Ночные Бредни психа

Вечер. Дазай Осаму — ученик 10 «Е» класса. Он похож на ходячего мертвеца и очень даже сильно. Невероятно бледная кожа, порой кажется, что если снег поднести к его лицу, разницы практически не будет. Ну или кожа будет более серой. Карие глаза наполнены болью и…отчаянием? Да, опреденно отчаяние. В них нет ни жизни, ни души. Но у самого Осаму душа есть. Пускай он и темная, и её никто не видел уже как 12 лет. Всю эту прекрасную картину лица дополняют мешки под глазами, в которых поместиться Таблица Менделеева и сам Менделеев, А так же впалые щеки. Его волосы были тоже коричневыми, дополняя глаза. Он был очень худой. Очень. А постоянно мешковатая одежда делали его ещё более худым. Его боялись все в школе. Но этот страх был не тем, что испытывают перед главным Задорожный или гопником школы, или просто перед смертью, а страх этот был…Епт, как объяснить то… Странности? Хм, странное описание, да? Попробую по другому. Это был страх уже после смерти, теперь более понятно? Этот страх испытывали при первом впечатлении о Дазае. Младшие классы разбегались. Ну конечно, какой первоклассник не испугается человека, лицом схожим с трупом, такой же худобы как у трупа и бинтами которые покрывали все телотело как у мумии. Конечно, его многие боялись, но только не его одноклассники. Он был изгоем класса, но не школы.И на том спасибо Парень был очень умный, имел «Наполеоновские» планы на жизнь, но не видел смысла в жизни. На самом деле, план был один. Удачно совершить безболезненный суицид. Дело не из легких, правда? Особенно в маленьком городке, где нет ни нормальных открытых крыш, ни заброшенных зданий. Нет, одно конечно есть, но для прыжка высота будет слишком маленькой. Осаму много раз пытался вскрыться, пару раз пытался спрыгнуть, и несколько раз пытался повеситься, но все безуспешно. А причиной этому стало одно простое слово: Родители. Его никогда не любили и не жаловали в семье. Отец и мать постоянно пили, А в пьяном угаре избивали Осаму чуть ли не до смерти. Несколько раз соседи вызывали полицию. Конечно, его не забрали. Он умеет прятаться и уходить, и тогда он шёл на вышеупомянутую заброшку. Садился, включал себе музыку в наушниках, закричал сигарету и если успел захватить с собой лезвие, то пытался вскрыться. Но лезвие было тупым. Осаму знал что будет сдавать только из-за того, что хотел чтобы от него отвяхались. И сразу сказал, что сдавать будет Химию, математику, русский и Литературу. Но Ни смотря на то, что по последним трём были оценки прекрасные, о химии так не скажешь. Поэтому Осаму ходил на допы. Единственный из параллели отважившийся сдавать Химию. Многие не хотели сдавать из-за преподавателя. Накахары Чуи. Достаточно молодой учитель химии. На лет ему лет 25-26, ну может 24. Полная противоположность Дазаю. Рыжие волосы, словно огонь. Среди учеников первое время после появления учителя, ходил миф о том, что учитель химии один раз ошибся при работе с химикатами и Из-за этого его волосы окрасились в ярко рыжий. Почти оранжевый. Его глаза были голубыми. Словно небо. Невероятно красивые, глубокие, живые и наполненные душой. Он был крашем многих старшеклассниц, да и не только старшеклассниц. Все девочки начиная с пятого класса и заканчивая 11 были в него влюблены. Нет, конечно находились те, которые относитлись к нему просто как к учителю, но большинство пытались заполучить его внимание не как хорошая ученица. И не смотря на то, что ему достался самый не послушный класс. А именно 10 «Е», тот в котором учиться Дазай у Накахары не было никаких признаков нервоза тот же других проблем (чего не скажешь о предыдущих классных руководителях этого класса). И не смотря на то, что дазай был изгоем в своём классе, да и в глазах практически всего пед.состава, Накахара Чуя был единственным, кто пытался ему помочь. Он единственный, кто разглядел, что у Дазая проблемы. При чем, замечено это было достаточно интересно. Большая перемена. 10 «Е» Обедает в столовой. Химик стоит над душой Осаму дабы тот поел. Уж очень пугала худоба Осаму. С горем пополам пообедав все отправились на урок. На химию. Спустя минут 7 от начала урока, дазай резко вскакивает и выбегает из кабинета, держа свой курс в кабинку туалета. Накахара, подрывается и бежит вслед за ним. Прибегая в туалет, он застаёт такую картину: Осаму блюет после приёма пищи, часть его бинтов, а именно та, что находится на запястьях в крови. — Осаму, все хорошо? — обеспокоенно интересуется Химик. — Конечно, вон цвету и пахну. Не видно? — как всегда в своей манере отвечает подросток. — ну, Во-первых, не стоит так огрызаться, Во-вторых, я могу сделать выводы, что ты не ел последние дня три, а в-третьих