Судьба-злодейка

      Кайя не ночевал дома вот уже неделю. Его редкие визиты ограничивались присутствием на семейных завтраках и только. Ни слова, ни взгляда… Фраза, брошенная в спальне, никак не выходили из головы. «Я хочу быть с девушкой, которая меня любит и родит мне ребенка, которая не стыдится моей фамилии!»       Как они докатились до того, что её муж спит не в супружеской постели рядом с ней, а в кровати какой-то непонятной девушки? Как желание видеть её матерью его детей исчезло? Суна знала. Пытаясь спасти всех вокруг, она пожертвовала самым дорогим – своей семьей. Пускай их было двое, но ведь всё могло изменится, дай она им хоть маленький шанс. Суна могла нянчить их сына или дочку, напевать любимые колыбельные, а к рождению она бы обязательно вышила одеяльце – бушующие синие волны и корабли для мальчика, и огромные пышные розовые пионы для девочки. На первый день рождения она бы испекла самый вкусный торт, а Кайя бы надул много-много воздушных шаров для их малыша. У них бы была традиция – делать фото втроем, и к совершеннолетию была бы целая коллекция.       Сейчас это кажется невозможным. Кайя её не хочет, ушел, просит развод. А она? Суна не знает какие чувства испытывает. Что-то внутри не дает покоя, бушует и выворачивает наружу. Раз за разом она пытается понять, что же это, но тщетно. Видимо она не способна даже саму себя понять, что уж говорить про собственного мужа. Не зря говорят, старшая дочь должна искупить грехи родителей. Её строили семью через крики, избиение и смирение, а ей уготовано расплачиваться и никогда не иметь. - Суна, с тобой всё хорошо? Ты последнее время сильно исхудала, да и бледная какая-то. Может нам стоит сходить к врачу и провериться? Вдруг что-то серьезное? В отличии от неё, Асуман прямо таки сияла. Такая увлеченность спортом, а особенно тренером, явно шла ей на пользу. Вряд ли посторонний человек сказала бы, что эта женщина не так давно овдовела и утратила возможность иметь детей. - Спасибо за заботу, но не стоит волноваться. Со мной всё будет хорошо, это из-за стресса. Мне просто нужно немного времени, крепкий сон. - Не думаю, что это пройдет само собой, Суна. Ты почти ничего не ешь, мало спишь. У тебя буквально вчера закружилось в голове. Давай поедем к доктору. - Асуман, всё хорошо. Тем более, если я обращусь к врачу, то остальные начнут расспрашивать. А я не хочу разговором о моем здоровье, ещё не хватало, чтобы вокруг шушукались, что я больная или ещё что. - Не обязательно говорит, что мы поедем в больницу. Придумаем что-нибудь. Давай, буду ждать тебя у машины. - Асуман… - Ничего не хочу слышать.

***

      Может Асуман права и пора обратится к доктору? Она и в правду сильно бледная, щеки впали, аппетита совсем нет. Плюс ко всему по утрам Суна чувствует себя не очень хорошо – просыпается с легкой тошнотой. Оно и неудивительно, за последнее время в её жизни произошло слишком много событий. Во всей веренице совсем перестала обращать внимание на себя и свое состояние. На самом деле к врачу девушке нужно было и по другому поводу – сбился цикл. Такого никогда не было, её организм работал как часы и задержки совсем для неё не характерны, тем более такие длительные. Конечно же, у Суны закрадывались мысли, но она никак не хотела в это верить. Они с Каей не были близки с момента, как отец попал в больницу. Тошнота появилась только сейчас, и к тому же она теряла вес. Если бы Суна была беременна, то всё наоборот должно было быть. За это предположение девушка хваталась, как за спасательную соломинку. Сейчас совсем не то время, когда нужно приводить в этот мир ребенка. Она не готова нести ответственность настолько огромную.       Второй причиной был Кайя. Если окажется что она вынашивает их ребенка, то развода не будет. Ни один суд не проведет процедуру расторжения брака. А он четко и ясно дал ей понять, что не хочет с ней отношений, что он нашел кого-то другого. Забеременеть сейчас – привязать мужчину к себе. Это прямой путь к тому, что в будущем Кайя может возненавидеть малыша, винить его в испорченной жизни, срываться на нем. Суна не может понять собственные чувства, тогда как она будет любить собственное дитя. Ни такой жизни она хотела для него. Не хочет, чтобы через годы её обвинили в сломанной жизни.       Стоя перед зеркалом, девушка осматривает себя с ног до головы. Фигура почти не изменилась. Возможно, черты лица стали немного острее, руки стали тоньше, как и ноги. Но в основном перед ней прежняя Суна. Повернувшись боком, она пристально рассматривала свой живот. Благо трикотажное платье давало возможность видеть малейшие выпуклости. Руки непроизвольно ложатся на живот. А что если она и вправду? Ей пойдет быть беременной? Как она будет выглядеть с животиком? Она могла бы создавать красивые образы и всем показывать своего неродившегося малыша. Она была бы красивой. Нет. Хватит об этом думать. Никакой беременности нет и быть не может. Она бы почувствовала, заметила. Её нынешнее состояние – следствие стресса и переживаний. Доктор это подтвердит, возможно, выпишет успокоительные и отпустит домой. Суна хватает с кровати любимое бежевое пальто, сумку и выбегает из комнаты. Наверняка Асуман уже заждалась её.

