Burns on the heart

      В какой момент я начала думать о том, как мне купить свою же жизнь? Наверное в тот, когда поняла, во что меня втянул мой лучший друг, самый близкий человек из моего окружения. Какая же я дура... Лишь одним действием, одним решением, я бесповоротно изменила тихий размеренный темп своей жизни. Мне ничего не оставалось, кроме как просто ждать. Любое необдуманное действие могло повлечь необратимые последствия...       - Не придуривайся. Рассказывай, что ты там делала? - серо-голубые глаза вновь метнулись в сторону зеркала и обратились ко мне. "Как поступать сейчас? Продолжать притворяться? Глупо! Пора бы уже понять - они могут сделать всë, что угодно! Чëрт!"       Я с невероятной скоростью пыталась выбрать наиболее подходящий вариант своих дальнейших действий, но ни один из них не внушал доверия. Я вообще не знаю, что будет дальше! Опять чувство неизвестности, непонимания и паники.       Сквозь этот нескончаемый поток размышлений сумела пробиться одна единственная толковая мысль. Ведь не просто так этот "таксист" спросил, что я там делала? То есть он не стал уточнять конкретные детали... Возможно, он предполагает, что я вообще не имею к произошедшему никакого отношения. Тогда может всë ещë есть шанс...       Каждое моë движение совершалось крайне медленно. Что само собой было вызвано страхом и скованностью всего тела. Я не спеша разлепила веки, имитируя возвращение в сознание, и немного приподнялась, вновь принимая сидячее положение.       - К-куда вы меня везëте? Что происходит? - через каждые два-три моих слова были слышны непроизвольные всхлипы, которые я уже вовсе перестала пытаться сдержать. - Я ждала такси на остановке...       - Ага, два с лишним часа?! - слева послышался ожидаемый едкий комментарий. Мужчина, который несколько минут назад отнял у меня сумку, вновь стал замахиваться для удара.       Быстро среагировав, я уже собиралась рефлекторно прикрыться руками, как спереди раздался другой голос:       - Не стоит. Прибереги это на потом, - абсолютно спокойным голосом произнëс водитель, предотвращая действия этого урода и вновь переводя взгляд на меня. - Хорошо, я спрошу иначе. Тебе знаком Майкл Рейнс?       В этот момент лучшим решением мне показалось продолжать держать свой образ. Во всяком случае, это правда может сработать.       Мои наполненные слезами глаза встретились с его холодным и даже немного жестоким взглядом в этом злосчастном зеркале, которое служило посредником в нашем разговоре и передавало через себя всë невозможное напряжение и поток негативных эмоций, поглощающих меня всë больше и больше.       - Клянусь! Я не знаю никакого Майкла! Я забрела сюда совершенно случайно! Перепутала станции метро! Пожалуйста, отпустите меня, я... Я ничего не знаю! - на некоторых словах голос с еле слышного изменялся на неузнаваемо громкий, а взгляд по-прежнему был направлен на отражение чужих глаз.       Меня внезапно подбросило вперëд, из-за резкого торможения автомобиля. Водитель стремительно выкрутил руль и съехал на обочину, поднимая за нами огромный столб пыли, который почти что полностью окутал правый бок машины.       Дверь с водительской стороны мгновенно распахнулась. А мужчина после нажатия некоторых кнопок на приборной панели покинул автомобильный салон.       Моë немного потерянное состояние продлилось совсем недолго. Через несколько секунд справа от себя я услышала приближающиеся шаги. И в этот самый момент уже знакомые ледяные порывы ветра, сопровождающиеся с характерным звуком открытия двери, снова добрались до моего лица, пытаясь осушить мокрые дорожки слëз. Большая сильная ладонь схватила меня за плечо и с невероятной силой дёрнула в сторону открывшегося пространства улицы. Я успела только еле слышно пискнуть перед тем, как оказаться снаружи.       Всë происходило крайне быстро. Я не успевала проследить за всеми движениями мужчины, который уже, захлопнув дверь, одним чëтким ловким движением свëл мои руки за спиной и с ощутимой силой приложил меня всем телом к машине. От такого резкого удара корпусом воздух полностью покинул лëгкие.       Одна его рука продолжила удерживать мои, в то время как вторая потянулась куда-то в сторону.       - Ч-что вы д-делаете?! - я с огромным трудом произносила слова, плач заставлял меня непроизвольно то и дело вбирать воздух, которого, как назло, совсем не хватало из-за моего положения в этот момент. - Я... Я сказала вам, что... В этот же момент я резко оборвалась на полуслове. Тонкую кожу на шее охватил враждебный холод ледяного металла, контрастирующего с теплом тела, которое буквально в долю секунды охватила мелкая дрожь.       - А теперь давай поговорим по-настоящему, - мужчина стоял слишком близко, переодически только сильнее вжимая меня в правый бок машины. Спиной я ощущала его тяжëлое дыхание, в то время как он повысил голос на несколько тонов и прекрасно давал понять, что церемониться не собирается.       Оружие с ещë больше охотой прислонилось к разгоряченной коже, заставляя меня вновь задержать дыхание в надежде на спасение.       - У меня нет времени слушать весь твой занимательный бред про метро и такси! Ты не понимаешь, кого ты пытаешься обмануть, - рука мужчины сильнее сдавила мои кисти, от чего я непроизвольно сомкнула пальцы, пытаясь хотя бы на чуть-чуть уменьшить давление на свои руки. - Я повторю вопрос. Ты знаешь Майкла Рейнса? Отвечай!       Это животный страх... Понимание беспомощности, а главное - её принятие.       - Так дело не пойдëт. Правым ухом я услышала характерный щелчок. Сердце пропустило несколько ударов.       - П-пожалуйста, не надо... Я... - наконец рвано выдохнув и вновь набрав в лëгкие воздух, я предприняла попытку заговорить, - знаю, да знаю, кто это! Только не н-надо этого делать... Только не стрел...       В глазах резко потемнело. Первая мысль - смерть. Но ведь не было хлопка... Тогда что случилось?       Я почувствовала, как от меня медленно начинает уходить контроль над своим телом, ноги больше не держат, а руки полностью размякают в чужих. Последнее, что я смогла ощутить - падение. Я не понимала в какую сторону, из-за чего, но что я точно не почуствовала, так это соприкосновение с землëй. Тишина.

***

      Дорога. Каждый наш выбор, каждое наше действие, сделанное по велению совершëнного выбора, становится следующим пройденным метром, который, в свою очередь, образует, казалось бы, бесконечно тянущийся дальний путь. На вопрос "куда же он повернëт в следующий момент?" способна ответить лишь сама судьба, или... Ты?       А вообще, насколько человеку подвластна судьба? Действительно ли всë предначертано? Действительно ли всю свою жизнь я жила стремлениями, мечтами, верой в лучшее для того, чтобы сейчас лежать без сознания в чужом автомобиле и ждать развязки событий? Неужели так всë и закончится? Неужели всë было зря? Все потраченные силы, время, ушедшее на представления лучшей жизни...       В глубине души я совсем не хотела просыпаться. Было просто невыносимо сталкиваться с действительностью, которая меня окружала. Она настолько мне несвойственна, настолько противна, что на миг мне стало проще поверить в то, что я умерла. Ведь дальше - хуже. Увы, исход зависит не только от моих слов и действий... Разумеется, я это понимала. Сейчас уж точно не в моих силах повлиять на судьбу, как бы охотно я не хотела в это поверить.       Сознание стало постепенно возвращаться в тело. Мысли приобретали некоторые очертания и позволяли с помощью визуализации всë дальше уходить в собственные размышления, воспринимая их скорее как сны.       Однако, как это всегда бывает... Человек обязательно должен проснуться. В один миг все ведения превратились в лёгкую дымку. А мозг в попытках найти новый объект для своей картины продолжал с ещë большим усердием хвататься за реальность, пробуждая меня.       В первые секунды, могу поклясться, я не слышала ничего, кроме биения собственного сердца. Снова это сковывающее чувство страха, животного страха, который пробирает до костей, не даëт пошевелиться и напрочь отбивает способность к логическому мышлению, позволяя руководствоваться лишь инстинктами.       В следующий миг все мои органы чувств, совершенно неожиданно для моего сознания, включились в работу. В голове всë больше начинала рисоваться предположительная картинка места, в котором я нахожусь.       В воздухе висел довольно тяжëлый металлический запах в перемешку с подвальной сыростью, заполнившей наверное всë окружающее пространство. Слух уловил тихий шорох, больше всего походивший на дождь. Складывалось впечатление, что я нахожусь в грязном заброшенном гараже с открытыми воротами, так как в какой-то момент я отчëтливо ощутила лёгкий поток холодного ветра, который едва уловимо пробежался по спине. Воздух вокруг начал постепенно наполняться ожидаемой влагой и становиться гораздо свежее, вытесняя все предшествующие запахи.       