-Торт. – Вот только все еще не знаю, брать ли с собой кого-то из девочек? А ты как думаешь?       – Вы прекрасно справитесь со всем сами, – отозвалась Меди, которая не хотела, чтобы кто-то из учениц черномагической школы пострадал. – В крайнем случае, у вас есть я…       – Хорошо, ты права, убить этого урода будет легко, – согласилась некромагиня, решив, что ученицы подождут ее дома. – Мне уже пора, тогда жди от меня письма, в котором я точно сообщу тебе о дне, которого мы обе уже так долго ждем.       Медузия почтительно склонила голову перед ней.       Едва Чума-дель-Торт скрылась за дверью, Меди тоже решила не задерживаться на Лысой горе. * * *       Казалось, что до Тибидохса Медузия долетела в одно мгновение. Все ее мысли занимал разговор с некромагиней. Битва не на жизнь, а на смерть была уже совсем близко.       Меди приземлилась на лужайке перед замком. Сердце стучало как сумасшедшее, и так отчаянно хотелось оказаться в теплых объятиях Сарданапала… Однако, взяв метлу в правую руку, Медузия направилась в свою комнату. Чувство стыда жгло ее изнутри. Внезапно она поняла, что не сможет посмотреть Черноморову в глаза.       Переодевшись в домашнюю одежду, Меди залезла с ногами на подоконник и посмотрела на ночное небо, усеянное яркими звездами.       «Осталось дней пять-семь до нападения Чумы, но как же мне защитить Сарданапала? – думала Медузия, обхватив голову руками. – Мне нужно как-то убить Чуму до того, как она нападет на Черноморова».       Резкий звук зудильника вывел Горгонову из своих мыслей. На дне миске показалось встревоженное лицо директора Тибидохса.       – Меди, ты как? – беспокойно спросил он. – Все в порядке? Ты уже вернулась?       – Да, как раз собиралась к тебе зайти, – ответила Медузия, пытаясь выглядеть как можно спокойнее.       – Хорошо, жду тебя, – произнес Сарданапал, и его изображение тут же исчезло с зудильника.       «И все-таки Сарданапал должен знать, что ему угрожает опасность!», – подумала Медузия, выходя из своей комнаты. * * *       Добравшись до кабинета директора, Медузия не стала стучать. Резко открыв дверь, Меди взглянула на Черноморова и тут же приложила палец к губам.       «Сарданапал, выйди в коридор, – мысленно попросила она. – Только прошу, пока ничего не говори».       Сарданапал бросил на нее встревоженный взгляд, но все же послушался и молча вышел из своего кабинета.       «Отведи меня туда, где нас точно никто не сможет услышать», – попросила она, сжимая его ладонь в своей руке.       Черноморов кивнул и, крепче сжав ее руку, направился в сторону лестницы.       Спустя нескольких минут блуждания по подземным коридорам замка, они остановились в каком-то темном и сыром помещении.       – Здесь стоит блокировка от всех заклинаний, тут нас никто не услышит, – нарушил молчание голос Сарданапала. – Меди, что случилось?       Медузия молча обняла его, крепко прижавшись к его телу. Уткнувшись в его шею, она жадно вдохнула терпкий запах мужского парфюма.       – Что-то не так с подругой? – спросил он, не понимая, что происходит.       – Нет, – тихо прошептала Медузия, чувствуя, как в глазах уже защипало от подступивших слез.       – Прошу, скажи, что случилось? – попросил он, нежно проведя рукой по ее спине. – Что-то произошло с тобой?       – Нет, с тобой… – еле слышно ответила преподавательница нежитеведения.       – Меди, со мной все в порядке, о чем ты? – растерянно спросил Черноморов.       – Тебя хотят убить, Сарданапал, – ответила Медузия, не поднимая на него свой взгляд.       Он поцеловал ее в макушку.       – И кто же хочет меня убить? – недоумевая, спросил Черноморов.       Медузия всхлипнула. Тяжесть от происходящего давила на нее как никогда прежде.       «Я не смогу сказать ему правду, – подумала она, закрывая свои мысли от Сарданапала. – Я не могу признаться, что была шпионом Чумы-дель-Торт… Я не вынесу, если он меня отвергнет».       – Мы с подругой сидели в кафе на Лысой горе, – произнесла Меди, вытирая слезы. – И за соседнем столиком я услышала один разговор…       – Чей разговор? – спросил Сарданапал, не понимая, кто же может желать смерти простому директору волшебной школы.       – Знаю только, что это была женщина-некромаг, – ответила Медузия, немного отстранившись от Черноморова. – Она сказала, что планирует тебя убить…       – Ты точно все правильно поняла? – решил уточнить Сарданапал, тревожно посмотрев на преподавательницу нежитеведения.       – Да, – твердо сказала она. – Слова «Черноморов», «Тибидохс» и «убить» там явно были.       – Но что я ей сделал? – не понимал Сарданапал. – За что она хочет моей смерти?       – Как я поняла, она хочет поработить учеников, – ответила Меди, прислонившись к холодной стене. – Хочет стать директором школы и учить детей злу.       – Почему ты не рассказала мне об этом в кабинете? – спросил Черноморов, понимая, что она сказала еще не все. – Зачем мы пришли сюда?       – Потому что эта женщина говорила о том, что может подслушивать разговоры в Тибидохсе, – ответила Медузия, избегая взгляда Сарданапала.       – Думаешь, среди нас есть шпион? – поинтересовался он, опускаясь на пол рядом с Меди.       – Нет, я так не думаю, – соврала Медузия. – К тебе много кто прилетает из Магщества, да и из других школ. Мне кажется, что слухачи установил кто-то из них.       – Сказать ли остальным обо всем этом? – спросил Сарданапал, взяв Меди за руку. – Можем ли мы им доверять?       Медузия кивнула.       – Да, ведь мы должны готовиться к битве, – твердо произнесла она. – Времени совсем мало, она нападет уже в конце следующей недели.       – Хорошо, – согласился Черноморов. – Завтра проведем собрание среди преподавателей, сегодня уже поздно.       – Сарданапал, может, мы сегодня пойдем ночевать ко мне? – предложила Медузия. – Просто… я почти уверена, что в твоем кабинете есть слухачи…       – Хорошо, Меди, – согласился он, касаясь губами ее щеки. – Все будет хорошо, слышишь? Вместе мы со всем справимся, ведь так?       – Конечно, – ответила Медузия, которая в глубине души была совсем не уверена, что битва с Чумой закончится благополучно. * * *       Кровать преподавательницы нежитеведения была не такой большой, как у Черноморова, но все же, оба на ней поместились.       – Я люблю тебя, Меди, – произнес Сарданапал, обнимая Медузию. – И эта любовь придает мне таких сил, что я справлюсь с любым противником.       – Я тоже люблю тебя, – ответила она, поцеловав его в губы. – Спокойной ночи.       «Кто же выйдет живым из этой битвы? – этот вопрос продолжал терзать Медузию и никак не давал ей уснуть. – Я? Сарданапал? Чума? Двое? Трое? Никто?»