Праздник середины осени

— Сейчас начнется торжество, Повелитель Ветра, вы же не думаете, что получите хоть что-то? — раздался голос нового Повелителя Земли за его спиной. Ши Цинсюань только недавно вознесся второй раз, после низвержения. По стечению времени, он будучи человеком, потерял почти всех своих последователей. Почему-то каждый небожитель, что знал историю семьи Ши, намеревался напомнить Цинсюаню о его прошлом. Главное, что с ним его веер и, как по секрету сообщил Собиратель Цветов, он хранил в себе нечто ценное. Целью повторного вознесения была и остается помощь людям. И похоже единственные кто действительно хотел нести благо в мир, это Повелитель Ветра, Генералы Наньян и Сюаньчжень и конечно же Его Высочество Наследный Принц Сяньлэ. В преддверии праздника столица Небесных чертогов преображалась. Торжество устраивали на площадке под открытым небом. Над празднично украшенными столами витал аромат лучших вин, клубились благовещие облака, парили, словно снежинки, лепестки цветов. Небожители могли одновременно веселиться на пиру и любоваться луной. На пир в честь Праздника середины осени полагалось приходить в том облачении, в котором небожителя изображают его изваяния. Вот и Ши Цинсюань в облике Повелительницы Ветра, сел недалеко от места, где должен был находится его друг. — Я считаю, что не пристало вам, говорить с Повелителем Ветра в такой манере. — холодно произнес не пойми откуда взявшийся Се Лянь. Никто не смел ему перечить, а небожитель был искренне благодарен Его Высочеству. Сам бы он вряд ли бы смог ответить культурно. — Цинсюань, — положил руку на плечо Повелителя Ветров, бог войны. — Ты как? — спросил он. В последний раз на празднике середины осени, Цинсюань был очень веселым и жизнерадостным, словно ребенок. Сейчас, глядя на Повелителя Ветров, с трудом можно сказать, что тогда и сегодняшним вечером, это был один и тот же человек. — Все хорошо, Ваше Высочество, спасибо вам. — улыбнулся Ши Цинсюань. Перед богато накрытыми столами располагался небольшой расписной павильон, со всех сторон завешенный красной тканью. Под раскаты грома, Владыка Лин Вэнь наполнял чашу из белого нефрита вином и передавал её сидящим подле небожителям. Пока звучали раскаты, все присутствующие со смехом и весельем передавали чашу друг другу. По судьбе видимо, посмотреть на пьесу про себя удостоились генарал Сюаньчжэнь, Пэй Мин, сама Владыка и по своей странной удаче Се Лянь. Повелитель Ветра не особо был заинтересован в этом, он смотрел на луну стараясь не вспоминать прошлые празднества. На них по крайней мере были два самых близких ему человека. Брат, Хэ-сюн. Сегодня же нет ни одного, ни другого. Единственное выступление, на которое Цинсюань обратил внимание, это пьеса о «крепкой дружбе» Наследного Принца и Собирателя Цветов. Было очень мило и смущающе. Се Лянь улыбнулся и посмотрел куда-то влево, на небо. Переведя взгляд туда, Цинсюань увидел серебряную бабочку, что порхала вдалеке. На его губах сама собой расплылась улыбка. Повелитель Ветра был рад за друга, его супруг здесь, рядом со своим божеством. Любой бы позавидовал. Видимо в силу своей удачи, которую Ши Цинсюань где-то обронил, чаша досталась ему. Делать нечего. Впрочем, прервать показ можно было, заплатив сто тысяч заслуг. Последние такие праздники проходили без пьес в его честь, поэтому он отвык. В ожидании было увидеть их с братом историю. Повелитель Ветра был уверен, что уже ничего не почувствует. Проверить этого не удалось. Само представление оказалось на высоте: изящные декорации, блестящая постановка и отличный грим. Однако смущало изображение уж слишком близких отношений персонажей. На удивление всех, была представлена история любви Прекрасной небожительницы и Непревзойденного демона. По телу Ши Цинсюаня прошли мурашки. Повествование рассказывало о двух душах, что полюбили друг друга. Как демон Черных Вод, позабыл о злобе и ненависти, без окончательно