***

      Время ожидания - мучительное. По приезду в клинику Суну направили к терапевту. Всё должно было пройти быстро, ведь предварительный диагноз и вправду стресс. Но для перестраховки настояли на дополнительных анализах. Чтобы не возникало вопросом у жителей особняка было принято решение сдать экспресс и результаты получить в течении двух-трех часов.       Сидя в кафетерии и вертя чайную ложку в руке, Суна смотрела в одну точку. Её теория подтвердилась, анализы лишь формальность. Сейчас ей назначат нужные препараты, и они вернуться домой. Стоило ли из-за такой мелочи дергать водителя. - Суна? Всё хорошо? Твой чай уже льдом покрылся, пока ты прожигала взглядом несчастную клумбу. - Всё в порядке. Просто я не понимаю, зачем это всё. Я ж говорила тебе, не о чем переживать. Только зря время потратили. - Почему зря? Сейчас дождемся результатов и узнаем стресс это или нет. - Асуман, доктор Селих же сказал, что… - Я слышала, но, тем не менее, отправил на дополнительные исследования. Значит, есть что-то, что его смущает. Нет, это обычный стресс, ничего большего. - Госпожа Сонмез, доктор Селих ожидает вас в кабинете. Наконец-то, Суна думала, что уже никогда отсюда не уйдет. Медсестра любезно провела девушек к кабинету и пригласила войти. - Только пациентка. Вы можете подождать в коридоре. Асуман понимающе закивала. Пройдя к столу, Суна заметила результаты множественных анализов. Вероятно среди этих бумажек и её где-то лежит. - Ну что? Я могу ехать домой? Назначайте нужные успокоительные и мы уйдем. - Госпожа Сонмез, позвольте задать вам вопрос. Вы с мужем планировали детей? Детей? Причем дети к её состоянию? Или это для назначения правильного лечения? Суна лишь непонятливо смотрит на мужчину. Почему он задает такие странные вопросы? - Прости? Какое отношение это имеет? - Видите ли, ваши симптомы действительно характерны для стрессовых ситуаций, но всё же я решил назначить вам дополнительные анализы, включая анализ ХГЧ. Его показатели высокие, значит, вы беременны. В любом случае, желанна она или нет, стоит обратиться к гинекологу для консультации. Только тогда мы сможем назначить вам успокоительные, которые не навредят ребенку, если вы сохраните его. Беременна… Не навредят ребенку… Дыхание утяжеляется. Этого не может быть. Что она даст этому ребенку? Она даже мужа упустила. - С вами всё хорошо? Принести воды? - Нет… Не нужно. Это точно? - Да. Я выпишу направление, посетите гинеколога как можно скорее. Если беременность нежеланна, то важно знать срок, чтобы определить, когда можно провести процедуру прерывания. Из кабинета Суна выходила ни живая, ни мертвая. Беременна. Она вынашивает под сердцем маленького человека. Сев на ближайший диван, она смотрела на направление. Нужно узнать срок. Процедура прерывания… Сможет ли она убить ребенка? Своего малыша… Глаза наполняются слезами, не так она хотела узнать такие новости. - Суна, я выходила на улице, предупредила водителя чтобы подогнал машину к входу. Что с тобой? Почему ты плачешь? Девушка лишь сильнее начинает плакать. Почему именно сейчас? Аллах, вероятно, наказывает её за все совершенные грехи. - Суна, что случилось? Что сказал доктор? Она не в силах говорить, только протягивает исписанную бумажку. Асуман вчитывается в написанное и садится рядом. Её руки ложатся на руки Суны. - Ты не хочешь этого ребенка? - Я не знаю… - Суна, смотри на меня. Обещай, что не сделаешь глупость, а всё обдумаешь. Нужно сказать Кайе, обсудить это.