Ноги жутко ныли, я чувствовала, как щиколотки передавила грубая толстая верëвка, которой удавалось покалывать кожу даже через дастаточно плотную ткань штанов. Кисти рук, заведённые за спину, также невыносимо болели, когда такая же верëвка продолжала безжалостно впиваться в запястья, наверняка оставляя там яркие красные следы.       Из-за длительного сидячего положения и наклона головы прямо к груди, шея невозможно сильно затекла. Растрëпанные влажные волосы прилипли к лицу и слегка оголëнному плечу. Полурастëгнутая молния, едва державшейся кофты, также неприятно тëрла кожу рук чуть выше локтя. Где-то спереди я услышала скрежетания подошвы об бетонный пол. Шаги вновь повторились, но теперь более отчëтливо и будто бы ближе... Сердце продолжало биться в неистовом темпе.       Я точно понимала, что предпринимать сейчас какие-либо попытки освобождения крайне неразумно. У меня фактически появился ещё один шанс обдумать всë, что я смогу рассказать, прокрутить в голове всевозможные варианты развития событий, понять как мне быть дальше, как именно себя вести... Будет ли хотя бы малейший шанс бегства?       Через долю секунды я уловила стремительное движение рядом с собой, а сразу после него чужую руку у себя на подбородке, которая грубо толкнула голову вверх.       Я рефлекторно открыла глаза. И только лишь приложив уйму усилий, мне всë-таки удалось сдержать удивлëнный вскрик от испуга внутри.       Тусклый свет ламп позволил быстро привыкнуть к наличию света. Картинка постепенно начала приобретать более ясные очертания. Посмотрев немного выше, я узнала в стоящем передо мной человеке того самого водителя. Его лицо находилось в точности напротив моего. Взгляд холодных серых глаз вновь, будто физически проходил сквозь меня, определённо что-то считывая.       Никогда раньше я не испытывала подобного ощущения. Когда человек буквально разворачивает твою душу одним только взглядом.       - Хм, я так и думал, - едва заметно усмехнувшись, мужчина резко отбросил свою руку в сторону, по инерции заставляя мою голову повернуться.       Тело решило остаться в этом положении, а веки сами собой закрылись. Я почувствовала, как на место отчаяния приходит своеобразное принятие ситуации... В очередной раз слëзы непроизвольно скатились по щекам, а уголки губ, к удивлению, медленно растянулись в предательской улыбке.       Я больше не находила смысла задавать очевидные вопросы, не собиралась кричать или пытаться убежать. Это бесполезно. Я только недавно убедилась в том, что у него с собой оружие. Нетрудно предположить исход ситуации в случае моих резких необдуманных действий.       С огромным трудом я вновь открыла глаза. Скопившиеся слëзы ускользали уже по проделанным дорожкам, предоставляя мне шанс разглядеть хотя бы что-то в округе.       Крайне медленно я вернула голову в исходное положение, пытаясь немного размять мышцы и привыкнуть к этой боли.       Моë предположение оказалось верным. Я действительно находилась в каком-то огромном, плохо освещённом ангаре. Вдоль его стен валялись груды металла, кучи мусора и куски обвалившихся частей крыши, на которые сверху тонкой струëй стекала дождевая вода. С правой стороны, сильно искривившись, стояли непонятного рода стеллажи высотой почти что до самого потолка с несколькими коробками на полках. Примерно в пятнадцати метрах от меня, вероятно, был поворот в следующий отсек. Наличие которого выдавало отражение едва заметный луч света на полу.       Мужчина по-прежнему стоял напротив меня и только вглядывался. Я не понимала почему, но он не спешил задавать вопросы, продолжая лишь смотреть.       - Что мне сделать, чтобы вы отпустили меня? - мой еле слышный, окончательно охрипший голос прозвучал совсем тихо. В момент мне показалось, что даже стук капель дождя заглушал произнесëнные мною слова. Сил на разговоры совсем не осталось. Однако, по всей видимости, мужчина всë же разобрал то, что я сказала.       - Так-то лучше. Хочешь сказать, что всë это мне больше не пригодиться? - откровенно смеясь, он указал большим пальцем куда-то себе за спину. Я не стала следовать глазами за его рукой. Не знаю, что препятствовало этому в большей мере... Отсутствие даже малейшего интереса или всë-таки страх перед тем, что я там обнаружу?       - Повторить вопрос? - сложив руки перед собой и немного облокотившись на небольшой столик, мужчина поднял одну бровь и вновь с той же внимательностью, немного улыбаясь, обратил свой взгляд на меня.       Насколько же сильно резонировали его эмоции с моими! Мне хотелось кричать. Не было сил это терпеть. Это ведь откровенное издевательство! Чëрт! Насколько же это отвратительно! Невыносимо больно ощущать себя на такой позиции. Ты ничего не можешь изменить, ничего не можешь сделать. Ты способна только тихо, смиренно отвечать в попытках сохранить... Даже нет, заслужить свою жизнь!       - Майкл... - я еле слышно всхлипнула и подняла голову вверх, позволяя слезам полностью стечь, а волосам сползти вниз, в то же время всматриваясь в металлический свод полуразрушенной крыши, удерживающий еë остатки, - он попросил меня о помощи.       Я не спеша опустила голову. Теперь также обратив внимание на глаза человека напротив.       Разумеется, паника, всë это время наполняющая каждую клеточку моего тела, никуда не делась. В голове не было ни единого предположения о том, что произойдëт дальше. Я находилась будто над бесконечной пропастью. И один только неверный шаг, слово...       - И? Ты ринулась помогать незнакомцу, брату, другу? Не тяни время! - мужчина подошëл немного ближе, вновь немного наклоняясь ко мне, - в любом случае... Сомневаюсь, что твоя подружка что-либо поняла.       Невозможно было выдержать этот зрительный контакт. Это пренебрежение... Оно буквально обжигало.       Я вновь опустила голову, закрывая глаза и шумно вбирая воздух. Я снова вспомнила про Энн, про мою, как мне казалось удачную попытку спастись... Снова я ощутила, как едва заметный плач собирается перетечь в неконтролируемую истерику.       - Что конкретно мне вам сказать?! - голос, постоянно подрагивая, сам собой поднялся на тон выше, начиная походить скорее на несчастную попытку закричать,       - Он - мой друг... Я закончила произносить эту фразу шёпотом. А по-прежнему ли это так? Друг, который пытался убить?       Грудь будто полоснули только что наточенной косой. Боль от сказанных слов разлилась по всему телу, сковывая каждую мышцу и заставляя откровенно плакать. Кого я сейчас пытаюсь защитить или оправдать? Человека, который так со мной обошёлся? Я ведь просто... Я не знала что думать.       - Когда вы меня отпустите? - сквозь слëзы, сбившееся дыхание, плач голос больше походил на скулëж бессильного щенка. Я прочувствовала всю свою никчёмность в этот момент, беспомощность, слабость, трусость...       Хлëстский удар тяжëлой сильной руки пришëлся в точности по левой щеке, возвращая меня в реальность и заставляя голову вновь включиться.       - Перестань, твою мать, задавать одинаковые вопросы! - его спокойный голос с ядовитой усмешкой стал походить на устрашающий гневный крик. - По всей видимости, на сегодня это моя прерогатива. Что именно ты там, чëрт возьми, делала?       Первые секунды я не смотрела в сторону мужчины. Однако без особого труда могла определить, его злость. Он действительно начинал выходить из себя.       - Ему нужно было что-то передать и получить за это деньги. Я всего лишь следила за машиной, чтобы у нас была возможность уехать...       - А мальчик, лишь воспользовался наивной девочкой и не взял с собой? Снова этот язвительный тон...       Я в полном недоумении посмотрела на смеющиеся глаза напротив. Никто никогда не смотрел на меня с таким высокомерием в перемешку с насмешкой и наигранной жалостью. Взгляд водителя, на секунду переместился за мою спину, после чего стремительно вернулся обратно.                   Мужчина резко изменился в лице. Вновь бросив на меня краткий строгий взгляд, он выпрямился в полный рост.       - Н-нет, он... - практически шёпотом я попыталась начать оправдываться. Ведь всë на самом деле было не так. Его правая рука опустилась на пояс, вытаскивая пистолет.       - Он... Нет! Он предлагал мне... Нет! Пожалуйста! Перезарядив пистолет, мужчина направил его на меня. Страх. Я буквально выплëвывала каждое слово. Язык совсем не слушался. Я быстро переводила взгляд то на оружие, то на абсолютно пустые глаза его хозяина.       - Он хотел, чтобы я уехала с ним. Пожалуйста, не надо, я могу помочь найти... - ком в горле продолжал нарастать и мешал что-либо говорить. Взгляд мужчины вновь обратился мне за спину и через долю секунды вернулся обратно.       - Его и деньги! У него был чемодан! Он сказал, что там больше, чем он говорил до этого... - мой взгляд продлжал бегать из стороны в сторону.       Я судорожно искала ещë слова, думала о том, что забыла рассказать. В конце концов окончательно зажмурилась, лишь бормотая что-то бессвязное себе под нос.       Мои руки непроизвольно сжались в замок, и только переводя своë внимание на них, я вновь почувствовала жуткое жжение. Боль уже во всëм теле. Невыносимое ощущение страха будто бы медленно думало каждую кость в моëм теле.       Внезапно позади меня зазвучал телефонный звонок. Я буквально подскочила на месте и ещë сильнее сжалась от испуга, в то время, как взгляд мужчины, целевшегося в меня, опять устремился за мою спину. Нетрудно было догадаться, что там кто-то есть. Но кто, чëрт возьми...       - Да. В помещении эхом отразился глубокий низкий голос.       На секунду мне показалось, что я перестала дышать. Кто это? Получается, это он дал указание убить меня? Что сейчас делать?       Я продолжала вслушиваться. Вновь еле уловимый скрежет по полу оповестил меня о нескольких сделанных шагах. Однако вероятно на месте.       - Превосходно. Сколько их? По интонации можно было определить, что мужчине определëнно сообщили что-то хорошее.       - Побеседуйте с ними. Позже Моран вам наберëт. Я услышала характерный звук сброса вызова. После чего мужчина, едва слышно спрятал телефон куда-то в одежду.       В этот же момент мужчина медленно опустил пистолет.       Какое же это неописуемое, прекрасное чувство - вторая жизнь. Нечто волшебное... Я полной грудью вдохнула воздух, стараясь хотя бы немного успокоиться.       - Такому везению можно только позавидовать... Шаги стали постепенно приближаться. Насколько же странно было ощущать спиной другого человека, который за всë время, пока я нахожусь здесь ни единым шорохом не выдал своë присутствие.       Я медленно повернула голову влево, ожидая его появление. Вероятно, увидев это движение, на мгновение незнакомец остановился. И выждав несколько секунд, вновь продолжил неспешно приближаться.       - Занятное представление... - сквозь голос ощущалась его улыбка и удивление. Правда крайне странное удивление. Будто бы наигранное, но при этом такое уместное в контексте.       Я никак не могла понять, какой настрой у этого человека. Непонятно от чего, но складывалось впечатление, что его слова лишь маскировка, а действия досконально спланированы.       - Правда, Себастьян был крайне мягок сегодня... - теперь его голос выдавал только разочарование. Не-ет, это однозначно не самые обычные смены интонации или сопутствующих им эмоций. Это что-то абсолютно другое! Уверенность в каждом слове, нескрываемое превосходство, и столь неоднозначные формулировки предложений.       Шаги вновь стихли меньше чем в метре от зоны видимости. Он будто наблюдал, изучал мою реакцию. А иначе я не в силах объяснить такое длительное, неожиданное, да и вообще странное появление.       Я перевела глаза на мужчину перед собой. Скорее всего, обращение было к нему. Этот самый Себастиан вновь посмотрел теперь уже левее и, быстро бросив взгляд на меня, неспешно поставил пистолет на предохранитель и убрал обратно.       Я в конец потеряла какую-либо связь между происходящим. Всë это действительно больше походило на представление.       - Мне показалось... - мужчина вновь возобновил свои шаги, - Или ты изъявила желание оказать помощь?       От чего-то я сочла нужным отвести взгляд в противоположную сторону, развернув при этом голову. Однако периферическим зрением мне всë же удалось заметить движение слева от себя. Через несколько секунд мужчина уже полностью вышел и, обернувшись ко мне, остановился.       Я так и не решалась поднять голову. Пауза затягивалась. Обстановка не то чтобы накалялась. Нет... Сам воздух становился тяжелее и напряжëннее, а я абсолютно не знала, что можно с этим сделать. Как будто весь мой характер, вся моя личность спряталась куда-то в самый дальний угол сознания, позволяя лишь эмоциям брать надо мной контроль.       - Я задал вопрос! - резкий, оглушительный крик, словно гром, разрезал тяжëлый воздух помещения, эхом отражаясь от несущих стен. Я в очередной раз непроизвольно дëрнулась, рефлекторно поднимая глаза на источник звука.       