и бесповоротно полюбив Владычицу Ветров. «Забрал он к себе деву и нарек женою своей. С тех самых пор, по миру людскому ходят легенды, что реже стали происходить гибели кораблей и людей. Чаще стали видеть Демона, что стоял на костяных драконах, пропуская в свои воды тех, кто с уважением относится к нему и его жене» Сцена воссоединения после долгой разлуки добила в аккурат. Было сыгранно так, будто актеры действительно видели данную драму на Яву. — Мин-сюн! — крикнул Ши Цинсюань, обращенный в женское обличие Мин И повернулся и буквально подхватил небожителя, который кинулся ему на шею. — Я так за тебя переживал! — прошептал Повелитель Ветра и почувствовал сильную руку на своем затылке, что погладила его по волосам. — Не делай так больше, пожалуйста… — Цинсюань… — голос затих. Послышались возмущения, которые выдернули небожителя из этого воспоминания — Хоть что-то интересное… — пробубнил кто-то, остальные запротестовали. — Как такое можно показывать? —Как можно городить такую чушь? — Видел бы это Ши Уду, он бы наказал этих гуев наводнением! — Да старший Ши в гробу перевернулся! Цинсюань слишком близко воспринял данную пьесу, это увидел лишь Се Лянь. Повернув голову, он обнаружил, что главного виновника сей драмы нет. Наследный принц поблагодарил Владыку и попросил прощения за столь внезапный уход. Лин Вэнь лишь кивнула, словно понимая, что происходит. И видимо была единственной таковой. Ши Цинсюань же ничего не мог понять. Несомненно, пьеса была прекрасной. Однако вспоминая всю эту игру, их «игру»… К тому моменту началось состязание фонарей на пиршестве в честь Середины осени. Ши Цинсюань выглядел чрезвычайно довольным, он поднялся с места и отвесил всем благодарные поклоны, затем громко крикнул, обращаясь к Ши Уду: — Брат, в этом году я восьмой! Выглядело так, будто он хвастает перед родителем после того, как получил похвалу от учителя. Се Лянь, наблюдая, не удержался от улыбки, однако Ши Уду с укором произнёс: — Всего лишь восьмой, ничего особенного. Чему тут радоваться! Это было больно. По щеке Повелителя Ветра скатилась одинокая слезинка. Сейчас ему нечего было здесь делать. Узнать бы сколько в этом году фонарей досталось Его Высочеству. Тогда Ши Цинсюань возьмет чарку с вином и пойдет в свой дворец, пить или спать. Смахнув ладонью влажную дорожку, небожитель натянул улыбку и направился к принцу. Подобно множеству рыбёшек, переплывающих море, в небеса медленно поднимались бесчисленные сияющие фонарики. Они поблескивали в темноте ночи, сверкающие ярким светом, похожие на воспаряющие ввысь души или чьи-то прекрасные мечты, несравнимо впечатляющие, озаряющие непроглядно тёмный мир людей. Подобную чудесную картину невозможно описать словами, оставалось лишь затаить дыхание и оборвать все разговоры. — Храм Тысячи фонарей, дворец Наследного принца… — ой, он кажется прослушал. Судя по колличеству взлетевших фонариков, количество не отличается от последних итогов. Похлопав друга по плечу, Цинсюань собрался уходить, ведь вся десятка была почти названа. Как вдруг небожитель заметил, что сверху льётся мягкое сияние, от которого темнеющий впереди путь, кажется, стал немного светлее и яснее. Стоило подумать об уходе, как прозвучал голос небожителя, оглашающего результаты: — Дворец Повелителя Ветров, две тысячи пятьсот фонарей! Подняв голову, Ши Цинсюань убедился, что ему не померещилось. Небеса действительно озарял свет. Цинсюань застыл, глядя в небеса, полные ярких фонарей. Он словно перестал дышать и ничего вокруг не слышал, находясь довольно долго где-то вне своего сознания. Свет двух тысяч негасимых фонарей. Подвешенные в ночном небе огоньки текли грандиозным потоком, так что даже мерцание звёзд и сияние луны померкло перед ними. Повелитель Ветров замер, глядя наверх, а потом тихо-тихо выдохнул: — Что?.. Нетрудно догадаться, что в тот момент многие просто не смогли поверить в услышанное, тут же кто-то, не