***

      Машина въезжает во двор. За время поездки Суна немного успокоилась. Асуман права, не стоит рубить с плеча и делать аборт. Срок по её подсчетам не такой большой. У неё будет время рассказать и поговорить с мужем. Вместе они решат этот вопрос. Он имеет право знать и сказать свое слово.       Выходя из машины, она замечает озадаченные взгляды охраны, направленные на неё. Что происходит? Неизменный Абидин стоит у проезда и, с какой-то особенной жалостью, смотрит. Осмотрев вокруг себя пространство, замечает машину Кайи. Вернулся домой днем? Неужто надоело спать где попало? - Суна, не ходи туда. Рука Абидина хватает её предплечье. От этого становится противно. Резкое движение тела заставляет Суну отшатнуться и прижать руку к себе. - Что вы себе позволяете? Держите себя в руках, господин Абидин. И не вам мне указывать куда стоит идти, а куда нет. Понятно? Суна не ждет ответа и уходит. Затылок прожигает взгляд водителя. Что он творит? - Ты пожалеешь о своем решении, если переступишь порог дома. Тебе не понравится то, что ты увидишь. Какой бред он несет. Давно стоило настоять на его увольнении. Обычный рабочий не может позволять себе вольности по отношению к хозяевам особняка, а тем более в отношении женщин. Она займется этим вопросом позже. Его не будет здесь, надоел мозолить глаза своим видом несчастного. Суна вместе с Асуман входят в гостиную. Там, необычайно для такого времени, людно. Кажется, что все жители собрались: Халис. тетя Хатуч, Ифакат, Гюльгюн, Орхан и даже Ферит с Сейран. Спрашивается, почему они все дома. Многочисленные пары глаз направлены на неё и смотрят так же, как и охрана во дворе. Что вообще происходит здесь? Ответ приходит сам по себе, когда девушка обходит диван и видит своего мужа. И он не один. Это, вероятно, какая-то шутка. Такого не может быть. Да, она допускала мысль, что Кайя нашел кого-то, но это не может быть она. - Что здесь происходит? Девушка старается скрыть, что её голос дрожит. Пускай она всё не так поняла. Пускай эта девушка оказалась здесь по иной причине. - Суна, сядь. Господин Халис выглядит озадаченным. Как, впрочем, и все остальные. Суна не садится. Её взгляд находит на столе какие-то документы. Она не может рассмотреть что это. Но тревожные мысли начинают лезть в голову. - Я спросила что случилось. Мне кто-то ответит? И почему эта девушка находится здесь? Нашей семье было мало позора из-за неё? Пелин улыбается. Хотя это скорее похоже на оскал. Сына пытается найти ответы в чьих-то глазах, но никто на неё не смотрит. Кайя тоже. - Кайя? Что происходит? - Суна, я привез документы на развод и договорился об ускоренном процессе. Нам не нужно будет ждать. - Какой ещё развод? - Я тебе говорил, что хочу разойтись, как и ты между прочим. - Подожди-подожди. Её прорывает на смех. Это абсурд. Нем может быть правдой. - То есть, когда мы разговаривали в последний раз и рассказывал про какую-то девушку, которую ты хочешь любить и родить ребенка, ты Пелин имел ввиду? Смех становился всё сильнеё. Чтобы хоть как-то унять свои эмоции Суна закрывает лицо руками и отворачивается к панорамным окнам. Какой бред происходит вокруг. - Кайя, муж мой дорой, у тебя что хобби такое? - О чём ты? - Ты что сестер в постели коллекционируешь? Сначала Пырыл эта, теперь Пелин. А дальше что? Я и Сейран? - Что ты несешь? - А что не правда? Скажи, её ты тоже пожалеть решил? Бедная, бедная Пелин! Суна срывается на крик. Это отчаяние или нет? - Ты меня обвинял в измене! А сам?! Поскакал в постель к другой! Кайя молчит. Ему нечего сказать. Суна продолжает стоять у окна, зажимая рот рукой. - Просто поставь подпись, и разойдемся спокойно. Кайя оказывается рядом с ней, нависает темной фигурой. Его аромат такой родной. Она по нему скучала, ведь подушка пахнет порошком, в ванной только запах её кремов. Девушка резко разворачивается к мужу и хватает рукой за челюсть, наклоняя к себе. - Понравилось тебе с ней?! Понравилось?! Сколько раз за ночь ты с ней был? М? Сколько раз она опускалась перед тобой на колени? Хватка на лице мужчины ставится сильнее, ногти впиваются в кожу. Кажется вот-вот и она начнет пускать ему кровь. Кайя только смотрит на неё. Он не мог признать, что Пелин лучше Суны. Пускай та неопытна, но с ним она всегда отпускала себя, позволяла делать всё, что он хотел. Суна всегда выглядела как модель из журналов для взрослых – стеснительная, но такая сексуальная. И ему это до чертиков нравилось. Никто её такой не видел, кроме него. Пелин и Пырыл не шли с ней в сравнении. - Отпусти его, ненормальная. - Замолчи, Пелин. С тобой с тоже поговорю, попозже. Суна отпускает мужа, но только с единой целью. Не так она хотела ему рассказать, не так. Но увы, судьба-злодейка решила по-своему. Она хватает свою сумку. Дрожащими руками она достает то самое направление, где черным по белому написано – «беременность». - Никакого развода не будет, дорогой муж. Я беременна от тебя таким желанным ребенком. Ты же так мечтал о наследники. Она швыряет в него бумажкой. Суна не намерена больше тут находиться, поэтому разворачивается и идет в спальню. Ей нужно успокоиться иначе это навредит дитю. Проходя мимо дивана, Суна останавливается. Её рука хватает Пелин за волосы и откидывает голову назад. - А ты слушай сюда. Если я узнаю, что хоть на метр приблизилась к моему мужу или этому дому, то я тебя спущу с балкона в Босфор. Поняла? А перед этим выдергаю все волосы и расцарапаю лицо так, что мама родная не узнает. А теперь пошла вон!