Мои взгляд, наполненный страхом, непониманием, отчаянием и лишь несколькими нотками умирающей надежды столкнулся с жутким пронзительным, почти что бездонным и леденящим взглядом карих глаз мужчины напротив. Ровно до этого момента глаза Себастиана казались мне до невозможности холодными и устрашающими. Сейчас же я безо всяких сомнений признаю, как чертовски сильно заблуждалась. Это было по-настоящему жутко. Насколько же сильно я испугалась, что стала походить на маленького ребëнка, который готов прямо сейчас, несмотря ни на что, со всех ног убежать как можно дальше и спрятаться? Спрятаться и закрыть глаза, без конца бормоча себе под нос, что это всего лишь сон...       Весь спектр эмоций, который транслировал этот человек не поддавался разумному описанию. Буквально минуту назад он говорил совершенно спокойно, иногда и вовсе посмеиваясь... А сейчас, в его взгляде читалась одна злость, жестокость и в ужасно непростительном количестве презрение.       Я замерла, словно в оцепенении. В любом другом положении дел мои глаза в долю секунды смогли бы найти новый объект для внимания, а сейчас... Это чувство было сравнимо с настоящим животным ужасом в момент, когда ты ловишь зрительный контакт с диким голодным зверем, который готовится напасть на тебя и безжалостно разорвать в клочья. Само собой, ты понимаешь, что должен что-либо предпринять, но при этом помнишь, что, если вдруг, позорно струсив, отведëшь свой взгляд, за этим мгновенно последуют его непоправимые действия.       Я мгновенно начала отматывать его монолог назад, в попытке вспомнить, какой же вопрос он задал... Увы, я пребывала в крайнем шоке, для того, чтобы запоминать подобные вещи.       - Д-да, - запинаясь от опьяняющего страха, я ответила, заранее опасаясь дальнейшей реакции. Я по-прежнему боролась с желанием отвести глаза. Складывалось впечатление, что именно взглядом я могу контролировать ситуацию. Сердцебиение заметно участилось, а тело вновь окутал невыносимый холод, поддерживаемый порывами ночного ветра, врезающихся прямо в спину.       Он продолжал стоять неподвижно. Как казалось, без каких-либо усилий, продолжая внимательно смотреть, будто сквозь меня. С каждой милисекундой, становилось всё невыносимее терпеть этот удар. Буквально последние мои силы, последняя воля уходила на то, чтобы держаться. Сейчас. Держаться до последнего.              Один шаг. Один только незначительный его шаг, сломил во мне всë.       Остатки покачнувшейся уверенности и сломленного упортства окончательно растворились в моих же слезах. Неожиданно для себя я моментально зажмурилась. И тут же, вновь открывая глаза, попыталась вернуться на прежнюю позицию. Но словно какой-то барьер не позволил мне этого сделать.       После этого малейшего, незначительного движения мужчина остановился, еле заметно довольно улыбнувшись. Когда я продолжала избегать его прямого зрительного обращения.       Себастьян всë это время стоял возле импровизированного стола и что-то переставлял, совсем не обращая внимания на происходящее позади. Даже неожиданный гневный крик не заставил его пошевелиться, что, разумеется, вызывало лишь удивление.       - "Да" - хотелось? Или "Да" - мне показалось? И вновь от неожиданности я вздрогнула, после чего, рвано выдыхая, перевела уставший, беспомощный взгляд на своего аппонента, голос которого вновь стал абсолютно спокойным, скорее даже безэмоциональным. Всем своим видом мужчина показывал полную расслабленность и быструю потерю интереса к происходящему. Его живая мимика, выражение лица выдавали сухое ожидание ответа. Однако я, находясь в состоянии немого шока и в полнейшем замешательстве, продолжала бесстыдно его разглядывать.       Глаза сами цеплялись за идеально выглаженный, возможно, и вовсе новый тëмно-синий костюм, лакированные чёрные туфли, идиально уложенные волосы и выразительные тонкие брови. Вытаскивая руки из кармана, мужчина сделал ещë несколько парящих шагов в мою сторону.       Я в свою очередь, приложив массу усилий, подняла голову и всë же заглянула в его глаза, которые вновь оказались напротив. Только уже в разы ближе...       - Если... - проглотив препятствующий ком, я продолжила, - от этого зависит моя жизнь, то... "Да" значит - хотела.