36.9

После слишком долгого и утомительного дня, Исаги возвращается домой. Хотя «домом» это место пока что ему называть удаётся с трудом, ведь психологически это всё же чужая квартира, в которую он не так давно заехал. Однако желание удовлетворить своего капризного парня выше, чем сложности произношения трёх букв по отношении к его месту жительства. Не буду тянуть, всё же вам не стоит наблюдать весь процесс поездки Исаги до дома, ведь правда? Путь занимает много времени, потому что какого-то чёрта сегодня тренировка была у чёрта на куличиках, а не там, где её проводят обычно. Что волновало Йоичи всю поездку, так это то, что своего стервозного кавалера сердца он не встретил на тренировке. Несс отказывался отвечать на поставленный на ломанном немецком вопрос — так считал Исаги, хотя по сути Алексис знал не больше его самого. А уж Ноа тем более ни сном ни духом — видите ли, Михаэль ему не отчитывается в своём посещении, так как всегда прилежно приходит на тренировки как штык ровно к назначенному времени. Ага, зато на свидания с Исаги он может позволить немного опоздать. Нет, Йоичи не злится и, упаси боже, не обижается, просто ему нравится иногда припоминать Михаэлю тот случай, когда он опоздал на первое свидание. И вот наш бедный Йорик уже у двери в подъезд, шмыгает носом, который от холода уже отрофировался. Заходя внутрь, Исаги, шаркая дутыми штанами, поднимается по лестнице на третий этаж. Уже у квартиры он стряхивает с себя весь снег скопившийся на шапке, образовавший весёлый импровизированный колпак, и вытирая ботинки о коврик перешагивает через порог. В доме темнота и тишина, всё для того, чтобы Исаги прирезали на месте как в самом дешёвом хорроре. Он закрывает за собой дверь и первое время пытается привыкнуть ко тьме, чтобы отыскать выключатель. Однако его потуги прерывает громкий кашель, раскатившийся как гром среди ночи. Бедный даже подпрыгнул на месте от неожиданности и дёрнув рукой задел выключатель. Ослеплённый светом и звуком, Исаги глубоко вздыхает, снимает ботинки, куртку и дутые штаны, кидая их прямо на пол, быстрым шагом направляется вглубь квартиры. Вещи на полу сейчас не так важны, как сопливый, слезливый, капризный роз на кровати, укутанный самым увесистым одеялом прямиком из деревни бабушки. Михаэль выглядит сейчас таким домашним и милым котёночком, что не будь Исаги взволнован его состоянием, он бы потискал его в своих руках, щупая эти милые щёки. Вдруг сквозь пелену бессознательного прорывается хриплый и недовольный голос Кайзера — Йоичи, ты пришёл? Где ты был весь день? На меня тебе совсем плевать, да? Так бы я помер здесь, пока ты не соизволил вернуться домой Забудьте мысли Исаги о милом Михаэле. Сейчас Йоичи цокнул и закатил глаза, скрещивая руки на груди. Это первый раз, когда он видит своего парня больным и он думал, что в таком состоянии он будет поспокойнее, а оказалось совершенно наоборот. Чтож, похоже капризы выкрутились на максимум, а чувство всякого стыда видимо совсем пропало из виду. Раньше оно было хотя бы приличия ради, но теперь и след простыл. — Лежи и не дёргайся. Ты температуру мерил свою? Справедливости ради, Исаги никогда не хочет грубить Михаэлю, но ему кажется, что их отношения выстроились таким образом, что иначе уже никак. Нежности словно не для них, да и выглядеть это наверно будет странно. Кайзер на слова Йоичи только хмурится и отрицательно качает головой, выглядя при этом максимально осуждающе. На лице было написано «Ты смеёшься? Я с места сдвинуться толком не могу, а ты мне про температуру затирать будешь?» Посыл был понят и Исаги быстро метнулся за градусником и вернулся, наклоняясь к Михаэлю. Иногда Йоичи чувствует себя с Кайзером как с маленьким мальчиком, который ведёт себя донельзя капризно. Иногда у Йоичи в голове проскальзывают мысли «плохо его воспитали», за что он также мысленно отвешивает себе звонкую оплеуху, всё же никому не пристало говорить плохо о его парне, даже ему самому. Иногда Йоичи хочет зарыдать от того, как сильно порою раздражают выходки Кайзера. А чаще всего Йоичи смотрит на своего Михаэля и хочет расцеловать его лицо за то какой он прекрасный. Вот и сейчас от гневных мыслей его отвлекает пыхтящий как паровоз Кайзер, который выглядит так, словно прямо сейчас пойдёт получать кубок мира от бога. Нужно было подождать пару минут и за это время Йоичи не смел отойти от своего малыша ни на секунду. Нет, не потому что настолько сильно переживал. Михаэль поистине младенчески мёртвой хваткой вцепился в его руку и не отпускал. Ныл, вздыхал, стонал и конечно же ворчал «Ну что за человек. Старик и младенец в теле молодёжи.» — Йоичи, никуда не уходи. А вдруг я умру, пока ты будешь отходить? Так и останешься без меня совсем один и пожалеешь о том, что вообще моргал пока я ещё тут лежал — Не драматизируй. Так быстро ты не умрёшь — Хочешь сказать, что я умру в муках? Вот как ты поддерживаешь своего самого любимого мужчину? Всё это были конечно же шутки. По крайней мере Исаги очень надеялся на это, потому что иначе ему придётся заклеить рот Михаэля скотчем. Иного способа заткнуть его не было, а заражаться напрямую Йоичи не собирался. И вот наконец-то время пришло и Исаги достал градусник с заветными цифрами, после чего с резким недовольством вылупился на цифры. — Что там? Меня уже не спасти? Так и скажи, я выдержу эту жестокую правду Михаэль сразу же взвыл, увидя ничем не успокаивающую реакцию Исаги, на что тот перевёл взгляд на своего обожаемого парня и устало вздохнул. — Тридцать шесть и девять. Чёртовы 36.9 Михаэль! Ты смеёшься надо мной? — Ты ставишь под сомнение мои ощущения? Йоичи, малыш, ну утешь же меня На удивление Михаэля Исаги потянулся к нему и поцеловал в лоб, при этом погладил по голове. Отстраняясь он всего лишь фыркнул с улыбкой на лице и пошёл на кухню варить суп с имбирём и мёд с дайконом, а спустя пару минут к Йоичи приполз и Михаэль, обмотаный в одеяло. Он обнял Исаги со спины, улыбаясь ему в плечо носом, и тихо наблюдал за тем, как его заботливый парень готовил для него лекарства от всех его недугов, параллельно залечивая душевные боли