The principle of the street

— Всем салам! — махает своим девочкам Майка. Лаванда заходит с задуманным видом, Катя и Наташа злые как собаки, Лёля подходит в старенькому дивану, присаживаясь рядом с Викой. Мародеры встают, и с каждым здороваются руками представляясь. Младшие тоже представляются. — Ну садитесь господа, рассказывайте, че такие мины кислые? — отпивает чуть от бутылки. — Ну они же рыпнулись, вот мы и чуть припугнули. Гома тоже не из самых добрых, знаешь ли. — Лаванда заплетает свои волосы в хвост, убирая назад. — Че блять сделали? Вы поступили как животные. Больше никогда так не делайте. — смотрит недовольным взглядом, брови ползут к переносице. Монашка резко делает шаг вперед. — Она желает тебе смерти, где гарантия, что эти шавки того не желают. С напором говорит, в глазах видна злость. Встав, главная подходит к подруге чуть руками пихнув в грудь — Да тебя, если по уму, за такое отшить надо. — разум уже мутнел, а в кармане зазвучала вибрация от телефона. Девушка достает телефон. Там сообщение. От мента. Михаил Котиков: — Я сошелся с Викой. Мы так сказать брали паузу, но это не было расставанием. Я позже тебе отвечу, мне нужно её провести. Боль. Это всё что испытывала в этот момент девушка. Достав резко бутылку самогона она попросила Чайку: — Открой, по-братски. — протянув бутылку подруге просит она. — Надь, что случилось? Ты редко эту дрянь пьешь. — открывает бутылку с характерным звуком. — Мент с Викой своей сошелся. Он мне говорил, что там все сложно, а в итоге они опять вместе. — выхватывает бутылку и отпивает. — Блять, уебок. — резко выдает Хэппик. — Кать звони Диме. Тот сейчас на работке, от него неподалеку. — Стоять. Никого вызывать не надо. Это его жизнь, я ему никто. — Надя резко поднимается, идя в сторону выхода. — Всем до завтра! Мародеры, можете остаться здесь с ребятами гулять. Я домой пойду, настроение паршивое. — Майки, я проведу. — рыжая резко поднимается, беря за руку главную и направляет из гаража. В помещении ещё неприятно пахло красками и всякой химией.

***

— Ты че творишь придурок? — Дима без приветствия вторгается на работу к другу. Он сейчас безумно зол. — Ты че ей наговорил, что сейчас её подруги звонят и говорят мне, что их главная в драбода из-за тебя. — Успокойся блин, герой. Я всю правду сказал, я не хотел недосказанности, понимаешь? Она мне родная, но как сестра. — смотрит на своего друга. — Да что ты? Единственный человек который поддерживал тебя всегда это она. Любая помощь, совет, да что угодно, когда твоя Вика несерьезно к тебе относится. Подумай что ты делаешь и для кого делаешь. — Слушай, че ты лезешь? Ты вообще ей никто. — отрывается наконец от бумаг. — Да лезу, потому что она главная и старшая моей девушки, а значит и для меня значимость имеет. — скалится не по детски, ситуация выводит из себя. — Я всё сказал. — Миша поднимается, надевая куртку своей формы.

***

— Ну и короче эти крысы подкараулили меня там. Ну я и высказала. — Гома обрабатывает свои руки, которыми только что била грушу. — Я не понимаю Надю, что она делает вообще? — Пима укоризненно смотрит на подругу. Она втянула её туда, она и вытащит. — Да кому она нахуй надо, никому. — Гома смотрит в зеркало на рассеченную скулу. — Птичка нашептала, что они вчера отмечали чей-то приезд. — вмешивает фокс. — Своих долбаебов приплела каких-нибудь, я уверенна. — Рам не выдерживает и кидает ватку с перекисью в сторону. — Задрала, сука.

***

— Это никуда не годится, что за бред происходит? — Аня искренне удивляется. — С их стороны это очень некрасиво. Я таких всегда не любила. — Маратик, я здесь только своих беру, но на счет некоторых ошиблась, братик. Только ради тебя брала эту мерфи, но она мне нож в спину воткнула. Я всё сглаживала, но она показала себя с другой стороны. — хлопает по плечу. — Надь! Там доллары бесятся, что наши гому ударили. — труба стоит в проеме. — Я такое не поддерживаю, когда стаей на одного. Послушай... — ей не дают договорить, так как её перебивает Соня. — Я не приветствую такое, я конечно всегда за вас, в огонь и в воду, но сейчас все вы не правы. Главная берет за затылок трубу, утыкаясь своим лбом об её, до сих пор держа за затылок. — Я уже сказала им все по этому поводу. Дальше уже как время покажет. Но так как поступают они — недопустимо. Смирись с тем, что они шакалы. — отпускает подругу.