выдержав, воскликнул: — Должно быть, неверно посчитали… — Цинсюань? — позвал его Пэй Мин, он даже не обернулся. Ши Цинсюань стоял и смотрел в небо. Глаза были широко распахнуты, рот приоткрыт. Если бы кто-то подошел ближе, услышал бы, что сердце его забилось во все возрастающем темпе. Он посмотрел на свой веер и словно в трансе огладил его основание и словно что-то, осознав, бросился прочь. — До встречи, генерал Пэй. — бросил Повелитель Ветра и его буквально словно ветром сдуло. Старший смотрел на младшего Ши и с тоской покачал головой. — Ох, Уду… Ши Цинсюань вихрем ворвался в свой дворец, куда не приходил с момента низвержения. Он был совершенно пустой. Как же… Неужели небожитель всё неправильно понял? Повелитель Ветра сбежал вниз по крыльцу и прошел во внутренний двор. Весенний сад цветущий, душистый. Деревья окутаны белоснежным туманом цветов. Их аромат ощутим везде. Самый чудесный уголок — огромный пруд, по краям которого растут лилии и кувшинки. На берегу под тенистыми деревьями стоят скамеечки. В глубине сада — беседки, обвитые плющом. Цинсюань скучал по этому месту. — Цинсюань, умерь пыл. Подумай… — пробормотал небожитель сам себе оглядываясь. Подумать он не успел. В глубине сада, возле берега пруда стояла высокая темная фигура. Рука, державшая веер распахнутым, опустилась. Человек вдалеке медленно повернулся, словно почувствовав его присутствие. Их глаза встретились. Ши Цинсюань иронично улыбнулся и негромко рассмеялся. Это был смех уставшего человека, что наконец ощутил долгожданное облегчение. Он покачал головой. Дыхание стало рваным, глаза заслезились. Поддавшись порыву, небожитель подбежал не боясь снести стоящего непревзойденного с ног. Потянулся вперед и обнял Хэ Сюаня за шею, спрятав лицо на плече. Его тут же подхватили. Это было настолько привычно и обыденно, что повелителю Ветров захотелось остановить время и поблагодарить Небеса за этот поворот судьбы. Казалось, не будь они сейчас в таком положении, Ши Цинсюань тотчас бы упал на колени. Рука зарылась в волосах Ши Цинсюаня, погладив по волосам. Небожитель всерьез заплакал. Его не оттолкнули. От облегчения можно было вознестись еще раз. — Я думал, больше тебя не увижу. — прошептал Цинсюань — Думал ты не захочешь меня видеть… Его опустили на землю. Хэ Сюань в личине Мин И был выше Ши Цинсюаня, так что небожителю приходилось чуть задирать голову. — Прими истинный облик — попросил Ши Цинсюань — Ты испугаешься — наконец услышал он родной голос — Вот и проверим — покачал головой небожитель и сам перевоплотился в мужское обличие. — Цинсюань… — Хэ-сюн! — небожитель скрестил руки на груди, откуда такая смелость разговаривать с непревзойденным князем? Самому Цинсюаню бы кто-нибудь ответил. Демон Черных Вод слабо усмехнулся и взмахнул рукой, становясь на голову выше. Так давно он хотел услышать свое имя из уст Цинсюаня. Ожидаемой реакцией была паника и испуг. Ничего из этого. Его белое как снег лицо и длинные чёрные волосы, ярко горящие глаза — словно две мерцающие льдинки, совершенно не пугали Ши Цинсюаня. Столько времени утекло. Происходящее в Черных водах обраывком пронеслось перед глазами и исчезло… Бог Ветра застыл, рассматривая истинный облик самого близкого человека. Облик того, кого не выбрал тогда. Того, кого выбирает сейчас. — Пьесу видел? — легкомысленно спросил он, подняв брови. — Интересная — кивнул Хэ Сюань, делая вид, что задумался. В краях глаз, были видны смешинки. Ши Цинсюань искренне рассмеялся и поднял веер. Поток ветра стал нежным и теплым, обдувая стоящих в саду. Подвешенные в ночном небе огоньки текли грандиозным потоком, так что даже мерцание звёзд и сияние луны померкло перед ними. Цинсюань замер, глядя наверх, а потом тихо-тихо, искренне выдохнул: — Спасибо… Тогда впервые на лице Хэ Сюаня, Непревзойденного Демона Черных Вод, Погибели кораблей… увидели нежную улыбку. Видеть своё божество улыбающимся, его наивысшее благословение.