«МЫШЬ МА-ЛЫШ!
МЫШЬ МА-ЛЫШ!
МЫШЬ МА-ЛЫШ!»
— Спорная ситуация. Что ж, — когда зал поутих Александр решился продолжить, — будет ли Никита Кукушкин мышью, вы узнаете… Зал вновь напрягся. Прошло всего два часа от начала игрового процесса. Для завершения слишком рано, хотя на часах уже десять часов вечера. Из-за форс-форс-форс-мажорных обстоятельств съёмку пришлось задержать, гостей развлекали незапланированным стендапом и интерактивным интервью с BRB и Гудковым. — …после перерыва! — наконец договорил мастер, заставив всех, включая себя, выдохнуть. Под жидкие аплодисменты все ушли на перерыв. Гости разбрелись по павильону, а команда отправилась в закулисье. Женя заметила, как Никита вновь забился в угол. Он искоса посматривал на Игоря, явно расстроенный его высказыванием. Возможно неосознанно, но Персова пошла в сторону Кукушкина, что тут же пресёк Лавров. — Не подходи к нему, он бешеный. — буркнул Игорь и кивнул в сторону свободного места на диване. Гримёрша принялась поправлять его бороду, мешая Боссу говорить. Бреганов прошёл мимо дивана в сторону закутка гримёрки, Гудков не мог отпустить тёзку без упрёка. — Саш, метаигровое общение только за игровым столом, — мягко отозвался мастер. Гудков скорчил недовольную гримасу и выставил руки так, как если бы у него были угрожающие когти. Мастер понимающе кивнул и сделал себе чай, после чего двинулся в сторону Кукушкина. Они начали беседовать вполшёполта, игнорируя косые взгляды.