я отпущу тебя домой. — заключает учитель, но не уходит, а опирается о дверной косяк и ждет, пока Осаму проблюется. Спустя короткий промежуток времени, Осаму встает с колен, его трясет и сам он шатается. — выглядишь хуже трупа. — Спасибо, Чуя-сан. Без вас знаю. — ох, пошли, доведу тебя до кабинета. Молись, чтоб первоклассников не встретили, Испугаются, а мне, как заместителю психолога откачивай потом. На это Осаму уже ничего не ответил. — Я напишу твоим родителям о твоем состоянии, чтобы они взяли тебя под контроль. Эти слова вонзились Осаму в сердце. Если родителям позвонят со школы, то у Осаму будут проблемы. Последний раз, это окончилось Избиением, и в ход чуть не пошло холодное оружие. После того звонка его наказали, и он был лишён еды на двое суток, но сам Осаму не ел до этого трое дней. И вот, на пятый день спалился. Его семья всегда так реагировала на звонок со школы. Их совершенно не волновало по какому поводу. Для них, звонок со школы означал, что их сынок натворил что-то плохое. — Нет, нет, нет. Не надо родителям. Прошу. — начал молить Осаму. Его синяки ещё не прошли от слова совсем, и порезы тоже. Если его увидят в таком виде пьяные родители, то ему точно конец. Они ведь даже не вспомнят, что все те раны оставили они… — Надо Осаму. И это не обсуждается. — они уже подходили к классу, и поэтому Накахара встал за спиной Осаму и тихонько шепнул на ухо. — если что-то случиться, уходи из дома и отписывай мне свою геолокацию. И не вздумай уходить на ту заброшку около моего дома, чтобы наложить на себя руки. Я все вижу. ——— Осаму пришёл домой. Время уже одиннадцатый час. По идее он должен был быть дома ну максимум в двенадцать дня, но что-то пошло не так, и вот он роет себе могилу, приходя после девяти. Да, у него стоит запрет за приход после девяти. Да, он нарушал его не раз. Да, его не раз за это били. — Ты где шлялся, ушлепок? — сильная пощечина от пьяного отца. Осаму отбрасывает в сторону. — Какого хуя мне звонят со школы и говорят, что ты блюешь от того что поел? — удар. — Ты хочешь выставить нас поокими родителями?! — удар. — Ты ходишь в лохмотьях? Нет — удар — тебя дома постоянно пиздят за любой вздох или что?! — удар. Отец сдирает с Осаму рубашку. — Ааа, так ты еще у нас и ненормальный. Давай тебя об стенку въебошу, может мозги вправлю. — Удар головой об стену. — Это все из-за того, что ты не возвращаешься домой вовремя и все время в своих наушниках. — еще один удар об стену. — Куришь, да? Слишком взрослым себя почувствовал? — удар в живот. Осаму еле отталкивает своего отца, хватает кофту которая висела околовыхода, портфель в котором есть все и на все случаи жизни (даже вещи на первое время жизни у своего классного руководителя кого-то) и бежит к выходу. Бежит, что есть силы. Он выбегает и Нессется в сторону заброшки. Ему плевать на те слова своего учителя. Ему на все плевать. Всем на него плевать. Быть не может такого, что Осаму кто-то полюбил. Он не достоин любви. Навязчивые мысли терзали его голову. Он не мог с этим справиться. Нервы начинали сдавать. Где-то по близости, в одном из карманов должны быть лезвия. Они его спасут. Они его всегда спасали. В этот раз его тоже спасут. Всегда они были рядом. При тактильном голоде, при его голодовках всегда. Осаму в своих мыслях пришёл на заброшку. Спрыгнуть можно, но смерть будет мучительной. Правда есть одна проблема… Он не ввёл того факта, что заброшен находится совсем рядом с домом Чуи, и дабы дойти до неё, Дазаю нужно пройти мимо его дома. А Накахара то его приметил, и следовал за ним. Дазай быстро поднимается на крышу здания и уже готовиться к прыжку, но его резко хватают за руку и прижимают к себе. — Я же говорил, что все вижу. — нежно шепчет на ухо Учитель своему ученику. — Пустите! Отпустите меня! Немедленно! Вы не имеете права! Я. Не хочу… Так больше жить… — Осаму сдается и даёт волю эмоциям. Он утекается носом в шею Накахары и плачет. Практически рыдает. — Тише, тише. Я рядом, все хорошо. Прости — после последнего слова он вкалывает Дазаю снотворное и забирает его к себе. ———— Наступает утро Субботы. Осаму просыпается с обработанными ранами на руках, ногах и на теле в целом. Он лежит в объятиях спящего Накахары. По нему видно, что он лег не так давно, под его глазами небольшие синяки, что не похоже на Химика. На его лице смешались Беспокойство, забота и умиротворение. Такая картина просто вызвала улыбку на бледном лице. Но улыбка эта была какой-то уставшей… Задумавшись о том, как красив его учитель, Дазай не заметил как тот самый учитель проснулся. — Мммм… 'Саму, ты проснулся? Ничего не болит? — тут же как Курица-наседка забеспокоился старший. — все хорошо. Теперь хорошо.